Оригинал материала
"Все понимают политическую мотивацию": уголовное дело отца дагестанских террористов
В Дагестане предъявили новые обвинения бывшему главе Сергокалинского района Магомеду Омарову, сын и племянник которого участвовали в вооруженных нападениях в республике в конце июня. Изначально предполагалось, что ему может грозить статья о содействии терроризму. Однако в итоге Омарову вменили серию мошеннических преступлений, злоупотребление полномочиями и подделку документов. Сайт Кавказ.Реалии разбирался, что известно об этом деле.
Об участии членов семьи 64-летнего Магомеда Омарова в вооруженных нападениях в Дагестане стало известно вечером 23 июня, еще до официального заявления спецслужбы об окончании контртеррористической операции в Дербенте и Махачкале. Изначально сообщалось, что родственниками чиновнику приходятся трое боевиков – его сыновья Адиль и Осман, а также его племянник Абдусамад Амадзиев.
Позднее были названы имена пятерых убитых нападавших. Адиля в этом списке уже не было. Участвовал ли он в теракте и был задержан, а не убит или оказался в предварительном поименном списке преступников по ошибке, до сих пор точно неизвестно; заявлений от республиканских правоохранительных и следственных органов по этому поводу не было. Однако, судя по всему, Адиль Омаров, работавший в Махачкале госслужащим, в нападениях 23 июня действительно не участвовал: в последний год он якобы взял отпуск по уходу за ребенком и пропал.
Всего у Магомеда Омарова восемь сыновей, один из них приемный. С конца 1990-х многодетный отец работал в банковской сфере – сначала управляющим Сергокалинским отделением Сбербанка, затем на позиции председателя правления банка "Эльбин", который принадлежал семье экс-главы республиканского правительства Абдусамада Гамидова (в 2018 году он был арестован по обвинению в хищениях, позднее суд приговорил его к шести с половиной годам колонии общего режима).
В 2007 году Магомед Омаров стал депутатом Народного собрания Дагестана. Сергокалинский район, где живут около 25 тысяч человек, он возглавил в 2010 году и с тех пор не покидал этот пост – вплоть до нападения родственников на полицейских и религиозные объекты в этом июне.
Вечером 23-го числа, примерно через час после публикации сведений о связях некоторых боевиков с Омаровым, местные телеграм-каналы сообщили, что чиновник написал заявление об отставке, а его самого задержали. Той же ночью, по данным государственного агентства ТАСС, главу Сергокалинского района исключили из партии "Единая Россия" с формулировкой "за дискредитирующие действия". На следующий день глава Дагестана освободил Магомеда Омарова от должности.
"Вдвойне обидно и непонятно, что террористами оказались сыновья главы одного из районов республики. <...> Оказалось, что он [Омаров] в лучшем случае не смог дать правильное направление даже своим сыновьям. Тогда возникает вопрос: как он управлял большим районом? И нет ли у нас еще таких глав, которые тоже "заснули" и превратили свою администрацию в спящую ячейку?" – прокомментировал Меликов.
Он также пообещал проверить личные дела всех, кто занимает руководящие должности в Дагестане, правда, позже уточнил, что проверка будет касаться соблюдения требований законодательства о противодействии коррупции, а не причастности местных госслужащих к экстремизму.
В делах главы любого района можно найти гораздо более крупные нарушения
25 июня суд в Махачкале поместил Магомеда Омарова под административный арест на десять суток по статье о мелком хулиганстве. Он якобы матерился в общественном месте – через дорогу от Ленинского РОВД. Сам к тому моменту уже бывший чиновник отказался подписывать протокол о правонарушении и не признал вину в суде.
Еще через день под административный арест поместили нескольких сыновей Омарова – тоже по статье о мелком хулиганстве. Перед этим в сети появилось их видеообращение: "Просим у всех семей пострадавших прощения за подлый теракт, который совершил наш брат. Ради Аллаха, простите нас".
Пока Магомед Омаров находился в спецприемнике, на него собирали материалы для уголовного дела. Изначально сообщалось, что ему могут вменить статью о содействии терроризму – она предусматривает наказание вплоть до пожизненного лишения свободы. При этом сам экс-глава Сергокалинского района еще после задержания вечером 23 июня утверждал, что в последние годы не общался с некоторыми сыновьями и племянником – именно из-за того, что те стали ваххабитами.
В итоге Омарова обвинили в мошенничестве. Его задержали по этому уголовному делу в ночь на 5 июля, через сутки после освобождения из спецприемника. По версии следствия, писала близкая к Кремлю газета "Известия", в 2021 году муниципальный глава в составе организованной группы незаконно обратил в собственность земельный участок с нежилым зданием на сумму почти в два с половиной миллиона рублей. А в 2016–2022 годах якобы фиктивно трудоустроил двух односельчан на должности водителей в редакцию местной газеты – следствие оценило ущерб еще почти в 700 тысяч рублей.
Статья о мошенничестве в крупном размере, совершенном с использованием служебного положения, предусматривает до шести лет лишения свободы. 9 июля суд поместил Магомеда Омарова в следственный изолятор.
