Вырезать, изъять, утилизировать. Как книжная индустрия реагирует на обыски и аресты в «Эксмо»

Магазины сдают в макулатуру книги нелояльных издательств, а в самих издательствах растёт самоцензура

В мае 2025 года в издательстве «Эксмо» прошли обыски и аресты, трём сотрудникам холдинга предъявлены обвинения по статье об «ЛГБТ-экстремизме». «Вёрстка» выяснила, как книжная отрасль реагирует на «дело издателей». По словам источников в индустрии, представители холдинга «Эксмо — АСТ» готовят списки книг для изъятия из продажи, сотрудники магазинов списывают в макулатуру литературу опальных издательств, а в редакциях усиливается цензура. О перспективах книжного рынка и абсурдных примерах самоцензуры — в материале «Вёрстки».

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Никто не ожидал, что будет показательная порка»

Сашаi узнала об обысках у коллег 14-го мая — кто-то из её знакомых сделал репост. «Мне стало очень страшно», — говорит она. — Ты делаешь свою работу, никого не трогаешь — а эти твари приходят к тебе домой. Я была шокирована, не могла успокоиться до следующего дня».

Саша — корректриса, она работала с издательством Individuum, сотрудников которого задержали по обвинению в создании «экстремистской ЛГБТ-организации». Ей до сих пор сложно осознать случившееся: «Умом я понимаю, что такое могло произойти, но на эмоциональном уровне просто не могу принять». По словам Саши, её знакомые в издательстве были в тревоге и в страшном напряжении. «Кто-то напился, кто-то на антидепрессантах — никто не знал, что происходит».

Издательство «Individuum» входит в холдинг «Эксмо — АСТ» — фактического монополиста на российском книжном рынке. До недавнего времени многие представители книжной индустрии считали, что принадлежность к «Эксмо» даёт относительную безопасность. «Поскольку мы — самый крупный игрок рынка, было ощущение, что Новиковi со всеми договорится», — говорит Дианаi, работающая редактором в одном из издательств холдинга.

Диана рассказывает, что аресты коллег стали для неё «абсолютным шоком»: «Никто не ожидал, что будет показательная порка. Одно дело — штрафы, но приравнивать работу издательства к экстремистской ОПГ — это сильно». Знакомые Дианы из Individuum тяжело переживают произошедшее: «Некоторые девушки уже по двое суток не спят. Никакой информации, что происходит, им не дают. Только письма рассылают, в которых просят не разговаривать с прессой».

С ней согласна Марта, работавшая в «Эксмо — АСТ» до конца 2024 года: «Холдинг старается быть настолько лояльным, насколько возможно, не теряя при этом лица. Руководству всегда удавалось обходить острые углы максимально безболезненно. Я очень удивлена, что это затронуло не только Individuum, но и топ-менеджеров „Эксмо“».

Обыски у сотрудников издательств прошли в Москве 14 мая 2025 года. По делу об «организации деятельности экстремистской организации» задержали около 10 человек, в том числе — директора по дистрибуции «Эксмо» Анатолия Норовяткина, который в итоге проходит по делу свидетелем. По версии следствия, подозреваемые «из корыстных побуждений издавали и продавали книги, пропагандирующие деятельность движения ЛГБТ, признанного экстремистской организацией на территории России». В тот же день силовики пришли с обысками в независимый книжный магазин «Карта мира», где также искали «книги ЛГБТ-направленности».

Весной 2025 года обыски проходили и в других независимых книжных — в марте в московском «Фаланстере», в апреле в петербургских «Подписных изданиях». Позже стало известно, что на основателя «Фаланстера» составили протокол об участии в деятельности «нежелательной организации», а «Подписные издания» — протокол по статье о «пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений и смены пола» за распространение книг Оливии Лэнг и Сьюзен Зонтаг.

Собеседники «Вёрстки» в издательском бизнесе рассказывают о единогласной поддержке коллег в профессиональном сообществе. «Я не встречала негативной реакции по отношению к пострадавшим от кого-то из книжной индустрии», — говорит Диана, редактор в одном из издательств холдинга. С ней соглашается и Саша, сотрудничавшая с Individuum: «У нас есть закрытый чат для издателей. Там весь день появлялись слова поддержки. Люди писали: „То, что происходит — это пиздец, держитесь, пожалуйста“. Если кто-то и не поддерживал коллег, то промолчал — но я думаю, таких не было».

