Родина Слонова против родины Медведева

Художника хотят осудить за тюремное тату на неваляшке

Два года принудительных работ с удержанием 15% заработка запросила прокуратура за раскрашенную детскую игрушку-неваляшку художнику Василию Слонову. А могла бы — и 4 года тюрьмы. Уголовное дело о публичном демонстрировании экстремистской символики слушается в Советском райсуде Красноярска.

С февраля художник под домашним арестом. В прошлом году он расписал серию неваляшек (проект GULAG-toys): «кто не падал — тот никогда не поднимался» и т.д. Китчевые поделки, блатные тату. В частности, на ключицах одной неваляшки присутствовали восьмиконечные звезды. А они теперь не Рождественские и не Вифлеемские. Это отныне (только с какого именно момента, никто не знает) не Звезда волхвов, и не Богородичная звезда, и не «роза ветров», а — воровская символика, обозначение движения АУЕ* («Арестантский уклад един»).

Год назад художнику выписали поначалу штраф в одну тысячу. Непосредственно за неваляшку (в образе каторжанина с восьмиконечными звездами) на выставке-продаже в холле красноярской гостиницы сети Novotel. И уже следом — уголовное дело «по факту демонстрации экстремистской символики лицом, уже подвергнутым административному наказанию». За то, что изображение этой неваляшки осталось в Сети.

Реалити-шоу

Обвиняемый между тем в судебном заседании заявил, что неваляшки с арестантской символикой появились в рамках краевой госпрограммы («я не проходимец, а участник госпрограммы»): под эгидой краевой администрации создан Сибирский институт развития креативных индустрий и под плотным же кураторством краевой госвласти, ее юристов и экспертов, ее, по сути, цензоров, состоялся госконкурс, отобравший участников «Битвы креаторов», а потом и само это многосерийное реалити-шоу — оно демонстрировалось на региональном ТВ. Все это пиршество духа и креатива проходило на госденьги, наградной фонд — 25 млн. Слонов дошел до полуфинала с проектом GULAG-toys — он придуман и реализован «в логике регионального брендирования» (чем уже несколько десятилетий с переменным успехом увлечены массы творцов и чиновников): «Сибирь исторически место каторги и ссылки».

Ранее, еще до всех дел с органами (а интернет-магазин игрушек GULAG-toys Слонов открыл в 2021-м) художник также говорил о целях, максимально далеких от пропаганды АУЕ: «Название выбрано с целью противостоять <…> диктатуре бренда «Детский мир» и иже с ним… Задача — создать контркультурный противовес глобальной игровой поп-культуре. Поскольку главная прелесть России именно в приятных пролонгированных кошмарах, то и игрушки должны быть соответствующие». (Тогда первым лотом за 3 тысячи была выставлена пустышка с колючей проволокой.)

Сейчас художник подчеркивает: это серьезная госпрограмма, на нее потрачены большие деньги, он лично не участвовал ни в создании, ни в администрировании сайта Института креативных индустрий, рекламировавшего и художника, и его неваляшек, это все — госсредства и госкадры.

Откуда тогда претензии к нему? Слонов в судебном заседании сказал, что оперативники реагировали на заявление некоего гражданина Даниила Медведева, он проявил бдительность и пожаловался в МВД. (Ранее в суде звучала другая фамилия — Мустафаев.) И — завертелось.

То есть по меньшей мере рядом со Слоновым с браслетами на ногах должны стоять/сидеть перед судом и госслужащие. А также, в духе последних трендов, держатели сети «ВКонтакте», где изображения неваляшки были размещены. Ну и т.д. Вплоть до управляющего Novotel.

Разумеется, это абсурд. Но что сейчас не он?

И он всегда накрывает действительность, перекрывает ее с лихвой, в несколько рядов, избыточно. И Слонов пытается защищаться от него, тоже выдвигая, кажется, избыточные аргументы и с излишней энергией, хотя это сторонний взгляд, и ему, человеку, уже угодившему в жернова, безусловно, видней, какую силу прикладывать, чтобы из них пытаться выбраться. Казалось бы, из объяснений Слонова и его адвоката все ясно. При этом — главное — просто нет правовых документов, обозначающих восьмиконечную звезду как экстремистский символ. Так утверждает сторона защиты, и никаких доказательств обратного нет. Эту звезду используют в иконописи, в символике МЧС, да где ее только нет, и доказательств этому как раз полно. (Или надо только выучиться ждать, и сядут все — и компас, и «роза ветров», и иконы?) Но сверх того Слонов обвиняет сотрудников Центра «Э» (противодействия экстремизму) в провокации, в должностном преступлении: «Мне цифровой наркотик подбросили». Что художник имеет в виду?

