Оригинал материала
Как россиянки ездят в Китай продавать свои яйцеклетки
Как россиянки ездят в Китай продавать свои яйцеклетки
Летом 2024-го года российские соцсети заполонила реклама донорства яйцеклеток в Китае. Здоровым привлекательным девушкам ростом от 162 см обещают заплатить за биоматериал несколько тысяч долларов. Донорам оплачивают перелет в другую страну, их селят в комфортабельные отели, кормят деликатесами. Есть одно «но» — в Китае коммерческое донорство запрещено. «Люди Байкала» изучили, как работает подпольный рынок по продаже российских яйцеклеток.
«Что им сказать: „Да, я пахну?“ Ответила, что нет»
22-летняя москвичка Анна (имя изменено по просьбе героини — «ЛБ») подготовилась к интервью с семьей потенциальных покупателей так, как ей сказала агент. Сделала едва заметный макияж, потому что китайцы любят естественную красоту. Разложила по плечам длинные темные волосы, заправив их за уши, чтобы создать эффект лопоухости — это в Китае считается красивым. Разговор проходил по видео-связи через переводчика, но камера была включена только на стороне Анны, поэтому собеседники её видели, а она их — нет.
Интервью началось со стандартных вопросов: рост, вес, группа крови, семья. Девушка проходила собеседование уже в шестой раз, поэтому знала, как себя вести. Лучше всё время улыбаться, говорить правду там, где ответ легко перепроверить, а в остальном можно и приврать. Так Анна прибавила пять лет к возрасту бабушки, потому что китайские клиенты ценят доноров с долгожителями в роду. Девушку попросили пройтись перед камерой ноутбука из стороны в сторону, встать в дверной проем, чтобы покупатели могли оценить ее телосложение и рост, показать зубы.
В этот раз пара задавала много озадачивших Анну вопросов. Какие у неё были отметки в школе по математике? Любит ли она свою работу? Особенно запомнился вопрос «Пахнешь ли ты, когда потеешь?»
«Китайцы, они же почти не пахнут. А мы очень вонючие для них. Но мы же все люди, мы все потеем. Что им сказать: „Да, я пахну?“ Ответила, что нет», — вспоминает Анна.
Через два дня агент написала девушке, что её выбрали для донорства, а, значит, через неделю она летит в Китай.
«Приятное с полезным»
В апреле 2024-го года дизайнер и студентка-заочница Анна наткнулась в Instagram на видео девушки, которая недавно продала в Китае яйцеклетки. Ролик был больше похож на рекламу турфирмы: прогулки по достопримечательностям сменяли съёмки в кафе. Показала героиня и пачку долларовых купюр, которые ей заплатили за процедуру, упомянув, что заработать можно от трех до семи тысяч долларов (от трехсот до семисот тысяч рублей — «ЛБ»). Ролик выложили на странице агентства, набирающего девушек для донорства яйцеклеток за границей, в основном, в Китае. Там же было написано, что кандидатки в доноры должны быть старше 18-ти, но младше 30-ти, не худые и не толстые, без вредных привычек и наследственных заболеваний.
Анну заинтересовала возможность заработать и бесплатно съездить в Азию, где она ни разу не была: совместить «приятное с полезным». К тому же девушка уже шесть раз без осложнений сдавала яйцеклетки в России, получая за каждую пункцию до 100 тысяч рублей. Была одна сложность: на родине донорство яйцеклеток за деньги законно, а в Китае — запрещено.
Как устроено донорство яйцеклеток в РоссииСогласно приказу Минздрава РФ «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» донором яйцеклеток может стать женщина в возрасте от 18-ти до 35-ти лет, предварительно прошедшая медико-генетическое обследование. Его порядок закреплен в том же документе. Организация, для которой донирует женщина (это может быть клиника репродукции, агентство донорства либо банк яйцеклеток), обычно сама проводит исследование либо возмещает женщине его стоимость. Официальных ограничений на донорство для бездетных нет, но некоторые организации устанавливают их сами.
Донорство может быть и неанонимным, и анонимным. В первом случае донором выступает женщина, знакомая с реципиенткой: это может быть и родственница или подруга, и женщина, которую семья нашла на соответствующих форумах в интернете либо через агентство. При анонимном донорстве покупатели яйцеклеток не могут узнать персональные данные донора: имя, дату рождения кроме года, номер паспорта, место проживания, контактный телефон. Доступная информация: возраст, рост, группа крови, цвет глаз, цвет волос и т.п.. Некоторые агентства с согласия доноров предоставляют клиентам расширенные анкеты, образцы голоса, детские и даже взрослые фотографии. В России больше распространено анонимное донорство.
«Процентов восемьдесят моих пациенток не хотят видеть донора (даже на фотографиях), не хотят знать как она выглядит. Мало того, что психологически тяжело решиться на донорство. А если женщина еще и будет видеть донора, она потом всю жизнь будет вспоминать её лицо, угадывать её черты в лице своего ребенка. Поэтому большинство на меня возлагают груз ответственности. То есть я сама иногда часа по два-три сижу подбираю донора для реципиентки», — говорит репродуктолог клиники «Арт-ЭКО» Надежда Веряева.
