Оригинал материала
Сегодня проходят похороны Паши Техника
8 февраля 2024 года DOXA внесли в реестр «нежелательных организаций».
Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.
Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.
Сегодня в Москве проходят похороны Паши Техника — рэпера, который помимо прочего был известен своими проблемами с наркотиками. Мы поговорили с Максимом Малышевым, экс-координатором социальной работы фонда Андрея Рылькова и независимым консультантом по вопросам взаимодействия с психоактивными веществами, о том, почему не работают рехабы и какие возможности для борьбы с зависимостями остаются в России.
Иллюстратор
Иллюстратор
Витя ЕршовПубликация
11 апреля 2025 г.
Смерть Паши Техника стала событием, которое массово обсуждалось в медиа и в соцсетях. За его проблемным наркопотреблением многие следили онлайн, оно становилось поводом для шуток и мемов. Как публичность кейса Паши Техника и других знаменитостей с наркозависимостью влияет на восприятие наркотиков?
Главная проблема в том, что все обсуждения сводятся к тому, что-либо наркотики это плохо, либо человек, которых их употребляет, плохой, не справился, либо что-то его сгубило: женщины, деньги, что-то еще. В этом есть часть правды, но спектр взаимодействий с веществами у людей разный, и он очень-очень широкий. Эти полярные высказывания на концах спектра очень сильно упрощают эту картину: хорошо-плохо, белое-черное.
Кейс Паши Техника — яркий пример, но есть куча других моделей употребления веществ, других людей, но про них никто не говорит, про них мало кто слышит. Преобладание одной этой негативной модели в публичном пространстве, на мой взгляд, влияет на тех людей, кто употребляет наркотики и «магнитит» их к себе.
Я не имею в виду, что нужно говорить, что наркотики это хорошо. Но хотелось бы, чтобы в медиа был представлен более широкий спектр взаимодействия с веществами. На сегодняшний момент преобладание этого роя истеричных голосов, обращение внимания на мегапроблемное употребление не очень хорошо влияет на социум и на тех людей, которые пробуют вещества. А люди всегда будут это делать.
Насколько этично шутить об этом и шерить такой контент?
На мой взгляд, этика здесь вообще не при чем. Важно, чтобы был какой-то более широкий спектр высказываний, фокус на различных моделях употребления, на различных взаимодействиях с веществами. Он реально широкий — от какого-то лечения до экспериментов, например, психиатрических и расширяющих сознание.
К сожалению, мы не сможем избежать каких-то негативных проявлений взаимодействий с веществами. Но когда мы шутим и шерим только крайне негативные примеры употребления, то мы лишь усугубляем ситуацию.
В истории Паши Техника было много рехабов, после которых он все равно возвращался к употреблению. Что такое рехабы в России сейчас?
99% рехабов — это просто бизнес. Они сделаны для того, чтобы зарабатывать деньги. За это платят родители наркопотребителей, и все такие организации настроены на то, чтобы как можно дольше удержать пациента в реабилитационном центре, потому что это позволяет владельцам рехабов заработать больше денег.
Самое печальное, что это последствие применения парадигмы «либо ты остаешься трезвый, либо ты погибаешь». Это не очень результативная идея, потому что спектр взаимодействия с веществами гораздо шире и лучше учить людей взаимодействовать с ними и снижать от них вред. Но все рехабы в России, которые я знаю, работают только в одной парадигме, цель которой — полное прекращение употребления.
Вторая проблема: это часто очень кустарная история, в которой нет никаких стандартов. Нередко организаторы рехабов — это такие же люди с опытом зависимости, которые на данный момент не употребляют вещества и решили, что они могут научить других людей этому. Иногда это даже срабатывает. Эта сфера никак не контролируется ни в медицинском, ни в правовом плане, потому что наркопотребители и наркотики очень стигматизированы и криминализированы.
Поддержите нашу работу, чтобы мы могли публиковать больше таких статей!
В своей работе в Москве я постоянно сталкивался с тем, что людей отвозят в реабилитационный центр, например, родители. А часто они просто платят деньги — приезжают люди и насильно забирают их детей в центр. Это еще и история про насилие: сломать человека, убедить его в каких-то других ценностях. Иногда это работает, но в большинстве случаев это наносит непоправимую травму, после которой люди еще больше углубляются в очень сложное и негативное употребление веществ.
Что делать самому человеку с зависимостью?
В России вариантов мало. Первый — это лечение, когда ты ложишься в стационар, тебе делают какие-то уколы, дают таблетки. Если это платные центры, то делают капельницы. Часто это не очень законная история: людей удерживают насильно, привязывают. Это стационар, в котором ты лежишь, с тебя снимают физическую абстиненциюСиндром, развивающийся у человека с зависимостью через некоторое время после прекращения употребления или уменьшения дозы., ты выходишь. Причины, по которым люди употребляют наркотики, никуда не деваются. В 95% случаев люди снова возвращаются к употреблению веществ.
Вторая возможность — это ребцентры. Это очень похоже на первый вариант, немного пролонгированный и менее медикаментозный. Ты ложишься туда сам, или, как происходит в большинстве случаев, тебя кладут туда родственники, или родители, платят за тебя деньги, и ты там находишься. В твою голову стараются вложить идею, что наркотики — это плохо, употреблять без последствий не получится, и пытаются всячески поменять твое мировоззрение и отношение к веществам. Это удается не очень успешно. Нет какой-то нормальной статистики, но мое убеждение, что 80–90% снова возвращаются к употреблению, потому что это насилие.
Зависимость — это проблема недостатка любви, каких-то смыслов, тепла, взаимодействия. Насилие все эти проблемы никак не решает. Другая возможность — что-то делать самому. Для этого есть группы взаимопомощи, Анонимные наркоманы, Взрослые дети алкоголиков и дисфункциональных семей. Они с зависимостью напрямую не работают, но работают с причинами. Есть группы Smart Recovery — они, к сожалению, в России только онлайн. Есть еще какие-то амбулаторные программы, может быть, наркодиспансер. Можно самому ходить к психологам, читать какую-то литературу, что-то пробовать.
В легальном поле только эти три варианта. Есть какие-то нелегальные: люди прибегают к помощи психоделиков, каких-то других веществ, микродозингу мухомора. В условиях дефицита этих услуг зависимого человеку остается только не сдаваться и пробовать, что поможет, к чему лежит сердце. Сходить в группы поддержки. Больше работать с телом, заниматься йогой. Искать свои увлечения — то, что будет давать интерес и заполнять тот дефицит, который мы заполняем веществами. Ответ такой, неоптимистичный: не сдаваться и искать свой способ.