Оригинал материала
Макрон «послал республиканский фронт»?
Премьером Франции стал 73-летний Барнье, представитель правой партии, занявшей на выборах лишь четвертое место. Левые обещают массовые протесты
5 сентября, через 60 дней после назначенных им же самим внеочередных парламентских выборов, президент Франции Эмманюэль Макрон определился с кандидатурой нового премьер-министра. Им назначен Мишель Барнье — 73-летний бывший еврокомиссар и многократный министр в правительствах Ширака и Саркози. Таким образом, президент выбрал правого премьера, несмотря на то, что первое место на прошедших выборах все-таки заняли левые. Они уже назначили первую общенациональную акцию протеста на ближайшую субботу.
Как до этого дошло…
Прежде чем рассказать о новом премьере и о реакциях, вызванных его назначеним, — короткая предыстория.
По итогам завершившихся 7 июля внеочередных выборов в Нацсобрание (которые Макрон, по его словам, решил провести в «ответ на чаяния избирателей», отдавших на июньских выборах в Европарламент победу крайне-правой партии Ле Пен)
-
первое место заняла левая коалиция «Новый народный фронт» (178 мест),
-
на втором, к всеобщему удивлению, все же оказался макроновский центристский блок «Вместе за Республику» (150 мест),
-
а третьим пришло лепеновское «Национальное объединение» c союзниками (142).
Важно также напомнить, что эта
победа над крайне правыми была одержана благодаря тому, что макроновцы договорились с левыми о создании так называемого республиканского фронта.
То есть о снятии кандидатур в пользу друг друга в большинстве избирательных округов — с тем чтобы оставшиеся кандидаты от «прогрессистского лагеря» увеличили шансы на победу над своими соперниками из партии Ле Пен.
В итоге победа «республиканского фронта» была одержана, но главным образом — за счет усилий левых, которые пожертвовали примерно вдвое большим числом своих кандидатов, чем макроновцы.
Тем не менее сразу после выборов президент еще раз повторил, что ни в коем случае не назначит премьером представителя крайне левой партии «Непокорная Франция» одиозного Жан-Люка Меланшона (набравшей больше всего голосов — по сравнению с представителями двух десятков других партий «Нового народного фронта»). Среди главных причин назывались: «антисемитизм» Меланшона и многих участников его партии (эта политсила является самой влиятельной «сторонницей Палестины» во Франции), а также полное несовпадение взглядов по поводу политического и экономического развития страны.
То есть
в случае назначения крайне левого премьера Макрон рисковал перечеркнуть всю работу, сделанную его правительствами за время его президентства с 2017 г.
Вариант крайне правого премьера не рассматривался в принципе — тем более что третье место партии Ле Пен даже формально не позволяло ей этого требовать.
На следующий день после выборов советники Макрона на брифинге для журналистов рассказали, что президент больше склонен назначить главу правительства из «правоцентристского лагеря», с которым у него больше всего политических и экономических «точек соприкосновения».
Но, конечно, не представителя своей партии (чье «поражение на выборах президент признает»), а кого-то со стороны. А так как «со стороны» оставались только умеренные правые (участники «голлистской» партии «Республиканцы» или бывшие ее члены) стало понятно, что Макрон склоняется именно в эту сторону.
При этом, соблюдая политические приличия, глава государства предложил «Новому народному фронту» (в котором, с учетом множественности входящих в коалицию партий, тоже много разногласий) поработать над вопросом согласования «единого кандидата» на пост премьер-министра от левых. Расчет был в том числе на то, что левые так и не договорятся.
Еще спустя восемь дней, «не найдя» кандидата на пост главы кабмина* (который ведь еще должен быть поддержан абсолютно раздробленным разношерстным парламентом, где впервые в истории Пятой республики доминируют сразу три разноплановые силы — левые, центристы и крайне правые), Макрон принял промежуточное решение. Оно было таким: президент формально «принял отставку» своего правительства во главе с Габриэлем Атталем, но объявил, что тот же кабинет будет управлять «текущими делами страны» (без принятия «политических решений») до назначения нового.
Тогда же источники в Елисейском еще раз повторили, что президент вряд ли станет назначать новое правительство до окончания Олимпийских, а может быть, и Паралимпийских игр. Макрон и сам затем призвал все политические силы к «олимпийскому перемирию» — для того, чтобы страна могла стабильно, без плохих сюрпризов провести это важнейшее событие.