Расценки на услуги анонимных доноров варьируются от 40-ка до 150-ти тысяч рублей. Женщинам, которые проходят процедуру повторно, обычно платят больше, стимулируя уже проверенных доноров с качественными яйцеклетками. Донорам предлагают и «гибридные программы», когда часть полученных ооцитов они замораживают для себя, а часть передают в банк, покрывая расходы на замораживание и хранение своих яйцеклеток.
«Это делается в целях био-страхования, и если этот материал не понадобился вовсе женщине, она может вообще полностью передать его в донорский банк», — рассказывает генеральный директор банка репродуктивных тканей «Репробанк» Татевик Мкртчян.
Согласно отчету регистра вспомогательных репродуктивных технологий Российской ассоциации репродукции человека, в 2022-м году в России программа донорства ооцитов была выполнена в 6,5% циклов ВРТ. Отчет является неполным, потому что в его составлении участвуют не все существующие в стране профильные организации. По оценке составителей, доля недополученных сведений составляет 15-20 %.
Примерно месяц Анна маялась: рискнуть и подать заявку или всё же не стоит.
«Я сначала не поверила таким суммам. И в интернете писали, что в Китае в подпольных клиниках проводят всё это, что там девочек кидают, деньги не выплачивают. Ну, и я забила на всё это, но через месяц снова наткнулась на рекламу».
В мае она решилась написать в агентство. Анне тут же пришло сообщение от менеджера с просьбой отправить свои фотографии. Дальше её попросили заполнить анкету с вопросами о возрасте, росте, весе, образовании, группе крови, датами начала ближайшего менструального цикла, кратким рассказом о себе. Нужно было сдать анализ крови на антимюллеров гормон и провести УЗИ органов малого таза, в ходе которого гинеколог подсчитывает число антральных фолликулов, из которых во время овуляции могут выйти яйцеклетки. Эти исследования позволяют оценить, можно ли получить от девушки во время программы достаточное количество яйцеклеток.
Параллельно Анну добавили в чат, где общались и кандидатки в доноры, и девушки, которые уже сдавали яйцеклетки. Пообщавшись с ними, она утвердилась в решении ехать в Китай, и там же нашла контакты ещё одного агента, которой тоже скинула свои данные.
Девушка дополнила портфолио студийными фотографиями, и его начали показывать клиентам. Ей повезло — в агентстве сказали, что у Анны ходовая внешность: округлое лицо с большими глазами, бледная кожа и длинные темные волосы. Но вес оказался по китайским меркам великоват — 70 килограммов при росте 170 сантиметров. Девушка предполагает, что из-за «лишнего» веса пять первых интервью прошли неудачно.
Когда она похудела на семь кило, её тут же выбрали для программы. Семью нашла агент, с которой Анна познакомилась через чат доноров — женщина из Беларуси, которая работает в паре с мужем-китайцем. У них нет сотрудников, они не тратят деньги на продвижение в сети. Анна предполагает, что по этой причине ей пообещали сумму больше, чем в агентстве — не пять тысяч долларов, а семь.
Дальше всё развивалось стремительно. Доноры обязательно проходят курс гормональной стимуляции. Он нужен для того, чтобы от женщины можно было получить не одну-две яйцеклетки, как во время обычной овуляции, а минимум десять. Агентства, работающие с Китаем, пишут что в этой стране рассчитывают на минимум 20 штук. Гормональную стимуляцию проводят уже в Китае, и начинают её на второй день цикла. Клиенты не любят ждать, поэтому за четыре дня Анне оформили срочную визу и купили билеты, она сдала анализы на инфекции, группу крови и резус фактор.
26 июня девушка вылетела в Китай.
Кто продает российские яйцеклетки
На то, что в российском сегменте Instagram стало появляться много однотипных роликов с рекламой донорства яйцеклеток в Китае, в июле обратил внимание телеграм-канал RTVI. Ролики были выложены в аккаунте «ELVA LEGACY», принадлежащем одноименному агентству. Согласно информации, выложенной в Instagram и на сайте агентства его создательница в 2015-м году уехала в Китай работать моделью, где и узнала о возможности продавать яйцеклетки. Далее девушка организовала совместное агентство с подругой, но впоследствии ушла из него и в 2023-м году открыла «ELVA LEGACY».
«Со мной прошли программу более 700 девушек», — несколько раз повторяется в различных публикациях агентства. О том, каким образом и где зарегистрирована организация, на сайте информации нет. В самом агентстве потребовали деньги за интервью. (Согласно редакционной политике ЛБ, журналисты не могут получать информацию за деньги).
