Я путешествую 8 лет без остановки и чувствую себя бездомной

Елене Терешонковой 32 года, и она уже успела проехать 55 стран. Большую часть — автостопом, останавливаясь у местных жителей или ночуя в палатке. В рубрике «С ее слов» Елена рассказала ‎«Холоду», как восемь лет назад уехала из России, чтобы отправиться в кругосветное приключение, жила с племенем в Амазонке, в машине скорой помощи, волонтерила за жилье и еду. Теперь хочет осесть, но не может определиться с местом для жизни.

Я жила с племенем Амазонки, ночевала в палатке, работала за еду и постель. Теперь у меня просто не получается где-то осесть

Я училась в филиале Российской академии правосудия в Санкт-Петербурге, но никогда не работала по специальности и диплом юриста подарила маме. Во время учебы я часто путешествовала по Европе: тогда было много дешевых туров на пару недель. В отличие от России, за границей вокруг меня были необычные, вдохновляющие люди, но со всеми надо было прощаться — часто со слезами и обещаниями встретиться снова, которые почти никогда не исполнялись.

В 2016 году я окончила университет, но не хотела устраиваться на работу и взяла gap year (год перерыва. — Прим. «Холода»). Еще во время учебы я мечтала о кругосветном путешествии. Я была замужем, и муж не хотел никуда уезжать, а отправиться одной на целый год мне казалось чем-то неприемлемым. Мужу предложили переехать в США работать программистом в Сан-Диего, но он отказался, потому что у него в России были семья и друзья. Это стало для меня последней каплей: я поняла, что не могу больше жить с домоседом.

Тогда я одна уехала в очередной трип в Европу и много общалась с туристами из разных стран. Я видела перед собой людей, которые реализовали мою мечту. Муж решил прилететь ко мне в Мадрид на майские праздники, и в день нашей встречи я предложила ему развестись. Потом 10 дней мы путешествовали по Испании и отмечали наш развод.

Мне 33, и я не знаю, кем стану, когда вырасту Больше 10 лет я была тем, кем мне не нравилось быть. Но искать свое место оказалось очень тяжело Общество7 минут чтения

Он уехал, а я продолжила свой тур по Европе и познакомилась с канадцами. Они классно рассказывали про свою страну, говорили, что там можно хорошо зарабатывать даже в «Макдоналдсе». Один парень из этой компании предложил пожить у него в Канаде, так что после возвращения в Россию я, чтобы получить канадскую визу, поступила в языковую школу. И через два месяца переехала туда с двумя огромными чемоданами, в которые собрала всю свою жизнь.

В языковой школе со мной училось много людей из Латинской Америки, которые тоже приглашали к себе в гости. Для меня это всегда был очень страшный континент — опасное место, о котором я знала только из телешоу про Амазонку, диких каннибалов и шаманов. Мне казалось, я никогда не осмелюсь там побывать. Но спустя шесть месяцев в Канаде я все же решила, что мир не такой страшный, и купила билет на Кубу — из всех стран Латинской Америки только на дорогу туда мне хватило накопленных миль авиакомпании. Большую часть вещей я бросила в Канаде, взяла с собой только палатку, немного обуви, одежду и камеры.

‎В месяц я тратила всего 100–200 долларов

На Кубе я хотела посмотреть, как живут местные. Я остановилась у женщины по каучсерфингу (онлайн-сервис, с помощью которого люди бесплатно предоставляют друг другу ночлег. — Прим. «Холода»), у меня не было мобильного интернета, я питалась местной едой за 50 центов. Сдавать жилье иностранцам, не имея лицензии, на Кубе запрещено, но на сайте каучсерфинга все равно было много объявлений.

Я перерыла профилей 250, и в одном из них не говорилось об оплате. Мы списались с этой девушкой, она пригласила меня в гости. Все дни она была очень приветлива и ни разу не намекнула на деньги. В день отъезда она подсунула под дверь комнаты записку «‎Привет, с тебя 80 долларов за проживание»‎. Я притворилась спящей, а когда она ушла из дома, собрала вещи и просто сбежала. По правилам каучсерфинга проживание для гостей бесплатное, и в нашей довольно большой переписке не было ничего, что намекало бы на аренду. Меня просто пытались обмануть.