Блогеры, ранее сотрудничавшие с «Индивидуумом» и «Попкорном», не понимают, насколько безопасно сейчас делать обзоры на книги издательства. Собеседница «Вёрстки», попросившая об анонимности, говорит: «Я ничего удалять не собираюсь. Если это кто-то найдёт и кому-то это не понравится, я готова брать ответственность». «Я бы удалила какой-либо обзор только в одном случае — если книга или автор были бы признаны экстремистами», — признаётся другая блогерка.

Многие представители комьюнити выкладывали посты с поддержкой книгоиздателей. Сообщество поддержало пострадавшие издательства не только публично — один из телеграм-блогеров рассказал, что «приобрёл для себя какие-то книги этих издательств, которые давно хотел и которые есть ещё в продаже».

При этом в публичном поле звучали и противоположные высказывания. Так, писательница Ольга Усковаi в личном телеграм-канале прокомментировала новость о задержании сотрудников «Эксмо» фразой «За нашу победу». По мнению Усковой, «борьба за идеологию, борьба за умы и сердца наших людей» — «одна из важных тем» и уголовное дело доказывает, что «лёд тронулся».

В ответ в телеграм-канале «Культурный фронт Z» возмутились, что Ускова «присваивает чужие заслуги». «Уважаемая Ольга, победа далеко не только Ваша», — написали авторы канала, перечислив людей, которые писали доносы на «Эксмо», «намного раньше, чем год назад». «Не будем стесняться фактов: именно мы первыми раскрутили ситуацию с […] перекосом в раскрутку исключительно либеральных авторов».

Списать всё подряд

Уже вечером 14 мая издательство «Индивидуум» опубликовало заявление, в котором подчеркнуло: «Мы всегда работали в рамках закона — каким бы он ни был в тот или иной момент времени. Мы надеемся, что наши коллеги будут освобождены в кратчайшие сроки. Мы надеемся на справедливость. Мы не удивимся любому исходу». Чуть позже пост с похожим содержанием опубликовал телеграм-канал «Popcorn Books».

По данным «Первого отдела», в материалах следствия фигурирует 10 книг «Popcorn Books», изданных с 2019-го по 2022 год. По версии следствия, обвиняемые продавали эти книги через магазины, занимаясь «ЛГБТ-экстремизмом». 14 мая издательство «Эксмо» распространило по книжным список из 50 книг, которые необходимо изъять из продажи или утилизировать. В список вошли произведения с ЛГБТ-персонажами: «Лето в пионерском галстуке», «Назови меня своим именем», а также исследование «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в СССР».

Собеседники «Вёрстки» рассказывают, что после обысков в «Эксмо» другие издательства холдинга также начали готовить списки произведений для изъятия из продажи. «Сверху спустили письмо с указанием перепроверить все книги на предмет ЛГБТ-пропаганды и подготовить список опасных произведений. Книги из него будут сняты с продажи», — говорит сотрудница холдинга Диана.

В разговоре с «Вёрсткой» сотрудники магазинов подтверждают изъятие книг. «Мы отправим их обратно издательству, а что дальше с ними будет, мне неизвестно», — говорит сотрудница одного из сетевых магазинов. Директор книжного в другом регионе утверждает, что изъятие проводили оперативно: «Уже всё собрали, отправляем поставщику. Расходы берёт на себя издательство».

При этом продавцы не всегда ограничиваются списком, полученным от «Эксмо». Так, сотрудница одного из букинистических магазинов Москвы рассказывает, что с полок убрали не только ЛГБТ-литературу. Под списание попали все книги издательства «Индивидуум»: «Это было решение владельца, нас просто поставили перед фактом. Я вчера с полок сняла книг 15, и ни в одной из них даже близко не было ничего запрещённого — это просто перестраховка, акт самоцензуры ради безопасности».

Списанные книги полагается уничтожать, но сотрудники не всегда это делают: «Что-то мы забираем себе, что-то храним на складе в надежде, что настанут лучшие времена, а что-то отправляем в сельские библиотеки».