Хотя именно ролики «ELVA LEGACY» набрали в социальных сетях наибольшую популярность, это не единственный игрок на рынке. «Люди Байкала» нашли по меньшей мере 18 аккаунтов, предлагающих донорство в Китае. В их лентах фотографии пачек долларов, новых айфонов и макбуков, купленных на вырученные деньги, соседствуют с сообщениями о том, что донорство — возможность «помочь бездетной паре, которая потеряла надежду зачать ребенка своими силами». Стать донорами предлагают гражданкам России, Беларуси, Украины, Казахстана.
В описании большинства аккаунтов говорится, что они принадлежат донорским агентствам либо индивидуальным агентам. Сертификат о регистрации удалось найти на сайте только одного агентства — «Genetique agency». Оно было зарегистрировано в 2022 году в Великобритании, а в декабре 2023-го компания сменила название на «Contract for models». В Великобритании разрешено донорство яйцеклеток, но только с компенсацией за покрытие расходов, и в качестве деятельности у организации указано «представление в медиа». В прошлом году общая стоимость активов компании «Genetique agency LTD» составляла 18 тысяч фунтов (около 1,2 млн. рублей — прим. «ЛБ»).
Сотрудники агентств редко связаны с медициной. Например, на видео в аккаунте «Da Donation» о преимуществах донорства рассказывает менеджер, которая, судя по активности в Instagram, в 2018-2020 годах работала мастером по наращиванию ресниц. На сайте «Sunshine egg donation agency» в качестве медицинского эксперта по ЭКО указан, судя по социальным сетям сотрудника, предприниматель, практикующий коуч в сфере бизнеса, выпускник Волгоградского филиала Института Советской Торговли. Сотрудница, указанная как ответственная за координацию потенциальных родителей, несколько лет назад занималась астрологией. Никто из представителей упомянутых выше агентст не ответил на просьбу об интервью.
Основатель агентства «Sunrise family» Константин (имя изменено по просьбе героя — «ЛБ») говорит, что начал заниматься поиском доноров для китайских клиентов, «когда это ещё не было мейнстримом» — в 2016-м году. В то время он жил в Китае и занимался продажей местных товаров в России.
«Девушка у меня, партнёр, получается, она проходила сама программу донорства в Китае. И у нас появилась мысль, что, возможно, будет хороший спрос, если будут приезжать девушки-славянки», — рассказывает Константин.
У партнёра-китаянки были связи в «этой сфере» — подробности Константин не рассказывает. С помощью этих связей они вышли на местных клиентов. Доноров искали, размещая объявления в русскоязычных пабликах, но дело шло небыстро. За первые полгода агентство смогло организовать всего одну программу для девушки, уже живущей в стране. С другой стороны, и затраты были небольшими: требовались деньги только на рекламу. Все медицинские процедуры, передвижение и проживание доноров оплачиваются за счет покупателя яйцеклеток.
«Параллельно мы консультировались с врачами, не делаем ли мы что-то такое, что может повлиять на возможность иметь детей у девушек в будущем», — говорит руководитель агентства.
По словам Константина, популярность их услуг стала расти, когда у первых клиентов начали рождаться «красивые» дети-метисы. К 2020-му году в программу донорства вступали уже примерно десять девушек в месяц.
Типичные клиенты агентства: одинокие мужчины, которых подгоняют с рождением детей родственники, пары, которые не могут зачать самостоятельно, и представители ЛГБТ сообщества.
Кто выбирает донорство со «славянскими яйцеклетками»По словам аспиранта Кембриджского университета Цзайчжоу Ли, которая занимается исследованием китайского рынка суррогатного материнства, в китайском обществе действительно распространено мнение об особой привлекательности жителей Восточной Европы, и также о том, что дети смешанной расы красивее других. Они выше, у них светлее глаза и кожа, встречается типичное для европейцев двойное веко. Однако среднестатистическая китайская пара, скорее выберет донора своей же национальности.
«Я предполагаю, что иностранные яйцеклетки могут выбирать достаточно современные пары, которые живут в крупных городах, и которые хотят более красивых детей».
Руководитель «Sunrise family» подтверждает, что «славянки» — «мизерная часть огромного китайского рынка яйцеклеток».
Стоимость донорства складывается из разных факторов. Девушка может сама назначить цену, которую агент будет называть потенциальным клиентам. Но обычно донорам помогают оценить себя, исходя из их данных и ситуации на рынке. В первую очередь, клиенты смотрят на внешность: рост, вес, белизну и состояние кожи. Китайские клиенты не любят родинки, веснушки и рыжий цвет волос. Татуировки, нарощенные ресницы, филлеры — это всё уменьшает вероятность того, что агентство согласится представлять девушку. Мода на внешность доноров может меняться. В своих аккаунтах агентства пишут, что сейчас ценится «милота» и «женственность», и просят присылать побольше фотографий в платьях и с улыбкой на лице.
