"Испугать всех". Как "оправдание терроризма" стало самой репрессивной статьей

В России за время полномасштабного вторжения в Украину возбудили сотни уголовных дел по статье об "оправдании терроризма" – в основном за слова в интернете. И чем дольше идет война, тем больше становится приговоров за антивоенные высказывания, которые государство приравнивает к террористическим действиям. Сайт Север.Реалии проанализировал судебную практику по статье 205.2 УКРФ за последние десять лет и рассказывают, как она стала одним из главных инструментов репрессий в стране.

• По этой статье судят в основном за высказывания в интернете – силовикам для этого достаточно просто мониторить социальные сети.
• Во время войны за "оправдание терроризма" осудили больше людей, чем за предыдущие 8 лет.
• Большинство осужденных получают реальные сроки, хотя поначалу суды предпочитали по этой статье штрафовать.
• К "оправданию терроризма" теперь стали добавлять статьи о "госизмене" и "конфиденциальном сотрудничестве".
• Количество "террористических" дел растет с момента возвращения Путина в Кремль в 2012 году.

"У нас уже есть "хлопок", "отрицательный рост", "жест доброй воли", "перегруппировка". Вот теперь еще "инцидент". Это когда взрыв разрушает важнейший стратегический объект — самый дорогой и самый охраняемый мост на планете".

В октябре 2022 года эту фразу в своем телеграм-канале написал социолог Борис Кагарлицкий. Так он отреагировал на сообщения о взрыве Крымского моста. Через 10 месяцев на него по доносу возбудили уголовное дело об оправдании терроризма, арестовали и оштрафовали на 600 тысяч рублей. Но потом заменили штраф на 5 лет лишения свободы.

"Подарочек на день рождения Путлеру. 70 лет исполнилось дедусе. Последний юбилей, последнего у****. P.S. Крымский мост взорвали сегодня. Де-юре украинцы разрушили свой же мост, вот психи…"

А это написал учитель из Коми Никита Тушканов. Он тоже был обвинен в оправдании терроризма и "дискредитации" армии. Тушканова отправили в СИЗО, а позже приговорили к 5,5 годам колонии.

"Отслеживая свои чувства каждый день, пришла к выводу, что это, конечно, ужасно, но я радуюсь".

Эту фразу телеведущая Татьяна Лазарева сказала об атаках беспилотников на российские города. Она была вырвана из контекста. И 25 декабря Лазареву заочно приговорили к 6,5 годам лишения свободы, рассмотрев дело об оправдании терроризма за один день.

Российские суды выносят приговоры за высказывания, которые считают оправданием терроризма, уже почти десятилетие, но с началом полномасштабного вторжения России в Украину количество таких дел за слова выросло в разы.

От единиц до сотен дел в год

Статья о публичном оправдании терроризма (205.2) появилась в российском Уголовном кодексе в 2006 году после того, как Россия подписала Конвенцию Совета Европы по предупреждению терроризма.

Она предполагала лишение свободы до пяти лет за публичное признание "идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании". В 2016 году к статье была дописана вторая часть: те же действия, но совершенные с использованием СМИ и интернета. А в 2018 году к "призывам к оправданию терроризма" добавилась пропаганда – часть, предполагающая санкцию до семи лет колонии.

– Власти объясняли введение этой статьи необходимостью усилить борьбу с экстремизмом и терроризмом, особенно в информационном пространстве. Законодатели сочли необходимым ужесточить ответственность за действия, которые могли способствовать популяризации или оправданию террористической деятельности. Я оцениваю эту статью негативно, потому что, на мой взгляд, на предотвращении терактов эта статья никак не отразилась, зато стала репрессивным инструментом, – объясняет адвокат Валерия Ветошкина.

По статье об оправдании терроризма нельзя получить условный срок. А обвиняемые по ней сразу попадают в список экстремистов и террористов, что означает блокировку счетов и жизнь на 10 тысяч рублей в месяц. Как подчеркивают правозащитники, условно-досрочно по этой статье можно выйти на свободу только после отбытия трех четвертей срока, а амнистии по ней не бывает. То есть люди, осужденные за высказывания, испытывают все те же самые поражения в правах, что и осужденные по другим террористическим статьям.