На Кубе я прожила всего 10 дней, а затем взяла билет в Эквадор, куда меня пригласил друг из языковой школы. Две недели я гостила у него в Кито, а дальше решила, что мне нужно путешествовать самой. Я хотела выучить испанский, поэтому выбрала волонтерский проект в городе Пуэрто-Лопес на сайте Workaway (платформа, на которой можно найти работу в обмен на жилье и еду. — Прим. «‎Холода»). Месяц я работала в офисе туристической компании: продавала туры на английском, затем фотографировала на экскурсиях, где туристы ездят смотреть на китов. Когда подтянула испанский, стала переводчиком на английский для местных испаноязычных гидов. Мне предоставляли жилье, частные ежедневные курсы испанского, экскурсии и даже курс по дайвингу.

Гайд по релокации в Перу Рассказываем, как получить рабочую визу и гражданство, сколько стоит еда и где искать квартиру Мир10 минут чтения

Однажды в Эквадоре я остановилась по каучсерфингу у одного мужчины, у которого было много хороших отзывов. Мы прекрасно провели вечер, много общались. Он выделил мне комнату с кроватью, и после ужина я пошла спать. В два часа ночи я проснулась от того, что он сидит на моей кровати, смотрит на меня и спрашивает: «‎Хочешь массаж?»‎ Я ответила, что ничего не хочу, попросила его уйти, но не могла заснуть всю ночь. В пять утра я собрала вещи и ушла. Ситуация была неприятная, но мне не было страшно, потому что город Баньос, где это происходило, маленький, и его все там знали.

Постепенно я стала еще смелее и проехала автостопом Перу, Боливию, Парагвай, Чили. Работала в обмен на жилье и еду, старалась находить туристические проекты или занималась уборкой в отелях. Останавливалась в гостях у знакомых или в самых дешевых хостелах. Конечно, это некомфортно, путешествия — это постоянный стресс, но для меня оно того стоит. В обычной жизни люди тоже идут на компромиссы ради достижения целей.

Моя цель — жить в постоянном путешествии. Когда результат того стоит, компромиссы не кажутся такими ужасными.

Я начала ходить в большие горные походы и порой полноценно принимала душ в хостелах раз в пять дней, а каждый день просто обтиралась влажным полотенцем с мылом. Чтобы помыть голову, набирала воду в бутылки. Многие приключения невозможно совершить в комфорте. Самый длинный мой поход без душа длился 10 дней, но он был в холодном климате — там одежду снимать не хотелось.

В месяц я тратила всего 100–200 долларов. Параллельно начала работать онлайн — буквально на коленках в дороге заполняла карточки для онлайн-магазинов, писала отзывы для товаров, бралась за любой низкооплачиваемый фриланс. Это приносило мне 50–100 долларов в месяц.

Бывалые путешественники презирают комфорт и часто плохо пахнут

Знакомства с людьми в Латинской Америке тоже приходилось прерывать, но по сравнению с Европой у меня было больше свободы в принятии решений. Я могла остаться в городе дольше, присоединиться к другому путешественнику и какое-то время ездить с ним или пригласить его с собой. В коротких путешествиях не было места для импровизации, а в свободной кругосветке можно двигаться только вперед и не возвращаться в прежнюю жизнь. Чтобы сохранить хотя бы виртуальный диалог с друзьями — старыми и новыми, — я завела блог, в котором описывала наши встречи и выкладывала фото.

Для дальних расстояний я всегда искала попутчиков, таких же кочевников с ограниченным бюджетом. Я заметила, что люди, которые выбирают такой образ жизни, никогда не подстраиваются под других.

Это цельные личности, которые видели в путешествиях много разных людей, поэтому они не дают непрошеных советов и редко критикуют других.

Они не уставшие, не замученные рутиной, они любопытные и эмоциональные, как дети. В них много энергии и черного юмора. Бывалые путешественники презирают комфорт, часто хвастаются трешовыми историями и неприятностями, а не роскошными отелями. Мне кажется, такие люди легче справляются со сложностями, мыслят быстро, нестандартно и не поддаются панике. Еще они носят дурацкую одежду и, конечно, часто плохо пахнут.