Повышает гонорар наличие высшего образования, особенно в престижных вузах, знание иностранных языков. Больше могут заплатить и обладательницам каких-нибудь талантов — вдруг, ребенок унаследует их от матери — и девушкам, которые уже находятся в Китае, потому что им не надо оплачивать проезд.
«Минимально мы выплачивали, наверное, три тысячи долларов. А максимально в районе где-то 15-16 тысяч долларов», — говорит Константин.
Доход агентства за каждую девушку, по его словам, не меньше 30% от её гонорара. По словам Анны, её агент получает по две тысячи долларов за донора, прошедшего программу.
Обычно российская сторона отвечает за работу с донорами. Поиск клиентов и все медицинские процедуры — зона ответственности китайских партнеров.
Почему в Китае растёт теневой рынок яйцеклеток
В 2020-м году в редакцию китайского издания «The Paper» обратились студентки нескольких вузов с жалобами на рекламу донорства яйцеклеток на стенах женских туалетов. Репортер издания, представившись девушкой, ищущей возможность подзаработать, связалась с агентством по номеру, указанному в объявлении. Он рассказал ей о расценках на, как говорят в Китае, «яичных девочек» или «яичных сестер». Обладательницы яйцеклеток премиум-класса — студентки топовых вузов — могли получить за них до 40 тысяч юаней (5,5 тысяч долларов — ЛБ). Дешевле всего — 10-20 тысяч юаней (1,4-2,8 тысяч долларов — ЛБ) — стоили услуги доноров с непримечательной внешностью, невысокого роста и без высшего образования. В том же году «Phoenix Weekly» нашел девушку, которой заплатили 150 тысяч юаней (20,5 тысяч долларов — ЛБ), настолько она понравилась покупателям. Их единственный, уже взрослый сын утонул, и пара хотела снова завести ребенка. Это была состоятельная семья, готовая доплатить за качественный материал.
С донорами не заключают договоров, потому что купля-продажа яйцеклеток в Китае запрещена, но этот бизнес не прекращает свое существование, сколько бы уборщицы не стирали рекламу со стен, а интернет-провайдеры не блокировали объявления в интернете. Дело в том, что в стране практически невозможно получить яйцеклетки для ЭКО легальным способом.
Согласно «Циркуляру о пересмотре норм, технических стандартов и этических принципов, касающихся вспомогательных репродуктивных технологий и банков спермы человека», который в 2003 году выпустило Министерство здравоохранения КНР (с 2018-го года Госкомитет по делам здравоохранения КНР — ЛБ), в случае, если у женщины нет собственных здоровых яйцеклеток, для процедур ЭКО она может использовать только материал, оставшийся от других пациенток. Стоять в очереди можно годами. И это не единственное ограничение. Получить такие яйцеклетки имеют право только замужние женщины с документально подтвержденным бесплодием.
Единственный выход — обратиться в специальные агентства, которые обычно предоставляют весь спектр услуг, запрещенных китайским законодательством. Клиентам подбирают доноров яйцеклеток, если это необходимо, находят суррогатных матерей, позволяют выбрать пол будущего ребенка, а после родов готовят документы для новорожденного.
По словам аспиранта Кембриджского университета Цзайчжоу Ли, которая занимается исследованием китайского рынка суррогатного материнства, сказать, сколько таких агентств работает в стране, а тем более сколько семей делают через них ЭКО с донорскими яйцеклетками, невозможно. В таких компаниях не хранят информацию о клиентах из-за мер безопасности. По информации «CCTV», в 2021-м году в стране работало более 400 подпольных агентств. В том же году в интервью изданию «China news weekly» создатель одного из крупнейших и старейших в Китае суррогатных агентств Лу Цзиньфэн рассказал, что, по его подсчетам, в индустрии занято больше тридцати тысяч человек. Это и агенты, и врачи. Некоторые из них проводят нелегальные процедуры в свободное от работы в государственных клиниках время, другие — полностью переключились на подпольные операции.
Как в Китае наказывают за продажу яйцеклетокЗапрет продажи яйцеклеток и суррогатного материнства прописан в «Административных мерах по управлению технологиями вспомогательной репродукции человека» (2001 г.) и в «Циркуляре о пересмотре норм, технических стандартов и этических принципов, касающихся вспомогательных репродуктивных технологий и банков спермы человека» (2003 г.). Эти документы регулируют деятельность медицинских учреждений. За нарушение запрета врачам и руководству клиники грозит штраф до 30-ти тысяч юаней. Возможно уголовное преследование за незаконное ведение медицинской деятельности. За него можно привлечь и агентство, как и за ведение незаконного бизнеса, но, по словам Цзайчжоу Ли, сделать это непросто.
«Нужно найти доказательства участия агентства в конкретном случае суррогатного материнства (или торговли яйцеклетками), особенно медицинские карты или доказательства приема лекарств вне официально зарегистрированных медицинских учреждений», — объясняет Цзайчжоу Ли.
