«В Израиле решение МУС воспринимают как удар по всей стране»

На что повлияет решение международного суда о выдаче ордеров на арест Биньямина Нетаньяху и Йоава Галанта? Объясняет арабистка Марианна Беленькая

Международный уголовный суд в Гааге (МУС) выдал ордера на арест премьера Израиля Биньямина Нетаньяху п Йоава Галанта, которого премьер отстранил от должности министра обороны в начале ноябре. Главный прокурор МУС Карим Хан в мае подал заявления на выдачу ордеров для ареста двух израильских политиков, а также трех лидеров движения ХАМАС — командира боевого крыла ХАМАС Мохаммеда Дейфа, лидера политического крыла движения Исмаила Хании, а также главы ХАМАС в секторе Газа Яхьи Синвара. При этом за это время Израиль сообщил об убийстве всех трех боевиков.

Израиль не ратифицировал Римский статут и не признает юрисдикцию МУС. Палестина входит в состав участников МУС, она ратифицировала Римский статут в 2015 году. Для чего Международный уголовный суд выдал ордер на арест израильского премьера и бывшего главы Минобороны, повлияет ли это на помощь Израилю и отношение к Нетаньяху внутри страны — в интервью «Новой газете Европа» рассказывает арабистка Марианна Беленькая.

— Как вы думаете, для чего, в первую очередь, МУС принял такое резонансное решение о выдачи ордера?

Международный уголовный суд и многие органы ООН играют в объективность и непредвзятость во всем.

И было действительно, в общем то, много исков. И в Международном уголовном суде. То же самое происходит в суде ООН в Гааге, которые подаются против Израиля. И с палестинской стороной, и теми, кто поддерживает Палестину.

Важно, что впервые ордер на арест выписывается в отношении представителя демократического западного мира (хотя мы на Ближнем Востоке). Во-вторых, это удар не столько лично по Нетаньяху, сколько по всему Израилю и практически каждому его гражданину. Это имеет имиджевое и практическое значение. Сегодня ордер выдан на арест Нетаньяху и Галанта, но это решение открывает дорогу другим искам на выдачу ордеров против генералов, офицеров и рядовых, учитывая, что в Израиле в армии служат практически все, то это может коснуться каждого. Очень разные дела рассматриваются в Международном уголовном суде и в суде ООН в Гааге (оба находятся в Гааге, но МУС не входит в официальные структуры ООН, — Прим.ред.) но они, так или иначе, смотрят друг на друга, и решение одного суда могут воспринять как шаг к дальнейшим действиям в другом суде. А

если Международный суд ООН будет принимать решение в отношении государства, это уже затруднит ситуацию для Израиля в целом на международной арене и в экономике.

То есть эта ситуация затрагивает всех в Израиле. Сегодня еще до решения МУС обсуждали, как бывшему министру юстиции Айелет Шакед отказали в визе в Австралию. Она собиралась приехать для участия в стратегическом диалоге между странами. Ей отказали, потому что она высказывалась в том числе против палестинского государства. Это нехорошая тенденция для израильских политиков, если она примет общий характер и будет разрастаться.

— Можно ли теперь ожидать, что на Нетаньяху будет дополнительное давление, которое подтолкнет его к тому, чтобы оставить свой пост?

Это может быть только давление изнутри, но никто на Нетаньяху давить изнутри из-за решения МУС не будет. Наоборот, решение МУС воспринимают не как удар лично по Нетаньяху, а как удар по всей стране. Поэтому многие лидеры оппозиции уже резко осудили решение, вне зависимости от того, как они относятся к Нетаньяху. У того же Галанта с ним было много разногласий. То есть, наоборот, Нетаньяху в этом смысле скорее получит поддержку как представитель государства. Давление может быть извне, из США и Европы. Но США изначально тоже были резко против этого решения МУС, потому что это открывает огромные перспективы и касается не только Израиля. Под международный уголовный суд могут попасть США, Великобритания, Франция. У нас множество военных кампаний в мире. Можно вспомнить Ирак, Сирию, то, что в Африке происходит. Получается, открылась форточка и появилась возможность выписать ордер в отношении всех.

США могут давить на Нетаньяху, чтобы немного снизить эффект от того, что произошло, чтобы это не привело в итоге опосредованно к решению Международного суда ООН, которое тоже может поставить под угрозу отношения с США и Европы с Израилем. Пока об этом говорить рано, но в случае вынесения вердикта очень трудно будет вести диалог и поддерживать экономические связи со страной, которую международный суд ООН признает виновной в военных преступлениях. А если в военных преступлениях признан виновным премьер-министр, то и страну могут признать. Хотя это два разных суда, логика одинаковая.

— Теперь, получается, Нетаньяху не сможет летать в Европу, и это сможет негативно отразиться на помощи?

С Европой сложно, нужно подождать реакций европейских политиков. В последнее время Нетаньяху не так часто, но все же ездил за рубеж. И даже если он перестанет быть премьер-министром, он мог бы там условно зарабатывать чтением лекций в западных университетах, как делают многие израильские политики после отставки. Сейчас ему это будет затруднительно делать.

— Вряд ли это главная вещь, которая его может сейчас расстроить.

Да, понятно, что это не главное, но это то, что его лично ждет в перспективе. Однако проблема гораздо шире, чем в конкретном ударе по Нетаньяху или Галанту. Тем более что Галанта недавно отставили, и он пока не собирается возвращаться в политику.

— После такого большого болезненного удара по имиджу страны можно ли ожидать, что руководство Израиля сделает выводы и изменит свой подход, может быть, к публичным заявлениям?

