А люди праздника хотели

Хоккей не виноват, что главный турнир 2000 года совпал с инаугурацией и юбилеем Победы и что на эти соревнования возложили миссию поднятия России с колен

Сделать из светлой памяти шоу, а из Великой Победы — универсальное средство для патриотической возгонки надо еще постараться, но у российской власти тут все получается как нельзя лучше. Для этого, конечно, потребовался не один год, и вектор был задан на самом исходе прошлого века, когда жизнь сама, казалось бы, яснее ясного объяснила, что такое хорошо и что такое плохо. Катализатором процесса выступил чемпионат мира по некогда любимому народом виду спорта, но сам хоккей как игра тут совершенно ни при чем. Хоккей не виноват, что главный турнир нулевого года угодил в эпицентр внимания и что на эти соревнования в тот момент отчасти возложили миссию поднятия России с колен.

Прежняя гордость прежней страны пребывала в загоне, народ в массе своей что-то из былого помнил, но уже смутно, любимая игра отошла на периферию массового сознания, а подпитывать ностальгию было нечем: последний успех российского хоккея в виде олимпийского серебра 1998-го был достигнут усилиями играющих в Северной Америке россиян на японской земле, шесть чемпионатов мира с 1994 по 1999 год не принесли даже бронзы, что пробудить остывшие по отношению к игре чувства не могло по определению. Хоккей потерял свою исключительность и особый статус, казалось, бесповоротно.

В 96-м, спустя 10 лет после того как в СССР в последний раз проводился чемпионат мира, Россия наконец получила право принять мировой форум — в 2000-м, на исходе столетия. Появился шанс на возрождение. Местом проведения впервые назвали Ярославль и Санкт-Петербург (в советские времена чемпионаты доверяли только Москве) — великому обделенному городу бросили кость, еще нимало не догадываясь о том, что четыре года спустя выбор окажется прозорливым, а в связи с вступлением в должность нового президента-ленинградца и вовсе обретет судьбоносное значение.

Настрадавшийся за годы советской власти и последующие 90-е Санкт-Петербург в статусе столицы мирового хоккея уже осознавал, какое на него свалилось в эти праздничные майские дни счастье, да не одно. Соответственно назначению увеличивался и вес подарков.

В 90-е о привычных трудовых подарках к Первомаю и ко Дню Победы быстро забыли за отсутствием презентов и сменой парадигмы. Что касается хоккея, регулярно попадавшего в майскую праздничную закрутку из-за смещения сроков проведения чемпионатов мира, то после излетного золота 1993-го года России хвастаться было решительно нечем — в год 50-летия Великой Победы в Стокгольме случился бесславный вылет в четвертьфинале от чехов, двумя годами позднее первый с участием россиян матч, непосредственно проводившийся 9 мая, завершился поражением от Канады. В Швейцарии-1998 победа над Словакией не скрасила безрадостный общий итог, а в 1999-м в Осло нашу славную дружину в «тот самый день» вынесли шведы. Надо было собирать лучших, срочно исправляться и извлекать преференции, главными из которых виделись возвращение народной любви и благосклонность новых властей.

После того как у Ярославля отняли право на проведение части чемпионата под предлогом того, что с «Ареной 2000» город не успевал, Питер героическими усилиями отреставрировал ледовый дворец «Юбилейный», но главное — построил новую арену на месте бывшей свалки, напротив станции метро «Проспект Большевиков», сдав «Ледовый» чуть ли не в день открытия.

Я освещал чемпионат в бригаде «Спорт-экспресса», еще до начала предстоящего праздника изумляясь его слегка сумасшедшей атмосфере. Облик лося-талисмана Хоккоши, взиравшего на людей шальным глазом со всех рекламных щитов, вполне вписывался в уходящие 90-е, которые, правда, еще никто не назвал лихими. Так ведь не только исход 90-х наличествовал, а еще и исход столетия, и тысячелетия тоже. Это добавляло нерва и чуточку сюрреализма. Очень скоро «чуточка» превратилась в полноценный и вполне осязаемый сюрреализм. И хоккей тут сыграл немалую роль.

…Видимо, людям очень хотелось, чтобы эпоху разочарования, неверия и нестабильности сменила эпоха с противоположными знаками, в такие моменты народ можно брать тепленьким.

