Когда вы работаете, вы сидите или стоите? Оказывается, это может кое-что рассказать об уровне вашей жизни

На платформе визуального сторителлинга The Pudding вышло исследование американского дата-журналиста Алвина Чана о социальной разнице между теми, кто сидит и стоит на работе (sitters vs standers). Так, люди, которые работают сидя, с высокой вероятностью будут зарабатывать больше тех, кто работает стоя. И, конечно, у них меньше шансов подорвать здоровье на работе. «Медуза» поговорила с автором исследования и пересказывает основные выводы. А также рассказываем, какие тренды на рынке труда есть в России и Европе.

Какая вообще разница — сидеть или стоять на работе? При чем тут качество жизни?

Американский дата-журналист Алвин Чанг проанализировал, какая физическая нагрузка требуется для разных профессий и на что это влияет. Чанг переработал данные Обзора профессиональных требований (Occupational Requirements Survey), который ведет Бюро статистики труда США. Журналист предлагает осмыслить, как выглядит разделение на тех, кто работает сидя, и всех остальных.

«Когда я был маленьким, я видел, как мои родители работали на изнуряющей физической работе. У них была химчистка, они продавали магнитолы и владели несколькими вендинговыми аппаратами. А когда моя мать была молодой, она работала на автомобильном заводе. Отец в конце концов получил научную степень и стал инженером. Он начал работать в офисе, там не было такого тяжелого труда, и это был уже совершенно другой опыт. Мое исследование иллюстрирует то, как выглядит разрыв между этими работами сегодня», — рассказывает Чанг «Медузе» о том, что вдохновило его на исследование.

Возьмем работников сферы прачечных услуг в Америке. Они выполняют большую часть своих задач стоя: разбирают одежду, кладут ее в стиральные машины, гладят и отпаривают. К стоячим профессиям относятся также повара, строители и многие другие, кто во время работы вынужден стоять, нагибаться и поднимать тяжести. А вот программисты, бухгалтеры и hr-менеджеры почти всегда работают сидя. Конечно, есть и профессии, которые предполагают, что люди работают и сидя, и стоя: учителя, журналисты, дантисты, полицейские, врачи или риэлторы.

За последние десятилетия люди стали меньше заниматься опасным физическим трудом — сферы вроде сельского хозяйства и производств на заводах были автоматизированы, и люди стали больше заниматься бумажной или компьютерной работой. Тем не менее миллионы людей по всему миру все еще заняты физически изнуряющей работой.

Более того, людей с сидячей работой все еще меньше, чем тех, кто работает стоя. По данным на 2024 год, только 30% американских работников работают сидя. Небольшие физические усилия (поднимать или переносить около 10 килограммов тяжестей) требуются еще трети сотрудников в США. И в целом наемных работников больше всего в индустриях, где нужен физический труд: на производстве, в продажах и в сфере быстрого питания.

Очевидно, такая работа предполагает физический труд. Почти четверть американских профессий требует, чтобы работники поднимали что-то над головой, еще более 30% — чтобы нагибались или стояли на корточках. Например, это касается строителей и авиамехаников. Неудивительно, что у людей, работающих стоя, куда большие шансы получить увечье или заболеть из-за специфики работы.

Многие люди, которые не обязаны стоять на работе, могут выбирать — сидеть им или стоять (или вообще лежать, работая на удаленке). И чаще всего у них есть автономность: они самостоятельно выбирают, когда сделать перерыв в работе или пойти на обед. Учителя или работники общепита этого себе позволить не могут. Не говоря уже о том, что удаленная работа на самом деле доступна лишь небольшому набору профессий. В США в 2023 году около 60% человек занимались работой, которая не предполагает удаленки. Люди с низкими доходами и без высшего образования скорее войдут в эту категорию работников, сообщал Pew Center.

