Размахивая базукой

ЕС одобрил ответные пошлины на американские товары, но еще надеется договориться с Трампом

ЕС согласовал ответ на первые, введенные еще в марте американские пошлины в отношении европейской стали и алюминия. Эти меры вступят в силу 15 апреля и затронут широкий список товаров — от клюквенного сока до мотоциклов.

Введенные сегодня тарифы — это только первый из трех этапов европейского ответа Трампу на пошлины в отношении металла. А впереди еще разработка новых мер, реагирующих на введенные Трампом в марте пошлины против автомобилей, и наконец, на так называемый «День освобождения», когда США ввели тарифы против всех стран мира и, в частности, против ЕС на уровне 20%. Если вам кажется, что Брюссель запаздывает с ответами, то вы в этом не одиноки. Но проблема здесь не в традиционной бюрократической медлительности, а в том, что ЕС пытается действовать по возможности осмотрительно. Европейский бизнес — от производителей пармезана до гигантов автопрома — небезосновательно опасается втягивания в неконтролируемую эскалацию с США. Венгрия и Италия лоббировали спокойное обсуждение ситуации с Вашингтоном, а, например, Франция выступила за максимально возможную жесткую реакцию. Один из главных козырей в рукаве у ЕС — так называемый инструмент против принуждения (Anti-Coercion Instrument; ACI), который позволит «атаковать» американских IT-гигантов, действующих на территории ЕС: обложить их налогами, запретить инвестировать в европейскую экономику, ограничить права на интеллектуальную собственность и так далее. О том, что именно страны ЕС противопоставили тарифной политике Трампа и почему европейцы пока только грозят ACI, который СМИ и политики называют не иначе как «базукой», и будут использовать его только в крайнем случае — в материале обозревателя европейской и международной политики Николай Першина.

Формула Трампа

У Дональда Трампа накопилось немало претензий к Европе. Она и слишком мало тратит на оборону, рассчитывая только на США. И якобы не помогает американским усилиям по прекращению войны в Украине. И не хочет отдавать Гренландию под контроль Вашингтона. И — что сейчас затмило все остальное — грабит простых американцев посредством «огромного [торгового] профицита в отношениях с США».

«Мы прикрываем [европейцев] с военной точки зрения и при этом терпим убытки в торговле», — возмущался на днях Трамп, утверждая, что в течение долгого времени европейцы лишь «забирали американское богатство». Например, поставляя миллионы Mercedes, Volkswagen и BMW и не покупая взамен продукцию американского автопрома.

Почти сразу после вступления в должность Дональд Трамп взялся за исправление дисбаланса. 10 февраля он подписал указ о введении 25-процентных пошлин на импорт стали, алюминия и производных продуктов, назвав этот шаг «началом процесса, который сделает Америку вновь богатой». 12 марта эти тарифы вступили силу.

26 марта Трамп распорядился установить пошлины в 25% на ввоз любых иностранных автомобилей. А 2 апреля началась уже полномасштабная торговая война США почти со всем миром. Трамп ввел тарифы на ввоз товаров из 185 стран и территорий.

Для каждого попавшего в апрельский список государства тарифная ставка, похоже, была рассчитана при помощи двух простых математических действий. Во-первых, деления объема торгового дефицита США с этой страной на объем ее импорта в США. Так, по версии Трампа, можно определить тариф, которым другая страна обложила американские товары. Во-вторых, деления получившегося показателя на два, потому что, как заявил Трамп, он решил быть «добрым» к партнерам. Из этой логики немного выбивается тот факт, что страны, с которыми США имеют более сбалансированную торговлю, также не избежали пошлин: для них установили фиксированную ставку в 10%.

Такую методику расчета многие экономисты сочли логичной «только в голове президента Трампа». Как поясняла газета Financial Times, похоже, в Белом доме полагают, что все торговые дефициты являются «результатом недобросовестной практики или валютных манипуляций».