В хостеле в Сантьяго-де-Чили я познакомилась с парнем — американцем Эриком — и пригласила его проехать со мной насквозь всю Аргентину. Мы автостопом добрались до Аконкагуа — самой высокой горы Южной Америки на границе Аргентины и Чили. Там мы застряли на два дня из-за снегопада, жили в хостеле на бывшей железнодорожной станции. Эрик думал, мы едем на пару дней, но в итоге наша поездка длилась шесть месяцев, мы проехали автостопом Чили и Колумбию, и это было одно из лучших путешествий в моей жизни. У нас завязались отношения.

Гайд по релокации в Аргентину Рассказываем, как переехать в страну с инклюзивной средой, растущей экономикой и бесплатным образованием Мир12 минут чтения

Эрик преподавал английский онлайн, и моя главная задача состояла в том, чтобы каждый день в пять утра у него был интернет, чтобы он мог провести свой урок и продолжал ехать. Я стучалась в дома к незнакомым людям в деревнях, просила поделиться с нами сетью, и это всегда работало.

Мы ходили на охоту на обезьян и кабана, ели червей

Когда у Эрика был отпуск, мы отправились к Амазонке. Мне с детства нравились телешоу о путешествиях, с анакондами и дикими племенам. Три точки на карте я считала полными приключений: остров Пасхи, Папуа — Новая Гвинея и Амазонка. Это опасно, экзотично, там не бывал никто из моих знакомых, но о таких приключениях написано много книг. В детстве я зачитывалась историями конкистадоров, которые продирались через джунгли в поисках Эльдорадо.

Эрик хотел попробовать аяуаску (традиционный для индейских племен Амазонки отвар на основе местных растений с галлюциногенным эффектом. — Прим. «Холода») и посмотреть на шаманов, а я хотела увидеть Кипящую реку (Шанай-Тимпишка — река в Перу, температура воды в которой от 45 до 100°C. — Прим. «Холода»). Сначала мы пытались самостоятельно найти ее по карте, приехали в город Пукальпа, спрашивали у всех местных маршрут, шаг за шагом нашли реку. А там как раз оказался шаман с аяуаской, который в этот же день провел для нас церемонию.

Во время поездки по реке Напо (левый приток Амазонки. — Прим. «Холода») на лодке мы познакомились с испанцем, который рассказал нам, что хочет найти племена индейцев. Мы решили присоединиться к нему и добрались до города Кока в Эквадоре, где познакомились с контактным племенем (племя, которое взаимодействует с туристами. — Прим. «Холода») ваорани. Индейцы живут в деревнях рядом с городом, но регулярно приезжают в Коку и тусуются там. Мы напросились к ним в гости, они согласились показать нам свое село Бамено, если мы скинемся им на бензин.

Это был 2018 год, тогда племя ваорани еще не было таким известным, как сейчас. Вместе мы прожили 10 дней: ходили на охоту на обезьян и кабана, ели червей. Жители Амазонки едят личинки пальмовых жуков — это такие жирные белые твари размером с большой палец руки, их можно есть жареными и живыми. Я попробовала и так, и так: живой был вкуснее.

Я долго собиралась с духом, чтобы его съесть, у меня тряслись руки, я практически плакала. На вкус червяк оказался, как порошок «Смекта».

Это был крутой опыт — казалось, что мы в приключенческом фильме. Теперь я готова выживать в Амазонке, если мне когда-нибудь это понадобится. Отпуск моего парня закончился, мы приехали в Колумбию и там расстались. Ему хотелось больше путешествовать одному — такой ритм выдержит не каждая пара. Мы не были готовы искать компромиссы и разошлись, когда поняли, что нам не по пути.

Я считаю, что лучше качественно пообщаться с человеком один раз, пережить вместе крутое приключение, чем на протяжении 10 лет обмениваться бытовыми новостями и так никогда друг друга близко не узнать.