В конце месяца бывшему госслужащему предъявили новые обвинения. Согласно официальной версии, в 2018 году руководитель Сергокалинского района вместе со своим сыном Османом Омаровым (именно его следствие считает лидером группы боевиков, устроивших теракт 23 июня) незаконно получили из бюджета, а затем легализовали почти три миллиона рублей, которые были выделены Минсельхозом республики в качестве гранта на поддержку начинающих фермеров.
Так в деле Магомеда Омарова появился еще один эпизод мошенничества в крупном размере и две новые статьи – о злоупотреблении служебными полномочиями и подделке официального документа. По совокупности предъявленных обвинений 64-летнему арестованному может грозить до 27 лет колонии.
"Вызов для путинской России"
"Есть поговорка, что сын за отца не отвечает. Но нет тезиса, что отец не отвечает за детей", – заявил еще 24 июня Сергей Меликов.
С преследованием бывшего главы Сергокалинского района, по мнению члена совета центра "Мемориал" Александра Черкасова, связано не столько нарушение правовых норм, сколько именно понятийная позиция. Он также отмечает, что власти сделали Омарова одним из главных виновников нападений в Дагестане, следуя практике "немедленного ответа на вызов". Следуя ей же, после теракта в московском "Крокусе" они задерживали мигрантов из стран Центральной Азии, в том числе в Дагестане.
"Дело Магомеда Омарова – это попытка сформулировать на языке Уголовного кодекса его политическую ответственность. Все сводится к ответственности отца за воспитание детей. На юридическом языке в данном случае это не очень формулируется, поэтому предъявляют то, что есть", – заявил правозащитник сайту Кавказ.Реалии.
С ним соглашается собеседник редакции в Дагестане (мы доверяем его оценке, но не можем назвать имя из-за репрессивного российского законодательства). Он указывает, что если бы власти нашли хоть какие-то намеки на связь Омарова с терактом или на его причастность к укрывательству боевиков, на него сразу же возбудили бы дело по соответствующей статье, а не обвиняли бы в различных финансовых преступлениях.
"Все понимают политическую мотивацию. Это сделано, чтобы показать хоть какую-то реакцию властей. Но даже те хищения, в которых его обвиняют, не такие серьезные и масштабные – это уровень мелкого чиновника. Если покопаться в делах главы любого района, можно найти гораздо более крупные нарушения", – заявил источник.
Эта история – про весь режим и про отцов и детей, про всю страну
В то же время, отмечает он, Магомед Омаров – не только отец одного боевика и дядя другого, все участники теракта были родом из Сергокалинского района. И в этом местные власти тоже могли усмотреть его ответственность за произошедшее.
"Не знаю, сколько ему дадут – год, два, три, пять, десять. Сомневаюсь, что это будет 15 или 20 лет. Но, учитывая его возраст, даже такой срок – это довольно суровое наказание", – говорит собеседник. Сейчас, продолжает он, основной метод, избранный руководством Дагестана при расследовании нападений 23 июня, – силовой.
Сначала было заявлено о задержании одного человека, причастного к организации теракта, но в последний момент отказавшегося от непосредственного участия в нем. Затем стало известно об аресте как минимум троих предполагаемых соучастников группы Османа Омарова из Сергокалинского района. Однако выяснилось, что как минимум один из них, Заур Магомедов, является уроженцем селения Салта Гунибского района. Магомедов при посещении его в СИЗО наблюдателями сообщил о применении к нему пыток, в том числе электрическим током, заявил о фабрикации в отношении него уголовного дела и своей непричастности к боевикам группы Омарова.
Еще троих задержали во время недавней спецоперации в Каспийске. Эти люди, по версии ФСБ, якобы тоже планировали нападения на силовиков и православный храм.
По словам источника редакции, силовые методы только усугубляют ситуацию с радикализацией. Например, из-за давления на имамов, которые не относятся к официальному муфтияту, некоторые верующие перестают ходить в мечети и образуют собственные закрытые группы по изучению религии, в которых может проходить радикализация. Параллельно с этим власти преследуют тех, кто борется с экстремизмом и радикализацией с помощью просветительства, – как это произошло с журналистом и политзаключенным Абдулмумином Гаджиевым, осужденным на 17 лет.
То, что среди участников теракта 23 июня в Дагестане оказались родственники человека из власти, – новый вызов для системы государственного управления в России. И руководство не знает, что с этим делать, отмечает Черкасов.
"Это действительно страшно. Власть растит вот такие элитки в разных регионах страны. И теперь не из враждебного лагеря исходит угроза, не из подполья 2000–2010-х годов, к которому привык внешний наблюдатель. Это теперь среди своих зарождается и будет проявляться в самых разных семьях и по самым разным причинам. Это вызов для путинской России. Ведь дело не в Дагестане, эта история – про весь режим и про отцов и детей, про всю страну", – заключил правозащитник.
- В Москве за драку с полицейскими суд арестовал 21-летнего Тимура Бажаева, сына долларового миллионера чеченского происхождения Мусы Бажаева. Сайт Кавказ.Реалии рассказывает, что известно об этом деле, семье Бажаевых и других задержаниях влиятельных уроженцев Чечни за пределами республики.
- Глава Дагестана Сергей Меликов все чаще жалуется на необоснованную, по его мнению, критику. Эксперты, опрошенные сайтом Кавказ.Реалии, полагают, что это может быть связано с "шатким" положением руководителя-назначенца.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить