Крайнее проявление революции тела

Трансгендерность стала одной из первых тем, на которые в девяностые заговорили СМИ, получившие свободу. Наш постоянный автор Самурай без меча изучил пятый выпуск передачи «Тема» Владислава Листьева, где ведущий пригласил трансгендерную женщину и с экспертами и залом, но без осуждения обсудил транс-переход.

В середине 1980-х годов в нашей стране начался период кардинальных экономических и политических перемен, известный как «Перестройка» (1985–1991). Одной из основных черт этого периода была «гласность» — политика максимальной открытости в деятельности государственных учреждений и свободы информации. В это время в стране впервые с 1917 года появились свободные газеты и журналы, в которых начали открыто обсуждать острые политические вопросы, социальные и экологические проблемы, «закрытые» темы истории и т.п. Политика гласности и демократизация создали благоприятные условия и для развития телевидения. Появилось множество телевизионных программ ранее неизвестных форматов.

Одной из таких программ было ток-шоу «Тема», автором и первым ведущим которой был «икона» современной отечественной тележурналистики Владислав Листьев. Программа строилась по канонам «классического» западного ток-шоу, которое представляет собой треугольник «ведущий — приглашённые собеседники (эксперты) — зрители в студии». Аудитория в студии участвовала в обсуждении наравне с ведущим и гостями, что было в новинку для неискушенного постсоветского телезрителя. Выбор тем для обсуждения и их подача также выглядели очень свежо и необычно.

Третьего апреля 1992 года в эфир вышел пятый выпуск передачи. Его открывает эпизод из фильма «Тутси» (1982), в котором персонаж Дастина Хоффмана совершает гигиенические процедуры, наносит себе макияж и переодевается в платье, тем самым меняя свою мужскую внешность на женскую. Демонстрируя этот отрывок, редакция программы словно предлагает телезрителю догадаться, чему будет посвящён выпуск.

В кадре появляется студия и Владислав Листьев объявляет, что выпуск посвящен «изменению внешности и как наиболее крайнему проявлению революции тела — изменению пола». Не могу утверждать однозначно, но с вероятностью близкой к 100 процентам — это был первый случай, когда публично заговорили о трансгендерности на отечественном телевидении.

Первые публикации о трансгендерности в печатных СМИ появились чуть раньше. Например, в газете «Куранты» (№ 71 от 16 апреля 1991), в газете «Гудок» (№ 268 от 22 ноября 1990), в «Литературной газете» (№ 38 от 20 ноября 1989). Если подписчикам «Парни+» известны сведения о других газетах и журналах того периода, в которых были статьи о трансгендерности, прошу сообщить об этом мне, автору данной статьи.

Гостями студии были челюстно-лицевой хирург И. Вульф, пластический хирург А.Б. Окулов и психиатр А.О. Бухановский.

Первая часть программы посвящена пластической хирургии лица, а разговор о трансгендерности начинается с 17-ой минуты выпуска. В этой части выпуска диалог происходит в основном между Листьевым и А. О. Бухановским в формате «вопрос — ответ». Чуть реже в разговор вступали Вульф и Акулов, а также другие специалисты, сидящие в зале.

Александр Олимпиевич Бухановский (1944-2013) наиболее известен как эксперт по серийным убийцам, в частности, он был экспертом в деле маньяка Чикатило. В 1980 году он включил трансгендерность в сферу своих научных интересов и написал несколько статей, а через два года после выхода программы защитил докторскую диссертацию на тему «Транссексуализм: клиника, систематика, дифференциальная диагностика, психосоциальная реадаптация и реабилитация». В 1991 году он создал в Ростове-на-Дону фактически первый в стране частный лечебно-реабилитационный центр «Феникс», который функционирует и в настоящее время. В целом Бухановский внёс большой вклад в легализацию трансперехода в СССР. К сожалению, в настоящее время руководство центра транслирует гомофобную и трансфобную риторику, а для «лечения» ЛГБТ–людей предлагает конверсионную терапию.

В начале разговора Листьев попросил Бухановского объяснить, что такое «транссексуализм».

Бухановский: Это состояние, это врождённое состояние, при котором с самого рождения у человека не совпадает душа и формирующийся биологический и социальный пол, потому что социальный пол не менее важен. Социальный пол — тот паспорт, то свидетельство, которое ребёнку выписывают вскоре после дня рождения. Это трагически проходит через всю жизнь этих больных. Психически они формируются абсолютно нормально, но так как это было бы нормально для человека противоположного биологического пола.

После ответа, Листьев продолжил задавать вопросы, которые можно условно назвать «типичными» для человека, не имеющего никакого представления о трансгендерности и желающего лучше понять это явление.

Листьев: Как много транссексуалов в нашем обществе?

Бухановский: К сожалению, статистики мы не имеем. Через нашу клинику прошло более 400 человек, и ещё примерно столько же стоит у нас на очереди на обследование.

Листьев: Это болезнь?

Бухановский: Это не болезнь. Нельзя же сказать, что болезнь, когда человек родился с 6 пальцами. Это не болезнь.

Листьев: Отчего это происходит? Каков механизм?

Бухановский: Во многих причинах механизм действует внутриутробно. В некоторых случаях мы обнаруживаем, когда мать принимала лекарства, воздействующие на эндокринную систему…

Листьев: То есть химическое вмешательство может повлиять?

Бухановский: Химическое вмешательство, но во многих случаях мы обнаруживаем, когда беременность, особенно в тот период, когда начинается очень важный процесс — половая дифференциация мозга, формирование половых структур в мозге. Они там существуют тоже…

Листьев: На каком месяце?

Бухановский: Начиная с 4-го месяца внутриутробного развития, когда этот период проходит у женщины с очень тяжёлыми, часто личными интимными переживаниями. Мы такие процессы обнаруживаем почти в 80% наших пациентов.

Листьев: Какого пола людей больше, транссексуалов рождается: мужчин или женщин?

Бухановский: Мировая статистика давала соотношение мужчин и женщин 8 к 1.

Здесь поясним, что под «мужчинами» Бухановский имеет в виду трансгендерных женщин, а под «женщинами» – трансгендерных мужчин. Вообще, в то время часто использовали термины «мужской транссексуализм» и «женский транссексуализм», имея в виду трансженщин и трансмужчин соответственно. Таким образом, Бухановский говорит, что на 8 трансженщин приходится один трансмужчина.

Листьев: То есть мужчин больше?

Бухановский: Да. У нас отечественная… по результатам наших наблюдений женщин преобладает в 4 раза (т. е. трансмужчин – прим. автора). Скорее всего это своеобразный отпечаток нашей социологии. Маскулинизация женщин значительно выше, чем феминизация мужчин.

Листьев: Насколько изменяется психология людей, которые сменили пол?

Бухановский: Она не меняется. Она формируется с самого раннего детства.

Вопрос из зала: Человек имеет внутреннее сознание себя как представителя противоположного пола, так зачем ему ещё, так сказать, это внешнее изменение? Это всё внешне по отношению к внутреннему миру человека.

Акулов: Та оболочка, которая у него есть, она просто для него отвратительна, и он старается от неё избавиться любыми средствами. Ну могу вам сказать такой пример: очередному, будем так говорить, транссексуалу отказали в смене пола, тогда он демонстративно отрезал себе половой член, но не до конца и попал с этим в больницу, в реанимацию.

Листьев: Вы мне так объясняете, как будто я к вам пришёл на приём, и вы меня отговариваете.

Акулов: Когда он пришёл после операции в себя, всё оказалось на месте, это было ещё страшнее, чем тот факт, что он это совершил. И этот факт. С одной стороны, это смешно, с другой — это трагедия.

Разговор прерывается и зрителям показывают небольшой сюжет из американской телепрограммы «Inside Edition», посвящённый транслюдям и трудностям, которые им приходится преодолевать в процессе медицинского и социального перехода. Бóльшую часть сюжета занимает интервью Сары Луис (Sarah Luiz, род. в 1965), которая в 1990-х годах была одной из самых известных трансгендерных женщин США.

Немного отвлекусь, чтобы сказать о ней пару фраз. Сара впервые попала в новости в 1989 году, когда сама предала огласке свою тяжбу со страховой компанией «Blue Cross Blue Shield», которая отказалась оплатить ей операцию, заявив, что в её медицинскую страховку входят только психотерапия и заместительная гормональная терапия. Чтобы оказать давление на компанию, Сара начала активно выступать в средствах массовой информации, а также пригрозила компании, что подаст на неё в суд. В итоге в ходе внесудебного урегулирования компания выплатила ей 15000 долларов. Однако этой суммы не хватало на оплату операции. Её беда не осталась незамеченной. После её выступления в «Larry King Live», с ней связался бразильский дипломат и оплатили её операцию.

Было бы очень интересно узнать, каким образом компания «Вид» смогла раздобыть запись этой программы и разрешение на использование фрагмента из неё. Всё, что мне удалось разузнать, это то, что на американском телевидении данный выпуск передачи вышел в конце 1980-х годов.

По окончании сюжета разговор в студии зашёл о том, как проходит социальный и медицинский переход у трансгендерных людей. Причём речь шла исключительно об операциях. О гормональной терапии ни разу не упомянули, что в общем–то понятно, учитавая, что тем передачи – пластические операции..

Листьев: Сколько стоит операции у нас в стране?

Акулов: У нас сейчас это стоит 5 тысяч рублей.

Листьев: Скажите, всегда ли операция проходит удачно?

Бухановский: У нас нет ни одного случая, когда какой-то из наших больных был недоволен тем, что ему вообще сделали операцию, и передумал, как сейчас говорят. Воцарился, я это называю, беспредел. Третий месяц живёт семья, в которой поменяли пол, будем говорить, мужу, социальный пол, а никто не берётся его оперировать. И мы не берёмся…

Листьев: Что вы имеете в виду социальный пол? Ему выдали другие документы?

Бухановский: Ему изменили новые документы. Это женщина с документами мужскими. И они уже заключили официально в ЗАГСе брак. Печать стоит в паспортах. И ни один центр не берётся оперировать потому, что есть целый ряд психологических проблем, которые видны даже хирургу. Что этот человек необычный. Прислали к нам. Мы не можем идти на это, наш центр не может идти на это, потому что у этого человека операции его проблемы не решат. У него нет показаний. И они сейчас пришли…Не знаю, как мы будем решать вопрос. Речь идёт о расширенном самоубийстве. Они говорят вдвоём: не решите нашу проблему — повесимся вместе.

Листьев: А что сначала: делается операция или сначала получается паспорт?

Бухановский: Паспорт.

Листьев: Я вот приду в паспортный стол и скажу «Тётеньки дорогие, я женщина. Выписывайте: Листьева Владислава Николаевна.

Бухановский: Вам скажут…

Листьев: И что мне скажут?

Бухановский: Пойдите к психиатру.

Бухановский: Какие врачи принимают в этом участие?

Листьев: В это принимает участие генетик, гинеколог, если это женщина, андролог – специалист по мужским болезням, если это биологический мужчина, эндокринолог, терапевт, чтобы оценить возможность вообще проведения операции. Из шести обращающихся разрешение получает один. Дело в том, что есть большой круг нервно-психических расстройств, при которых человек приходит к заключению, что ему необходимо изменить пол.

Вопрос из зала: Психиатрам вашего центра удалось убедить отказаться от именно операции?

Перехов (психиатр, сидит в зале): Есть достаточной методики, которыми можно было бы изменить вроде бы мозговое самосознание человека, и различные нейрохирургические операции будут разрабатываться. Никогда истинный транссексуал на это не согласится.

После ответа психиатра Листьев взял небольшое интервью у трансженщины из зала.

Листьев: Насколько я знаю вы перенесли подобную операцию?

Трансженщина: Да.

Листьев: Легко ли найти партнёра по жизни, спутника жизни после операции?

Трансженщина: В общем-то несложно…

Листьев: Как долго вы ждали операции?

Трансженщина: Операции… Ну операции очень долго и очень трудно добиться. Мне десять лет отказывали психиатры. Десять лет по психиатрическим больницам, всяческое лечение, отказы один за другим. Из министерства было несколько писем, что вам трижды отказано. Четыре попытки покончить жизнь самоубийством. Реаниматоры вмешивались. В общем, возвращали к жизни. В конечном итоге провели экспертизу на кафедре университета Дружбы народов, ну и решили вопрос смены паспорта и операции.

Листьев: Вы счастливы после операции?

Трансженщина: Ну…в общем-то, да. Я ни о чем не жалею, только некоторые проблемы… в общем, не знаю. Разрешить это в плане лечения у косметологов.

Бухановский: Среди психиатров, которые ей отказывали, был наш центр, который дважды отказал. И мы до сегодняшнего дня убеждены, что этого делать нельзя было. Я не хотел бы, чтобы представили, что в данном случае был случай классического транссексуализма. Это не так.

Трансженщина: Понимаете, хирурги и психиатры, которые дали мне разрешение, она фактически спасли мою жизнь. Поскольку, как бы психиатры не пытались меня переубедить, там лечить, это бы меня привело уже к самоубийству, меня бы уже не было.

В третьей части разговора вопросы в основном задавали зрители в студии.

Вопрос из зала: Как реагируют духовные отцы? Вам это неизвестно?

Бухановский: Насколько я знаю, православие не одобряет такие операции, потому что они являются насилием над телом, которое дал бог.

Акулов: Путём долгих дискуссий официальные иерархи ислама разрешили смену пола, но очень длительно по времени. Во-первых, это психиатрическая экспертиза в течении двух лет. Это нахождение в женском коллективе в течение, по-моему, тоже двух лет. И если после этого пациент не меняет своего решения, проводят ему соответствующую операцию.

Об отношении буддизма к трансгендерности можно прочитать в этой статье.

Вопрос из зала: С какого времени вообще известны эти операции? Я встречал такое интересное мнение, что даже Жанна д’Арк, например, потом кавалер-девица Дурова тоже в какой-то степени были с этим связаны. И даже у Геродота в его скифской болезни встречалось упоминание о человеке, который не только переодевался в женскую одежду, а ещё перенял какие-то черты характера.

Беседа вновь прерывается, и на этот раз телезрителям показывают отрывок из советского фильма «Начало» (1970, реж. Г. Панфилов) с Инной Чуриковой в роли Паши Строгановой/Жанны д’Арк.

Акулов: Вы только затронули несколько другую проблему. Проблема гермафродитизма. Понимаете, гермафродитизм как таковой через искусство, через литературу вошел в нашу жизни и стал нарицательным.

Вопрос из зала: Скажите, пожалуйста, а вот допустим я, 35-летняя женщина, могу ли стать 25-летним мужчиной? Если такой фактор, чтобы изменить и возраст? И влияет ли эта операция на продолжительность жизни?

Бухановский: Внешне будете выглядеть лет на десять моложе, но уже мужчиной.

Листьев: Слышали какая фраза прозвучала? «Ой как замечательно! Может, подумать об этом?»

Вопрос из зала: Среди каких наций существует преобладание транссексуалов? Национальный признак влияет на это или нет?

Бухановский: Через нас прошли представители буквально всех ну ещё союзных республик, и фактически всех наций. Через нас прошли некоторые иностранные граждане.

Вопрос из зала: А вот в связи с трансформацией половых органов, вероятно, мужчина и женщина перестают чувствовать половое наслаждение, оргазм?

Та же трансженщина: В данном случае, когда я с мужского на женский… ничего…никаких.. оргазм испытываешь, ничего не теряется.

Труфанова (психолог, сидит в зале): Часто возникает вопрос: а вот те женщины, которые выходят замуж за транссексуалов, не лесбиянки ли они, не извращенки ли они? Я занимаюсь проблемами такой реадаптации, реабилитации больных транссексуализмом. Вовсе нет. Это нормальные женщины, которые строят своё семейное счастье с теми же самыми мыслями, с теми же самыми надеждами на счастливую семью. Я вам должна сказать: действительно, семьи получаются счастливые. И отцы из транссексуалов получаются примерные, очень заботливые. В общем, если сыновья в семье, то этот эталон, образец, который несёт в семью новый папа, он достоин всяких похвал.

Далее нам показывают интервью трансгендерного мужчины. Беседа проходила в больничной палате. Вероятно, у мужчины недавно прошла операция. Журналистка задавала ему вопросы, многие из которых мы бы сейчас назвали некорректными или неверно сформулированными с точки зрения использованной лексики. Мужчина рассказал о препятствиях, с которыми он столкнулся, пытаясь в течение четырёх лет поменять документы, об отношении других людей к нему в связи с трансгендерностью, об отношениях с женщинам и возможности создания семьи.

Вопрос из зала: Существует ли союз двух транссексуалов, один из которых внутренне соответствует мужчине, а другой — женщине?

