«Не оговори ближнего своего»

Репортаж в рисунках с процесса над педиатром Надеждой Буяновой

Передо мной в очереди в суд группа прессы. Сотрудник суда озадачен: как записать имя японского корреспондента.

В лифте слышу наставления секретаря: «Когда я буду поднимать — всегда хочется сказать «в клетку» — в бокс, можете задать вопрос, если она сама захочет говорить с вами».

В суд сегодня пришло много людей, много коллег Надежды Буяновой. Вносят дополнительную скамейку для большого количества слушателей.

Сегодня очередное заседание по делу педиатра, обвиняемой в фейках об армии — якобы за негативные высказывания о военнослужащих. Якобы при ребенке: его присутствие в кабинете доктора или рядом в момент разговора — главный вопрос уголовного дела. В гражданском суде, где Буянова оспорила свое увольнение из поликлиники, было доказано, что мальчика в кабинете не было, и разговор, о чем бы он ни был, из-за закрытой двери слышать ребенок не мог. В уголовном деле главное доказательство — его допрос, свидетельствующий об обратном.

Перед заседанием, в ожидании, когда Надежду «поднимут» — так это называют в суде, то есть заведут в зал, — иностранные корреспонденты удивляются, узнав, что люди в зале — это группа поддержки Буяновой.

Две женщины в пилотках освобождают Надежду от наручников. Она благодарит людей, которые помогают ей выдерживать заключение, и рассказывает, как, разговаривая с близкими, запомнила их слова, которые ей теперь пригодились:

— В жизни надо быть более мужественной, Надечка.

На вопрос, что она хотела бы сказать женщине, на показаниях которой строится обвинение, Надежда говорит о христианских ценностях и советует почитать Евангелие:

— Не оговори ближнего своего, понимаете?

— Все, журналисты, заканчиваем, — и корреспонденты японского телевидения спешно собирают свою аппаратуру.

Допрос свидетеля ведет адвокат Оскар Черджиев. Он интересуется, почему следователь Артем Шаров не захотел сам допросить ребенка (имеющийся в деле допрос изготовил оперативник ФСБ) и не показались ли формулировки в протоколе не характерными для ребенка?

— Вы читали его показания?

— Да.

— Вам они показались достоверными?

— Показались достоверными.

Также следователь заявил, что Надежда его не поставила в известность, когда уезжала в Подмосковье, а должна была. Из-за этой поездки ее заключили в СИЗО, хотя подписку о невыезде у Буяновой и не брали.

— Почему она меня не предупредила об этом?

Адвокат подчеркивает, что Надежда не была ограничена в свободе передвижений, и интересуется, почему разрешение на допрос несовершеннолетнего выдано позже его проведения? Это следователь называет технической ошибкой.

— Поручение на допрос свидетеля несовершеннолетнего кто давал?

— Не помню.

— Когда давали?

— Не помню.

Следователь Шаров — крупный мужчина брутального вида, он довольно стремительно ушел, как только судья Федина заявила, что допрос окончен.

Следующее заседание по делу Надежды Буяновой — 27 сентября.