Почти десять лет статья об оправдании терроризма применялась крайне редко – было по несколько дел в год. Но с 2014 года их количество стало расти. Судебной статистики за эти годы нет, но Север.Реалии нашел на сайтах судов как минимум 13 дел, которые были возбуждены в 2014–2015 годах. Причем только три из них были возбуждены исключительно по статье 205.2, остальные дела состояли из обвинений по нескольким статьям, например, призывах к экстремизму и возбуждении ненависти или вражды. По этим делам осудили 14 человек.

В 2016 году количество осужденных по статье об оправдании терроризма резко выросло – до 47 осужденных за год – и увеличивалось каждый последующий год.

Одним из первых громких дел об оправдании терроризма стало дело псковской журналистки Светланы Прокопьевой. Еще в 2018 году Прокопьева в эфире передачи "Минутка просветления" на радиостанции "Эхо Москвы в Пскове" рассуждала о теракте в здании ФСБ в Архангельске – в нем себя подорвал 17-летний Михаил Жлобицкий.

Прокопьева говорила о том, что действия Жлобицкого – это следствие репрессивной политики государства, которое "ограничивает возможности для цивилизованной политической борьбы и проявляет жестокость в отношении граждан". Светлана Прокопьева стала обвиняемой по делу в 2019 году, а в 2020-м ее приговорили к штрафу в 500 тысяч рублей.

После этого возбуждение дел за высказывания о самоподрыве Жлобицкого стало массовым. По данным “ОВД-Инфо”, в России появилось более 50 уголовных дел об оправдании терроризма по следам взрыва в архангельском ФСБ.

Всего с 2016 года и до начала войны в России за оправдание терроризма осудили 667 человек, причем больше всего именно по части второй, за высказывания в интернете, – 395 человек или 59%.

За время войны, с 2022 года и до июля 2024 года, количество осужденных за оправдание терроризма достигло уже 722 человек. За это время доля осужденных, которые выслушали приговоры за слова в интернете, увеличилась до 642 человек, или 88,9%.

Таким образом, только по данным официальной статистики (с неполной информацией за 2024 год), за годы войны по статье об оправдании терроризма осудили на 55 человек больше, чем за все предыдущие восемь лет.

Адвокат Валерия Ветошкина отмечает, что силовики стали возбуждать больше дел именно по части второй этой статьи, потому что отследить их легко – просто мониторить публикации в интернете.

Статистику по осужденным за весь 2024 год Верховный суд еще не публиковал. По подсчетам Север.Реалии, в 2024 году в судах рассматривали 294 уголовных дела, в которых есть статья 205.2 УК РФ. То есть эти дела рассматриваются в составе с другими статьями Уголовного кодекса. Из этого числа 230 дел были возбуждены только за оправдание терроризма. По второй части этой статьи было возбуждено 208 дел, или 90%.

Сколько человек стали обвиняемыми по этим делам, сказать точно невозможно, так как по одному делу может проходить несколько человек, то есть количество дел не равно количеству человек, а имена в таких делах часто скрыты. Но исходя из данных за первое полугодие – не менее 167.

Правозащитный проект "ОВД-Инфо" выяснил, что в 2024 году большинство дел по статье 205.2 было возбуждено из-за антивоенных высказываний. Например, за комментарии об ударах по Крымскому мосту, об атаках дронов на Москву и другие регионы, а также одобрение деятельности легиона "Свобода России". Таких антивоенных дел в 2024 году не менее 70.

Приговоры

Наказание по статье об оправдании терроризма предусматривает как штрафы до одного миллиона рублей, так и лишение свободы до семи лет.

По подсчетам Север.Реалии, в 2014–2015 годах было вынесено 14 приговоров, тексты которых не были опубликованы на сайтах судов, поэтому наказание по ним неизвестно. Один человек был приговорен к принудительному лечению.

С 2016 по 2022 год 417 человек получили реальное лишение свободы, 231 осужденный получил штраф и 16 человек были отправлены на принудительное лечение. За все это время только один осужденный получил условный срок.

За первые два года войны 217 человек были лишены свободы по делам об оправдании терроризма, 330 оштрафованы, 34 отправлены на принудительное лечение. Условных приговоров не было.

Получается, что в 2022 и 2023 годах за оправдание терроризма к реальному лишению свободы была приговорена половина от числа тех, кто был приговорен к такому же наказанию за предыдущие шесть лет.