Праздники наслаивались один на другой, воздух звенел от небывалой их концентрации: Пасха плавно перетекала в майские, майские — в президентскую инаугурацию, инаугурация — в юбилей Великой Победы, а большой хоккей, который Россия и Санкт-Петербург принимали впервые, призван был стать вишенкой на праздничном торте. Месяцем раньше Владимир Путин как официальный преемник Бориса Ельцина получил поддержку почти 53% голосовавших на внеочередных президентских выборах, неделей раньше завершилась активная фаза боевых действий в Чечне, народ вспомнил про «мир, труд, май» и готовился нырнуть в праздничную десятидневку с головой, более или менее свободной от тревог и с неясной надеждой на близкое лучшее будущее.

А еще решением Верховного суда именно на 14 мая были перенесены губернаторские перевыборы в Санкт-Петербурге. По словам действующего губернатора Владимира Яковлева, Владимир Путин в начале апреля на встрече с ним выразил уверенность, что «чемпионат по хоккею будет подготовлен и проведен петербургскими властями на столь же высоком уровне, как и выборы президента России». Понятно, что стороны обсуждали прежде всего предстоящие выборы, и фактор скандального проигрыша предыдущей кампании Анатолием Собчаком, штаб которого возглавлял как раз Владимир Путин, тоже присутствовал. Губернатор заверил, что не подведет, ведь чемпионат мира — «это событие, которое должно поднимать дух и патриотизм в России».

Хоккейное начальство заранее потирало руки — счастье не просто само шло к ним. Им его подносили на блюде, как хлеб-соль звездам сборной России, прибывшим в Санкт-Петербург. Звезды заверили, что сделают все и даже больше для победы. Они уже ответственно прониклись ощущением праздника.

Оставалась сущая мелочь — выиграть чемпионат.

«Дыр-тим»

…Из свободных легионеров за малым исключением не было человека, который бы, в отличие от прошлых неказистых лет, отказался от участия. Генеральный менеджер, защитник знаменитой фетисовской пятерки Алексей Касатонов блестяще выполнил свою задачу. Список звезд и просто добротных заокеанских игроков возглавил герой Олимпиады в Нагано Павел Буре. Компанию «Русской ракете» составили Валерий Каменский, Алексей Жамнов, Виктор Козлов, Алексей Яшин, Андрей Коваленко, Максим Афиногенов, Илья Брызгалов, Андрей Марков, Сергей Гончар, Игорь Кравчук, Дмитрий Миронов, Александр Хаванов, Алексей Житник, Игорь Кравчук и Максим Галанов. «Местный» состав, который наигрывался в течение сезона, пришлось урезать более чем наполовину, согласно принципу «те все равно сильнее».

Тренерский штаб в мощнейшем по именам составе — Александр Якушев, Зинэтула Билялетдинов, Владислав Третьяк — всего-то должен был не мешать предоставленным в их распоряжение звездам. Во всяком случае такое создавалось ощущение: «Мы вам — лучший в новой истории состав, вы нам — победу. С соперниками ребята сами разберутся». Действительно, со звездами в составах основных конкурентов было плоховато, на круг едва бы набрались одна-две символические пятерки.

На стартовом матче с французами в «Ледовом» до аншлага не хватило полутора тысяч зрителей: вывеска была так себе, а приходить «на президента» еще не было в тренде. Новоизбранный прибыл к церемонии открытия вместе со свежим премьер-министром Японии Есиро Мори, с которым утром проводил переговоры в Русском музее. Глава Федерации хоккея России Александр Стеблин, для которого с исторического момента близости к первому лицу должна была начаться светлая полоса карьеры, вручил Путину именную майку сборной.

Президент попросил зрителей поприветствовать японского гостя, который во время визита смог поддержать свою сборную. Команда Страны восходящего солнца участвовала в чемпионате по так называемой льготной азиатской квоте и на большее, чем бороться за 13–16-е места на заключительном утешительном этапе, не претендовала. Никому в страшном сне не могло присниться, что оказаться среди «утешительных» наряду с Японией может и суперзвездная сборная России. Хозяева угостили высоких гостей восемью заброшенными на разный манер шайбами, приз же лучшего игрока получил не сделавший хет-трик «местный» Максим Сушинский, а автор дубля Павел Буре.

В канун праздничной декады эйфория достигла апогея. Через четыре дня российскую «дрим-тим» спасет от утешительного раунда только гол американца Майка Пелузо на последних минутах матча со сборной Франции.

Но это лишь отсрочит феерический, небывалый, вселенский, необъяснимый и невиданный доселе позор, который отдалит возвращение репутации российского хоккея еще на несколько лет.

