Оригинал материала
О чем думают сторонники войны
В своей новой колонке писатель и исследователь Z-сообщества Иван Филиппов подводит итог двух лет ежедневного чтения и анализа сотен Z-каналов.
О том, что в России она никому не нужна, как и они сами
Закончился 2024 год, чуть больше месяц осталось до третьей годовщины полномасштабного вторжения российской армии в Украину. До третьей годовщины начала войны.
Последние два года я читаю и анализирую несколько сотен Z-каналов, пытаясь найти ответы на множество вопросов, пытаясь из разрозненных фрагментов информации составить правдивую картину войны. Картину, отличающуюся как от той, которую рисует официальная пропаганда, так и от той, которую представляют своим читателя и зрителям независимые и иностранные медиа.
Идея этого исследования довольно простая. Мне понятно, что я думаю о войне. Что о ней думает Илья Яшин, или думал Алексей Навальный. Как относятся к войне уехавшие вместе со мной из страны россияне и оставшиеся дома. Вынужденные молчать из-за принятых репрессивных законов, но также отчаянно ее ненавидящие. И с военными аналитиками, документирующим ход боевых действий, такими как Руслан Левиев, Ян Матвеев или Майкл Наки, все тоже понятно. Мы все находимся по одну сторону баррикад.
А что думают сторонники войны? Те, кто искренне верят в ее необходимость, в ее праведность? Этот вопрос занимает меня больше всего. И, начав изучать военную пропаганду, я довольно быстро заметил одну вещь: провоенные авторы пишут о множестве проблем и недостатков российской армии. И их слова звучат максимально убедительно — ведь они этой армии желают победы.
Украина готовит контрнаступление? Прямых доказательств этому нет, но Z-блогеры уверены: ВСУ скоро пойдут в атаку Политика4 минуты чтения
Начать итоговую колонку, мне кажется, надо с короткого объяснения, что такое Z-пространство и откуда оно взялось. И объяснение это предельно краткое: с началом войны многие из наших сограждан поняли, что телевизор им врет. Что Владимир Путин, Сергей Шойгу, Игорь Конашенков, начальник генштаба Герасимов — все они или врут, или недоговаривают, или преувеличивают. Поняв это, люди начали искать альтернативные источники информации.
Их убеждения не позволяли им искать правду в российской независимой прессе и уж тем более в прессе иностранной. Но спрос рождает предложение, и, как грибы после дождя, в телеграме начали появляться каналы, документирующие войну. Каналы независимые, не включенные в огромный механизм российской пропаганды.
Степень контроля Кремля за этими каналами все еще является предметом дискуссии. Вероятно, товарищ майор как-то может влиять на авторскую позицию, хотя чем меньше подписчиков у конкретного автора, тем откровеннее он пишет. Но откровенно, а порой и очень эмоционально, пишут и авторы каналов с миллионами подписчиков: «Рыбарь», «Два майора», «Мир сегодня с “Юрий Подоляка”». Одно довольно очевидно: Z-авторы радикально отличаются от официоза пропагандистского, пропагандистов очень не любят и те отвечают им взаимностью.
Авторы этих каналов — люди чрезвычайно разные. Среди них и «герои русской весны», воюющие в Донбассе с 2014 года. Волонтеры, жители Донецка, отставные военные, инструктора, обучающие новобранцев на полигонах, военные летчики — как вертолетов, так и самолетов, бывшие или действующие силовики, солдаты, воюющие с оружием в руках в Украине, вагнеровцы, неонацисты ДРШГ «Русич» (диверсионно-штурмовая разведывательная группа «Русич» — боевой отряд русских неонацистов, принимавших участие в российско-украинской войне с 2014 года в Донбассе. — Прим. «Холода»), Z-интеллектуалы, писатели, режиссеры-документалисты, врачи, операторы дронов, инженеры и даже священники.
Из чего сделана Z-поэзия Писатель Евгений Бабушкин проанализировал новейшее наследие провоенных литераторов. Теперь их точно можно не читать Общество8 минут чтения
Уже само по себе появление полноценного медиапространства — это явление, заслуживающее подробного изучения. Но то, о чем эти авторы пишут, оказалось многократно интереснее, чем я мог предположить.
Z-авторы пишут о бесконечных проблемах армии. Об отсутствии фронтовой логистики. О том, что к войне армия была катастрофически не готова. О показухе, стоящей тысяч жизней. О потерях. О необучаемых командирах, которые устраивали построения на полигонах, по которым немедленно бил HIMARS. О страшных словах, прочно вошедших в военный лексикон: стачивание, мясной штурм, обнуление.
Стачивание — это процесс последовательного уничтожения воинского подразделения об украинский населенный пункт или укрепление. Мясной штурм — не обеспеченный поддержкой артиллерии или авиации пеший штурм, в котором гибнет большая часть штурмующих — или все. Наконец, популяризированный относительно недавно термин «обнуление», то есть внесудебная казнь через отправку в штурмы провинившихся военных.