В 2023-м году народный суд района Тяньхэ города Гуанчжоу и Гуанчжоуский средний народный суд приговорили к двум годам лишения свободы и штрафу 500 тысяч юаней женщину, которая, «не имея лицензии на медицинскую деятельность, организовала проведение медицинских осмотров и инъекций стимуляторов овуляции в непригодном для этого месте, а также операцию по изъятию яйцеклеток. Кроме того, она привлекала несовершеннолетних к продаже яйцеклеток, что причинило значительный вред их физическому и психическому здоровью». Все вскрылось, когда девушка после пункции обратилась в больницу. К ней санкций не применили. По словам Цзайчжоу Ли, доноров и людей, которые покупают яйцеклетки, обычно не наказывают.
Официальная позиция государства о продаже яйцеклеток — это незаконно. Например, в 2023-м году Правительство анонсировало полугодовую программу борьбы с подпольным применением вспомогательных репродуктивны технологий. Китайский мессенджер WeChat полон роликов о вреде подпольного донорства. Однако, еще в 2015-м из проекта поправок к «Закону о народонаселении и планировании семьи» во время обсуждения в Постоянном комитете Всекитайского собрания народных представителей убрали отдельную статью, запрещающую «продажу спермы, яйцеклеток, оплодотворенных яйцеклеток и эмбрионов, а также суррогатное материнство в любой форме».
«Министерство здравоохранения ответило, что этот вопрос требует дополнительных дебатов и обсуждений, но они по-прежнему считают, что это незаконно и аморально. То есть они не изменили своего отношения к этим услугам, но, необходимо пройти долгий путь, чтобы они выразил его в чётком законодательном акте», — говорит Цзайчжоу Ли.
Используя социалистический дискурс, государственные органы называют использование женского тела для решения чужих репродуктивных проблем эксплуатацией. Аморальными считаются и попытки коммерциализировать эту сферу. По словам Цзайчжоу Ли, примерно такого же мнения придерживается китайское общество вцелом. В то же время бесплодие диагностировано примерно у десяти процентов граждан Китая детородного возраста. В прошлом году население страны впервые за полвека начало сокращаться. В 2022-м году Госкомитет по делам здравоохранения сообщил, что правительство выступает за создание легальных каналов донорства и пересматривает законодательство о ВРТ, но к настоящему моменту ничего не изменилось.
Корреспондент «ЛБ», представившись кандидаткой в доноры, написала в пять русскоязычных агентств, предлагающих продажу яйцеклеток в Китае, и спросила, легально ли это. Одна менеджер ответила, что легально, одна — что нет. Двое сказали, что это нелегально для пар, которые не могут получить яйцеклетки в государственной клинике и вынуждены обращаться к иностранкам. Ещё одна написала, что донорство разрешено только в определенных клиниках, которые имеют разрешение на этот вид деятельности.
Руководитель «Sunrise family» говорит, что в его агентстве девушки «осведомлены о всех нюансах процесса». По его словам, был случай, когда донора опрашивала полиция, и даже самому Константину пришлось пообщаться с правоохранительными органами. Но интересовали их китайские партнеры агентства, которые занимались суррогатным материнством. Впрочем, после этого руководитель компании переехал в Тайланд и зарегистрировал свое агентство там. Коммерческое донорство в этой стране тоже незаконно, но «клиники идут навстречу», поэтому не приходится прятаться, как в Китае.
Константин подтверждает, что самое уязвимое место во всей цепочке от клиента к донору — это лаборатория либо клиника, где проводят операции. Часто одна лаборатория сотрудничает с несколькими агентствами, и её местоположение тщательно скрывают.
«Думаю, ну все, сейчас меня на органы и сдадут»
Донорская программа Анны проходила в городе Чунцине — 32-миллионном мегаполисе на Юго-Западе Китая. Девушку заселили в номер с панорамными окнами на восемнадцатом этаже отеля. На все процедуры её возил нанятый агентом молодой китаец, с которым она общалась с помощью переводчика.
Когда у Анны начались месячные, её отвезли в клинику сдавать «кучу каких-то анализов». После этого к ней в номер начала приходить медсестра — каждый день ровно в четыре часа дня — чтобы сделать укол гормональных препаратов. Весь процесс Анна снимала на видео так, чтобы было видно её лицо, и отправляла агенту. Раз в три дня её возили в клинику, чтобы удостовериться, что происходит правильный рост фолликулов.
По правилам программы нельзя пить алкоголь, курить, заниматься спортом и сексом. В остальном Анна была вольна делать, что хочет. Она много гуляла по городу, часто сталкиваясь с просьбами прохожих сфотографироваться вместе на память. Так она познакомилась с китайской студенткой, с которой они вместе несколько дней ходили по достопримечательностям. Анна не знала, как объяснить новой знакомой, зачем ей каждый день к четырем часам нужно возвращаться в отель.
