"Я не хочу уезжать, но хочу жить". Белгородцы ищут убежище в других регионах

В интернет-проекте "Разместим" каждый желающий может предложить бесплатное жилье в своем регионе жителям Белгородской области. За полтора месяца существования проекта таким образом из-под обстрелов смогли выехать несколько десятков семей с детьми. Корреспондент "Окна" поговорил с хозяевами и гостями о том, как повлияли на них два с половиной года войны.

Текст: Окно

29-летняя Мария из Петербурга приехала на городской вокзал, чтобы встретить молодую пару из Белгорода. 21-летняя Лиза и 21-летний Никита ехали в Петербург впервые. За несколько дней до этого Мария прочла про них в телеграм-канале "Разместим" и согласилась пустить пожить в свою двухкомнатную квартиру.

– Ребята не знают, но когда мы с ними в первый раз в кафе встретились, за соседним столиком за ними наблюдал муж, – вспоминает Мария. – Да, мы опасались, ведь все чужие друг другу. До этого они скинули мне свои паспорта, но все равно было тревожно. К счастью, все прошло прекрасно, мы нашли общий язык и договорились, что пару недель ребята смогут прожить у меня.

У Марии – антивоенная позиция, сама она занималась активизмом. Поэтому и решила участвовать в проекте.

– Я из города-героя "мразотной либераты" Екатеринбурга, проходила и скверы-храмы (масштабный городской протест 2019 года против застройки сквера. – "Окно"), и Фургала (после ареста в 2020 г. хабаровского губернатора Сергея Фургала акции солидарности с протестующими хабаровчанами проходили по всей стране. – "Окно"). Количество дней, проведенных в автозаках и СИЗО, по пальцам уже посчитать нельзя. О проекте узнала из ролика Максима Каца и поняла, что могу оказать эту помощь. Хотя вообще я не очень уживаюсь с людьми. Тот же брак, но гостевой. Но на пару месяцев пустить людей готова, – говорит Маша.

За две недели, что белгородцы прожили у Маши дома, они подружились.

– Маша очень милая, отзывчивая, очень радушно нас встретила, приютила, даже есть нам иногда готовила, – говорит Лиза.

"При обстрелах очень страшно"

Что из Белгорода нужно уезжать, было понятно давно: атаки дронов и ракетные обстрелы здесь практически ежедневно, а жизнь больше похожа на выживание.

– При обстрелах очень страшно. Но к этому привыкаешь. Бывает, едешь на работу, стоишь на остановке, беспилотники летают. И ждешь: бахнет или нет. Потом время проходит, опять пошли автобусы, едешь на работу. На работе опять сирены. И так уже давно, – вспоминает Лиза. – Год назад ракета попала в частный дом. Я узнала, что там жила семья, которая бежала из Харькова, нашла там укрытие. И весь дом подчистую. Все погибли. Все небо было оранжевым тогда, было очень страшно.

12 мая в жилой дом попала ракета, рухнул целый подъезд. Погибли 17 человек. Это стало последней каплей, говорят ребята. Чья это была ракета – украинская, как заявили белгородские власти, или российская, как считает ряд военных экспертов, – точно неизвестно.

– Буквально в один день мы решили, что нужно срочно переезжать: когда у нас в Белгороде подъезд снесло. Мама парня рассказала о проекте "Разместим". Дня за три мы нашли Машу. Взяли все наши накопленные деньги, немного помогли родители, отдав буквально последнее. Маму недавно сократили, она была консультантом в магазине одежды, но сейчас многие уехали из города, работы нет. Папа тоже еле справляется курьером, – рассказывает Лиза.

– Я старалась их ни о чем не расспрашивать. Моя психика просто этого не выдерживает. И это спокойствие, когда они рассказывают о страшных вещах… У Никиты была операция на легком, его ранило осколком. Второй раз он пострадал от взрывной волны. И он так спокойно рассказывал: "Если взрывается петарда, первое, о чем я думаю, что это мое легкое". Я местами даже тормозила их рассказы. Они насмотрелись в таком возрасте, молодые совсем… – говорит Мария.

По словам Лизы, они с Никитой хотят остаться в Петербурге. Уже сняли жилье и ищут работу. Сама она наполовину украинка. До войны с родителями часто бывала в соседнем Харькове, где у нее живут бабушка, дяди и тети.

– Я изначально была очень плохо ко всему настроена, все мои родственники никакой симпатии к войне не испытывают. Мы все ждем, когда она закончится. Среди моих друзей все против войны. Ведь можно было и другим путем решить все вопросы. Очень хочется дома побыть и не бояться ракет. Белгород сегодня сильно сдружился. Если ракетная опасность, взрывы, многие люди подъезды открывают, помогают друг другу. Я очень скучаю по Белгороду, это очень уютный красивый город, люди хорошие. Нас, грубо говоря, вытравили оттуда. И власти ничем не помогают, только разве что укрытия ставят. Люди бегут из города, причем всегда за свои деньги. Никакой помощи нет, – говорит Лиза.