Военные авторы рассказывают о чудовищных масштабах коррупции, об ужасной неустроенности армии, об идиотизме командования, которое не жалеет людей вообще. О нехватке этих самых людей. О страшных наказаниях — ямах, в которые бросают даже за небольшие провинности. Причем брошенные в яму должны за содержание там платить. Как в гостиницах.
Пишут они и о плачевном состоянии военной медицины. О невероятной военной бюрократии, которая в прямом смысле убивает российских солдат. О сложностях с эвакуацией раненых, когда на хирургический стол военные с травматической ампутацией конечностей могут попасть через несколько недель. О том, что, когда министр обороны хвастается высоким уровнем выживаемости раненых в госпиталях, он прав — просто до госпиталей доезжают только те, кто ранен легко.
Еще одна важнейшая тема — беспилотники, радикально изменившие тактику ведения войны. Сначала беспилотники жгли российские колонны — тому было множество видеоподтверждений. Со временем колоннами российские военные стали ходить реже (хотя полностью не перестали), а российские энтузиасты начали развивать собственную школу БПЛА. Все последние Z-тексты свидетельствуют о том, что преимущество 7 к 1 в пользу Украины все еще сохраняется, но российские военные учатся и совершенствуются.
Мне нравятся расстрелы История Z-блогера Тринадцатого, который навлек на себя гнев жителей Украины, российских силовиков и чеченского спецназа Общество15 минут чтения
О чем не пишут Z-авторы? Легко. О Владимире Путине. Либо о нем пишут чрезвычайно хвалебно, либо же его заявления — ложность которых Z-авторы сами отчетливо понимали — цитируют исключительно «телеграфно», без какой-либо оценки или контекста. Когда-то табу это нарушил Игорь Стрелков, и его судьба отбила у других авторов каналов охоту к экспериментам.
Главный вывод, который я могу сделать по итогам чтения Z-каналов в 2024 году, звучит очень просто: все проблемы, о которых они писали в первый год войны, не решены. Ни одна. Да, читать их бесконечные жалобы очень интересно и порой даже приятно, но главное все-таки в другом — в отсутствии каких-либо изменений.
Армию все так же в большой степени обеспечивают волонтеры. Не тяжелой техникой или боеприпасами, разумеется, а другими важнейшими для ведения войны вещами. Например, нужным для подвоза боекомплектов и эвакуации раненых транспортом. Или защищенной цифровой связью. Или «старлинками». Лекарствами, едой, иногда водой. Беспилотниками. Со следующего года, говорят, волонтеров хотят «закрыть» — уж слишком много, по мнению спикера Госдумы Володина, среди них жуликов. Если это действительно произойдет, вопрос обеспечения армии встанет в полный рост. Что неплохо.
И второй вывод, не менее, мне кажется, важный.
Неоднократно я рассказывал о том, что, по моим оценкам, деятельно войну поддерживают в России примерно 7% населения. Важным здесь было именно слово «деятельно». Ведь для провоенной части общества «поддерживать», значит, давать деньги, волонтерить, плести маскировочные сети, отправлять гуманитарную помощь на фронт или идти добровольцем или контрактником. Как многократно писали они сами, налепить на лоб букву Z, но не сделать ничего для фронта — это не поддержка. Так вот, первые несколько лет это были мои оценки. Сегодня так пишут сами Z-авторы.
Иван Помидоров застрелился Боролся с оппозицией, сидел за поджог «Единой России», воевал за ЛНР, покончил с собой из-за цензуры. Дикая история Андрея Мурза Морозова Общество7 минут чтения
Сегодня они уже пишут о равнодушии общества, о том, что война никому не интересна и скорее раздражает. А ветеранов не очень любят и боятся. Очертания «мы вас туда не посылали», которые в первые два года были довольно зыбкими, к концу 2024-го стали предельно конкретными. И, да, Z-авторы оценивают уровень поддержки в 7–10%. Уровень равнодушия — в 90%.
Стране на войну наплевать. И пусть моральная оценка такого положения дел будет довольно спорной: все-таки, игнорируя «подвиг» русского солдата, общество игнорирует и боль, смерть и горе, которые он принес в Украину. Тем не менее факт остается фактом: российское общество войну не поддерживает. Войной жили и живут в первую, если не в исключительную очередь, маргиналы. И это отличная новогодняя новость.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наши социальные сети!
«Холоду» нужна ваша помощь, чтобы работать дальше
Мы продолжаем работать, сопротивляясь запретам и репрессиям, чтобы сохранить независимую журналистику для России будущего. Как мы это делаем? Благодаря поддержке тысяч неравнодушных людей.
О чем мы мечтаем?
О простом и одновременно сложном — возможности работать дальше. Жизнь много раз поменяется до неузнаваемости, но мы, редакция «Холода», хотим оставаться рядом с вами, нашими читателями.
Поддержите «Холод» сегодня, чтобы мы продолжили делать то, что у нас получается лучше всего — быть независимым медиа. Спасибо!
Автор:Иван Филиппов Редактор:Максим Мартемьянов Фото:Юрий Кочетков / EPA / Scanpix