YouTube — всё? Ну, поживем — увидим

Прогнозы аналитиков сбылись: в России тестируют блокировку самого популярного видеосервиса

«Роскомнадзор, по требованию прокуратуры, в соответствии с приказом, запрещающим распространение практически всего, заблокировал на территории России YouTube. После блокировки сервиса по всей стране началась серия одиночных пикетов, на ближайшие дни запланирован ряд крупных акций протеста. Оппозиция в шоке, школьники возмущены, дети объявили голодовку — еда без мультиков не лезет. Страна переживает тяжелейший политический кризис в своей истории».

Так? Так вы видите последствия блокировки популярного видеохостинга? И — зря.

Слухи и новости вокруг возможной или реальной блокировки популярного сервиса уже стали дежурным фоном новостной повестки. Любое событие воспринимается как долгожданное: ну вот, случилось, мы же предупреждали. Некоторые даже спорили: когда? В этом году? В следующем? И снова очередное. Будут замедлять якобы по требованию Роскомнадзора или — потому что сервера износились, по версии Ростелекома, или — если что, вообще не планируем, по версии пресс-секретаря первого лица.

Для начала любой серьезной дискуссии давайте разберемся в терминах.

• Заблокирован — это значит, что невозможно пользоваться. Но если через VPN, то отлично работает, как другие типа запрещенные социальные сети.

• Замедляют — значит, собственными средствами пытаются навредить. Но власти делают это давно. Однако — страна большая, и даже консолидация провайдеров под крылом госкомпаний не дает результата. На базе маленького региона, где три провайдера, которых мы знаем в лицо, может, и работает. На уровне страны — где-то, и правда, замедлили, а кто-то узнает это из новостей. «Всё не так однозначно». Так что в любом случае говорить о блокировке преждевременно, а то и бессмысленно.

Сейчас Роскомнадзор опубликовал пресс-релиз, суть которого: проблема в серверах Google, которые были раскиданы по стране и помогали быстрому доступу к сервисам компании. А теперь, мол, сервисы выходят из строя, доступа мы к ним не имеем. Приходится отключать, что, безусловно, скажется на скорости доступа к YouTube, примерно для всех.

Смущает, правда, что указали конкретную дату. И то, что без всяких серверов конкретно Ростелеком умеет замедлять все что угодно, и постоянно этим занимается.

Перевод стрелок со всех сторон, мол, это не мы, — подтверждает догадки: что-то тут не так.

Вероятнее всего, это действительно — эксперименты. Лето, падение трафика — самое время проверить, а что будет? Самое страшное, что ничего.

Все началось после Крыма, когда пошли первые предположения о том, что западный сервис не очень нужен россиянам. И нарратив «пока не заблокировали» начал медленно проникать в массы. Оно и понятно. Флегматичность населения в области общественно-политической повестки появилась не сегодня. Носители либеральных взглядов теми или иными способами пытались раскачивать лодку, как бы намекая народу: смотрите, что делают. Но в реальной жизни эти крики не доходили до адресата. Алармизм во всех его проявлениях привел к обратному — полной девальвации идеи. Не получится? Незаконно? Противоречит Конституции? Вы что вообще творите? Но в ответ была тишина. Видимо, вполне логичная.

Страдают от всего этого, в общем-то, все, но офшорная журналистика явно это высказывает. Если с финансированием как-то решается, то потерять аудиторию — трагедия. А она уйдет. Развлекательный контент — не велика потеря. А какой бы контент ни был социально значимый и информационный, при всем уважении к создателям, это все равно для аудитории не самое главное. Конечно, хочется послать лучи сочувствия тем, кого беспокоит объем российской аудитории или возможность доносить до нее информацию, но сама публика переживает совсем другие эмоции и совсем другие проблемы. В конце концов, формальная блокировка западных социальных сетей не привела ни к каким последствиям. Ожидать, что гипотетическая невозможность доступа к YouTube что-то поменяет, уже как-то наивно.

Продолжение дискуссий о блокировке YouTube, как и обо всем, что происходит в российском сегменте Рунета, — это лишь занудное описание стадий текущего разложения. Тут замедлили, там не работает, здесь удалили. Как бы пафосно ни звучало, но на фоне происходящего работоспособность — пусть и важного, и крупного — видеосервиса в России не имеет никакого глобального значения.

Внимание к вопросу понятно: сегодня YouTube — головное мультимедийное окно в цивилизованный русскоязычный мир. Весь цвет российской интеллигенции, признанный «иноагентами», все запрещенные организации, все те, кто, находясь в безопасности, может и хочет транслировать что-то человеческое, являются терапевтическим источником для миллионов россиян, не поддерживающих политику государства. YouTube — это не просто ежедневная фиксация происходящего, это рынок правды, где ее производители вынуждены конкурировать между собой, рождая в процессе полноценный альтернативный медиапродукт. Недаром многим общественно-политическим блогерам присваивают психотерапевтический эффект.

Никто не может ни на что повлиять, но приятное бурчание женского или мужского голоса на тему общественно-политической обстановки успокаивает — в отличие от ток-шоу на государственных каналах.

Конечно, альтернативные медиа и блогеры, представленные на YouTube, не только развлекают. И расследования в развлекательной форме доносят до масс происходящие ужасы, и координация сторонников, и поддержка тех, кто попал в беду, и к ужасу властей — имеющий потенциал на регулярность марафон в поддержку политзаключенных… Не просто так едят свой хлеб работники виртуального эфира. Но как бы неприятно это ни было признать, все это для населения не самое важное.

Закон об «иноагентах» стерпели? Стерпели, покорно расставив плашки. Отсутствие рекламы стерпели? Стерпели, проворно запустив «Патреон» и «Бусти». Зрители не взбунтовались? Как мы видим — нет.

А ведь все это уже было. Ловили запрещенные голоса на радиоволнах. Теперь ходим через VPN на запрещенные сайты. Слушали в тишине западные голоса? Да и сегодня, судя по всему, не стоит рисковать: кто знает, кого что оскорбит… Сейчас даже хуже, но что это меняет? Разве что добавляет каплю в бочку постоянно поступающих проблем. Копится вместе с остальным. Без конкретных приоритетов, ибо как бы приторно это ни звучало, есть беды и помасштабнее.

Новости о YouTube еще будут поступать с виртуального фронта. Учитывая стек современного законодательства, повесить на хостинг можно разное. Экстремистская организация, в конце концов, — нельзя даже ссылкой поделиться. Можно реально заблокировать и вслед за этим, вероятно, словить инфраструктурные проблемы или повторить позор, как в случае с попыткой блокировать Телеграм. Можно дальше продолжать ломать Сеть и добиться существенного снижения трафика, еще большего падения рекламных доходов. Или просто посадить еще кого-нибудь — тоже помогает, хоть не является технологическим решением.

Ну, допустим, сломали — ничего не изменилось. Стоит признать, что это просто сервис, который легко можно перечислять в ряду тех, кто ушел, не работает или вроде как заблокирован. Замедлят — привыкнут, заблокируют — перестроятся. А может, и просто забудут: живут же в Северной Корее без YouTube, — живут. Значит, не в этом счастье. Самой же компании все равно, что происходит с ее бизнесом в России.

Есть и хорошая новость: что бы ни происходило — на популярном видеохостинге точно появится на эту тему ролик. Вне зависимости от усилий Ростелекома, Роскомнадзора и прочих сочувствующих. Блогеры сделали всё, что могли. Теперь дело за зрителями.