Сейчас блогинг — моя единственная работа

После расставания с Эриком я нашла на Workaway волонтерский проект в Колумбии на маленьком частном острове посреди Карибского моря. Плыть до него от материка целый час на лодке, а обойти его можно целиком всего за 15 минут. Это был уникальный опыт — я бесплатно жила на частном острове с шикарным пляжем.

Месяц я работала в отеле — в баре, на ресепшене, немного в клининге — и пыталась понять, чем хочу заниматься, куда двигаться дальше. В это время в отель таким же волонтером приехал американец Пол. Нам понравилось общаться, я предложила ему поехать со мной в Колумбию, где мы сняли комнату за 200 долларов в месяц. Он работал программистом и помог мне сделать свой сайт, мы стали классно и продуктивно работать вместе. На сайте я пишу о своих путешествиях, а еще за последний год я вырастила аккаунт инстаграм до 50 тысяч подписчиков. Сейчас блогинг — моя единственная работа.

Я ушла из инстаграма, хотя у меня было 300 тысяч подписчиков Это лишило меня рекламного заработка, но я больше не хочу снимать каждый свой шаг Общество5 минут чтения

Мне хотелось сделать перерыв от Латинской Америки, и я уехала в Грузию, а Пол поехал в США. Затем мы встретились в Грузии, и из-за ковидного локдауна застряли там на восемь месяцев. По Грузии мы тоже много путешествовали автостопом, останавливались у местных жителей в горах. В Сванетии в конце маршрута от Местии до Ушгули он сделал мне предложение.

Через две недели мы расписались в местном загсе и провели церемонию в католической церкви. Мне не хотелось сразу переезжать в США, и после Грузии мы поехали в Турцию. Тогда из-за ковида еще не работали отели и автобусы, поэтому автостоп и жилье у местных были нашими единственными вариантами. Пол иногда возвращался в США на пару месяцев, а я путешествовала одна. Следующую точку на карте для встречи мы выбирали, опираясь на ковидные ограничения и то, где нам удобнее оказаться с российским и американским паспортом, — Кыргызстан, Египет, Мексика.

Я просто хочу домой, а дома нет‎‎

Интервью на визу в США мне назначили в Польше, потом чудом перенесли в Аргентину, потому что я не могла получить шенген. У меня было самое простое интервью — меня спросили, как зовут папу мужа, и отпустили с положительным ответом. После этого мы проехали автостопом Патагонию в Аргентине и Чили и, наконец, полетели в США, как нормальные люди.

Пол купил машину скорой помощи, мы переделали ее в дом на колесах, путешествовали по разным штатам и работали онлайн. По условиям визы я должна была провести в США шесть месяцев. Через полгода мы отправились в Черногорию, потом была Сербия, где мы ходили в походы и жили в хостелах. Затем я уехала работать на сафари-туре в Кении, потом опять вернулась в Штаты. Мы продали автодом, потому что было сложно так долго жить в металлической коробке.

Я нелегально въехала в США и теперь работаю дальнобойщицей Из России я уехала из-за войны, отсидела в иммиграционной тюрьме, а теперь живу в траке и ни о чем не жалею Общество10 минут чтения

Я решилась одна пройти по Аппалачской тропе (маршрут для пешеходного туризма в горной системе Аппалачи в США. — Прим. «Холода»), и это оказалось очень страшно. Я знала, что в этой местности обитают дикие медведи, но при этом постоянно забывала банки с едой у палатки ночью. Однажды я проснулась в три часа ночи от безумного вопля, как будто где-то недалеко насилуют женщину. Всю ночь я сжимала в одной руке нож, в другой — медвежий спрей. Позже другие туристы на маршруте рассказали мне, что так кричит сова. Всего на тропе я провела две недели. Мне бы хотелось вернуться туда снова и пройти еще один участок.