Странно думать, что Международный уголовный суд вынес решение, и тут же все побежали что-то делать. Я не сравниваю ни в коем разе ситуацию в Израиле и России, но меняется ли что-то в России после того, как МУС вынес ордер на арест Путина? Действительно , многие израильские политики много разного говорили в начале войны под эмоциями от того, что произошло 7 октября. Но ситуация остается как есть: в Газе остаются террористы ХАМАС, с которыми надо бороться. В Ливане есть террористы «Хезболлы», с которыми надо бороться. Если кто-то расскажет, как это делать, не затрагивая мирное население, этот человек, наверное, получит Нобелевскую премию мира.

Израиль пропускает гуманитарную помощь в сектор Газа. В разные периоды по-разному, но пропускает. Вы много знаете стран, которые с кем-то воюют и пропускают гуманитарную помощь на территорию своего, скажем, врага.

Международное право во многом отстает от современных реалий, и в этом вся проблема. Когда ведешь войну не с государством, а с террористической группировкой, которая прикрывается гражданским населением, тут очень сложно зеркально применять международное право, разработанное в начале 20 века. Но другого международного права у нас нет.

— При этом Международный уголовный суд считается таким уважаемым органом, мне кажется, в глазах обычных граждан.

Он настолько уважаем, что многие страны не признают его юрисдикцию. Есть Совет по правам человека, куда входят в том числе те страны, где соблюдение прав человека под вопросом. Тоже уважаемый орган. У нас есть много вопросов к БАПОР (агентство ООН для помощи палестинским беженцам (БАПОР или UNRWA). В Израиле отказываются с ним сотрудничать, потому что его сотрудники связаны с ХАМАСом.

Да, действительно, в Газе огромные жертвы среди гражданского населения. Много погибших граждан в Ливане. В решении МУС в основном идет речь о Газе. Но кто-нибудь говорит о том, что ХАМАС прикрывается этим гражданским населением?. Международный уголовный суд решил сыграть в объективность и выдал ордер и на арест Мохаммада Дейфа — лидера военного крыла ХАМАСа, который, как утверждает Израиль, ликвидирован еще летом. Там было еще два лидера — Синвар и Хания, смерть которых официально подтверждена. Поэтому им для игры в объективность остался Дейф. Но что вообще будет лидеру группировки от международных санкций? Да ничего.

— Тем более, когда он мертв.

Уж тем более, когда мертв. Совершенно несоизмеримо, какой удар нанесен этим решением МУС по ХАМАСу и какой по Израилю.

О какой объективности и справедливости можно говорить? Нельзя мерить террористическую организацию и государство. Безусловно, нужно по возможности соблюдать правила. И Израиль одна из немногих стран, которая пытается соблюдать правила военных действий. Конечно, это не всегда получается. Я не говорю, что израильские военные все ангелы с крыльями. Да, люди в армии служат абсолютно разные. На войне все бывает. И безусловно есть то, что должно подлежать расследованию, что и делается внутри самого Израиля.

В порыве после 7 октября действительно было много сделано заявлений о том, что мы Газу закроем и пока нам не отдадут заложников, мы ничего им поставлять не будем. Но то, что было в начале войны, уже давно изменилось.

— Еще, мне кажется, в глазах русскоязычных читателей это решение МУС проводит знак равно между Путиным и Нетаньяху, потому что только в 2023 году выдали ордер на арест Путина.

Безусловно. Но Украина не нападала на Россию, а война в Газе началась с того, что ХАМАС напал на израильскую территорию. Просто про это все забывают и обнуляют. И следует напоминать, что война началась с нападения ХАМАСа на Израиль и с того, что были захвачены в плен израильские заложники. Они там до сих пор находятся в Газе — 101 человек, и об этом нельзя забывать. Да, Израиль предстоит очень непростая ситуация: что ему дальше делать с Газой? Эта проблема не решается десятилетиями, никто не хочет брать ответственность за Газу, пока там ХАМАС, включая Палестинскую администрацию, никакие арабские страны. Все говорят: «Уйдите». Ну, хорошо, уйдут, и мы получим еще одно 7 октября через несколько лет.

Тут очень много вопросов ответов. Ни одна война не ведется в белых перчатках.

— Ордеры выданы по инициативе главного прокурора по военным преступлениям Карима Хана. Имеет ли значение, что он связан с исламом? (Хан — британский юрист. Он родился в Шотландии в семье британки и пакистанца. У него есть опыт работы волонтерской работы в Ахмадийской мусульманской общине, членом которой он является и которая часто подвергается преследованиям).

Вы не найдете в мире ни одного нейтрального человека, ни одного нейтрального судьи, ни одного нейтрального политика, ни одного нейтрального журналиста. Потому что все имеют отношение к чему-то. Дело в конкретно каждом человеке, в его политических взглядах и убеждениях. Как мне кажется, хотя я не большой специалист конкретно в международном уголовном деле, ситуация в том, что растет влияние стран, которые раньше называли «странами третьего мира» и сейчас называют «глобальным югом». Если раньше было достаточно, чтобы США сказали:

«Нет, мы не хотим, чтобы так было», и это имело вес, то сейчас картина меняется. Есть огромное лобби, которое продвигает те или иные решения

и в ООН, и в Международном суде, и в уголовном суде Гааги. В данном случае тоже есть люди, которые занимаются этими вопросами и кто заинтересован в таком решении. Картина складывается таким образом, что западный мир — США, уже не говоря об Израиле, у которого кроме Штатов никогда особой поддержки и не было, теряют свое влияние на международной арене. И поэтому я говорю, что, может быть, скоро мы увидим подобное решение МУС уже в отношении американцев. Потому что от США было огромное давление, чтобы суд не выдавал ордер. Но Хан захотел войти в историю, как человек, который пошел против США. Расклад сил в мире изменился.