Я вас не понимаю по-русски

Детям мигрантов запрещают учиться. Почему так голосуют депутаты — понятно, но чего те, кто радуется, хотят добиться?

Детей мигрантов не будут принимать в школу без теста на знание русского языка. Первое чтение законопроекта прошло, пройдут и остальные. Осечек в этом деле не бывает. Была интрига, потому что на табло светилось, что 409 депутатов — за, один депутат — против! Кто же этот нетривиальный депутат? Вне зависимости от того, что голосуется, всякий несогласный избранник народа — уже эксклюзив. Потому что кнопка «за» на депутатских местах затерта до дыр, а кнопка «против» блестит, как новенькая, и пригождается редко, а кому-то и не пригождается вовсе. Но сайт Думы разрушил интригу. Неизвестный фрондер растворился — все оказались «за» в первом чтении.

Внимательный читатель, почувствовав в голосе автора иронию, с той же иронией может меня спросить: а вы-то сами «против», что ли? Разве не знаете вы, в каком «восторге» находятся родители, приводящие в класс своих детей, когда выясняется, что где-то в спальном районе Москвы самое популярное имя у первоклашек — Муса или Ахмед, а меньшинство составляют как раз русскоговорящие дети? Дети мигрантов прекрасно понимают друг друга, и им в этом классе комфортно, а вот местные чувствуют себя изгоями.

Да, я знаю про это, отвечу я невидимому читателю. Да, я считаю это проблемой. Более того, я считаю всю ситуацию с миграцией большой проблемой, потому что она создает конфликт. И мы можем говорить о толерантности, о том, что нет плохих наций, а есть плохие люди — но конфликт от этого не растворится. И вообще, как человек, живущий рядом с «резиновой» квартирой, в которой мелькают десятки лиц, большинство из которых может сказать только «здрастьте», я испытываю, скажем так, смешанные, противоречивые чувства от межнационального общения.

Но помогает ли запрет, который принимает власть, исправить положение?

Прежде чем мы попытаемся ответить на этот вопрос, вспомним, что вообще-то в стране есть Конституция. Которая дает каждому право на равный доступ к образованию — это статья 43. А закон об образовании в статье 5 гарантировал получение образования и детям-иностранцам — независимо от владения языком.

Однако мы понимаем, что есть закон, а есть «воля народа», и его эти мигранты «достали». Поэтому всё, что принимается против мигрантов, получит одобрение не только депутатов, сенаторов и президента, но и многих самих граждан. Тут сомнений нет. Но запрет — это всегда простой ответ на сложный вопрос.

Хорошо, вот приехал мигрант сюда с ребенком. Взрослый и сам не очень здорово по-русски говорит, а ребенок — тем более. Где и как ребенку учить наш язык? По логике, как раз школа — то место, где учат. Приходя в нее, даже русский мальчик или русская девочка еще не обязаны на родном языке читать и писать. Хотя говорить, конечно, они умеют. Но «в школе все равно научат» — так рассуждают многие родители. Я, кстати, тоже пошел в первый класс еще советской школы, не умея читать. И действительно — научили. И даже писать научили — как видите.

Но понятна и сложность. В школе есть программа. Как учитель эту программу донесет до ребенка, который не понимает, что ему говорят? Как учить в одном классе ребят, одни из которых быстро схватывают материал, а другие не схватывают вообще? Депутат Яровая, которая уже стала нарицательной, говорит, что незнание русского языка — «основа для конфликта», который может стать «источником межнациональной розни». А школа — это не место для таких конфликтов. Школа — точно не место. А что является этим местом?

Еще один простой вопрос: куда денутся дети, которых не возьмут в школу, потому что они не знают языка? Они его где-то выучат? Или будут осваивать на улице?

Чем они будут заниматься? Шляться без дела? Тысячи детей, не говорящих на языке, ничем полезным не занятых, — они как будут проводить досуг? Они станут старше — на год, два, три. Вы не боитесь, что эти малолетние иностранцы станут частью подростковых банд, например? Неадаптированные, несоциализированные — у них и дороги другой не будет.