В случае с ЕС торговый дефицит с США в 2024 году составил 235,6 млрд долларов, а экспорт Евросоюза в Соединенные Штаты — 605,8 млрд долларов. Таким образом, «база» для новой пошлины на товары из Европы составила 39%. А в силу «доброты» Трампа ответные тарифы установлены на уровне 20%.

Однако, по данным Еврокомиссии, на самом деле средняя тарифная ставка обеих сторон по отношению друг к другу ранее составляла лишь 1%.

И то говорить о такой цифре нужно аккуратно, с учетом того, что «не существует единой “абсолютной” цифры средних тарифов в торговле между ЕС и США, так как этот расчет может быть произведен различными способами, которые дают совершенно разные результаты». Например, во Всемирной торговой организации полагают, что можно говорить о тарифах ЕС на американские товары в размере 4,8%. В любом случае, об упомянутых 39% и в целом о двузначных цифрах речи не идет.

По новым правилам

Европа к столь резким шагам Трампа была не готова. ЕС как проект десятилетиями жил и развивался в мире глобальной торговли по старым правилам, когда тарифы однозначно расценивались как негативное явление, от которого надо избавляться.

Сначала европейские страны договорились о безбарьерной торговле друг с другом, и на это потребовались годы интеграции внутри Евросоюза. А дальше Брюссель перешел к обсуждению аналогичного подхода с союзниками и партнерами в разных регионах — от государств Латинской Америки до стран Азии.

Трамп же решил взорвать эту мировую финансовую систему старого образца, сочтя ее несправедливой для Америки.

Как заявил еврокомиссар по торговле Марош Шефчович, министры из 27 стран ЕС на встрече в Люксембурге 7 апреля охарактеризовали ситуацию как «важнейший сдвиг парадигмы в глобальной торговле со времен Второй мировой войны». И начали в экстренном порядке размышлять о том, как приспосабливаться к абсолютно новым реалиям, навязанным важнейшим торговым партнером.

В 2024 году США были крупнейшим импортером товаров из ЕС: доля европейских поставок, приходящихся на американский рынок, в общем экспорта ЕС составляла 20,6%. При этом сами США были вторым источником импорта для Евросоюза с долей в 13,7%. На первом месте шел Китай с 21,3%.

Среди основных категорий поставок из ЕС в США — медицинские товары и медикаменты, автомобили, промышленное оборудование и техника. Главными экспортерами были Германия (161,2 млрд евро в 2024 году), Ирландия (72 млрд евро) и Италия (64,8 млрд евро). У тех же стран сложился наибольший перекос в торговом балансе. Лишь 7 стран ЕС из 27 — Мальта, Люксембург, Кипр, Словения, Польша, Испания, Нидерланды — больше импортируют из США, чем экспортируют туда.

В феврале в ЕС подсчитали, что тарифы на сталь и алюминий нанесут по экспорту ЕС удар на сумму до 28 млрд евро. В апреле же после введения общих пошлин в 20% потенциальный урон пришлось пересчитать: по словам Мароша Шефчовича, американские тарифы совокупно затрагивают свыше 70% всего экспорта из стран ЕС в США, или 380 млрд евро.

Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен сразу же признала, что от американских тарифов всем будет лишь хуже: нарушатся цепочки поставок, экономика дестабилизируется, рабочие места окажутся под угрозой, потребительские цены вырастут. А президент Франции Эмманюэль Макрон называл новые тарифы США «жестким и необоснованным решением», которое не только окажет «масштабное воздействие» на экономику ЕС, но и сделает беднее американских потребителей.

Кильский институт мировой экономики в Германии прогнозирует, что в результате новых тарифов Трампа экономика ЕС сократится на 0,2%, при этом в ФРГ показатель упадет более чем на 0,3%. Впрочем, для США из-за ответных мер и снижения объемов экспорта ожидается более значительное падение — почти 1,7%.

Собрали в пакеты

В руководстве ЕС с самого начала заверяли, что дадут жесткий и пропорциональный ответ Вашингтону. Последующие раунды американских пошлин эту решимость укрепили. Не так оперативно, как например, Китай, но Евросоюз все-таки объявил о контрмерах. Они были одобрены в среду, 9 апреля.

