Невосполнимые потери растут

И это вынуждает Минобороны повышать зарплаты для новых контрактников и формировать пехотные полки из авиационных механиков

Наступление России в Украине продолжается — потери вооруженных сил растут. Военное начальство и власть отчаянно пытаются заменить выбывших солдат, обещая платить новым контрактникам огромные деньги, чему совсем не рады даже провоенные блогеры. А как же быть с теми, кто воюет уже два года и в жизни не видел таких сумм, — вопрошают они. В то же время на фронте появляются пехотные соединения, собранные из служащих Воздушно-космических сил. О том, зачем российской власти наступление любой ценой и как на это реагируют провоенные авторы, — в новой колонке писателя, продюсера и исследователя Z-сообщества Ивана Филиппова.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Главная тема последних недель в Z-каналах — крайне низкие темпы «восполнения живой силы» при «избыточных потерях на фронте». Говоря человеческим языком — сейчас в штурмах украинских сел и городов погибает больше российских военных, чем приходит на их место контрактников. Тема эта с каждым днем становится все более острой, про нее пишут, пишут много и порой довольно эмоционально.

Провоенные авторы опираются как на собственные данные, так и на косвенные: главные каналы обращают внимание на то, с какой космической скоростью растут выплаты новым контрактникам, и на новые методы рекламы службы, которые используют российские власти. В этих решениях Z-сообщество видит отчаянную попытку военных набрать необходимое число солдат, избежав новой волны мобилизации.

При этом буквально под каждым Z-текстом, описывающим проблему, кто-то из читателей непременно задается вопросом: «Но если все так плохо, то почему российская армия продвигается и захватывает все новые и новые территории?» Это совершенно разумный, если не сказать очевидный вопрос. Логика говорит нам: армия, у которой все плохо, должна проигрывать. Если же она, наоборот, успешно двигает линию фронта — значит, у нее точно все в порядке. На самом деле нет.

В реальности зависимость здесь, скорее, обратная: чем дольше идет наступление российской армии, тем громче бьют в набат провоенные авторы. Их тревога связана не с тем, что наступление развивается недостаточно удачно, а именно с ценой, которую платит за каждый метр наступающая армия. И с пониманием, что людей для восполнения «излишних потерь» у Министерства обороны недостаточно.

Самые громкие тексты последней недели написал автор канала «Военкор Котенок», «потомственный военный корреспондент», главный редактор новостного портала «Сегодня.ру», обозреватель и редактор информационно-аналитической службы Донбасса, собственно — сам Юрий Котенок. В серии очень эмоциональных постов он рассказал о ходе наступления российской армии на Харьковском направлении:

«Темпы нашего продвижения замедлились. Медленно от Донецка на запад ползем. Жабьими прыжками. Понятно, почему замедление. Людей нет. Уровень потерь — высокий. Для тех, кто не понимает — наступать НЕКЕМ ФИЗИЧЕСКИ. Истощилась живая сила». (Орфография и пунктуация оригинала здесь и дальше сохранены.)

В своем тексте Котенок также рассказывал и о том, что на отдельных направлениях российские военные перестали забирать убитых, «так как это увеличивает статистику потерь», и делал неутешительные для себя выводы, что никаких «целей СВО» такими темпами не достичь. О Харькове и Одессе бессмысленно даже думать: «Простой расчет: такими темпами только ДНР очистим через… два года».

Почему в таком случае Россия продолжает наступать? Котенок предлагает вот такой ответ, с которым согласны многие военные эксперты: «Все понимают, что к концу года есть вероятность начала договорнячка, пытаются успеть».

Российские войска наступают, потому что после президентских выборов в США возможно начало мирных переговоров и надо успеть захватить как можно больше территории. Из-за этого наступающая армия, которая по определению несет потери выше, чем обороняющаяся, не успевает их восполнять. Как следствие, потерь в истощенных войсках становится все больше и темп продвижения замедляется. Но не останавливается. Примерно так можно кратко сформулировать основную мысль, которую транслируют последние недели отдельные провоенные каналы.

В одной своих прошлых колонок я рассказывал, как Z-авторка Анастасия Кашеварова первой написала о распространенной ныне практике отправлять на фронт недолеченных раненых. Делалось это ровно по той самой причине, о которой пишет Котенок, — отсутствие людей. На прошедшей неделе авторы каналов Fighterbomber и «Убежище №8» рассказали уже о новой инициативе российского военного руководства, призванной восполнить безвозвратно утерянные на фронте части. Fighterbomber написал о появлении мотострелкового полка Воздушно-космических сил — явлении в нормально функционирующей армии по определению невозможного.

По словам автора, полк комплектуют из инженерно-технического, летного и летно-подъемного состава: «Вооруженники, радисты, механики, двигателисты и тормозники. Сержанты, прапорщики и офицеры. Вроде даже один штурман есть. Воюют норм. Как все».