"Нам стыдно, мы никому не нужны"

В 2022 году именно с территории приграничной Белгородской области российские войска вторглись в Украину. Тут расположены военные части и склады вооружений, а с аэродромов взлетают самолеты, которые бомбят Харьков и другие украинские города. Это делает Белгородскую область законной целью для ВСУ. Ракетные обстрелы и атаки дронов, от которых с начала войны страдают жители Украины, начались здесь на второй год "специальной военной операции", как в России называют войну в Украине. Сегодня Белгородская область, по сути, единственный регион России, который на себе ощутил, что значит война.

14 мая оппозиционный политик Максим Кац разместил ролик на своем Youtube-канале, в котором рассказал о запуске проекта "Разместим". Цель – свести вместе тех, кто хочет выехать из прифронтовой зоны, и тех, кто готов предоставить им бесплатное жилье в регионах. Также помочь проекту можно донатами.

– К началу весны участились обстрелы приграничных территорий, но в новостной повестке федеральных каналов этого не было. Про Белгород практически не говорили, никому до него не было дела. Макс нашел довольно быстро команду, и мы начали работу, – рассказывает Инга, координатор проекта.

Объявления желающие размещают через бот телеграм-канала. Потом волонтеры проекта созваниваются с людьми и узнают все детали. После успешной проверки объявление попадает в телеграм-канал проекта.

– Если у нас начинается "сдам только славянам" или "только православным", мы такие объявления не публикуем, – говорит модератор проекта Ольга. – Или объявления из серии "размещу женщину в своей квартире-студии". Был еще у нас молодой человек, который начал писать всем, что он из Сочи, зовет к себе женщин. Мы сразу поняли, что он таким образом хочет себе секс организовать. И сейчас мы всех предупреждаем: если объявление не было опубликовано у нас в канале, значит, человек не от нас, мы с ним не разговаривали. У нас был ряд объявлений, где предлагается жилье вместе с работой. Но были объявления от очевидно работных домов – где 40 женщин в общежитии, работают в рабских условиях. Такие объявления мы сразу баним.

В первые дни в телеграм-канале "Разместим" был вал объявлений от людей, которые были готовы предоставить жилье.

– Люди говорили, что хотят помочь, что невозможно смотреть на беспомощность других. Это в основном аудитория Максима Каца, она антивоенная, люди с высокой гражданской ответственностью, – рассуждает Ольга. – Нам минимум два раза писали мужчины, которые говорили, что у них нет свободного жилья, но они готовы снять квартиру белгородцам на два-три месяца. Сейчас у нас как раз ведутся переговоры. Есть семья в Белгороде, где ребенок с задержкой развития, ему нужен специальный садик. И мы сейчас организуем это. И если Иван сможет снять квартиру этой семье, как он обещал, будет очень круто. Мама уже нашла садик.

Что касается белгородцев, то разговоры с ними буквально раздирают душу, говорит Инга.

– В первый день я общалась с женщиной, ей где-то под 70, и она сказала, что живет в 17 километрах от Украины, что ей страшно, что когда слышит ракеты, у нее панические атаки. Она сказала: "Я очень долго не хотела уезжать, потому что здесь мой дом, но я хочу жить. Помогите!" С людьми из Белгородской области общаться трудно. Они в отчаянии, часто плачут. Говорят: "Нам стыдно, ведь мы никому не нужны". Ради этого хочется работать, чтобы дать людям передышку от этого всего.

– Большой страх и такая благодарность с их стороны. Было такое ощущение, что они бы и на колени упали, если бы были рядом, – говорит волонтер проекта Анастасия. – Многие плачут – кто-то от страха, кто-то из благодарности. Одна женщина говорила: "Я все время в тревоге, не могу спать, не могу слышать эти звуки, нас все время нас бомбят…" Было и много недоверия, что кто-то им поможет, еще и бесплатно.

По словам Ольги, обычно стороны сами списываются друг с другом, отправляют паспортные данные. Примерно половина из обратившихся в телеграм-канал жителей Белгородской области – матери-одиночки. Остальные – семьи с детьми. Сегодня через проект удалось разместить порядка 30 семей – это лишь те, кто дал обратную связь.

– Суперпопулярностью пользовались объявления о жилье на юге, в Анапе. Или в Москве. Юг и Москва – это приоритетные направления, – рассказывает Ольга. – У кого-то дети по госпрограмме ехали в лагеря южные, и семьи хотели быть рядом с детьми. Но мы сразу говорили, что, ребят, мы тут не тем немного занимаемся. Хотя они имеют на это право, они все натерпелись. Но при этом я не могу сказать, что таких случаев большинство. Основная масса хочет в принципе уехать из Белгорода. У многих уже есть наметки куда. Где-то друзья и родственники, где-то работа.