«Мне сказали, что лучше не говорить китайцам, что я тут делаю. И я рассказала ей, что проходила донорскую программу для китайской семьи в Москве. Они мне подарили путевку в Китай, а уколы мне делают для восстановления. Почти правду сказала», — говорит Анна. Новая знакомая сказала, что в Китае донорство нелегально, и она волнуется за девушку. Анна убедила её, что в России это абсолютно законно, а, значит, переживать не о чем.
Необычное правило программы — фотографировать все приемы пищи и отправлять агенту. Пару дней Анна покупала еду сама — на деньги агентства — но врачам не понравилось, что в блюдах мало белка. Дальше еду ей заказывал агент: рыбу, стейки, креветки. Плюс обязательно четыре варёных яйца по утрам и четыре порции разведенного в молоке протеинового порошка.
Живот с каждым днем стимуляции рос, чего на программе в России не происходило. По словам девушки, прохожие начали принимать её за беременную. За пару дней до пункции она перестала выходить на прогулки, потому что ходить по жаре было слишком тяжело.
Стимуляция длилась 10 дней. В день финальной процедуры — пункции яйцеклеток — за Анной, как обычно, приехал помощник агента, но привез её не в клинику, а в спальный район. Парень забрал у девушки телефон и сумку со всеми документами, приклеил на руку стикер с иероглифами, и вместе с четырьмя китаянками Анна села в белый тонированный минивэн. Она не могла изнутри видеть ни улицу, ни водителя.
«У меня тогда началась небольшая паника. Думаю, ну все, сейчас меня на органы и сдадут. Успокоилась я от вида китаянок: они болтали, хихикали. Я подумала, раз местные тоже со мной едут, наверное, всё будет хорошо.
Нас привезли, открыли дверь (машины), и я поняла, что минивэн стоит вплотную к входу в какое-то здание. То есть сразу идёт вход и за ним лестница наверх. Мы поднялись по этой лестнице, и там сразу же (была) операционная и палаты. Какая-то нестандартная больница, видимо, подпольная, самодельная. Из-за этого мне тоже стало немного страшно, потому что на обследованиях я была в обычных больницах, хороших клиниках. Я была уверена, что пункцию будут проводить там же», — вспоминает Анна.
Дальше все происходило так же, как и в России. Анну посадили в гинекологическое кресло и поставили наркоз. Во сне девушке под контролем УЗИ прокололи полой иглой яичники и с ее помощью извлекли созревшие яйцеклетки. Примерно через полчаса донор проснулась, и на том же минивэне с теми же китаянками её привезли на встречу с агентом. Он отдал Анне вещи и повёз в обычную больницу ставить «восстанавливающие капельницы», точное содержимое которых ей неизвестно. Всё было нормально, пока ночью у девушки ни разболелся живот.
Снова в больнице
«Я лежала и просто не могла пошевелиться. Было очень больно, живот был надутый: я даже не могла вдохнуть. Это была самая ужасная моя ночь. Было очень страшно, потому что в Москве я буквально сразу после процедуры бежала по делам. Ни разу таких ощущений не было», — вспоминает девушка.
Утром Анну повезли в больницу, где девушку вырвало, пока ей меряли давление. Ей снова поставили «восстанавливающие капельницы», и к вечеру неприятные ощущения прошли. Ночевала девушка снова в номере отеля. Правда, из-за недомогания она пропустила запланированную встречу с семьей, для которой она сдавала яйцеклетки — они приехали встретиться с ней из другого города буквально на пару часов. Вместо них в палату пришла девушка — видимо, агент от китайской компании — передать благодарность от семьи и подарила пакет сладостей с открыткой.
«За мной очень сильно ухаживали. Из-за этого я как-то успокаивалась. Врачи были очень добрые. Меня там за ручку в туалет каждый раз водили, хотя я в состоянии была сама туда ходить. За меня очень сильно переживал мой агент китайский. Когда я уже была в отеле, постоянно спрашивал, всё ли хорошо, говорил никаких тяжестей не поднимать. Если что-то мне нужно, он сам приедет, и всё сделает».
Через четыре дня после пункции девушка улетела обратно в Москву. Анна не подписывала с агентом никаких договоров, тем не менее по прилёту в Россию ей, как и обещали, заплатили семь тысяч долларов наличными. Деньги ездил забирать парень Анны, сама она побоялась везти домой такую большую сумму. Получить оплату можно было и на карту, но по менее выгодному курсу.
Китайский врач сказал, что, возможно, тяжелое состояние было реакцией на наркоз. Сама Анна подозревает, что у неё развился синдром гиперстимуляции яичников. В России её предупреждали, что у неё есть предрасположенность к этому осложнению.
Что такое синдром гиперстимуляции яичниковСГЯ проявляется в увеличении проницаемости сосудов, из-за чего в брюшной полости может скапливаться жидкость. У пациентки увеличивается и начинает болеть живот. Легкая степень СГЯ обычно не требует специального лечения, симптомы проходят через несколько дней после пункции. В более тяжелых случаях требуется госпитализация, внутривенная терапия. СГЯ может сопровождаться тошнотой, головной болью, нарушением дыхания, нарушением работы печени, почек, резким повышением риска тромбоза.