Труфанова (психолог, сидит в зале): Транссексуалы отличаются очень высокими морально-нравственными стандартами. И вот такое сожительство, я употреблю этот термин, для них немыслимо именно из-за несоответствия. Это расценивается как гомосексуальная связь.

Вопрос из зала: Фактически, меняя пол, он внутренне остаётся тем же. То есть можно ли это, ну так сказать, категорически утверждать, что он внутренне не меняется совершенно или всё-таки его мироощущение как-то претерпевает какое-то изменение?

Бухановский: Меняется. Если до этого этот человек является идеальным мужчиной, очень близким вот к такому образу мужчины-рыцаря, то после того, как меняется пол проходит два, три, четыре года, он становится обычным мужчиной в нашем советском понимании. Не уступить место иногда в транспорте. Хотя для него это вообще бывает исключительным случаем.

Вопрос из зала: Отличаются ли ощущения ваших пациентов, бывших ваших пациентов, ощущения в дальнейшем в их жизни, в их сексуальной жизни, в личных отношениях, от ощущений людей, скажем, по рождению?..

Бухановский: В какой-то степени отличаются. А в какой-то степени, даже в интимной жизни, наши пациенты могут, я боюсь, что меня неправильно поймут, но могут дать сто очков вперёд обычным мужчинам и женщинам.

Вопрос из зала: После того, как изменили пол, независимо женщине или мужчине, прошло какое-то время, а не бывает случаев, когда они хотят обратно прийти в первоначальное положение? Что в этом случае делать?

Андреев (психолог, сидит в зале): Это связано с качественной диагностикой и с качеством системы восстановления после операции. Ну известен случай в Союзе, когда не очень квалифицированные специалисты дали разрешение, прекрасно квалифицированные хирурги сделали операцию, потом человек пришёл к специалистам и говорит: «вертайте всё обратно».

Листьев: И что?

Андреев (психолог, сидит в зале): Лечился у психиатра.

Листьев: Не вернули?

Андреев (психолог, сидит в зале): Это психически больной человек.

Листьев: Уже психически больной. Это процесс необратимый…

Андреев (психолог, сидит в зале): Не уже, до того.

Вопрос из зала: Скажите, человек, изменивший свой пол, потом часто ли меняет внешность, я имею в виду лицо, или оно само по себе меняется?

Бухановский: Ну как правило, я вам должен сказать, один из признаков лиц, страдающих транссексуализмом, это то, что они в обычной среде, в обществе совершенно не отличимы до операции, до изменения пола, совершенно не отличимы. В этой аудитории может сидеть большое количество транссексуалов, а вы не сможете сказать, что это ни мужчина, ни женщина.

Вульф: Мне приходится работать с людьми, изменившими свой пол, которые хотят подвергнуть коррекции свой внешний вид. Это бывает. И они действительно очень адаптированы. Один случай у меня был вообще фантастический. Я не узнал, что я оперирую транссексуала. Это была женщина-манекенщица, работающая за рубежом. Очень эффектная.

Листьев: Она из России?

Вульф: Советская, да…Я оперировал её. И мне сказала моя операционная сестра: «Вы знаете, что это не женщина, это бывший мужчина? (И назвала фамилию) Я была с ним в пионерском лагере».

Листьев: А почему, как вы считаете, в сознании обывателя транссексуалы отнесены к группе риска, к гомосексуалистам, проституткам, лесбиянкам?

Акулов: Я думаю, что это связано вообще с непониманием вот этого состояния. Что такое транссексуализм? Тем более, что такое гомосексуализм? Ведь в других странах, не будем называть каких, все знают, в общем-то вопрос довольно решён в этом плане. И даже юридически, даже так сказать священнослужители регистрируют или венчают эти пары. А транссексуализм это вообще непонятно. Просто человек не может уложить в своём сознании, обывателей я имею ввиду, что такое есть. И это надо понимать.

Листьев: Есть какая-либо правовая основа транссексуализма?

Акулов: Нет.

Листьев: Абсолютно никакой?

Акулов: Абсолютно.

Листьев: Это происходит от того, что вроде с начала 70-х годов только официально широко достаточно всё началось?

Бухановский: Не широко. Это делалось подпольно. В принципе, все знали о том, что это делается. К нам направляли больных минздравы РСФСР, СССР. Но в то же время они делали вид, что такого вообще не существует.

