В одном доме от Кремля

И насколько нам стало сейчас спокойнее жить, чем в 90-е? Сейчас не все задают себе этот вопрос

Для тех, кто не очень знаком с географией российской столицы, уточню, что бизнес-центр «Романов двор» находится в Романовом переулке Москвы и до Кремля отсюда не просто абстрактные 350 метров, как пишут в новостях, а просто один дом. Ближе к Кремлю быть физически невозможно. Только если начать разборки со стрельбой уже непосредственно в сердце нашей Родины.

Впрочем, в истории бывало и такое — со штурмом Зимнего, стрельбой по Белому дому из танков, да и в Кремле революционные солдаты вели бои в 1917-м. Но у теперешней власти с обществом был пресловутый контракт: «Вы не лезете в политику, мы вам за это гарантируем сытость и безопасность». В быту это сводилось к формуле «Главное, что сейчас не 90-е». Которые чем дальше, тем больше обрастают мифологией кошмара — с непрерывной стрельбой, нищетой и национальным унижением.

С унижением мы вроде бы разобрались: народ уверен, что Россия не только поднялась с колен (кстати, фразу эту первым произнес ненавидимый ныне Ельцин), но и заняла ведущее положение в мире, где нас и уважают, и боятся.

С сытостью вроде бы особенных проблем тоже нет. Конечно, каждый оценивает свое личное положение и благосостояние по-своему. Разумеется, цены и тарифы растут. Но когда они снижались? Это как восход и закат — неизбежный процесс. Зато статистика говорит об увеличении доходов, сокращении безработицы и прочих радостных моментах, которые позволяют гражданину думать, что даже если персонально у него не все так здорово, то в целом в стране дела идут неплохо.

Но что с безопасностью? Это же самое главное! Бандитизм, теракты, рейдерские захваты, заказные убийства — никому не хотелось бы, чтобы все это вернулось. А что мы видим? Мы видим трагедию «Крокуса», которая встала в один ряд со взрывами домов, «Норд-Остом» и Бесланом. Мы видим стрельбу в Дагестане, когда на улицах идут настоящие бои. Захваты заложников в изоляторах со штурмами и жертвами. Не забудем и про погром в махачкалинском аэропорту. И это только те истории, о которых говорила вся страна.

80 лет нашу территорию не обстреливали. 80 лет на нашей земле не было иностранной армии. Налеты, горящие и взрывающиеся склады и НПЗ, — все это реальность, о которой даже в 90-е никто подумать не мог!

Сотни тысяч беженцев, которые не знают, когда смогут вернуться в свои дома, и не знают, будут ли эти дома целы. И не скажешь, что власти проявляют по этому поводу какое-то заметное беспокойство. Конечно, про это говорят, кому-то чем-то помогают, «своих не бросают», но беженцы, налеты превратились в некую рутину, вариант нормы… Надо ли к этому привыкать, как к неизбежному росту цен и тарифов?

Перестрелка с жертвами у офисов Wildberries напомнила нам еще о двух важных вещах. Фигуранты дел об убийстве могут подать заявление, отправиться на СВО и не понести ответственности за преступления. Никакой ответственности. Логика властей понятна. На фронте нужны люди, обыватели хотят, чтобы воевал «кто-то другой», но не они сами и не их близкие. Именно поэтому социально одобряема отправка в бой мигрантов с российскими паспортами. Именно поэтому никто не возражает, чтобы оружие брали бывшие зэки (или даже потенциальные). Если вы считаете, что место преступника в тюрьме, а не в рядах защитников Отечества, берите автомат вместо него. Или нет желания? Если вам кажется, что за российские интересы не должны воевать гастарбайтеры, снова берите автомат вместо них. Или не возмущайтесь!

Но все это работает абстрактно. До того момента, когда конкретный бывший зэк, не отсидевший никакого серьезного срока за тяжкое преступление, вдруг снова оказывается рядом с вами, и он такой же гражданин, как и вы. Даже лучше! Потому что он прошел фронт, он герой, и критика в отношении него — почти криминал.

И вот мы снова в центре Москвы. Где идет стрельба, вооруженные люди решают коммерческие, семейные или еще бог знает какие вопросы со стрельбой и трупами. Но вместо наказания по статьям, предусматривающим сроки вплоть до пожизненных, этим людям предоставляется возможность всё искупить! Вы не можете быть уверенными, что они действительно будут героически сражаться в окопах, но вы можете быть уверенными, что до суда они тогда не дойдут. Как должно понимать это общество? Это способствует спокойствию, безопасности, справедливости? Это не дает сигнала сомнительным элементам, что что бы они ни совершили, они в худшем случае просто напишут заявление на участие в СВО — да и это не обязательно считать худшим случаем. Чего в нём худшего-то?

А второй момент — вы же видели кадры встречи тел погибших охранников Wildberries в Магасе, когда тысячи и тысячи ингушей пришли встретить погибших земляков и отдать им должное. Не каждого погибшего ингуша так встречают. Почему? Потому что важно, как и от чьих рук люди погибли.

Когда Советский Союз начал трещать по швам, это началось именно с «национальных окраин». И две чеченских войны уже в российский период нашей истории стали самым тяжелым испытанием для страны до февраля 2022 года. Насколько мы можем быть уверенными, что национальные конфликты уже точно в прошлом? Насколько Кремль, в одном доме от которого стреляли и убивали в борьбе за маркетплейс, контролирует все эти процессы и вообще считает эту угрозу реальной?

И насколько нам сейчас стало спокойнее жить, чем в 90-е? Сейчас не все задают себе этот вопрос. Не все ответят на него отрицательно. Но кажется, что очень многие уже и положительно ответить на него не смогут.