Еврокомиссия взяла за основу старый список американских товаров, подготовленный еще в 2018 году, когда началась — и быстро закончилась — предыдущая, куда менее масштабная торговая война между Брюсселем и Вашингтоном. При этом, как рассказал Марош Шефчович, ЕС финализировал список после изучения мнений всех стран ЕС и 660 стейкхолдеров: их предложения были «тщательно проанализированы», и в итоге «нагрузка была равномерно распределена между всеми государствами-членами».

15 апреля вступит в силу часть дополнительных пошлин — в частности, по данным СМИ, на американские овощи, зерновые, табак, клюквенный и апельсиновый сок, мотоциклы.

Второй этап должен будет начаться 16 мая: тогда начнут действовать, например, пошлины на текстильные изделия, кожаные товары, яйца, мясо птицы, зубную нить, железо и сталь, используемые в строительстве, безалкогольные напитки, белый шоколад, произведения искусства, полиэтилен.

А с 1 декабря вступят в силу пошлины на сою и миндаль. Соя используется в кормах для животных и является крупнейшей статьей экспорта США в Европу. Politico назвало сою «товаром, играющим исключительную экономическую и символическую роль для ключевых республиканских штатов».

Все это — европейский ответ пока что на самые первые американские пошлины в 25% на импорт стали, алюминия и продуктов из них. Ответы на последовавшие за ними автомобильные пошлины в марте и апрельский «День освобождения» европейским лидерам еще только предстоит выработать. Ожидается, что конкретные предложения появятся к середине апреля.

Бизнес в шоке

В 2024 году общая стоимость товаров, которые попадут под согласованные 9 апреля европейские пошлины, составила почти 21 млрд евро, что меньше объема затронутого американскими тарифами экспорта металлов из ЕС в 28 млрд евро. Вероятно, это стало следствием того, что согласование ответных мер шло непросто — как, впрочем, и принятие в последние месяцы на общеевропейском уровне множества других важных решений. Одна из ключевых причин была связана с тем, что европейские производители из разных отраслей выражали опасения: ввязывание в торговую войну нанесет серьезные удары их бизнес-интересам.

Так, по выражению французской газеты Le Firago, европейские производители вина и другого алкоголя испытали «шоковую волну» после того, как Дональд Трамп пообещал ввести на такую продукцию пошлины в 200%. По словам президента США, пойти на этот шаг его вынудило бы принятие европейских пошлин в 50% на американский виски (этот вариант ранее обсуждали в Брюсселе).

Европейские пивовары предсказывали потерю в результате торговой войны 100 тыс. рабочих мест и закрытие ряда заводов в Европе. Производители шампанского, для которых США — основной экспортный рынок, отмечали, что в случае введения пошлин им придется переориентироваться на другие регионы.

А в Ассоциации итальянских виноделов (UIV) подсчитали, что их совокупные потери могут составить около 1 млрд евро.

Производители итальянского сыра предвидят, что его стоимость для американских потребителей может вырасти на 50% по сравнению с ценами двухлетней давности, так что позволить его себе смогут только обеспеченные американцы. Тревожные настроения охватили и другую страну, во многом зависящую от сельского хозяйства, — Испанию. Премьер-министр Педро Санчес даже анонсировал выделение 14 млрд евро на помощь пострадавшим от американских тарифов — например, производителям оливкового масла и вина. Более того, Мадрид выступил за согласование подобных мер на уровне всего ЕС, но пока инициатива одобрена не была.

Серьезные потери понесут и, например, европейские автопроизводители. Агентство Bloomberg подсчитало, что из-за дополнительных пошлин Porsche и Mercedes лишатся четверти прогнозируемой на 2026 год операционной прибыли. Чтобы смягчить удар, им, возможно, придется повысить цены или перенести производство в США.