По данным Американского общества репродуктивной медицины, вероятность тяжелых форм гиперстимуляции составляет 1-2%, однако этот процент может быть дополнительно снижен за счет замены протоколов стимуляции.
«Проблему СГЯ решила, наверное, уже лет семь-восемь назад замена протоколов. То есть у нас в программах принципиально поменялось ведение таких пациентов в связи с получением новых препаратов. Я не могу сказать, что мы теперь СГЯ-free глобально, но это осложнение случается крайне редко, частота не превышает, наверное, полпроцента от всех программ ЭКО. Это действительно колоссальная удача, потому что раньше мы в течение 10-15 дней после пункции доноров не отпускали далеко от себя, чтобы вовремя начать лечение, если что-то пойдёт не так», — говорит репродуктолог, руководитель клиники репродуктивной и пренатальной медицины «Европейский медицинский центр» Юлия Вознесенская-Твёрдая.
В России донор перед вступлением в программу обязана пройти обследование, где проверяют не только, сколько яйцеклеток хорошего качества она способна дать, но и не навредит ли ей донорство. Например, нет ли новообразований в груди, предраковых состояний шейки матки, в норме ли показатели свертываемости крови. В Китае всё зависит от добросовестности конкретных врачей. Кроме того, любое хирургическое вмешательство, даже такое малоинвазивное, как пункция, влечёт за собой риски. По данным Американского общества репродуктивной медицины, возможность острых осложнений составляет меньше 0,5%: это инфекция органов малого таза, внутрибрюшное кровотечение и перекрутка яичника. Риски, связанные с использованием анестезии, оцениваются, как «очень небольшие», тем не менее, и они существуют.
«Может случится аллергическая реакция, или кровотечение после пункции, или гиперстимуляция яичников. Может ли женщина быть абсолютно уверена, что ей окажут полноценную экстренную помощь? И кто вообще будет нести ответственность за лечение осложнений, если женщина-донор отдала свои ооциты и уехала обратно к себе домой в Россию? То есть она остается в этом случае один на один со своей проблемой», — оценивает риски репродуктолог Надежда Веряева.
Долгосрочные риски донорстваНа вопрос, несёт ли донорство яйцеклеток долгосрочные негативные последствия для здоровья и Надежда Веряева, и Юлия Вознесенская-Твёрдая ответили отрицательно. Той же точки зрения придерживается и, к примеру, Американское общество репродуктивной медицины. В 2020-м году оно выпустило доклад «Повторное донорство ооцитов: мнение комитета», где указало, что «преобладающая часть данных не демонстрирует связи между использованием препаратов, стимулирующих яичники, и раком, включая инвазивный рак яичников и рак молочной железы». Однако существует также мнение о том, что этот вопрос требует дальнейшего изучения. Подавляющее большинство исследований проводилось на женщинах, неоднократно проходивших циклы ЭКО, в которые также входят этапы стимуляции и пункции, но не на донорах. Их меньше, зачастую они донируют анонимно и после не поддерживают связь с клиниками, а государственных регистров доноров в большинстве стране нет.
В том же докладе АОРМ пишет, что на данный момент доподлинно неизвестно, влияет ли многократное донорство на будущий овариальный резерв, но предварительные данные говорят об отсутствии влияния. Организация рекомендует «ограничить количество циклов стимуляции для отдельного донора не более чем шестью», однако эта цифра основана на «возможных совокупных рисках и будущих потребностях донора», то есть довольно приблизительна. Такие ограничения действуют не во всех странах. К примеру, в России количество донорских программ, в которых может принять участие одна женщина, законодательно не регулируется.
Госкомитет по делам здравоохранения КНР называет возможный вред здоровью одной из причин, почему нельзя разрешать продажу яйцеклеток. Впрочем, программы ЭКО в стране разрешены.
Анна обсуждала своё состояние с агентом, и та сказала, что в Китае девушки часто сталкиваются с нетяжёлыми формами гиперстимуляции, возможно, потому что врачи вводят бОльшие дозы препаратов, действуя «наверняка». Однако все в целости и сохранности возвращаются домой. По словам руководителя «Sunrise family», его агентство тщательно отбирает клиники для сотрудничества, и за восемь лет их донорам «пару раз» потребовалась госпитализация «с капельницами» из-за СГЯ.
Информацию о россиянках, пострадавших в ходе программ донорства в Китае, «Люди Байкала» не нашли. В СМИ есть публикации о китаянках. Например, в 2017-м году после пункции чуть не умерла школьница, продавшая 21 яйцеклетку на черном рынке. В 2019-м с тяжелой формой синдрома гиперстимуляции яичников госпитализировали студентку. Девушка хотела купить на вырученные от сделки деньги новый Iphone.