Для людей, которые идут по Аппалачской тропе, в церкви на маршруте готовят специальные обеды. Я выложила ролик в инстаграм, в котором рассказала, что во время своих приключений питаюсь в церкви. В комментариях люди написали, что я пользуюсь благами для бездомных или людей, оказавшихся в тяжелой ситуации, хотя сама выбрала жить без постоянного места и у меня есть работа. Я никогда не питаюсь на food pantry (точки, где раздают еду бездомным. — Прим. «Холода»), а обеды в церкви на Аппалачской тропе были приготовлены именно для путешественников — там питались все туристы. Это часть культурного обмена. Многие люди, которые живут вдоль тропы, выделяют неделю или две в году, чтобы помогать туристам,— их называют ангелами тропы. Я общалась с одним таким ангелом, и он сказал, что в год выделяет 10 тысяч долларов на благотворительность. Никаких пособий для бездомных я не получаю.

Хотя, честно говоря, иногда я и правда ощущаю себя бездомной. Я могу снять отель, могу пожить у друзей, но я все время мечусь от одного места к другому, и дома, куда я могу вернуться, у меня до сих пор нет. Есть только склад в Орландо, где лежат мои вещи, если их еще не украли.

Сейчас я нахожусь в Южной Корее: приехала встретиться с родителями и до сих пор не взяла обратный билет в США, потому что просто не понимаю, куда мне лететь. Часто я чувствую, что все это меня задолбало. Я просто хочу домой, а дома нет. Хочется рутины хотя бы на пару месяцев: хочу готовить свою еду, у меня есть диета, которая мне нравится, мне очень не хватает спортзала. Но у меня просто не получается где-то осесть.

Нам с мужем везде дискомфортно. Нет такого места, где мы бы хотели остаться надолго. В первое время охватывает эйфория, все нравится, а потом начинаем замечать недостатки и переезжаем. Мы никогда не снимаем жилье дольше, чем на месяц. Меня все время мотает по жизни. У меня очень поддерживающие родители, они привыкли к тому, что я все время болтаюсь. Если я скажу, что где-то осела, мне никто не поверит.

При этом меня никогда не возникало мысли, что я выбрала не тот путь. Я научилась полностью открываться незнакомым людям и открывать их в ответ. Я люблю пропускать стадию знакомства и сразу переходить к обсуждению глубоких тем; у меня нет никаких секретов от незнакомцев.

Я не хочу возвращаться в Россию, но не потому, что Россия плохая. Вернуться для меня будет означать то, что я проиграла, что я не исполнила свою мечту объехать весь мир. Иногда я очень устаю, не хочу ничего делать. Но я представляю, как приеду в Россию, открою свои фотографии и начну думать о том, как все-таки классно жила раньше. У моих друзей там обычная жизнь — работа, дети, — а у меня какие-то индейцы. Мои истории не интересны им, а мне не интересны их, у нас не получается диалога. Мне страшно, что я вернусь и буду чувствовать себя чужой.

Конечно, в путешествиях невозможно выстроить рутину, регулярно заниматься спортом, фоном постоянный стресс, много дискомфорта, недосыпа. Мы с мужем работаем только онлайн и в дороге, и при обычном образе жизни могли бы зарабатывать больше, но это не значит, что я разочаровалась в своем выборе. Просто надо идти дальше и не сдаваться, моя мечта того стоит.

Я не ощущаю себя эмигрантом — я путешественница. Скоро я должна вернуться в США хотя бы на три месяца из-за визы, но что я там буду делать, я не знаю. Сейчас мы с мужем хорошо зарабатываем, но мне не хочется снимать дорогое жилье — интереснее забраться к какой-нибудь бабушке в глуши Амазонки, где нет ничего роскошного, и поесть из ее плошки. Мне интересно ездить в люксовые туры как блогер — это хорошее вознаграждение за труд, но сама платить за такую поездку я бы не стала. Я бы хотела получить права на мотоцикл и объехать всю Африку, но что придет мне в голову через три месяца — понятия не имею!

Мне мало одного города, одной жизни, одного круга общения, я хочу весь мир.

Я не против приобретения недвижимости на всякий случай, но пока не допускаю мысли о том, что буду в этом доме жить все время. Опять придется тратить деньги на обратные билеты, за которые можно снять жилье в любой стране и отдохнуть. Зачем обязательно лететь «домой»?

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наши социальные сети!

Telegram

Instagram

Facebook

TikTok

X

Автор:Эмма Добролович Фото:предоставлены Еленой Терешонковой