Вожди-пистолеты

Чем может обернуться устроенный Кадыровым варварский спектакль с предложением «застрелиться прямо сейчас» украинскому военнопленному

За две недели до прямой линии с гражданами России президента Путина (объединенной с большой пресс-конференцией) со своим народом решил пообщаться и глава Чечни Рамзан Кадыров. Малая региональная линия получилась интересной. Как древние вожди возвращались к землякам с войны на колеснице вслед за толпой поверженных врагов, так и Рамзан Ахматович прибыл 4 декабря в эфир на трофейном американском БМП «Брэдли» с кавалькадой бронетехники, которая везла 12 украинских военнопленных.

Чечня — регион дотационный. Поэтому его глава не может бросать в толпу деньги и даже пообещать, как делает президент Путин, не может. Зато в своей стране он волен устраивать любые спектакли.

К главе республики подвели пленного. Рамзан Ахматович предложил ему пистолет, чтобы застрелиться. Пленный не захотел. А ведь мог бы умереть как герой — это в версии Кадырова.

Такое понимание героизма удивительно совпадает с представлением Сталина и армейских замполитов конца 30-х годов: в плен сдаются только предатели, порядочный воин должен застрелиться. Позже, в огромных кровавых котлах начала Великой Отечественной, это представление потерпело логичный крах.

Пожалуй, лишь в горах идея о предпочтении плену самоубийства могла дожить в нашей стране до XXI века.

И по законам божеским, и по тексту Женевской конвенции куражиться над пленными перед камерами — последнее дело. Но наше государственное телевидение с самого начала СВО показывает вымученные и заученные речи пленных бойцов ВСУ.

Возможно, крестьянская хитрость Рамзана Кадырова и подсказала сценарий: раз на госТВ показывают — значит, это норма. Потом, правда, он предложил расставить пленных на крышах важных объектов вместо систем ПВО как заложников, которых ВСУ атаковать не будет. Но знакомые на СВО мне про такую военную хитрость не рассказывали — в окопах это как-то не принято, видимо.

Украинские журналисты начали показывать покаянные признания пленных ВС РФ одновременно с российскими коллегами. Со временем у них прямо целый жанр такой возник — «русские пленные каются, но мы им не верим». Однако губернатора на Днепре не нашлось, чтобы свой танк пленными прикрывал. Россия, видимо, богаче такими талантами во власти.

Понимает ли Рамзан Кадыров, что отношение к украинским пленным зеркально отражается на положении российских пленных по ту сторону фронта? Может, и не задумывается даже, а сюжет варварского триумфа в эфире мгновенно разошелся по всем СМИ, и это куда важнее.

Лидер Чечни вообще регулярно тестирует пределы допустимого.

На следующий день, защищая чеченского подростка, обвиняемого по делу о драке на Ходынском поле, он сообщил: «Те люди, которые сидят наверху, следственные органы во главе с Бастрыкиным и Колокольцевым, сидят не на своих местах».

Теперь ждет реакции.

Если и заканчивать исторической аналогией, то Рамзан Ахматович пока не император. Он скорее самовластный наместник провинции, бросивший вызов фаворитам в метрополии. И чувствует себя физически хорошо и политически уверенно. Улыбается чаще. Видимо, добрее стал.