Основательница магазина «Все свободны» Любовь Беляцкая говорит, что независимые книжные не должны заниматься самоцензурой: «Мы всегда следуем законным требованиям. Если нам присылают список запрещённых книг, мы снимаем их с продажи. Но мы никогда сами не убираем что-то по своей инициативе из соображений самоцензуры — мы же не цензурные комитеты». Однако Беляцкая не исключает возможных компромиссов в будущем: «Магазин — это не только я одна. Если у меня будет выбор — оставить книжку продаваться или сохранить магазин, то я, конечно, обойдусь без этой книжки. Хотя я, конечно, предпочла бы выбирать между славой и богатством, а не между книжками и выживанием».

Издатель Евгения Рыкалова, работавшая в группе «Эксмо», считает, что магазины не должны наказывать за книги, которые в них продаются: «Ответственность за нарушение законодательства должен нести тот, кто контент производит. В нашем случае — издатель, который собирает команду для работы над книгой. Директор маленького книжного магазина физически не способен прочитать все книги, которые стоят у него на полках».

Рыкалова говорит, что ассортимент магазина чаще всего отражает интересы и читательские предпочтения владельца, поэтому для своего магазина книги Popcorn Books она в большей части не покупала бы.

«Здрасьте, а можно главу вырезать»

Диана работает редактором в одном из издательств группы «Эксмо — АСТ» с 2022 года. Когда в сентябре 2022 года приняли закон о запрете «ЛГБТ-пропаганды» среди взрослых она работала с молодёжной зарубежной литературой. По её словам, на тот момент в большинстве книг издательства были ЛГБТ-персонажи: «Когда приняли закон о запрете пропаганды, мы все дополнительные тиражи упаковывали в целофан и ставили 18+ на обложки. Цензурой мы не занимались — тогда ещё не было закона об экстремизме».

После принятия закона, объявляющего ЛГБТ экстремистским движением, издательство начало снимать книги с продажи: «Мы оставили на складе часть тиражей, составили для магазинов список произведений, которые нужно было снять с полок».

Марта начала работать младшим редактором в одном из импринтов «Эксмо — АСТ» в 2023 году. Затем получила повышение до выпускающего — вела переговоры с зарубежными правообладателями и контролировала все стадии работы над книгой. Марта вспоминает, что за время в издательстве ни разу не сталкивалось с внешней цензурой — все правки были инициированы самим издательством, желающим обезопасить себя от возможных проблем.

«Однажды я предложила назвать книгу „Драма квинн“. Руководительница группы выступила против — сказала, что это пропаганда ЛГБТ. Я так и не поняла, почему. Возможно, она с дрэг-квин перепутала. Книга в итоге вышла, но под другим названием», — вспоминает Марта. По её словам, определённого списка «запретных тем» не было. В разное время опасения вызывали критика Сталина, упоминание ЛГБТ-комьюнити и абортов, описание неконвенциональных сексуальных отношений: «Однажды я хотела купить права на книжку про полиаморию. Начальство отказало — такое мы издать не можем».

Права на перевод некоторых книг издательство купило ещё до объявления «международного движения ЛГБТ» экстремистским. Чтобы издать такие книги, Марте приходилось договариваться с владельцами прав и получать разрешение на цензуру при переводе. «Была книга про психотерапию, в которой упоминалась история клиентов — однополой пары. Мне удалось договориться с автором, она разрешила изменить имена. В русском переводе эта пара стала разнополой», — вспоминает она. При этом в ряде случаев договориться не получилось: «Когда ты пишешь: „Здрасте, а можно главу вырезать?“ — на это обычно не соглашаются. Получается, что права куплены, а книга так и не вышла. Из того, что мне досталось, таким образом шесть проектов заглохли по дороге».

Диана также утверждает, что часть книг её издательство «просто не выпустило» — полностью готовые книги «лежат в столе». По её оценке, после 2022 года было снято с продажи порядка 80% произведений издательства. Из остальных книг при переводе изымались любые упоминания «нетрадиционных сексуальных практик»: влюблённые становились друзьями, однополые поцелуи и постельные сцены шли под нож.