…Задавать вопросы тренерам и игрокам было бесполезно — они сами не понимали, что происходит, и в унисон твердили, что все поправимо. Но я уже видел, что ничего не поправить. Состояние ненужности после вылета своей команды было достаточно хорошо знакомо, но по нелепости происходящего с Питером-2000 ничто не могло сравниться. Опыт подсказывал, что можно проиграть один или два матча, но в конце концов преодолеть несыгранность и невезение, собраться и даже стать чемпионами (как и было в том же победном 93-м). Да, два матча. Но не четыре. Четыре! Подряд! С соперниками-середняками!

Прописные истины, о которых до старта все благополучно забыли, работали с какой-то даже слишком беспощадной неумолимостью. Только на классе никто уже не выигрывает. Сборную России никто не боится. Былые заслуги не в счет. Без должной концентрации, командной сплоченности, баланса атаки с обороной и умения выполнять черновую работу уступить можно любому сопернику.

Пластиковые бутылки полетели на лед после первого аншлагового матча в «Ледовом», вчистую и всухую проигранного сборной США вечером 1 мая. Через пару дней ведомые хитрым Ральфом Крюгером швейцарцы устроили россиянам кошмар на проспекте Большевиков, в концовке второго периода за две минуты дважды распечатав ворота Брызгалова, и, помимо бутылок, полный зал проводил сборную криками «Позор!». На следующем этапе в квалификации кровь из носу надо было обыгрывать Латвию и Белоруссию, всего-то наших бывших, но латвийцы повторили подвиг Швейцарии с теми же двумя шайбами в концовке второго периода и фантастической игрой Артура Ирбе в воротах. Братья-белорусы с неподражаемым голкипером Андреем Мезиным и голом Владимира Цыплакова вбили последний сухой гвоздь в крышку гроба так называемой дрим-тим. Вбитие гвоздя сопровождали плакаты «Дыр-тим» и «RUS не играет в хоккей».

Порка от белорусов происходила ровнехонько 7 мая, в день инаугурации нового президента России в Андреевском зале Кремля. Следовало очень постараться, чтобы «нарисовать» такое хоккейное «поздравление» с далеко идущими последствиями.

На следующий день состоялась безумная пресс-конференция с участием главных действующих лиц, давших мне повод для перевода ответов в рифмованную прозу с употреблением ненормативной лексики (позже этот текст опубликовали несколько изданий — естественно, не столичных). Александр Стеблин под финал заверил, что сборная России в светлый праздник 55-летия Великой Победы покажет лучший свой хоккей и одержит верх над шведами. Аплодисментов не было.

Победа над «Тре Крунур» позволила занять сборной России 11-е место, и по сей день худшее в ее истории.

…«Эйфория — недоумение — гнев — опустошение — равнодушие» — по такой схеме изменялось состояние города и всей страны, в кои-то веки поверившей в своих героев.

Питер было жалко. Город проклинал «дебильный чемпионат», вместо оживления хоккейной жизни нанесший ей непоправимый вред. Если бы не финны и чехи со словаками, залы бы пустовали уже на четвертьфиналах. Купленные заранее билеты сбывались пачками за бесценок. Невостребованной оказалась тонна сувениров — сохатых с клюшками можно было сгребать лопатой.

Состав подобного уровня из слабейшей группы просто обязан был выходить в медальную зону — хоть тушкой, хоть чучелом. Но ребята по факту приехали на праздник. Когда до них дошло, что на льду хлеб-соль никто им преподносить не собирается, а ситуация становится критической, коленки задрожали даже у самых опытных. Вовремя дать им пинка для отрезвления и заставить работать оказалось некому. Веселье перешло в траур.

Закрывать чемпионат-обманку президент России, естественно, не приехал. Через семь лет Владимир Путин проигнорирует открытие мирового первенства в столичном «Мегаспорте» — Стеблина на боевом посту уже не будет, но полученная в Питере-2000 антихоккейная прививка окажется долго действующей. Как минимум лет на восемь.

Юбилей без победы

…Прошло 25 лет. Президент все еще любит хоккей, Россия по-прежнему любит президента. Хоккей у нас, правда, четвертый год суверенный, только для внутреннего пользования, с яркими, но заокеанскими (привет рекордсмену Овечкину) вкраплениями в общую не очень радостную картину. Непосредственно к игре и ее напастям картина отношения не имеет, но именно она определяет качество фона.

