Как выживают независимые студенческие проекты

Рассказывают «Университетская платформа», «Спички», «Мальчики studies» и медиа «Гроза»*.

В российских университетах остается все меньше пространства для независимых инициатив, но, несмотря на давление, студенты продолжают создавать сообщества: ридинг-группы, независимые исследовательские проекты и медиа. Журналистка Лола Романова поговорила со студентами и выпускниками, которые занимаются самоорганизацией, и рассказывает, о чем думают и переживают учащиеся и как сохраняют свои сообщества в условиях давления руководства вузов.

Perito запустило авторскую рассылку для читателей — в каждом выпуске редакторки выбирают одну из публикаций и предлагают углублённый контекст и размышления по теме. Мы также открываем книжный клуб, где будем читать современную незападную литературу, обсуждать вопросы истории, идентичности и постколониального опыта.

«Со временем издевок становится меньше»

Лейла, «Спичка»

«Спичка» — женский клуб, организованный студентками в санкт-петербургском филиале ВШЭ.

Проект нашего женского клуба появился два года назад внутри студенческого совета. Спустя полтора года клуб перерос студсовет. Каждый месяц у нас проходят лекции на тему видимости, гендерного насилия, истории женского движения; мы проводим книжный клуб, в котором читаем феминистскую литературу.

Недавно закончился «ФемФест», где мы рассказывали об экофеминизме, женщинах и религии, женской волне в российском кинематографе, истории. Некоторые мероприятия мы организовывали вместе с просветительско-правозащитными инициативами «Пространство Политика» и «Открытое пространство», чтобы не просто оставаться университетским проектом, а выходить и на городской уровень.

Иногда мы встречаемся с насмешками со стороны ребят в университете, им не всегда понятна идея объединения ради фемповестки. Когда мы распространяли памятки против харассмента, нам говорили, что в ВШЭ его нет, хотя понятно, что он есть в любом университете. Но со временем издевок становится все меньше, а разговор о феминизме в университете становится более привычным.

Мы остаемся студенческой организацией и должны соблюдать все нормативные требования университета. При этом есть дополнительные попытки контроля со стороны администрации. Иногда приходится долго утверждать плакаты и мероприятия, а что-то могут вообще не согласовать. Студенческая активность часто ограничивается развлекательными форматами. У студентов не особо есть желание что-то менять — это может быть страшно и не так интересно, как поучаствовать в чем-то веселом. В нынешних условиях даже не всегда понятно, вокруг чего студенты могут безопасно собраться.

Я несколько лет была в студсовете, знаю администрацию университета и понимаю, что для них нормально, а что они могут не принять. При этом мы периодически консультируемся с юристами, чтобы быть уверенными, что «Спичка» соблюдает законодательство. Но среди студентов есть неравнодушное сообщество, и даже на примере нашего проекта можно увидеть, что самоорганизация возможна.

«Студенты подмигивают тем, кто может их понять»

Полина, «Гроза»*

«Гроза» — независимое медиа о студентах.

Некоторые исследователи современной российской молодежной политики думают, что студенчество потеряно. Мне так не кажется. Действительно, далеко не все студенты интересуются общественной жизнью. Многих еще в школе приучили не смотреть и не читать лишнего, развлекаться и ходить на мероприятия, на которые их отправляют учебные заведения. Но иногда я листаю студенческие паблики и вижу высказывания против той или иной инициативы в университетах, порой завуалированные. Часто студенты не высказывают свои претензии напрямую, но подмигивают тем, кто может их понять.

Как новостник, я работаю напрямую с обращениями читателей и вижу, что студентов волнует государственная демографическая политика, которую поддерживают университеты. В вузах проводят лекции о традиционных ценностях и рассказывают о том, как хорошо быть многодетной семьей, в кампусах открывают комнаты матери и ребенка.

* Медиа «Гроза» признано иностранным агентом в России.

Последние несколько лет государство уделяет много внимания увеличению рождаемости среди студентов. Так, в стратегии молодежной политики до 2030 года повышение интереса к родительству среди студентов указано как одна из приоритетных задач. К 2036 году для студенческих семей планируют создать индивидуальные планы обучения, предоставить специальные выплаты и открыть комнаты матери и ребенка. Осуществить часть программы в некоторых вузах уже удалось, например в 2025 году такая комната открылась в Санкт-Петербургском государственном институте психологии и социальной работы.

А еще государство пытается реформировать образование в соответствии с требованиями рынка труда. Депутаты говорят, что экономисты, менеджеры и юристы больше не требуются, а нужны инженеры, программисты и рабочие. В середине мая Госдума приняла законопроект о регуляции платных мест в вузах. Правительство ​​составит список специальностей и определит количество мест для приема на платной основе. И это тоже возмутило многих студентов.

Программы обучения в вузах тоже стали очень огосударствленными. Поэтому «Гроза» рассказывает об университетских проблемах, чтобы студенты видели, что они не остаются с ними наедине. Также мы стараемся показывать, что пространство, где можно применить свои навыки и заниматься чем-то интересным вне государственных структур, еще есть. Студенты ищут новые возможности развития вне университета. Им важно понимать, где они могут реализовать свои амбиции и способности.