В 2021 и 2022 годах штрафы составляли около 60% от всех наказаний, но с 2023 года доля штрафов сократилась до 45%. За шесть месяцев 2024 года 57 человек были лишены свободы (14 из них отправлены на принудительное лечение) и 109 оштрафованы.

– Штрафы изначально рассматривались как средство предупреждения. Их цель – показать серьезность нарушения, не прибегая к строгим мерам. Во многих случаях оправдание терроризма выражалось в виде постов в соцсетях или высказываний, не связанных с реальными действиями или организацией террористической деятельности. Судьи могли считать такие случаи менее опасными для общества. Штрафы также являются источником доходов для государства. Это может быть удобной мерой воздействия, которая одновременно выполняет карательную функцию и приносит материальную выгоду, – объясняет адвокат Ветошкина.

Но подход судов ужесточился. Лишение свободы стало применяться чаще, особенно в случаях повторных нарушений. "Это связано с изменением политического контекста и усилением контроля над общественным дискурсом", – считает Ветошкина. Она предполагает, что количество реальных приговоров будет увеличиваться и дальше.

Подсчитать статистику по видам наказаний за оставшиеся полгода Север.Реалии не смог, так как в уголовных делах на сайтах судов, которые нашла редакция, еще не опубликованы судебные акты.

Но Север.Реалии известно, что суды вынесли как минимум 356 приговоров. Это число больше, чем число уголовных дел за этот же год (294 дела), так как часть дел была начата еще в 2023 году, а приговор вынесен уже в 2024-м. Как минимум в 18 случаях люди были приговорены к принудительному лечению, а одно дело прекращено из-за смерти подозреваемого, чье имя скрыто. Он обвинялся в призывах к экстремизму и оправдании терроризма.

Определить диапазон сроков, к которым приговаривали осужденных за оправдание терроризма, тоже сложно. Статистика Верховного суда закрыта, а на сайтах судов Север.Реалии не нашел ни одного дела, у которого было бы опубликовано решение.

– Непубликация судебных решений по делам об оправдании терроризма и другим "чувствительным" статьям является скорее результатом системной тенденции к закрытости. Это связано как с объективными трудностями судов, так и с политическими причинами, включая усиление секретности и попытки ограничить общественный контроль, – говорит Ветошкина.

Оправдание терроризма и госизмена

В 2023 и 2024 годах обвиняемым по делам об оправдании терроризма начали дополнительно инкриминировать статьи о госизмене, публичных призывах к развязыванию агрессивной войны, вандализме и конфиденциальном сотрудничестве с иностранцами. При этом до военного времени самыми распространенными дополнительными статьями были призывы к экстремизму и другие террористические статьи (например, содействие в террористической деятельности или организацию террористического сообщества и участие в нем).

На сайте Саратовского областного суда Север.Реалии обнаружил карточку дела об аресте Никиты Василенко. В октябре 2023 года его обвинили в оправдании терроризма и конфиденциальном сотрудничестве с иностранным государством и арестовали. Он обжаловал меру пресечения, но суд оставил его под стражей. В тексте апелляции говорится, что Василенко жил в Саратове вместе с матерью, а 2019 и 20120 годах у него был вид на жительство в Финляндии, который затем аннулировали. В чем именно обвиняют Василенко, неизвестно. Но в карточке дела говорится, что он признал вину и раскаялся. Василенко внесен в список террористов и экстремистов.

Еще один обвиняемый по статьям об оправдании терроризма и контактах с иностранцами – житель города Режа Свердловской области Владлен Меньшиков. ФСБ задержала Меньшикова в петербургском аэропорту при попытке вылететь в Беларусь в сентябре 2022 года. Его арестовали по обвинению в диверсии. По данным следствия, 29-летний Меньшиков установил на железнодорожном перегоне перемычки, которые могли бы привести к сходу с рельсов составов с военной техникой.

Позже Меньшикову предъявили обвинение еще по двум статьям: об оправдании терроризма и о конфиденциальном сотрудничестве с иностранной организацией (следствие считает, что Меньшиков получал задания от легиона "Свобода России", воюющего на стороне Украины). Когда дело поступило в суд, обвинение в диверсии из него пропало. Признал ли Меньшиков вину, не сообщается, но правозащитница Дарья Беляева писала, что во время суда адвокат заявлял "о пытках, угрозах со стороны ФСБ с целью заставить Меньшикова сознаться в том, чего он не совершал".

