«Все это — за один пост?»

Льва Шлосберга* отправили под домашний арест по новому уголовному делу

«Так нагло они себя еще не вели», — Жанна Шлосберг, жена политика Льва Шлосберга*, рассказывает о вчерашних обысках. Они прошли в квартире Шлосберга, а также у его 96-летнего отца и в офисе псковского «Яблока». Была изъята техника. Телефон забрали даже у жены политика, у отца — модем.

«Я спросила: и все это — за один пост?» — вспоминает Жанна обыск. По ее словам, в ответ один из силовиков ухмыльнулся: «Я за пост на шесть лет сажал».

После этого политика увезли на допрос в следственную часть УМВД, а затем оставили на ночь в ИВС.

События, которые следствие положило в основу уголовного дела, произошли аж 12 января, когда на YouTube-канале «Живой гвоздь» прошли дебаты политика с академиком Юрием Пивоваровым*, на которых Шлосберг отстаивал свою позицию о необходимости прекращения огня.

Что делали органы предварительного следствия дальнейшие пять месяцев, доподлинно неизвестно, однако, по словам сторонников Льва, вменили ему в итоге размещение видеозаписи дебатов в соцсети «Одноклассники» — для этого якобы использовали фейковый аккаунт, не принадлежащий политику.

«Новая» уже рассказывала о массовом появлении фальшивых аккаунтов российских журналистов и оппозиции в различных соцсетях, которые государство в нужный момент использует, чтобы обвинить фигурантов в чем-либо: от отсутствия маркировки «ИА» до, как теперь очевидно, уголовного состава.

Не очень понятно пока, зачем потребовался этот аккаунт в олдскульной соцсети, если ролик можно спокойно посмотреть на YouTube. Возможно, следствие рассчитывает получить некие подтверждающие его размещение справки, а от российского ресурса добиться их шансов больше. К тому же, как известно, YouTube в России замедлен, и захоти суд, к примеру, проверить, имело ли место само «событие преступления», и посмотреть ролик в процессе, может случиться конфуз.

В дебатах полиция усмотрела повторную дискредитацию армии (первый административный протокол по этой статье на Шлосберга составляли прошлым летом). При этом Лев Маркович и так уже под судом — он под подпиской о невыезде по статье о неисполнении обязанностей «иноагента».

В качестве повода для возбуждения уголовного дела использовали несколько видео в соцсетях, опубликованных другими людьми без указания иноагентского статуса Шлосберга. Вменили политику и неотмаркированное сообщение о праздновании дня рождения его отца.

После ночи, проведенной в ИВС, задержанного привозят в суд в наручниках и сажают в клетку. Судья разрешает снимать. В зале много прессы, партийцы, председатель «Яблока» Николай Рыбаков. В первом ряду Жанна. Еще одно место в первом ряду освобождают для замначальника следствия УМВД Добровой. Она же просит рассмотреть ходатайство об избрании меры пресечения в закрытом режиме, «так как следствие находится на начальном этапе». Прокурор поддерживает, ссылаясь на защиту тайны следствия.

Это — ноу-хау в правоприменении. Чтобы изолировать процесс от чужих ушей, статья 241 УПК предусматривает перечень оснований. А именно: если может быть разглашена государственная или иная охраняемая федеральным законом тайна, если фигуранты младше 16 лет, если речь о преступлениях против половой неприкосновенности или если этого требуют интересы обеспечения безопасности участников заседаний. Ничего из этого следователем не было упомянуто.

Возможно, эти красивые женщины, следователь и прокурор, просто перепутали понятие тайны следствия с одноименным сериалом. Потому что другая статья УПК — 161, которая как раз и посвящена недопустимости разглашения данных предварительного расследования, прямо говорит, что под установленные ею ограничения не подпадают сведения, оглашаемые в открытом судебном заседании. Но идея перспективная: под предлогом «начальной стадии следствия» можно закрывать любые процессы по избранию меры пресечения. Интересно, станет ли псковская инициатива прецедентом, распространится ли на иные регионы и суды — или УПК все же перевесит?

Тем не менее судья Инна Тимофеева объявляет заседание закрытым, несмотря на несогласие с этим адвоката Владимира Данилова и самого задержанного, который говорит: «Нам нечего скрывать». Мы успеваем услышать: следствие просит отправить Шлосберга под домашний арест.

Мера пресечения не людоедская, по крайней мере, до суда политик останется дома и с близкими. При задержании он более всего переживал за пожилого папу, который все узнает из теленовостей.

Но зачем тогда наручники и клетка? Ночь в кутузке? Чтобы продемонстрировать возможности и перспективы?

Заседание длится три часа, обычно слушания о мере пресечения значительно короче. На улице, куда публика выходит освежиться, наблюдаем арт-объект: на углу соседнего здания облсуда сидит бронзовый кот в судейской шапочке, с молотком и уголовным делом. Это «Барсик Юра» — судейский креатив по мотивам символа Пскова — барса. Юра — потому что юрист. А у арбитража сидит Фима, от Фемиды. Такой креатив.

Объявляется перерыв, конвой выводит Шлосберга из зала. Адвокат Данилов говорит: мы успели сказать все, что хотели.

В ожидании финала люди снова выходят на улицу, садятся на бордюры у входа. Сотрудница суда сочувственно спрашивает, не вынести ли всем воды — жарко.

Через час судья Тимофеева оглашает решение: Шлосберг останется под домашним арестом по 8 августа включительно. Из-под стражи его освободили в зале суда. Два месяца он проведет в электронном браслете без права пользоваться средствами связи.

Псков

* Признан Минюстом «иноагентом».