При этом независимых студенческих проектов внутри университетов остается все меньше; если они и есть, то администрация старается установить над ними контроль. В Казанском федеральном университете студенты сделали политологический дискуссионный кружок, и когда администрация это заметила, то потребовала, чтобы на их встречах присутствовали кураторы. У студентов до сих пор существует потребность объединяться по интересам, но у администрации вуза есть страх перед самодеятельностью, даже если это неполитизированная инициатива. Вдруг они под кружком бисероплетения скрывают ячейку кацистов, оккультистов или еще кого-то?

Этот страх есть не только в отдельных структурах, государство в целом пытается систематизировать молодежные активности, чтобы они проходили в русле государственной идеологии, и создать для них унифицированную структуру. Так будет удобнее контролировать все студенческие инициативы и оценивать их по единому шаблону. Но крутые проекты до сих пор есть, и мы, как медиа, во многом существуем для того, чтобы показывать примеры ребят, которые не сдаются.

«Разговор о маскулинности — не только разговор о парнях»

Евгений, «Мальчики studies»

«Мальчики studies» — независимый проект студентов московской ВШЭ.

На первом курсе я писал курсовую по фильму «Барби» Греты Гервиг. Работу мне несколько раз заворачивали, потому что уже нельзя писать, что я занимаюсь гендерными исследованиями. Название пришлось переделать в такое: «Практическая философия как метод анализа современного кинематографа». Этот способ эвфемизации сейчас часто встречается. Я знаю, что в университетах убирают курсы по гендерным исследованиям, остаются программы, посвященные исследованию женщин, но называются они по-другому, например «Российская критическая мысль».

Я прочитал много работ по гендерным исследованиям, в том числе по исследованиям маскулинности, и понял, что в России эта область не изучена и инициатив, которые бы изучали тему маскулинности, тоже нет. В «Мальчики studies» я позвал сокураторку, потому что подобные организации всегда имеют шанс стать праздником инцельства, чего хотелось бы меньше всего.

Как правило, примеры студенческой самоорганизации — это ридинг-группы определенных философов и семинары. Мы проводим ридинги о мужской инициации, о зарождении мужских исследований. В основном к нам приходят студенты старших курсов бакалавриата или магистратуры, как девушки, так и парни. Обычно дискуссии очень живые. Когда мы говорим об одном гендере, то так или иначе обращаемся ко всему остальному спектру, поэтому разговор о маскулинности — не только разговор о парнях. Это очень близкая всем тема, потому что отношения с другими людьми так или иначе гендерное взаимодействие, и чувствуется запрос на то, чтобы говорить об этой сфере исследований.

«Любая инициатива должна подстраиваться»

Феликс, «Университетская платформа»

«Университетская платформа» —группа российских студентов и преподавателей, защищающих академические права.

Мы активистский проект. Мы связываем студентов с правозащитниками, помогаем студенческим инициативам прорабатывать кампании солидарности и придумывать стратегии действий. Студенты часто приходят с проблемами, связанными со студсоветами. Они и раньше были декоративными институтами, но сейчас вызывают зуд во многих университетах, воспринимаются как проблема для ректорской автократии, и поэтому во многих университетах от них предпочитают избавиться.

Студенческая самоорганизация все еще существует. В различных университетах есть какие-то спорадические кампании, но часто эти попытки сталкиваются с серьезным противодействием. Так, например, произошло с разгромленным независимым студенческим профсоюзом СПбГУ.

Проблема студенческой самоорганизации многоплановая: кроме сопротивления администрации, студенты встречаются с репрессивным законодательством. Любая инициатива должна подстраиваться, если претендует на легальное существование. Кроме того, мы наблюдаем кризис самого университетского движения. И студенты, и преподаватели очень отчужденно смотрят на свои вузы, институции не становятся фокусом их самоопределения.

По данным «ОВД-Инфо», с 2009 года 190 студентов стали фигурантами политически мотивированных уголовных дел. С 2022 по 2024 год правозащитники обнаружили 131 случай внесудебного давления на студентов и преподавателей вузов и колледжей. Внутри университетов появился и собственный репрессивный орган — этические комиссии, которые нередко заканчиваются отчислениями или выговорами. Также с конца 2023 года Минюст успел объявить иноагентами несколько проектов, связанных с образованием: журнал для студентов «Гроза», медиа для академического сообщества «Т-Инвариант», образовательный проект «Лаборатория университетской прозрачности» («Лупа»). Роскомнадзор заблокировал сайты «Грозы» и «Т-Инварианта», а «Лупа» объявила о закрытии.

Недавно мы запустили онлайн-кружок по глобальному кризису современного университета, в котором обсуждаем стратегии выживания в современном университете и академии, структуры управления университетом. На занятиях мы пытаемся не только определить кризисные элементы современного университета, но и помыслить способы выхода из кризиса, а также изобрести более справедливый университет.

Одна из тем — деколонизация. Участники кружка будут рассуждать над имперским наследием в университетах и способах трансляции знаний. Применительно к российским институтам образования деколонизацию можно обсуждать в рамках нормализации ксенофобного дискурса и других форм дискриминации. У студентов, участвующих в кружке, чувствуется потребность в более справедливых университетах.

Несмотря на тяжелое положение российских студентов, нельзя сказать, что они массово уезжают. Уезжают, скорее, преподаватели, а студенты не уезжают просто из-за бедности. Без высшего образования за пределами России не так просто найти место, сложно найти новый университет, где можно было бы продолжить образование. Во многих государствах образование для иностранцев платное. Самая базовая реакция студентов в России на происходящее — эскапизм или юмор.