Когда за ним с неваляшками пришли в первый раз (и это было административное дело), полицейские отлично видели куар-коды на всех изделиях, прямо выводящих на их изображения в Сети.

Однако этот факт, наличие этих ссылок «эшники», по оценке Слонова, умышленно скрыли, чтобы затем возбудить уже уголовное дело — за повторное демонстрирование символики.

Ведь помимо штрафа предписано было конфисковать и уничтожить арт-объект неваляшку, но цифровые фото ее и видеоизображения в Сети остались.

Уголовное дело прямо вытекает из первого административного, оно — его следствие, лежит в его основе, в базе, а значит, оно теперь должно быть закрыто, раз в самом начале была провокация — так считает художник, так он говорил в суде.

Когда полиция пришла повторно, Слонов, по его словам, сразу снес все свое творчество, размещенное в соцсети «ВКонтакте», ну а на сайте Института креативных индустрий убрать просто не мог — им он не управляет.

Даже если эти аргументы художника ничего к картине происшедшего не добавляют, это, вероятно, свидетельствует, что у Слонова и в мыслях не было упорствовать в демонстрации воровских тату на игрушках. Свидетельствует о малозначительности самого этого деяния. Оно («демонстрирование») произошло, вероятно, лишь по недоразумению, если не подозревать «эшников» в умысле.

Свидетели

Ранее от стороны защиты в суде выступили искусствовед Андрей Сокульский (это — юмористический арт-объект, он лишь осмеивает криминальную субкультуру, а если осмеивает, то пропагандировать ее никак не может), бывший директор Красноярского культурно-исторического музейного центра (ныне «Площадь Мира»), заведовавший им четверть века, по 2016-й, Михаил Шубский (Слонов — труженик, созидатель, благодаря ему российская культура до сих пор звучит и славится за границей; с органами, пока музеем заведовал, Шубский общался, но такого трэша не было никогда — чтоб шили уголовку) и психолог Николай Щербаков.

У последнего суд спрашивал, как этот арт-объект мог влиять на детскую психику. Так вот, по мнению Щербакова, никакой опасности для детей, подростков и взрослых неваляшка с татуировками, где символы уголовной субкультуры соседствуют с Сикстинской Мадонной и странноватыми надписями вроде «Любовь в очах», не представляет. Это статичный объект, не издающий пугающих звуков, не содержащий сцен насилия и страшных гримас. Ребенок воспримет его как нечто непонятное, но, определенно, дурацкое и не заслуживающее серьезного внимания.

Пропагандировать ценности криминального мира такая неваляшка тоже не может — по той же самой причине: приемы пропаганды — героизация и романтизация, но точно не осмеяние, не выставление пропагандируемого в дурацком свете.

Щербаков предоставил «Новой» текст своего выступления в суде — что-то он сказал, а что-то ему сказать не дали.

Психолог Николай Щербаков:

«Первое. Восьмиконечная звезда постоянно присутствует в нашей жизни без всякой привязки к запрещенной организации АУЕ. В качестве иллюстрации разрешите представить вашему вниманию две фотографии, изображающие новогодние елки на площадях города Красноярска (их полно в Сети, каждый может убедиться лично. — А. Т.). На обеих отчетливо видны звезды с 8 лучами. Повторяю: не с 5 и не с 6, а именно с 8 лучами — именно такая звезда на произведениях художника Слонова и стала поводом для его обвинения.

Кроме того, такие звезды есть на орнаментах на зданиях по улице Парижской Коммуны! Является ли это открытой пропагандой запрещенной организации? И кому нужно адресовать этот вопрос? Мэрии? Ведь если продолжать логику обвинения, размещение таких звезд в публичных местах, где их видят многие тысячи людей, есть пропаганда запрещенной организации!