Я знаю, что мне ответят. А нечего вообще сюда ехать с семьями! Семьи пусть будут на родине, а мигранты пускай приезжают на срок трудового контракта. Выполнил работу — езжай домой. Эту идею уже предлагали в Думе, но до закона не довели — пока. Что ж, рассмотрим и такой вариант.

В Россию приезжают сотни тысяч мужиков, оставшихся без семьи и без женщин. Молодых — в основном. Здоровых — как правило. Со всеми естественными потребностями молодых и здоровых мужчин? Кто там боялся выходить на улицу, потому что там на наших девушек нападают? Кто говорил про насилие? Больше его станет или меньше после таких запретов?

Давайте уже совсем честно говорить.

Закон о запрете принимать детей без знания русского языка в школу — не столько против детей, сколько против мигрантов как таковых. Он не рационален, а эмоционален. Мы хотим сделать их жизнь максимально неудобной — вот и все.

При этом в нас борются два сильных чувства. Неприязнь к инородцам — но при этом стремление использовать их на грязных работах, воспринимая как прислугу или даже как узаконенных рабов. Ведь нелегалы же не сами по себе появляются — а потому, что они выгодны тем, кто берет их на работу. Бесправным и платить можно меньше, и защиты никакой у них нет.

Но спроси сейчас народ на референдуме: вы за то, чтобы мигрантов не пускать вообще? — ведь россияне же проголосуют «за»! Не задавая себе вопроса: а кто работать-то будет? Это прекрасно, что в стране почти нет безработицы. Но это же означает и дефицит на рынке труда почти во всех отраслях. А когда мужики еще и пошли на СВО, где банально больше платят, то в некоторых сферах нехватка рабочих рук стала критической. Не говорю уже о том, что, несмотря на всю борьбу за рождаемость, убыль населения только растет.

И тут выходит на трибуну депутат Нилов:

«Времена Ивана Грозного — до 10 миллионов население России было, ничего, справились. Петровские времена — 15 миллионов, 1812 год — 40 миллионов население России, и ничего, до Парижа дошли. Великая Отечественная война, 1941-й год — 110 миллионов население Российской Федерации. Поэтому справимся мы без мигрантов, тем более тех, которые не хотят знать язык, культуру и приезжают сюда устанавливать свои порядки».

Не будем объяснять депутату очевидные вещи. Что 10 миллионов во времена Ивана Грозного — это не то же самое, что 10 миллионов сегодня. А во времена Наполеона на земле было меньше миллиарда людей. Так что тогдашние 40 миллионов были бы как теперешние 320! Но особенно любопытна эскапада про Великую Отечественную. Это что имеет в виду Нилов? Что РСФСР в одиночку с фашистами сражалась? И победили его те 110 миллионов? А 27,4 млн человек тоже потеряла одна Российская Федерация?

Но посыл тот же — всех победим, сами со всем справимся! Так почему же не справлялись до сих пор? Мигранты мешали? Так их все меньше — вы не знали? Уезжает уже больше, чем приезжает. А Россия — не единственное и уже не самое привлекательное место для заработков. А мы имеем при этом небольшое для такой огромной территории население. Население, которое одновременно стареет и вымирает. Население, которое физически не способно удовлетворить грандиозные амбиции государства. Население, пораженное алкоголизмом, наркоманией и просто страдающее от обычных заболеваний, которые не может победить недоразвитая бесплатная медицина.

Мигранты кое-как закрывают эту дыру. Хорошо или плохо — но закрывают. Мы с ними боремся и радуем борьбой коренное население. Которое с таким настроем скоро остается без «прислуги». И выяснится, что на простые вопросы простых ответов нет.

Поэтому понятно, почему так голосуют депутаты. Но при этом я не понимаю, чего мы хотим добиться в конце концов. Не понимаю по-русски.