Меньшикова приговорили к 14 годам заключения.

К такому же сроку приговорили жителя Красноярского края Артема Санжараева. Ему тоже вменили диверсию на железной дороге, оправдание терроризма и конфиденциальное сотрудничество.

Сайт Север.Реалии обнаружил как минимум шесть дел за последние два года, где оправдание терроризма было совмещено с обвинением в госизмене и диверсии. Имена всех обвиняемых скрыты, в чем конкретно они обвиняются, неизвестно. Приговоры по ним уже вынесены: одного человека приговорили к принудительному лечению, остальным также вынесли обвинительные приговоры, но к каким срокам приговорили, неизвестно.

Гендер и возраст

Полная статистика Верховного департамента судов сейчас недоступна, Север.Реалии располагает данными о том, кого именно осуждали за оправдание терроризма, только за первую половину 2024 года.

В 2024 году из 167 осужденных по статье об оправдании терроризма почти треть были людьми в возрасте от 30 до 39 лет, почти 17% – несовершеннолетними, старше 50 лет – 16%. Среди осужденных один мужчина и две женщины старше 65 лет. Всего за это время за оправдание терроризма осудили 19 женщин.

Большинство осужденных были рабочими или людьми без постоянного дохода – 37 и 89 человек соответственно. Также за оправдание терроризма судили студентов и учащихся (10 человек), служащих коммерческих организацией (7), уже осужденных (6), бизнесменов, индивидуальных предпринимателей (7) и госслужащих (2).

Другие террористические статьи

Резкий рост числа осужденных по всем террористическим статьям начался сразу после возвращения Владимира Путина в президентское кресло в 2012 году, рассказывал проект Re:Russia.

В 2009–2011 годах по статье о террористическом акте были осуждены в среднем по 16 человек в год. В следующие два года число приговоров выросло до 28.

В 2013 году в Уголовный кодекс ввели новые статьи и составы: прохождение обучения с целью занятия террористической деятельностью, организация террористического сообщества и участие в нем, организация деятельности террористической организации и участие в деятельности такой организации.

– Эти статьи были внесены в Уголовный кодекс в связи с международными обязательствами в сфере борьбы с терроризмом. Причем особенно активно поправки вносились под соусом борьбы с ИГИЛ. Эти нормы нельзя назвать плохими. Другое дело, что зачастую их используют в целях политических репрессий, – говорит адвокат Дмитрий Захватов.

Поначалу спектр террористических статей был расширен, чтобы бороться с вербовщиками ИГИЛ и с финансированием реальных террористических организаций. Это было международной практикой и не носило политического аспекта, согласна правозащитница Анастасия Буракова. Но позднее ситуация изменилась. После аннексии Крыма количество террористических дел стало удваиваться, а к 2016-му превзошло средние цифры 2009–2011 годов в 10 раз.

Что за террористические статьи?

Сейчас в российском Уголовном кодексе есть семь статей, которые наказывают за террористическую деятельность, по крайней мере так, как ее понимает государство:

Статья 205. Террористический акт
Статья 205.1. Содействие террористической деятельности
Статья 205.2. Оправдание терроризма
Статья 205.3. Прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности
Статья 205.4. Организация террористического сообщества и участие в нем​
Статья 205.5. Организация деятельности террористической организации и участие в деятельности такой организации
Статья 205.6. Несообщение о преступлении

По подсчетам Север.Реалии, с 2016 по 2022 год по всем террористическим статьям осудили 2074 человек, а с 2022-го по 2024-й (первое полугодие) – 1851. Резкий скачок количества осужденных по террористическим статьям произошел в 2022 году, с этого времени российские власти в среднем осуждали по 740 человек в год.

Буракова объясняет рост количества дел по террористическим статьям тем, что изменилась правоприменительная практика.