«Перемирие» фактически закончилось в последнюю неделю лета, когда, вернувшись из коротенького постолимпийского отпуска, Макрон объявил о проведении «политических консультаций» по поводу назначения премьера.
Первые консультации, проходившие с 23 по 26 августа, не привели к объявлению нового имени и появлению «белого дыма» над Елисейским дворцом, где Макрон и «совещался» с представителями всех парламентских партий и главами обеих палат парламента. Но по итогам первых консультаций Елисейский уже не на уровне утечек, а совершенно официально заявил: левого премьера президент назначать не будет.
Притом что разным силам «Нового народного фронта» удалось согласовать между собой единую кандидатуру на пост премьера — они потребовали от президента назначить 37-летнюю Люси Касте, экономистку, главу отдела мэрии Парижа по финансам и закупкам, формально сейчас беспартийную, но «вышедшую из рядов» Соцпартии. Согласился на эту кандидатуру даже ретивый Жан-Люк Меланшон, пообещавший в случае одобрения Касте «отказаться» от претензий на то, чтобы люди из его партии попали в новый кабмин.
Ближайший соратник Меланшона Манюэль Бомпар из «Непокорной Франции» осудил «маневры» Макрона, «направленные на то, чтобы помешать (левым) управлять страной», и предупредил, что назначение любого другого премьер-министра, кроме Люси Касте, приведет к «голосованию против» нового правительства, «мобилизации» на улицах и «импичменту» г-на Макрона.
Но аргументы левых президента не убедили.
Елисейский дворец пояснил — почему: «В конце консультаций президент Республики констатировал, что правительство <…>, предложенное альянсом с наибольшим количеством депутатов, «Новым народным фронтом», немедленно было бы отвергнуто всеми остальными фракциями, представленными в Национальном собрании. Против такого правительства сразу же выступило бы (абсолютное) большинство из более чем 350 депутатов, что фактически лишило бы его возможности действовать. С учетом мнений, высказанных политическими лидерами в ходе консультаций, <…> этот вариант не должен быть реализован».
Описав также вкратце предложения других политических сил (но не упомянув партию Ле Пен), Елисейский объявил: «Завтра, во вторник, 27 августа, начнется новый раунд консультаций с лидерами партий и ведущими деятелями, имеющими опыт служения государству и Республике».
Одновременно Макрон призвал «всех политических лидеров» «в этот беспрецедентный для Пятой республики момент, когда ожидания французского народа высоки», «проявить дух ответственности».
«Новый народный фронт», впрочем, тут же объявил о проведении первой общенациональной акции протеста уже в ближайшую субботу, 7 сентября. Предложение поддержали профсоюзы. Обоснование причины для протеста логично и понятно: президент «совершенно не учитывает»* мнение левых избирателей, чьи силы заняли на прошедших выборах первое место.
Об «игнорировании воли 11 миллионов избирателей» заявили, выйдя 26 августа от Макрона, и лидеры ультраправого «Нацобъединения» Ле Пен и Барделла.
«Мы не можем вести себя так, как будто ничего не произошло» на парламентских выборах», — заявила Ле Пен, которая выступила против предложения о техническом правительстве: «Я вообще в это не верю. <…> Есть только политические правительства, скрывающиеся за техническими названиями».
Кто такой Мишель Барнье
В итоге Макрон выбрал вариант, который с учетом логики развития «политических консультаций» и расклада сил в Нацсобрании мог показаться ему самым приемлемым как минимум с трех точек зрения.
С одной стороны, Мишель Барнье обладает огромным, мало с кем в стране сравнимым опытом управления на высоком уровне: бывший министр природы (1993–1995), иностранных дел (2004–2005 + министр-делегат по европейским делам 1995–1997), сельского хозяйства (2007–2009), дважды еврокомиссар (по региональной политике 1999–2004 и по внутреннему рынку 2010–2014), бывший евродепутат, бывший депутат и сенатор Франции…
под текст
«Старый конь» не пойдет в президенты
СМИ уже отметили, что 73-летний Барнье — самый возрастной премьер в истории Пятой республики. И — вот она преемственность — сменил на посту самого молодого главу правительства в истории Франции, 35-летнего Габриэля Атталя. Многие макронисты также считают, пишет AFP, что Барнье, учитывая его возраст, не должен пугать всех тех, кто мечтает баллотироваться в Елисейский дворец в 2027 году. «Гонка» уже де-факто началась: на днях первым официальным кандидатом на пост президента Франции объявил себя экс-премьер (2017–2020) Эдуар Филипп).