По словам Марты, часто самоцензура часто доходила до абсурда: «На уровне переводчиков иногда бывают нелепые вещи — они так перестраховываются. Например, был переводчик который спрашивал, можно ли писать про гетеросекс. Причём это даже не была эротическая сцена — три предложения о том, как герой и героиня провели ночь вместе. А однажды стажёрка пришла ко мне и спросила: «А „гомогенный“ — это пропаганда ЛГБТ?“» .

Валерия, работающая в одном из букинистических магазинов Москвы, вспоминает, что в последнее время руководство снимало с продажи все книги, которые могли быть опасными. Все писатели, внесённые в список экстремистов и террористов, тщательно отслеживались и списывались в макулатуру. Изымались не только книги с ЛГБТ-героями: «Мы долго спорили, что делать с произведениями Стивена Фрая. Он открытый гей, но в книжках у него нигде об этом не написано. Какое-то время мы его не продавали, потому что боялись». После доноса Ольги Усковой на Владимира Сорокина руководство приняло решение списать все его произведения, а после суда над Владимиром Кара-Мурзой — снять с продажи его книги.

Саша рассказывает, что в 2022 году она работала верстальщицей и корректрисой в небольшом издательстве, не принадлежащим холдингу «Эксмо — АСТ». Она вспоминает, что однажды редакцию смутила иллюстрированная книга китайских сказок: «Там были иллюстрации в стиле палеолитических Венер — грубые, натуралистические изображения женщин с гипертрофированной грудью. На одной из картинок был обнаженный младенец, у которого можно было разглядеть пенис. «Не было никаких оснований беспокоиться, но они сами себя накрутили, представив, как родители обвиняют их в развращении детей», — рассказывает Саша. Редакция хотела «одеть» обнажённые тела, дополнив иллюстрации, но не получила согласия китайских авторов. Книга в итоге вышла в первоначальном виде.

При этом Саша отмечает, что издательство «Индивидуум» не шло на самоцензуру. Сотрудничая с ним как корректриса, она предлагала заменять устаревшие термины, обозначающие различные проявления сексуальности, на корректные — и издательство принимало такие правки. Саша говорит, что это было «приличное издательство, нацеленное на нестандартные для российского рынка вещи».

«Не буду выпускать книги с „Z“ на обложке»

Собеседники «Вёрстки» говорят, что в книжном деле никогда не было высоких зарплат, поэтому в издательствах работают «идейные люди». «Работа сложная, требуют много, платят мало», — говорит редактор Марта. Впрочем, по её словам, сама она работала в «очень либеральном отделе»: «У всех были открыто антивоенные взгляды, никто это не скрывал».

Несмотря на вынужденную самоцензуру, в издательстве старались не давать ход книгам, которые транслировали чуждые им ценности. «Однажды мне пришла рукопись, в которой рассказывали, как воспитать настоящего мужчину. Там автор советовал родителям взять ребёнка в деревню и вместе поотрубать головы курицам, чтобы тот понимал, как добывается еда. Я поговорила с начальницей, и мы не стали это выпускать», — вспоминает Марта.

Марта проработала с импринтом «Эксмо — АСТ» полтора года. В сентябре 2024 года она написала заявление об увольнении и покинула Россию. Но она не считает, что за время работы совершала сделки с совестью: «На собеседовании меня спросили, что для меня неприемлемо. Я ответила, что не буду выпускать книги с Z на обложке. Мне сказали — ну разумеется. Весь отдел был настроен однозначно: мы таким заниматься не будем». По словам Марты, самоцензуру можно оправдать благой целью: «Я делала хорошие книги, которые будут полезны. Я не выпускала говно полнейшее».

Диана считает, что в издательской индустрии остаётся много принципиальных людей. Она уверена: если издательства начнут принуждать к выпуску «патриотической» литературы, «пойдут увольнения». Диана знает, что есть редакции, которые занимаются изданием Z‑авторов, но, по её мнению, таких людей в индустрии меньшинство.

Диана продолжает работать в издательстве: «Мне очень страшно, что если я прекращу эту борьбу и уйду, в книжной индустрии всё будет только хуже». По её словам, в редакции есть человек, готовый работать с авторами, которые «с правительством в десна долбятся», но она никогда не согласится на такое.