– По террористическим статьям стали квалифицировать достаточно большое количество дел, например те, которые связаны с поджогами военкоматов – по идеологическим основаниям или под воздействием мошенников. Следователи квалифицируют как оправдание терроризма, например, комментарии про взрыв Крымского моста или про попадания по военным объектам на территории России. Террористические статьи стали более широко применять для различных действий, которые напрямую с терроризмом в голове обычного человека не ассоциируются, – говорит она.

Адвокат Дмитрий Захватов считает, что волна террористических дел связана с тем, что "популярность режима падает из года в год".

– Соответственно, режиму было необходимо каким-то образом компенсировать эту непопулярность. Самый простой путь – репрессии. Режиму необходимо испугать всех, кто хотел возвысить свой голос против него, а тем более – совершать поступки против этого режима, – объясняет он.

В 2023 году количество дел о теракте выросло значительно. Только по официальным данным, в том году было осуждено 43 человека (в 2022-м, например, 14, в 2021-м – 34). В России массово происходили поджоги военкоматов, административных зданий, офисов "Единой России" и инфраструктуры железнодорожных путей.

Сколько поджогов?

С начала войны и до января 2024 года (более поздних данных нет) в России было зафиксировано как минимум 220 фактов нападений и поджогов органов власти и военкоматов и более 180 случаев диверсий на железных дорогах.

Сначала эти поджоги квалифицировались как уничтожение имущества, но затем появились статье о теракте, сроки за них выросли с 5 до 25 лет.

– Здесь объяснение простое. Террористические статьи более тяжкие и, соответственно, влекут более суровое наказание. Это сделано с целью устрашения других. В этом и заключается репрессивная практика последнего времени – показать другим, что если вы будете так делать, то вас ждет, очень суровое наказание, большие сроки, а впоследствии серьезные ограничения, которые накладываются на осужденных по террористическим статьям, – говорит юрист Анастасия Буракова.

Больше дел – больше судов

До 2015 года "террористические" дела могли рассматривать разные суды, но затем российские власти изменили их подсудность, и с этого времени такие дела начали поступать только в военные суды. Причем не все, а исключительно Московский окружной военный суд и Северокавказский военный суд (сейчас они называются 2-й Западный и Южный окружные военные суды).

Но так как количество дел террористической направленности все время росло, то и количество военных судов, которые их рассматривали, тоже становилось больше. К 2017 году их стало уже четыре – прибавились 1-й Восточный и 2-й Западный военные суды. Их судьи должны были все чаще выезжать в командировки в регионы, чтобы рассматривать дела там. В итоге в 2023 году, когда число дел о терроризме увеличилось в разы, все военные и флотские суды получили полномочия рассматривать дела о терроризме – теперь их девять.

9 декабря 2024 года с сайта как минимум одного военного суда – 2-го Западного – пропали карточки дел по террористическим статьям. Как выяснила "Медиазона", с сайта исчезли 236 карточек дел, которые поступили в суд после 30 ноября 2023 года или были перенесены с предыдущего года. Среди них, например, была карточка дела, возбужденного против режиссера Жени Беркович и драматурга Светланы Петрийчук, которых обвиняют в оправдании терроризма за спектакль "Финист ясный сокол". Через три дня карточки на сайт вернулись, но без имен обвиняемых.

"Сайт – единственная площадка, где суд регулярно публиковал карточки поступивших дел, бумажное расписание заседаний в здании 2-го Западного окружного военного суда не вывешивается. Это означает, что теперь журналистам будет предельно сложно узнать хоть что-нибудь о процессах по обвинениям в "оправдании терроризма", попытках вступления в легион "Свобода России" или Русский добровольческий корпус, а также о заочных слушаниях по "террористическим" статьям", – писала "Медиазона".

Что будет дальше

Правозащитники и юристы, опрошенные Север.Реалии, сходятся во мнении, что количество дел по террористическим статьям будет расти.

– Репрессивность режима прямо пропорциональна его непопулярности. Популярность падает, следовательно, будет расти и количество репрессий. К сожалению, это работает только в одну сторону, и этот репрессивный каток будет катится дальше, пока не развалится, – считает адвокат Дмитрий Захватов.

– Все зависит от правоприменительной практики, от ее использования в политических целях и в целях устрашения. Да, стало больше террористических статей, больше деяний стали квалифицировать по тем или иным террористическим составам. Цель – запугать других, чтобы, как говорится, неповадно было, – говорит Анастасия Буракова.