Листьев: То есть, если бы что-то произошло, вас бы всех пересажали?

Бухановский: Если бы что-то произошло, это было бы только так. 108 статья. Причинение тяжких телесных повреждений. Все хирурги, мы знаем под чем мы ходим.

Листьев: Кстати, а вот я к вам хочу применить эту статью (смотрит на Вульфа). Может ли человек после того, как выйдет от вас, сказать «Боже, он же причинил мне тяжкие телесные повреждения»? Он может привлечь вас к суду?

Вульф: Наверное, он может, но такого не бывало.

Харош (психолог, сидит в зале): Я хотел добавить. Вы в игривом немножко тоне, хотя это очень серьёзное дело, обсуждаем пластические операции и так далее, и когда мы переходим ко второму вопросу, то здесь уже возникает проблема духа, религии, личного права и так далее. То есть проблемы космического масштаба, я бы сказал.

Листьев: А у вас не возникает проблемы космического характера, когда вы рассуждаете почему человек решается изменить свою внешность?

Харош (психолог, сидит в зале): Возникает, но не столь остро.

Листьев: А как вы думаете, почему?

Харош (психолог, сидит в зале): Внешность — это то, что мне принадлежит, как бы моя принадлежность, как и одежда. Пол — это нечто иное. Это то, что во мне. То есть это вещи совершенно разные по тому уровню, на котором они находятся. Вообще-то, вы правы. Это девальвация понятия внешности как ценности. Это негативные процесс, безусловно.

Вопрос из зала: возможно ли принципиально сделать всех людей прекрасными?

Акулов: Это вся одинаковость нас и губит. А вы приближаете нас к этому. Все замечательные. Такого быть не может.

Бухановский: Вышла книжка «Донжуанский список Пушкина». И в нём есть отзывы о Пушкине женщин. И там есть описание. Пушкин был и в его собственных словам обезьяной внешне. Но стоило ему открыть рот, улыбнуться, и все были покорены им.

Листьев: То есть говорящая обезьяна…

Вопрос из зала: Мне кажется, что для человека колоссальную роль играет воспитание. И если говорить человеку с детства «ты красивый человек», «ты красивая девочка», «ты красивый мальчик», он и будет себя этим человеком чувствовать.

В настоящее время этот выпуск воспринимается как исторический видеодокумент. Мы видим, что в начале 1990–х годов система помощи трансперсонам в стране ещё только разрабатывалась, но уже представляла собой схему, которая в последующие годы стала стандартной: «психиатрическое обследование – выдача разрешения на гормонотерапию и хирургические операции – смена документов – хирургическая операция». В этом была заслуга не только Бухановского, но и других психиатров. Например, в 1991 году А. И. Белкин разработал пособие для врачей «Транссексуализм. Методические рекомендации по смене пола». Однако получить необходимую медицинскую помощь трансгендерным людям было всё равно непросто. Малейшее несоответствие диагностическим критериям в ходе психиатрического обследования было для психиатров причиной не выдавать разрешение на операцию. А получение документов на новое имя представляло собой квест особо сложного уровня.

Аудитория в студии проявляла интерес к теме без явной негативной окраски. Трансгендерным людям сочувствуют, но после завершения перехода от них ожидают поведения, типичного в патриархальном цисгетеронормативном обществе: вступление в гетеросексуальный брак и рождение детей. А это уже косвенно говорит о враждебном отношении к гомосексуальности в стране.

После трансляции этого выпуска тысячи телезрителей узнали о трансгендерности, и она перестала быть феноменом, известным только узкому кругу медицинских работников и психиатров, работающих с транслюдьми.

В 1996 году вышел ещё один выпуск «Темы», в котором разбирались не только медицинские аспекты трансперехода, но так же подробно обсуждались проблемы правовой и социальной незащищённости транслюдей в России. В том же 1996 году ток-шоу Владимира Познера «Человек в маске» героем выпуска был трансмужчина.

Самурай без меча

В продолжение темы

Что смотреть в 2021-м: квир-фильмы года

[Подборка] 10 ЛГБТ-музыкантов, вошедших в историю

ЛГБТ-комиксы

БУДЬТЕ В КУРСЕ В УДОБНОМ ФОРМАТЕ