За патриотическую составляющую, и не только за нее, в нашем хоккее отвечает первый вице-президент ФХР и главный тренер питерского СКА Роман Ротенберг, который, вполне возможно, возглавлял бы сборную России на чемпионате мира-2023 в Санкт-Петербурге, если бы нам дали его провести. Вряд ли самый большой ледовый дворец в мире, возведенный стараниями «Газпрома», стал бы свидетелем события, подобного «успеху» 25-летней давности, но такой вариант не исключался с учетом всего происходящего. Можно, наверное, утешиться тем, что нет худа без добра.

Что касается извлеченных из Питера-2000 уроков, то они налицо.

Хоккей — игра живучая, он вырулил, несмотря на все усилия ответственных лиц. Вырулил совсем не потому, что с каждым годом ему добавляли патриотизма. Как раз наоборот: чем сильнее были возгонка и накачка, чем больше сборную приговаривали к победе, тем хуже был результат.

Домашний чемпионат мира — 2007 проходил под аккомпанемент ни в чем не виноватой и совсем не относящейся к хоккею гениальной песни фронтовика Булата Окуджавы из «Белорусского вокзала», и то, что «нам нужна одна победа», как и то, что «мы за ценой не постоим» отнюдь не помогло выиграть полуфинал у финнов. И четвертьфинал у той же сборной Суоми в олимпийском Сочи-2014. И снова полуфинал у тех же финнов на еще одном домашнем чемпионате мира — 2016, когда «Красная машина новой сборки» была приговорена к победе.

Юбилейные даты Великой Победы не принесли России в новом столетии ни одного хоккейного титула — и это при том, что составы по традиции собирались наисильнейшие. В 2005-м в Вене пришлось ограничиться бронзой, в 2010-м после февральского олимпийского нокаута от канадских «горилл из клетки» команде Вячеслава Быкова дали шанс реабилитироваться на чемпионате мира в Кельне, но состав практически со всеми звездными легионерами бездарно уступил в финале чехам. Еще хуже получилось в 2015-м в Праге, где настоящая «Красная машина» с кленовым листом на груди учинила в финале нашим звездам дичайшим разгром, после чего уязвленные потерпевшие покинули церемонию награждения, не дождавшись исполнения гимна победителей. В 2020-м чемпионат мира отменили из-за ковида, так что никто не пострадал. Что касается непосредственно 9 Мая и призыва «в такой день проигрывать нельзя!», то апофеозом следует считать поражение от сборной Франции в Хельсинки-2013 — ну там вообще Россия вылетела в четвертьфинале от США с небывалым треском.

Я не про то, что «нельзя проигрывать», — всякое бывает, на то он и спорт. Я про то, что память о Победе не может быть всяким лыком в строку, иначе она девальвируется.

Нашу «Красную машину», которая после ребрендинга-2016 максимально добиралась до бронзы, за рубежом в том числе поддерживали болельщики, считавшие своим долгом напялить на пивные животы майки с залихватскими «Можем повторить!», «Не смешите мои Искандеры», «На Берлин!». И в Кельне-2017 я подобные видел, и в Копенгагене-2018, и в Братиславе-2019. Кого подобные откровения должны были напугать, одному богу известно.

А выигрывали мы, когда шума было относительно немного, золотых медалей заранее не выдавалось. В этом смысле повезло и прорывному Квебеку-2008, и Берну-2009, и Хельсинки-2012, и Минску-2014, хотя минский чемпионат мира — это особый случай, там сборная России вроде как почти дома играла. Золото Пхенчхана-2018 взяли с невероятным трудом в нейтральном статусе, серебро Пекина-2022 — под флагом Олимпийского комитета России, на чем пока все и закончилось.

Третий год мы «Россией 25» (это не отсылка к Питеру-2000, а средний возраст хоккеистов специальной сборной) в основном играем с тоже отстраненными белорусами, в эти майские праздники снова целую серию (кстати, сборная Белоруссии уже дважды подряд обыграла россиян Ротенберга). Роман Борисович обычно традиционно шлет приветы Канаде, чтобы та заранее нас боялась, а успехи комментирует специфически. Два года назад 9 мая: «В такой день играли — Великой Победы. Мы должны были победить сегодня». Год назад 9 мая: «Очень важно было сегодня выиграть и подарить стране победу. Вся страна хотела победы, мы не имели права сегодня проигрывать…Так побеждали наши ветераны в Великой Отечественной войне». Про белорусских ветеранов ведущий специалист, видимо, не подумал.

Ну, какие времена, такие и победители.