О последнем сценарии задумались и фармацевтические гиганты, а также работающие в разных отраслях более мелкие европейские производители. Например, финская телерадиокомпания Yle рассказала историю местного производителя стоматологического оборудования Planmeca. Компания, пятая часть дохода которой поступает благодаря экспорту в США, уже задумалась о переносе туда производства.

Именно такого сценария с массовым исходом бизнеса и перемещением его в США и добивается Трамп, вводя свои тарифы против всего мира. При этом очевидно, что уход компаний не в интересах ЕС.

Поэтому в ходе согласования ответных действий на общеевропейском уровне разные страны лоббировали интересы своих национальных производителей. И во всяком случае частично это сработало. Так, по данным СМИ, Еврокомиссия изъяла из списка попадающих под ввозные пошлины товаров американский виски. То есть отдельного тарифа в размере 200% на вино и другой алкоголь из ЕС теперь можно не опасаться.

Удар по сервисам

При этом в целом говорить об ответе «единым голосом» в случае ЕС не приходится. Некоторые страны выступают за максимально жесткие меры, которые бы даже не допускали возможности разговоров о европейской нерешительности.

Например, президент Франции Эмманюэль Макрон призывал европейские компании приостановить инвестиции в США, поясняя: «Какой сигнал мы подадим, если крупные европейские игроки будут инвестировать миллиарды евро в американскую экономику, в то время как США наносят по нам удары?»

Кроме того, французское правительство предложило обратить внимание на отдельные американские компании — например, ужесточить административные требования к ним, расширить налогообложение, более тщательно регулировать использование ими данных. В первую очередь, речь шла об американских IT-гигантах, таких как Google, Microsoft, Amazon и т. д. То, что это «карта в рукаве» Евросоюза, говорила и Урсула фон дер Ляйен.

В этом есть логика.

У ЕС профицит торговли товарами с США в размере 157 млрд евро (то есть он экспортирует больше, чем импортирует), но в сфере услуг, включая цифровые, у ЕС дефицит в 109 млрд евро. Иными словами, европейские потребители предпочитают, например, искать информацию в Google, смотреть сериалы на Netflix и покупать айфоны, а не пользоваться европейскими аналогами.

Если рассматривать товары и услуги в совокупности, то трансатлантическая торговля фактически сбалансирована. У ЕС общий профицит составляет всего 50 млрд долларов, что равно примерно 3% от общего годового объема трансатлантической торговли. Но Дональд Трамп такой логики не придерживается: в Белом доме в своих расчетах решили обращать внимание только на потоки товаров.

Жесткие меры могут быть приняты с использованием так называемого инструмента ЕС против принуждения (Anti-Coercion Instrument; ACI), действующего с конца 2023 года и еще ни разу не применявшегося. Он дает блоку широкие полномочия для ответных мер против иностранных государств, пытающихся силой добиться изменений политики от его членов. СМИ и политики дружно прозвали этот инструмент «базукой».

Среди конкретных шагов, допустимых в рамках инструмента против принуждения, назывались радикальные налоговые меры, ограничение прав интеллектуальной собственности американских технологических гигантов, введение в отношении них запрета на инвестиции в ЕС, а также прочие финансовые и административные барьеры.

Игра на необострение

Использование «базуки» против Вашингтона в эти дни не исключали, например, готовящийся покинуть правительство министр экономики Германии Роберт Хабек, представитель правительства Франции Софи Прима и высокопоставленные чиновники ЕС. Однако, по данным издания Politico, еврокомиссар Шефчович уже опросил министров из разных стран, и лишь около 20% из них выразили готовность использовать «все имеющиеся в распоряжении инструменты, включая ACI».

В частности, против любой игры на обострение выступила Венгрия: 7 апреля глава МИД Петер Сийярто заявил, что Будапешт не поддерживает ответное повышение тарифов. Венгры в числе тех, кто уверен: такие решения спровоцируют США на новые меры, на которые, опять же, Брюсселю придется реагировать. И так по спирали.