Мобилизованный автор канала «Убежище №8» добавлял, что подобная практика распространена не только в ВКС: «На флоте, как только могут, переводят контрактников в бригады морской пехоты. Вплоть до превращения комендантского взвода в штурмовой. Помимо этого, существуют ситуативные инициативы на фронте. Например, взять хотя бы несколько “ненужных” связистов для пополнения штурмовой роты. <...> Сформировать из минометной батареи эвакогруппы — после утраты матчасти. Расформировать снайперский взвод снайперской роты, чтобы перекинуть личный состав в штурмовой взвод».

Он же подтверждает и основной вывод, который я сформулировал чуть выше: перманентная нехватка людей — «результат постоянного, без оперативных пауз на пополнение и подготовку позиционного наступления».

Обращает Z-сообщество внимание и на попытки федеральных властей как-то решить проблему. Авторы сходятся во мнении, что бесконечный процесс повышения выплат новым контратникам — это попытка власти откупиться от необходимости новой волны мобилизации. Правда, тот факт, что выплаты повышают и повышают, во-первых, говорит о том, что даже за очень большие деньги желающих умирать в Донбассе все еще недостаточно, во-вторых — совершенно ожидаемо у уже воюющих военных появился вопрос: а почему дополнительных денег не платят им.

В вопросе выплат новым контрактникам самый, пожалуй, показательный пример — это Санкт-Петербург и Ленинградская область. Еще в начале этого года выплата составляла 695 тысяч рублей. Власти последовательно повышали ее: в марте, июне и дважды в июле этого года. Сейчас на рекламных плакатах «У города-героя-СВОи герои» указана сумма единовременной выплаты в 2,1 миллиона рублей. На федеральном же уровне 31 июля Путин подписал указ о дополнительном повышении единовременной выплаты за службу «в зоне СВО» до 400 тысяч рублей.

«Путинские 400 тысяч одобряю <...>. При этом прекрасно понимаю чувства мобилизованных и добровольно зашедших на контракт в 2022–2023 годах. Люди пошли умирать за Родину в самый тяжелый период войны и бодренько пролетели мимо всех последующих выплат», — написал, комментируя эту новость, автор канала «Как я поехал на войну. Платон Маматов». Телеграм-канал неонацистского подразделения ДШРГ «Русич» эту же мысль сформулировал жестче: «Кто-нибудь, постучите в дверь бункера и скажите деду, что есть люди, которые подписали контракт в 2022 году еще до мобилизации и не получили никаких выплат от государства за это. При этом контракт они разорвать не могут и за переслуженное время ничего не получают».

В цитате ДШРГ «Русич» поднимается и еще одна проблема, о которой Z-авторы вспоминают все чаще и чаще, — невозможность разорвать контракт и сам факт того, что многих контрактников по сути обманули, оставив на войне бессрочно и без возможности уволиться. Не останавливаясь на этой теме отдельно, приведу лишь одну цитату из опубликованного в канале «Военкор Котенок» обращения военнослужащего: «Дальше проблема будет расти как снежный ком. А еще есть жены, родители, дети. Думаете, они будут покорно ждать? А как это скажется на новых добровольцах? А что будут делать бойцы, когда совсем невмоготу станет? Мы знаем, как в 1917-18 годах целые полки уходили с фронта домой. Нам нужно это повторять?»

У Z-авторов нет никаких сомнений относительно того, с чем именно связан такой аттракцион невиданной щедрости, — это попытка властей одновременно решить вопрос с нехваткой людей и избежать новой мобилизации. Автор канала «Солдатская правда» полагает, что, как раз если старых контрактников начнут наконец отпускать домой и у службы снова появятся четкие сроки, это может помочь куда больше, чем просто механическое увеличение выплат. И тогда «пойдут не только те, кому уже нечего терять и для них без разницы, что билет у них только в один конец, но и те, у кого есть еще планы на свою жизнь».

Насколько российским властям удастся деньгами решить растущую с каждым днем проблему, непонятно. Нет на этот счет единого мнения и у Z-авторов — например, канал «Два майора» пишет, что второй волны мобилизации «не планируется», а полковник Виктор Алкснис, автор канала «Черный полковник», напротив, более пессимистичен: «Пойти на новую мобилизацию Кремль боится, опасаясь резкой отрицательной реакции на это российского общества. Но судя по всему она с каждым днем становится все более неизбежной».

Решится ли Владимир Путин объявить новую мобилизацию, знает только он, но настойчивость, с которой несколько последних месяцев Z-каналы продолжают поднимать вопрос катастрофической нехватки людей, дает очень важный контекст ежедневным новостям о «продвижении» российских войск на отдельных участках фронта. Если наступление продолжится, вполне вероятно, что нехватка потерянной в штурмах «живой силы» может стать критической.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.