Красавицы по три тысячи
«Да, у меня сделаны губы, но это не то, чтобы они какие-то супервареники. Вы хотите без филлеров, без операций, без татуажа! Ну, сейчас каждая вторая что-то доделает, понимаете? Нет вот этого natural beauty в этой жизни уже!» — возмущается 22-летняя Оксана (имя изменено по просьбе героини — прим. «ЛБ») из Краснодара.
Весной её отобрали для донорства в Китае. Девушка ждала, пока пройдут три месяца после её предыдущей программы в России, собирала фотографии для портфолио, пока летом ей внезапно не сказали, что правила отбора ужесточились. И теперь с ней не будут работать из-за филлера в губах, татуажа бровей и трех татуировок.
В последнее время конкуренция между желающими поехать в Китай выросла, а потому упали цены. Дороже всего агентства продавали услуги девушек во время пандемии коронавируса, когда в страну не могли въехать доноры из России. Китай открыл границы для иностранцев в 2023-м году, и агенты начали активно рекрутировать новых девушек.
«Во время коронавируса самая какая-нибудь стрёмная девочка, которая сейчас полетит за две тысячи, дай Бог, если её вообще выберут, тогда за неё заплатили бы восемь. Цены очень сильно упали, потому что девочки очень красивые соглашаются и за 3 тысячи долларов лететь из России», — рассказывает агент Кристина.
23-летняя Кристина пять лет живёт во Вьетнаме. В этой стране она полтора года назад в первый раз вслед за подружкой сдала яйцеклетки и поняла, что это «easy money». Дальше были программы в Китае и Тайланде. Одна проблема: перерывы между донированием должны быть не меньше трех месяцев, поэтому девушка начала отправлять к знакомым агентам за комиссию своих подруг.
«Потом я додумалась до того, что я же могу ещё и клиентов искать в группах, посвященных ЭКО, могу девочек в Инстаграме искать. У меня подружки когда-то рано или поздно закончатся. И я просто начала сама их данные отправлять тем агентам, которых я знала. А потом уже через какое-то время меня уже сами начали агентства находить», — рассказывает Кристина.
Кристине донорство в Китае не понравилось: её раздражает то, что многие местные агенты контролируют каждый шаг доноров. Другое дело: Тайланд и Вьетнам. С этими странами она и работает, хотя платят там в среднем на тысячу долларов меньше.
«Они в каких-то облаках летают все. Им вообще все равно. Когда я на программы ездила, они просто по фотографии выбрали меня. Думаю, я бы могла свою фотографию отфотошопить и приехать. Или вообще не свои фотографии скинуть», — рассуждает Кристина.
Как агент она старается держать планку: предлагает партнерам только «отборных» девушек, за которых предложат больше денег, в основном, тех, кто уже находится в Азии, чтобы клиенты не переплачивали за билеты. Работает также с Камбоджей, Лаосом, Кипром, Грузией. Последняя стала популярным направлением для «суррогатного туризма» после того, как эту услугу запретили для иностранцев в России, и началась война в Украине. Покупают яйцеклетки для подсаживания эмбрионов в Грузии, по опыту Кристины, все те же китайские граждане. Это подтверждает и Константин. Начав с КНР, постепенно он начал работать и с другими странами Юго-Восточной Азии, и с США.
«Но мои клиенты везде китайцы. Сейчас ещё очень развивается (рынок ЭКО с донорскими яйцеклетками и суррогатного материнства) в Кыргызстане, Казахстане. Собираюсь посетить эти страны. Там всё легально. Там довольно дешево, и сейчас рынок строится конкретно под китайцев», — рассказывает Константин.
Когда корреспондент «Людей Байкала» общалась с Кристиной в первый раз в июле, она предполагала, что вскоре предложений из Китая не станет. 2025-й — год змеи, и родители могут не хотеть, чтобы их ребенок родился в это время, переняв «змеиные» качества характера. Но к ноябрю, по её словам, ситуация изменилась в противоположную сторону — заявок стало только больше.
Потенциальные доноры продолжают присылать анкеты. Как показал опрос, который в своем Telegram-канале провело агентство «Elva Legacy», 42% девушек хотят поехать в Китай, чтобы закрыть долги.
***
Первое время после возвращения домой Анна думала, что ни за что не вернется в Китай на новую программу. Семь тысяч долларов она положила на банковский счет. В следующем году девушка планирует замужество и рождение ребенка, а на это нужны деньги.
Но когда все неприятные ощущения после процедуры прошли, она решила, что хочет дальше путешествовать, и заработать ещё, чтобы в этот раз всё потратить на себя и близких. В конце ноября она снова поехала в Китай. Агент нашла для неё семью, которая готова заплатить за яйцеклетки уже восемь тысяч долларов.
Когда Анна ехала на программу в первый раз, агент предупреждала её, что возможны небольшие осложнения, но девушка не воспринимала эти слова всерьёз, ведь в России всё проходило гладко. Сейчас она понимает все риски. Но говорит, что согласна на них.