Тезис второй. Назначенный судом эксперт в своем заключении (экспертиза нашла на неваляшке символику, атрибуты запрещенного движения, не усмотрев при этом признаков пропаганды. — А. Т.) игнорирует мнение самого художника. Это автоматически делает экспертизу недостоверной. Потому что именно замысел создателя художественного произведения имеет ключевое значение для понимания его сути, того смысла, который в это произведение вложен. По крайней мере, с тех пор, когда в ХХ веке оформилось концептуальное искусство, это непреложная истина.

Специально отметим, что и сам Василий Петрович, и различные авторы, в частности, профессиональные искусствоведы, относят его творчество к так называемому «сибирскому ироническому концептуализму». Без учета замысла самого художника экспертиза его произведений превращается в выражение субъективного мнения эксперта, единственного среди множества возможных мнений, не более того. Кроме того, есть и вопросы к компетентности самого эксперта: его образование, наличие научных публикаций в сфере искусствоведения, научное звание и т.д.

Третий тезис. Художник Слонов постоянно подчеркивает, что его произведения — это стеб по поводу разных аспектов окружающей нас действительности, то есть они напрямую относятся к смеховой культуре. Рассматривать их вне этого контекста просто несерьезно.

Подчеркиваю: это не серьезное искусство, и критерии, используемые для понимания серьезных произведений, для понимания творчества художника Слонова (равно как и творчества других «несерьезных» концептуалистов — Д. Шагина, Комара и Меламида и т.д.), неприменимы.

Произведения В.П. Слонова — это ирония ради иронии, стеб ради стеба, юмор ради юмора. Это даже не сатира, где что-то или кто-то преднамеренно высмеивается, — я настаиваю, что произведения художника Слонова суть бескорыстно-юмористические, причем юмор в них местами весьма черный, сардонический, из-за чего они совсем не перестают быть, а где-то даже еще более становятся именно юмористическими (замечу: черный юмор присутствует уже в подростковом фольклоре — вспомним серию «народных» стихов-«садюшек» про маленького мальчика, зафиксированных филологами и этнографами еще в 80-х годах прошлого века, не говоря уже про народную смеховую культуру — выходки Петрушки, Фомы и Ерёмы и т.д.).

И если признать этот очевидный факт, что творчество Слонова принадлежит именно к смеховой, карнавальной культуре, а не к «серьезной», то нужно иметь в виду два момента.

Первый момент — «культурологический». Исследователи смеховой культуры (культурологи, филологи-фольклористы, такие как М.М. Бахтин, В.Я. Пропп и др.) отмечали, что, будучи осмеиваемо, что-либо или кто-либо автоматически теряет свой статус — обесценивается, десакрализуется, профанируется.

В этой связи утверждать, что детская игрушка-неваляшка с нанесенными на ней татуировками, включая восьмиконечную звезду (даже не будучи заключенной в клетку с замком!), пропагандирует запрещенную организацию АУЕ (а именно это пытается утверждать уважаемое обвинение), значит совершенно не иметь не только чувства юмора, но и вообще какого бы то ни было здравого смысла!

И второй момент — «антропологический», или семиотический. Юмор по своей природе абсурден: всякое серьезное содержание в нем с необходимостью разрушается его формой. На это указывали еще философы Аристотель, И. Кант, Ф. Шиллер, культуролог М.М. Бахтин и другие авторитетные авторы.

Известный российский исследователь смеха и юмора антрополог доктор исторических наук А.Г. Козинцев (старший научный сотрудник Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого, г. Петербург) полагает, что основная функция юмора — антиреферентивная (обессмысливающая): юмор устроен так, что уничтожает всякое серьезное сообщение, всякий смысл. Для иллюстрации своей концепции профессор Козинцев приводит народную поговорку «В шутках правды нет», дополняя ее своим тезисом: «Но и лжи в них тоже нет». То есть ничего существенного, серьезно утверждаемого, того, что может заинтересовать следователей, прокуроров и суд, в юморе как таковом по определению нет и быть не может!

И еще раз: что мы видим в данном произведении художника Слонова? Детскую куклу-неваляшку, татуированную под уголовника и заключенную в металлическую клетку с замком. Скажите мне, как можно воспринимать этот арт-объект серьезно и в чем тут состоит криминал? В том, что эта сидящая в клетке неваляшка к чему-то призывает и что-то пропагандирует?

