Темные ветра резерваций

Рассказываем о новом кинематографе коренных народов США (пока Дональд Трамп снова с ними борется)

Одной из жертв возвращения Дональда Трампа на президентский пост стали представители коренных народов США. С ними он сражается еще со времен первого срока — в частности, когда он сократил территорию национального памятника «Медвежьи уши», священного для пяти племен, включая Навахо. В марте 2025 года администрация Трампа отменила указ президента Байдена, обязывающий федеральные агентства укреплять племенной суверенитет и проводить консультации с племенами. Значимым эпизодом стало стремление вернуть горе Денали — священной для народа атабасков на Аляске — название Мак-Кинли в честь одного из американских президентов.

За всем этим стоит давняя борьба сообществ, представляющих коренные народы США, не только за политические права, но и за культурное самоопределение. Историю и культуру коренных народов принято рассматривать сквозь призму трагического опыта геноцида, совершенного европейскими колонистами. Именно колонизаторы и создали наиболее узнаваемые в западной массовой культуре образы «индейцев»: от диких варваров, вероломно мешающих поселенцам, до мистических мудрецов, глубоко связанных с природой. Эти тропы прочно вошли в канон жанра вестерна, который стал своего рода мифологическим основанием американской культуры — культуры «покорителей», несущих просвещение в «дикий» мир. Несмотря на эпизодические попытки осветить тему коренных народов в более гуманном ключе, мейнстрим последних 30 лет — включая такие фильмы, как «Танцующий с волками» Кевина Костнера, «Новый свет» Терренса Маллика, «Выживший» Алехандро Гонсалеса Иньярриту и «Убийцы цветочной луны» Мартина Скорсезе, — продолжает ту же линию: изображение коренных народов как стоической, но обреченной на исчезновение нации. Специально для «Новой газеты Европа» исследователь кино Владимир Кочарян собрал обратные примеры — когда представители племен являлись авторами фильмов и сами рассказывали свои истории.

«Дымовые сигналы» (Smoke Signals), реж. Крис Эйр, 1998

«Дымовые сигналы» режиссера Криса Эйра считаются первым полнометражным фильмом, снятым и написанным командой, в основе которой были представители коренных народов. Сценарий написал Шерман Алекси — известный писатель, в своих романах честно и с иронией описывающий жизнь в резервациях. В основу фильма легла его книга «Одинокий рейнджер и Тонто: кулачный бой на небесах» (другая его работа, «Дневник индейца на полдня», переведена и издана в России).

Главные герои — подростки Томас и Виктор — живут в индейской резервации Кёр-д’Ален, которую они сокращенно называют просто «Рез». Томас — молчаливый громила и футболист, Виктор — энергичный, болтливый гик. Вместе они решаются покинуть родные места и отправиться в Феникс, штат Аризона, чтобы забрать прах отца Томаса — Арнольда.

Это путешествие становится для них не только выходом за пределы резервации, но и, по сути, «заграничной» поездкой.

— Ты покидаешь Рез и отправляешься в другую страну.

— Да, но это ведь Америка.

— Ага. Что может быть еще более чужим, чем она?

Авторы показывают жизнь в резервации без прикрас — как часть социально неблагополучной Америки, лишенной привычных благ цивилизации. В такой же прямой манере рассказана и судьба Арнольда: он не был идеальным отцом, страдал от алкогольной зависимости, что приводило к эпизодам домашнего насилия. Но вместо трагедии фильм предлагает зрителю эмпатичный, ироничный взгляд на повседневность. Комедия, основанная на самонаблюдении, живет в диалогах, шутках, сплетнях — в том, что сами авторы называют «индейским юмором». Яркий пример — местная радиостанция, где новостью дня становится пара машин, проехавших по дороге.

За пределами резервации Томас и Виктор сталкиваются с расизмом и предвзятостью. Однако эта враждебность белых американцев не становится движущей силой повествования. Гораздо важнее для героев — собственная рефлексия на столкновение с чужим невежеством.

Показательная сцена — эпизод в автобусе, где их места занимают двое белых взрослых. На справедливую просьбу уступить им кресла, купленные по билету, они получают сухой ответ:

— Мы уже здесь сидим, и вы ничего с этим не сможете сделать.

В ответ подростки выбирают форму мирного протеста — они начинают скандировать саркастические лозунги в адрес актера Джона Уэйна, знаменитого «убийцы индейцев» из голливудских вестернов.

Фильм играет со стереотипами о коренных американцах, адаптирует их, усложняет и очеловечивает. Он показывает этих людей не как символы, а как живых, противоречивых, смешных и глубоких. Разрушая клише о «благородных дикарях» и карикатурных варварах, картина предлагает правду — через юмор, боль, дружбу и путь взросления.

«Резерфорд-Фоллз» (Rutherford Falls), сериал, 2021–2022

История вращается вокруг двух главных героев: Натана — наследника и директора музея, посвященного основателю городка Резерфорд-Фоллз, известному как «Большой Ларри», — и его лучшей подруги Рейган, представительницы вымышленного коренного народа Минишонка. Вся их жизнь строится вокруг работы по сохранению истории своих предков: для Натана это вопрос защиты благородного образа своей семьи, для Рейган — попытка восстановить утраченные элементы культурного наследия своего племени.

Сюжетным триггером становится решение городского мэра снести памятник «отцу-основателю». Причина очень практичная — монумент расположен прямо посреди дороги и стал причиной множества ДТП. Однако Натан воспринимает эту ситуацию как удар по устоявшемуся историческому нарративу, в котором его семья занимает центральное место. Он начинает борьбу не столько за сам памятник, сколько за традиционный взгляд на историю города.

Сериал превращается в комичную, но точную аллюзию на многочисленные соглашения, некогда заключенные между федеральным правительством США и коренными племенами. В них нередко скрывались юридические лазейки, позволяющие впоследствии нарушать или обходить их условия. В этом смысле «Резерфорд-Фоллс» выступает своего рода антитезой к «Убийцам цветочной луны» Мартина Скорсезе, предлагая ироничный перевертыш:

здесь представители племени, местные чиновники и корпоративные боссы вступают в негласный союз — не только чтобы избавиться от памятника «отцу-основателю», но и чтобы, воспользовавшись юридической уловкой, лишить Натана земли и собственности.

Сериал, снятый в разгар массового демонтажа памятников Конфедерации, стал сатирическим высказыванием о необходимости исторической ревизии. Однако серьезность поднимаемых тем не позволила сатире целиком подчинить себе общий стиль. Наоборот, именно на стыке иронии и рефлексии возникает баланс между комедией и размышлением о поисках идентичности, исторической памяти и справедливости.

«Неизвестная страна» (The Unknown Country), реж. Моррис Мальц, 2022

Лили Гладстоун — номинантка на премию «Оскар» за лучшую женскую роль в фильме «Убийцы цветочной луны». Она стала первой актрисой, представляющей коренные народы, получившей номинацию на «Оскар», а также удостоившейся «Золотого глобуса» и премии Гильдии киноактеров США за лучшую женскую роль. В «Неизвестной стране» она не только исполнила главную роль, но и выступила соавтором сценария.

После утраты самого близкого человека — своей бабушки — Тана отправляется из Южной Дакоты в Техас. Она едет одна, на своей машине, по бескрайним американским дорогам. Мы следуем за ней на протяжении всего пути, погружаясь в ее внимательное, почти документальное восприятие мира.

Снятый в гибридной манере, фильм сочетает элементы игровой драмы и документалистики. Камера фиксирует жителей американской глубинки — тех, кого в пренебрежительной манере называют «белым трешем». Тана слушает их, позволяет их голосам прозвучать. Это белые люди, всегда бывшие рядом, чьи судьбы и слова она решает не отвергать, а принять. Она не видит в них врагов. Но между ней и окружающими всё же существует дистанция — дистанция опыта, травмы, несправедливости, которую пережил ее народ. Эта дистанция передается через сам ритм дороги, смену ландшафтов за окном, атмосферу странствия.

Камера отмечает не только лица, но и ускользающие символы прошлого — придорожные мотели, выцветшие кафе, танцевальные клубы, полуразрушенные общественные здания. Всё это — эмблемы уходящей Америки. Тана, молодая и полная жизни, едет вперед, к границе с Мексикой — к месту, которое имело важное символические значение для бабушки.

На протяжении всего пути нас сопровождает радио — голос времени, резкий, тревожный, беспокойный. Поток новостей формирует звуковую среду фильма: в эфире — теория заговора, насилие, идеология, страх. Это Америка, говорящая сама с собой. Всё, что звучит оттуда, вступает в резонанс с личной болью Таны.

Иногда героиня ощущает угрозу — в интонациях, в поведении людей вокруг, в странных мелочах. Но «Неизвестная страна» — не рассказ о зле. Это фильм о скорби, пронизывающей огромную страну, и о попытке отпустить боль, восстановить связь, пережить утрату. Это история молодой женщины, которая, пройдя через прошлое, стремится найти путь в будущее.