Обычно волонтеры не выясняют политические взгляды людей, поскольку цель проекта – обеспечить белгородцам безопасный отъезд.

– Моя задача выяснить, что это реальный человек, что он не псих и не мошенник, предупредить о правилах безопасности. Политическая история меня не волнует. Но для многих с принимающей стороны важна антивоенная позиция. Многие говорят: "Главное, чтобы не топили за войну". Для очень многих это было принципиально. Хотя, по моим ощущениям, люди стараются не говорить о политике, чтобы не сталкиваться с неприятными ситуациями, – отмечает Ольга.

"Поддержки государства вам не предусмотрено"

30-летняя Анна из Шебекинского района Белгородской области давно хотела уехать. Она мать-одиночка, у нее двое детей. Дочери пять лет, сыну – восемь. Из-за постоянных обстрелов и ракетных атак пришлось бросить работу, у дочери начались проблемы со здоровьем.

– Дочка очень боялась, писалась по ночам. Это постоянное напряжение, когда ты нормально не можешь спать, когда обстрелы, хватаешь детей, бежишь в коридор... Я написала объявление в телеграм-канале, мне перезвонила девушка, задала несколько вопросов. Объявление разместили. А через какое-то время мне написал мужчина, Александр, спросил, действительно ли я из Белгородской области. И он нам снял квартиру в Химках на два месяца, – рассказывает Анна.

В Подмосковье они приехали втроем, захватив питомцев – кошку и кролика.

– Нам хорошая хозяйка квартиры попалась, сразу сделала временную регистрацию. Александр с женой привезли нам посуду, игрушки, наши дети тоже с ними дружат, на мероприятия ездим вместе. Живем здесь с 26 мая. Хозяйка не против домашних животных. Да и животные тоже рады – кот уже не боится взрывов, ходит везде спокойно, – рассказывает Анна.

Скоро бесплатная аренда квартиры заканчивается, но Анна планирует дальше уже сама снимать жилье: нашла работу в соседней пиццерии. Дочке дали детский сад. А сын 1 сентября пойдет в 3-й класс. Для него это будет первая "настоящая" школа.

– Сын был два года на дистанционном обучении. Фактически я учила его самостоятельно, – говорит Анна. – Никакой связи с учителями, онлайн-обучения давно не было. Представляете, что это такое – прописать план уроков, провести уроки. Хотя по Конституции у нас доступ детей к образованию... Я вместо того, чтобы работать и содержать детей, должна была сына учить. Мне пришлось уволиться год назад – совмещать детей с работой было невозможно. Опасно брать их с собой – то такси нет, то автобусов нет, постоянные обстрелы.

Анна была управляющей салона красоты. После увольнения жили на детские пособия – примерно 24 тысячи рублей в месяц.

– Поддержки от государства никакой нет. И я живу на детские пособия – отбираю эти деньги у детей, от их образования и развития. Сейчас выплаты такие: если ты полностью утратил жилье, тебе выплачивают 50 тысяч. А что это такое? Это месяц съема квартиры в Подмосковье. А если у тебя большая семья? Если жилье не до конца разрушено, то всего 10 тысяч. Этого даже на билеты не хватит, – говорит Анна. – Когда вся эта катавасия началась, я писала в Минобороны. И мне ответили: "Ребята, вы не волнуйтесь, вы в безопасности. Никакой поддержки со стороны государства вам не предусмотрено". Видимо, очень безопасно под обстрелами. Мы сейчас переехали в Химки, и ко мне приехала подружка на какое-то время, отдохнуть от обстрелов. А вчера у нее в Белгороде парня убило дроном. И никто, никто не поможет…

По ее словам, в приграничном Шебекине до обстрелов жило больше 40 тысяч человек, осталось шесть тысяч – остальные выехали. Многие дома разрушены. Власти пытаются их восстанавливать, но обстрелы продолжаются.

