Оригинал материала
Над арабской мирной хатой…
Негативное отношение россиян к Израилю стало частью общей картины архаизации массового сознания и связано с восприятием вооруженного конфликта в Украине
(18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КОЛЕСНИКОВЫМ АНДРЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КОЛЕСНИКОВА АНДРЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА.
В начале 2010-х годов россияне, еще не отошедшие от психологической анестезии гаджетной модернизации по Медведеву и российско-американской «перезагрузки», оказавшейся «перегрузкой», очень неплохо относились к странам Запада, а на палестино-израильский конфликт смотрели с равнодушием арбитра, не занимая чью-либо сторону. Спустя какое-то время число симпатизирующих Израилю, согласно регулярным замерам «Левада-Центра»*, даже превысило долю симпатизантов палестинцам.
Казалось, один из рудиментов советского и русского «народного» сознания — представления о заведомой правоте «арабской мирной хаты», над которой «гордо реет жид пархатый» (используя строку Иосифа Бродского) — ушел в прошлое. Но — никогда такого не было и вот опять: примерно в 2017-м кривая симпатий по отношению к Израилю пересеклась с кривой симпатий палестинцам: первая пошла вниз, вторая — вверх.
С началом СВО, в 2022-м, когда казавшиеся затихшими старые имперские инстинкты прорвались наружу, кривая палестинофилии испытала мощнейший подъем. Ибо понятно: где «израильская военщина, известная всему свету» (уже по словам Александра Галича), там и США, а где США, там и НАТО. Конфликт-2022 обернулся нескончаемой экзистенциальной битвой с «деструктивным неолиберальным» Западом, в который априори зашито нечто иудейское, а для некоторых и жидо-масонское. В этой логике уже не казалась забавным оксюмороном шутка о существовании особой касты «жидо-бандеровцев».
Что мы имеем на выходе в свежем совместном исследовании иноагента «Левада-Центра» и чуждого нам Chicago Council, отвечавшего за американскую часть ответов респондентов на вопросы социологов об арабо-израильском конфликте? По-прежнему не поддерживает ни одну сторону большинство опрошенных граждан РФ — 57%, но этот показатель гораздо ниже того, что фиксировался в последние годы. У 28% респондентов симпатии на стороне палестинцев — рост на 22% (!) с 2011 года. И основная часть роста пришлась, разумеется, на период активной регенерации архаичных представлений о мире в «элитном», пропагандистском, а вслед за ними — массовом сознании россиян. Симпатии на стороне Израиля у 6% опрошенных — падение на 9 процентных пунктов с 2012 года.
Наблюдения за настроениями населения в бытовых разговорах показывают простой и единственно возможный в ситуации возвращения к «традиционным духовно-нравственным ценностям» результат, подтверждающий цифры больших опросов:
кто за *** и Путина — тот за ХАМАС и «Хезболлу»; кто за Израиль и против палестинской и ливанской террористических организаций — тот за мир и против Кремля.
Ничего личного — просто автоматическое восстановление старой ментальной матрицы. Оговоримся: из любых правил, как и из любых обобщений, есть исключения.
Произошедшее с массовым сознанием — проекция политических взглядов начальства, продвигаемых пропагандой. Но здесь есть и какая-то априорная, аксиоматическая логика старого предубеждения, которое, оказывается, легко разбудить от летаргического сна: нельзя быть подлинно русским, бывшим советским, имперским патриотом и одновременно поддерживать Израиль. Это и проекция старого советского отношения к длящемуся конфликту: «Как мать, — говорю, — и как женщина требую их к ответу!» («О том, как Клим Петрович выступал на митинге в защиту мира»; год сочинения этого стихотворения Александром Аркадьевичем — 1968-й, не так давно отгремела Шестидневная война 1967-го). Опознавательная система «свой — чужой» при виде израильского солдата начинает яростно мигать и семафорить…
Мир усложняется, а современная, но архаизированная, путинская идеология делает его, наоборот, черно-белым без оттенков. Причем то, что еще недавно было белым, становится черным, и наоборот. В таком мире проще жить, на что и положительно реагирует напуганное и запутавшееся массовое сознание.
Израиль имел статус друга, когда нужно было политически спекулировать на теме украинского антисемитизма или в целом строить положительный образ Путина как филосемита. И он действительно был вполне успешен на этом поприще, в том числе, когда в январе 2020 года, незадолго до роковой ковидной паузы, посетил Израиль в связи с 75-й годовщиной освобождения Красной армией Освенцима. Это все еще был период чрезвычайно активных контактов с Биньямином Нетаньяху, который в те годы и вовсе не ленился приезжать в Москву, как на работу.
Сейчас необходимость в поддержании в рабочем состоянии образа большого друга еврейского народа и его трагической истории отпала.
И не до того, и в самом объяснении СВО мотив «денацификации» как-то банализировался и сник, и арабских друзей — как и положено настоящей империи — надо поддерживать, потому что Израиль все-таки на стороне США.
Что характерно, простые российские респонденты это чувствуют. Согласно упомянутому исследованию, ответственность за нестабильность и кровопролитие на Ближнем Востоке несут прежде всего США и НАТО. Так думают 38% респондентов, притом что винят собственно Израиль 22%, а ХАМАС / палестинскую сторону — всего 8%. Какое отношение НАТО имеет к Палестине — вопрос риторический. Просто имеет, и все тут. Эта априорность выработана схожими представлениями, согласно которым НАТО собиралась напасть на Россию, США намерены расчленить нашу страну и заселить ее американцами, спасающимися от Йеллоустонского вулкана (как нас учит помощник президента по кораблестроению Николай Патрушев).
Такой взгляд на действительность — ядовитый коктейль из невежества и равнодушия. Невежество и рождается из равнодушия — так проще уходить от реальности, не давая себе шанса думать. Результат — еще две кривые сошлись крестом в исследовании «Левада-Центра»: где-то на рубеже как раз 2022-го рванули вверх показатели негативного отношения к Израилю и провалились вниз индикаторы позитивного. С 2018 года доля респондентов, негативно относящихся к Израилю, выросла на 34 п.п. и составляет сейчас 51%. Положительно относятся к Израилю 27% опрошенных, их количество с 2018 года снизилось на 32 п.п.
В сочетании с европейским антисемитизмом, массовыми пропалестинскими настроениями в студенческой, а иногда и в профессорской среде в западном мире, забвением Холокоста, память о котором исказить и затуманить в наше время легче легкого, ситуация с общественным мнением в России создает проблемы для Израиля. Страна, разумеется, не оказывается в изоляции, не говоря уже о том, что под террористические бомбы туда по-прежнему стремятся репатрианты из той же России: выезжают — лишь бы уехать или иметь второй паспорт — уже даже не на мамах, папах, женах и мужьях, а чуть ли не на обнаруженных в архивах бабушках и прабабушках. Однако имидж страны и народа меняется.
Антисемитизм же, который еще недавно был признаком просто неэтичного поведения, как неприличная привычка сморкаться в занавеску, становится рутиной, банальностью и иной раз одобряемым поведением.
В эпоху не только fake news, но и переворота вверх дном понятий и ценностей, (нео)антисемитизм оказывается лишь частью более широкой картины. Картины кризиса разума, рутинизации ужаса и насилия — убийств людей, перманентной ненависти, неправосудных приговоров, легкости разговора о ядерной войне, новых разрушительных технологий — не для жизни, а для обмана и смерти. Кажется, в эпоху холодной войны у мира было больше предохранителей, чем сейчас — в эпоху, которая пока не имеет названия.
История действительно повторяется. Но не как фарс, а снова как трагедия, замешанная на фарсе.