Саша с начала войны старалась выбирать проекты, которые не имеют отношения «к провоенным, зетникам и прочим сумасшедшим». По её словам, недавно ей предложили корректуру книги. «Редактор пишет: „На всякий случай предупрежу: там есть вставки про ЧВК „Вагнер“. Есть долбанутые корректоры, которые отказываются с таким работать“. Я ответила — молодцы, что отказываются, я тоже такая», — рассказывает Саша. — Меня порадовало, что есть такие коллеги, что я не одна».

После случившегося с «Индивидуумом» Саша не представляет, где и как работать дальше. Она уверена, что «патриотических» книг будет всё больше, а цензура будет только нарастать. «Мне кажется, что всё будет очень жёстко — и очень скоро. Главное, чтобы остался хоть какой-то выбор, чтобы не приходилось идти на то, что мне невыносимо противно». Саша считает, что для «проблемных» издательств, вероятно, единственный шанс выжить — «скатиться в полнейший нейтралитет, издавать что-то безопасное и так спасти хоть что-то».

«Раньше смерти не помирать»

Работники книжной отрасли, опрошенные «Вёрсткой», по-разному говорят о будущем после прошедших арестов. Так, издатель Евгения Рыкалова считает, что случившееся сложно назвать атакой на «Эксмо». По её мнению, это скорее атака на остатки «Popcorn books»: «На самом деле мы видим юридическое лицо, которое было закрыто полгода назад. После этого люди перешли на работу в „Эксмо“, но задерживают их за то, что они делали раньше». Из-за того, что 9 из 10 книг, фигурирующие в материалах уголовного дела, выпущены «Popcorn books», Рыкалова считает, что работники холдинга, не связанные с «Попкорном», «на данный момент настолько в безопасности, насколько можно быть в этой отрасли».

Евгения верит, что это — «апогей истории с „Попкорном“». Дальше рынок будет постепенно стабилизироваться. Издатель анализирует мировые тренды и отмечает, что книг, описывающих многообразие — сексуальное, этническое и культурное — становится меньше. Рыкалова говорит, что книжная индустрия очень мала, поэтому сейчас важны совместные действия: «Важно, как мы будем действовать индустриально: как отработает Российский Книжный Союз, насколько синергично будут работать издатели и книжные магазины».

Диана, работающая редактором в одном из издательств холдинга «ЭКСМО — АСТ», надеется, что из-за угроз и давления работники книжной индустрии проявят большую солидарность и единение. Она сохраняет сдержанный оптимизм: «Я надеюсь, что всё закончится более-менее хорошо, что людей не посадят в тюрьму. Хочется верить, что Олег Новиков сможет включить свои связи — они у него есть».

Представительница топ-менеджмента холдинга «Эксмо — АСТ», попросившая об анонимности, сочувствует пострадавшим коллегам, но считает, что это — временное ухудшение. «Пройдёт непростой политический этап в стране, пройдёт и слежка за издательствами. А пока индустрии придётся лавировать между „подстраиваться“ и „гнуть свою линию“. Надеюсь, скоро это закончится и книжники вздохнут полной грудью», — считает она.

Марта не верит, что уголовное дело закончится реальными тюремными сроками: «Мне кажется, что всё закончится штрафами или условками. „Эксмо“ умеет выйти сухим из воды». Тем не менее она считает, что книжный рынок в России ждут тяжёлые времена: «Будет хуже. Я давно уже ни на что хорошее не рассчитываю. Будет более жёсткая цензура, больше давления на издателей». Сейчас Марта живёт в Германии и мечтает найти работу в независимом издательстве на русском языке, чтобы «загладить свои грехи».

Владелица книжного магазина «Все свободны» Любовь Беляцкая признаётся, что в текущих условиях тяжело оставаться оптимистом: «Очень сложно надеяться, что станет лучше, когда у коллег проводят обыски». Но Беляцкая продолжает работать в России. «Мой жизненный принцип — раньше смерти не помирать. Все боятся — особенно, когда на расстоянии вытянутой руки коллег забирают на допросы. Но я не хочу транслировать уныние, потому что от этого никому не легче. Это ужасно тревожная ситуация — но я надеюсь, будут и хорошие новости».

Текст: Илья Налётов

Обложка: Дмитрий Осинников

Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас. Как нам помочь →