Во-вторых, Барнье — из правых, из той самой «голлистской партии», которая за время его более чем полувекового «политического служения» успела сменить четыре названия и сегодня называется «Республиканцы»…
Проблема лишь в том, что на последних выборах в Нацсобрание «Республиканцы» заняли лишь четвертое место, проведя в 577-местную нижнюю палату всего лишь 47 депутатов.
С другой стороны, Барнье — как минимум в последнее десятилетие — не был видным участником внутриполитической жизни страны (а поучаствовав в 2021-м году в праймериз своей партии по выдвижению кандидата в президенты Франции, с треском провалился), а потому может быть подан как «технический премьер», необходимый сейчас стране в условиях невозможности назначения премьера «политического»… Собственно, его так и подали.
«Президент Республики назначил г-на Мишеля Барнье премьер-министром. Он поручил ему сформировать объединяющее правительство на службе страны и французов», — объявил Елисейский дворец днем 5 сентября.
В том же сообщении подчеркивается, что Барнье — премьер, в «устойчивости» которого Макрон почти уверен: «Это назначение произошло после беспрецедентного цикла консультаций, в ходе которых, в соответствии со своим конституционным долгом, президент гарантировал, что премьер-министр и будущее правительство создадут условия для максимальной стабильности и получат шансы объединить наиболее широкое большинство».
Здесь нужно обратить особое внимание на словосочетание «получит шансы». Потому что ему все равно придется искать поддержку за пределами «правоцентристкого лагеря».
Математический расклад таков: у партии Макрона и других ближайших союзников-центристов 166 мест + еще 22 у фракции LIOT (объединение левоцентристов, центристов и правоцентристов) + 47 у «Республиканцев» = 235*.
И этого сильно не хватает до абсолютного большинства (289 мест) в нижней палате.
Но, судя по высказываниям лепеновцев и их противников, недостающую поддержку новому премьеру могут оказать… крайне правые (сам Барнье, хоть и бывший еврокомиссар, в последние годы жестко высказывался по поводу миграции и «приоритета интересов Франции» над европейскими).
Уже известно, что, пока новый премьер будет формировать кабинет, на постах остаются «и.о. министров» из правительства Атталя.
Реакции
-
«Президент послал республиканский фронт подальше, он <…> всегда стремился к более правым позициям в политической сфере», — посетовала национальный секретарь «зеленых» (входящих в «Новый народный фронт») Марин Тонделье.
-
Глава Соцпартии Оливье Фор раскритиковал назначение «премьер-министра от партии, которая заняла 4-е место и даже не участвовала в республиканском фронте» и заявил, что «мы вступаем в кризис режима».
-
Жан-Люк Меланшон осудил «выборы, украденные у французов», заверив, что Мишель Барнье был назначен «с разрешения и, возможно, по предложению «Национального объединения», и призвал к «мощной мобилизации» в субботу во время антимакроновской акции протеста.
-
«Существует почти уверенность», что, если господин Барнье смог быть назначен президентом Макроном, то «это потому, что «Национальное объединение», то есть крайне правые» дали на это добро, заявил экс-президент социалист Франсуа Олланд, тоже ставший депутатом от «Нового народного фронта».
Олланд подчеркнул, что видит в этой ситуации «парадокс», поскольку «республиканский фронт создавался как раз для того, чтобы оттеснить крайне правых», а теперь «именно крайне правые в определенном смысле дают господину Макрону возможность назначения премьер-министра по своему выбору».
«Я считаю, что ему (Барнье) придется объясниться по этому поводу в Нациольном собрании», — добавил экс-президент, имея в виду предстоящее выступление нового премьера перед депутатами «по общим направлениям политики». Выступление должно состояться после формирования кабмина.
-
Председатель «Национального объединения» Жордан Барделла, в свою очередь, не стал критиковать назначение, заявив, что партия подождет программного выступления премьера Барнье в парламенте.
-
Хозяйка ультпаправой партии госпожа Ле Пен фактически заявила, что поддержала кандидатуру Барнье во время обмена мнениями с Макроном: «Как мы объявили президенту Республики, мы потребуем, чтобы новый глава правительства уважал 11 миллионов французов, проголосовавших за «Национальное объединение», чтобы он уважал их личность и их идеи…»