В то же время чаще всего сидячая работа оплачивается лучше. Исключения в США составляют разве что врачи, фармацевты и другие работники медицинской сферы. А повара, парикмахеры или почтальоны получают куда меньше, чем инженеры, аналитики и менеджеры.

«В пандемию коронавируса мы чествовали тех, кто работал на передовой. Во время любой политической кампании кандидаты никогда не упускают возможности сфотографироваться со строителями или фермерами. И никогда не забывают добавить, что и сами в подростковом возрасте подрабатывали за кассой», — констатирует Анвин Чанг.

В то же время в США многие выступали против повышения минимальной оплаты труда (в стране до сих пор не приняли федеральный закон, повышающий МРОТ до 15 долларов, хотя разговоры об этом ведутся с 2012 года). Программа президента Трампа направлена на сокращение социальных пособий.

«Вывод понятен: когда нам удобно, мы прославляем физическую работу. А все остальное время относимся к людям, которые ее выполняют, как к рабочим лошадям», — заключает Чанг.

А как дела обстоят в России и Европе?

В Евросоюзе нет такой точной статистики о заработной плате и требованиях для разных профессий, но по другим показателям можно судить, что ситуация иная, чем в США, отмечает европейский аналитический центр по вопросам экономики Брейгель. Так, по расчетам центра, во многих странах ЕС зарплата низкоквалифицированных сотрудников растет быстрее, чем у высококвалифицированных специалистов. В США же происходит ровно наоборот.

Одна из главных причин — в том, как государство и корпорации относятся к автоматизации труда. В США технологии вытесняют людей — в результате работники низкого и среднего уровня начинают конкурировать за рабочие места, которые еще не были или не могут быть автоматизированы. Таким образом, конкуренция возрастает, и заработная плата за физический труд снижается, описывают этот процесс экономисты из Йеля и Массачусетса.

Среди европейских стран неравенство в оплате квалифицированного и неквалифицированного труда наблюдается в Великобритании и Германии. А наименьший разрыв — в скандинавских странах: Швеции, Финляндии и Дании. Европейский центр Брейгель отмечает, что преодоление неравенства — задача социальной политики: государство должно регулировать рынок труда, следить за уровнем минимальной заработной платы и поддерживать отдельные секторы экономики.

В России тоже нет статистики, сколько людей заняты физическим трудом. При этом, по данным Росстата, около трети всех работающих людей в России (31%) трудятся в сферах сельского и лесного хозяйства, добыче ископаемых, сфере производства, коммунального обеспечения и строительства.

Люди в России практически не работают из дома. После ковида позволить себе удаленку может буквально 1% населения — и это специалисты в области айти, технологий и финансов. Удаленка — это «монополия работников с высшим образованием», отмечают в Центре трудовых исследований ВШЭ.

Профессии, для которых подходит удаленная и сидячая работа, одни из самых востребованных в России. Это айти-специалисты, инженеры, специалисты по продажам, а также сфера нефтегаза, подсчитали «Банки.ру» на основе публикуемых вакансий о найме. Пример неудаленной, но все еще сидячей профессии — пилот.

При этом есть потребность и в неквалифицированных рабочих — например, в курьерах. В начале 2024 года спрос на курьеров вырос в четыре раза, сообщают «Банки.ру». Также предсказывают высокий спрос на нянь. А спрос на рабочих превзошел потребность в айтишниках из-за подъема строительства в России. То есть по мере роста спроса на высококвалифицированных (в основном технических) специалистов растет еще и потребность в физической рабочей силе.

К тому же рост потребности в высококвалифицированных специалистах и одновременно в физической рабочей силе негативно сказывается на всех, кто находится «посередине». Профессии вроде учителей и администраторов перестают быть и востребованными, и справедливо оплачиваемыми.

Чтобы противостоять этому разрыву, нужны политические меры. Государственные структуры должны обращать внимание на разницу между доходами разных групп населения и не позволять этому разрыву становится критическим. Например, повышать минимальную оплату труда или вводить льготы для разных сфер занятости.

«Медуза»