С таким же успехом можно инкриминировать исполнителям, собирателям и издателям похабных частушек и другого т.н. эротического фольклора пропаганду разврата и нетрадиционных сексуальных отношений.

Таким образом, уважаемое обвинение, пытающееся серьезно подойти к заведомо несерьезным произведениям, оказывается в очень невыгодном положении, так как вынуждает суд заниматься пустяками (что противоречит старинной юридической доктрине de minimis non curat lex — мелочи не заботят закон).

В заключение хочу подчеркнуть, что я глубоко убежден и готов настаивать, что произведения Василия Слонова и других замечательных художников должны интересовать искусствоведов, культурологов и других ученых, а также ценителей искусства, но точно не людей в погонах, не юристов и тем более не уголовный суд».

Подсудимый

Сам Слонов говорил:

«<…> вины моей нет и совесть моя чиста. Свою невиновность я обосновываю следующим: я — художник. Я генерирую и создаю произведения материальной культуры. Я исследую, художественно осмысляю и обогащаю русский культурный код, народную игровую и смеховую культуру. Неваляшка является одним из базовых культурных символов русской игровой культуры. К теме каторги, теме несвободы, к теме «преступления и наказания» обращалось большое количество русских писателей, художников, музыкантов, драматургов.

Задуманная и сделанная мною «Неваляшка-каторжник» — собирательный образ, лирический герой со всеми смысловыми характеристиками и визуальными элементами, свойственными арестантам. Кроме того что неваляшка была декорирована тату, характерными для заключенных, на выставке она находилась в своем логическом пространстве: она была помещена в клетку с замком. Тем самым наглядно иллюстрировалось, что преступник должен сидеть в тюрьме. То есть мое произведение искусства наглядно демонстрировало последствия нарушения закона лирическим героем.

<…> Легко понять, почему восьмиконечная звезда перешла из пространства православного храма в арестантский мир. Человек, оказавшийся в плену или заключении, крайне беззащитен и уязвим. Оказавшись в своем положении, в отчаянии, когда не на кого надеяться, он уповает на заступничество Божией Матери и ее Сына. И поэтому маркирует себя религиозными символами — восьмиконечными звездами, распятиями, изображениями храмов и т.д.

На изъятой и приговоренной неваляшке, на лицевой стороне изображена Богородица с младенцем Христом. Изображение сопровождается текстом молитвы к Божией Матери «Спаси меня грешного от порядка здешнего». На неваляшке изображено «Всевидящее Око», купола храма с крестами и благословляющая десница Божия. На основании всего вышеперечисленного — мне одному кажется? — запрещать восьмиконечную звезду на основании ее апроприации представителями экстремистской субкультуры АУЕ — то же самое, что запретить изображение радуги за то, что ЛГБТ** используют ее в своей символике. Поэтому восьмиконечная звезда не может автоматически считаться экстремистским символом АУЕ. Богородичная звезда появилась и распространилась за много-много лет до этой субкультуры.

В заключение могу сказать, что восьмиконечную звезду можно интерпретировать и считать символикой АУЕ, только если восьмиконечная звезда изображается одновременно и одномоментно с аббревиатурой АУЕ».

***

Одним из приемов людей искусства всегда был оксюморон, совмещение несовместимого. «Горячий снег», «честный депутат», у Пушкина — «Скупой рыцарь», «Каменный гость». Здесь — неваляшки, ваньки-встаньки, мими — и тюремные реалии. Но сама жизнь теперь совместила детей и тюрьму, GULAG-toys появился в 2021-м, а в 2020-м в тюрьму бросили 14-летних подростков из Канска (Красноярский край). Сколько сейчас в тюрьмах детей? Сама жизнь теперь такая, оксюморонная. И кто-то мог предположить ранее реальный судебный процесс по поводу раскрашенной неваляшки?

В пятницу — прения, высказывается сторона защиты, последнее слово подсудимого. Приговор вынесут, видимо, в начале следующей недели.

* АУЕ — «Арестантский уклад един», движение признано экстремистским и запрещено в РФ.

** Движение признано экстремистским и запрещено в России.