«Темные ветра» (Dark Winds), сериал, 2022–…

Шоураннер Грэм Роланд, представитель племени чикассо, ранее работавший над такими сериалами, как «Остаться в живых» и «Джек Райан», возглавил масштабное производство под эгидой крупного кабельного канала AMC. Сценарная команда проекта полностью состоит из авторов коренного происхождения, а главным режиссером стал уже упомянутый Крис Эйр («Дымовые сигналы»). Продюсерскую поддержку проекту оказали Джордж Р. Р. Мартин и Роберт Редфорд. Такое сочетание творческих сил и уникальный для американского мейнстрима сеттинг сделали сериал настоящим хитом, который уже продлен на четвертый сезон.

1970-е годы. Действие разворачивается на земле племени навахо, недалеко от Долины Монументов. Главные герои — сотрудники племенной полиции во главе с лейтенантом Джо Лифхорном — расследуют убийство, совершённое в одном из придорожных мотелей. Быстро становится ясно: это не просто преступление из сводки новостей — в нем угадываются элементы ритуального обряда. Параллельно происходит дерзкое ограбление банка в соседнем городке. На первый взгляд, эти события никак не связаны, но по мере развития сюжета перед зрителем раскрывается плотная фактура жесткого и мистического мира, где страшная реальность прячется за молчаливыми взглядами местных жителей, а трагические обстоятельства переплетаются в цепочку, за которой проступают родовые проклятия и боль поколений.

«Темные ветра» существуют на границе двух миров — вестерна, с ощущением рубежа цивилизации, и героем, стоящим перед сложным выбором, а также неонуара, где «всё не так, как кажется», а моральная неоднозначность — неотъемлемое качество большинства персонажей. За выразительными стилистическими решениями и напряженным сюжетом постепенно прорисовываются острые контексты: право на землю, экологические катастрофы, принудительная стерилизация женщин, противостояние с федеральным правительством и глубокое разделение на «своих» и «чужих». Но какова цена потенциального реванша обидчикам за трагедии прошлого? И кто будет расплачиваться за выборы, сделанные во имя справедливости? На эти вопросы пытается ответить один из самых мощных и оригинальных сериалов американского телевидения последних десятилетий.

«Псы резервации» (Reservation Dogs), сериал, 2021–2023

Отсылающий названием к культовой ленте Квентина Тарантино «Бешеные псы» (Reservoir Dogs), стал проектом мечты не только для шоураннера Стерлина Харджо, но и для Тайки Вайтити, который выступил сопродюсером проекта. Cериал получал восторженные отзывы критиков, индустриальное признание, включая престижные награды и номинации. Исполнитель главной роли — Беара (Медведя) — Д’Фарао Ун-А-Тай, стал первым актером из числа представителей коренных народов, получившим номинацию на «Эмми» — главную американскую телевизионную премию. Успех подтверждается его ролью в фильме Алекса Гарленда «Под огнем», а также появлением на обложках американских медиа, где его лицо стало символом присутствия коренных народов в культурном мейнстриме США.

Уже с первого эпизода мы оказываемся внутри хаотичного мира подростков, живущих в резервации на востоке Оклахомы. Юные бунтари промышляют мелкими грабежами и хулиганством, пытаясь накопить деньги на побег в Калифорнию. Жизнь в родной резервации кажется им тупиком — не только из-за бедности, социальной неустроенности или повсеместных зависимостей, но скорее из-за того, что можно назвать «ощущением». Ощущением безысходности и отсутствия будущего, которое уже стало причиной трагической гибели их друга. Каждый из них по-своему пытается избежать той же участи.

Взрослые, конечно, тоже присутствуют — но не как авторитеты. Они одновременно кажутся нелепыми и глубоко трагичными. Диалог между поколениями в сериале выстраивается через третью силу — силу мифа, живущего в повседневности резервации. Это не только историческое или культурное наследие, но и буквально мифологические фигуры, вторгающиеся в жизнь героев. Среди них — воображаемый друг индеец, комедийно погибший в битве при Литл-Бигхорне и теперь ведущий философские беседы с подростком. Или женщина с ногами оленя — загадочная, хладнокровная фигура, меняющая судьбы героев и отправляющая их на предначертанный путь.

Каждый из героев по крупицам восстанавливает связь с родной землей, с окружающими людьми, семьей, друзьями, жителями резервации. Проходя через собственные страхи и предубеждения, подростки взрослеют — вместе с тем в них зарождается надежда полюбить то, от чего они раньше хотели сбежать.

С удивительной точностью авторы нашли баланс между социальным и магическим реализмом, создав по-настоящему аутентичный киноязык — возможно, даже зарождающуюся новую школу внутри американского телевидения.

«Псы резервации» — не только деконструкция стереотипных представлений о жизни коренных американцев, но и попытка реконструировать чувство любви к своей земле, быту, людям, ко всему — и плохому, и хорошему, — что их окружает.

Это также попытка переосмыслить идею скорби, превратив ее в надежду — импульс к новой жизни всей нации.