Такой подход будет соответствовать духу так называемой дилеммы безопасности, когда меры одного государства по укреплению собственной системы обороны воспринимаются другими странами как угроза, в ответ те наращивают свои возможности, что и приводит к постоянному разрастанию конфликта, даже если изначально ни одна из сторон к этому не стремилась.

Сийярто заранее заявил, что его страна намерена голосовать против ответных пошлин. Впрочем, шантажировать тут остальные страны у венгров не получится: в отличие, например, от вопросов продления санкций, введение таможенных пошлин требует лишь квалифицированного большинства голосов стран-членов ЕС. Так что в итоге 9 апреля решение было принято: 26 стран из 27 небезосновательно решили, что отсутствие ответа со стороны европейцев многие восприняли бы как проявление слабости.

Некоторые страны-участницы хоть и сочли оправданным ответ Вашингтону, но выступили против самых жестких вариантов. Так, глава МИД Ирландии Саймон Харрис сравнивал опцию с использованием ACI с взрывом атомной бомбы — вариантом, к которому совершенно точно нельзя прибегать, пока не испробованы все остальные.

Об этом же говорили и в МИДе Италии, предлагая перенести введение ответных мер ЕС на сталь и алюминий — с 15 на 30 апреля. Но широкой поддержки это предложение не встретило.

Миссия Мелони

На фоне нынешнего кризиса власти европейских стран, имеющие хорошие отношения с администрацией Трампа, попытались обернуть это в свою пользу. Так, Петер Сийярто рассказывал, что Будапешт уже несколько месяцев ведет переговоры с США о «специальном двухстороннем сотрудничестве» в сфере торговли. Назвав отношения с администрацией Трампа «очень хорошими», он дал понять: Венгрия может рассчитывать на особую милость в разворачивающейся войне.

Со схожими по духу высказываниями выступала премьер-министр Италии Джорджа Мелони. Так, она категорически отвергла идею о том, что республике придется выбирать сторону между США и Европой, назвав такие рассуждения «детскими» и «поверхностными».

Имея неплохие отношения с Дональдом Трампом, Мелони решила заработать дополнительные очки, проявив себя в качестве посредника между Брюсселем и Вашингтоном. 17 апреля она встретится в Вашингтоне с американским президентом как раз для обсуждения пошлин.

Вероятно, программа-максимум для представительницы Европы — установление взаимных тарифов в размере 10%, что может стать компромиссом в сравнении с бесконечной торговой войной.

Миссия Мелони не выглядит безнадежной. Так, Марош Шефчович не считает невозможным даже возврат к нулевым тарифам с обеих сторон — правда, не сейчас, а «когда-нибудь в будущем».

Надежды дает, в частности, то, что команда Трампа по этому вопросу не монолитна.

И речь не только об Илоне Маске, который выражал надежду на «ситуацию с нулевыми пошлинами» между Европой и США. Среди сторонников максимально взвешенного подхода к тарифам — такие влиятельные члены команды, как глава Национального экономического совета Белого дома Кэвин Хассетт и глава Минфина, финансист с Уолл-стрит Скотт Бессент. Не выступая открыто против тарифной войны, за закрытыми дверями они пытаются донести до президента мысль о необходимости действовать осторожнее.

Как на днях заверил Хассетт в эфире Fox News, президент готов выслушивать партнеров и «принимать во внимание» их предложения — если они окажутся «действительно выгодными» для США. А Бессент вечером 7 апреля рассказал на том же телеканале, что уже почти 70 стран связались с Вашингтоном и выразили готовность сесть за стол переговоров. По словам чиновника, учитывая такую очередь из желающих переговорить с Вашингтоном, впереди «очень напряженный апрель, май и, может быть, даже июнь».

С учетом подобных настроений в команде Белого дома и анонсированного визита Мелони в США традиционная тактика Трампа «Ставь нереалистично высокие цели, напугай этим другую сторону, а потом постепенно снижай требования до приемлемого для всех компромисса» может сработать и в этот раз. Однако если расчет американского президента оказался не верен, большая часть мира, включая США, может столкнуться с новым глобальным экономическим кризисом.