– Люди настолько устали от этого, что даже не прячутся. Представляете? Это самое худшее, когда у человека нет страха. Все хотят, чтобы побыстрее все закончилось. Но люди просто привыкают. Ракетная опасность, мы с детьми сидим в укрытии, а люди просто ходят, им все равно. Упадет и упадет – ну, значит, судьба. Два года назад у нас прилетела "Точка У" на улицу Маяковского, 34 частных дома снесло. Погибла семья, бабушка, дедушка, родители и дети. В прошлом году 1 июня тысячи снарядов летели в Шебекино, мы не могли домой попасть. 30 декабря прошлого года мы ехали с дочкой на каток. И она сказала: "Мамочка, я не хочу ехать на каток, иначе мне конец". Наверное, она имела в виду, что что-то упадет. Но потом мы узнали, что тогда на катке погибли девочки из ее танцевальной студии. Был прямой прилет, очень много погибших, ракеты летели в центр города. Потом уже были обстрелы каждый день, – вспоминает Анна, которая больше всего боится за детей. – Дети – моя зона ответственности. Я должна была их вывезти. Я не понимаю, почему государство не хочет нас защищать. Мы оказались беженцами в собственной стране. Когда был затоп в Херсоне, людям дали сертификаты на жилье. Нашим шебекинцам не дали ничего. У меня нет отложенных денег, нет мужа, который помог бы. Приходится справляться самой.

Теперь дети в безопасности. Больше всего их удивляет, что в Подмосковье можно гулять, там нет укрытий и не летают ракеты.

– Моя дочка после того случая 30 декабря, когда погибли девочки, постоянно писается по ночам. Носит подгузники. Расстраивается – мол, кто в подгузниках в таком возрасте. Мы уже лечились у невролога, психолога. А в Химках у нее все нормально. Видимо, надо было просто вывезти ребенка из зоны обстрелов… – говорит Анна.

Из Белгородской области уже уехали все ее друзья и многие родственники. Люди бросают квартиры и дома – продать их невозможно. Но у кого-то нет денег на отъезд, а кто-то не может бросить работу, перевезти бизнес.

– У меня родители-пенсионеры. Тоже думают, чтобы уехать, но пока не могут – нет денег, и бабушка недавно сломала шейку бедра. Власти пока только строят укрытия, а не помогают людям. Соловьев (пропагандист Владимир Соловьев. – Прим. ред.) же приезжал, сказал, что жители Белгорода просто истерички, у вас укрытия стоят, что вам еще надо? А люди говорят: вы видели эти укрытия? Если туда попадешь, то там и останешься. Укрытия без крыши вообще непонятные, если осколки будут, может, и защитят. Но от прямой ракеты тебя ничего не спасет, – рассуждает Анна. – И больше всего удивляет, когда выезжаешь из Белгорода в другие регионы, а тебе говорят: "Белгород – это же Украина, да?" Или сегодня вот фразу слышала: "Белгород – это тот, что с Украиной воюет и никак не угомонится? Правильно, что вас там обстреливают, вы виноваты". Спасибо, конечно, но я не планировала никого обстреливать…

Магазины открыты. И ни одного бомбоубежища

Больше всего белгородцев удивляет обычная спокойная жизнь в других регионах, без обстрелов, взрывов и укрытий на улицах. Месяц назад Сергей пригласил пожить в своей свободной двухкомнатной квартире в Петербурге семью с детьми.

– Мое объявление выставили в телеграм-канале. Через пару дней написал человек: "Нас четверо, мы бы хотели приехать уже завтра". Мы договорились встретиться на Московском вокзале. Приехала семья, мальчику 12 лет, девочке 9. Дней десять у меня гостили. Мы с ними поездили по городу, по туристическим местам. И их реакция меня поразила. Они не понимали, как это – магазины открыты, рестораны работают и ни одного бомбоубежища. Потом они поехали на юг. Тогда у нас тут было холодно, – рассказывает Сергей.

Происходящее в Белгороде – это общая трагедия, считает Сергей. Два года назад он помог выбраться в Европу семье из Мариуполя. И до сих пор эту историю вспоминает с болью.

– Там были соседи с детьми – девочке 15 лет и мальчику 17. Из Мариуполя они пытались поехать в сторону Украины, но их автобус обстреляли. Они бросились в лесопосадку, там потерялись с мамой мальчика. Как-то пытались выбраться. На каждом российском блокпосту всех раздевали догола, проверяли. Было очень больно слушать их рассказы, – вспоминает Сергей.

Тогда беженцы смогли добраться до Петербурга. После чего Сергей на своей машине отвез их на российско-финскую границу.

– На границе девочку попросили снять косынку, чтобы свериться с фотографией. Я хоть и прожил 59 лет, но это был шок: я в своей жизни никогда не видел седую 15-летнюю девочку. Мы переехали границу, и у нее просто началась истерика. Неужели выбрались… Это было очень больно. На границе тогда миграционный комиссар пожал мне руку. В этот раз, когда появилась возможность помочь людям из Белгорода, я понял, что нужно действовать. Я планирую и дальше предлагать жилье жителям Белгородской области, – говорит Сергей.

На сегодняшний день проект "Разместим" получил 282 заявки на публикацию и опубликовал 220 объявлений – 167 от принимающей стороны и 53 – от желающих найти жилье. Заявки проект принимает через телеграм-бот, а после проверки объявления публикуются в канале проекта.