Цифровой рубль и как бы деньги

Почему в XVII веке из-за подобного был медный бунт, а Аристофан высмеивал нечто похожее еще в V веке до н.э.

Не прошло и недели после того, как на ПМЭФ были предложены «новые идеи» по управлению экономикой: тотальный переход к «платформенной занятости» и скорейший запуск цифрового рубля, как ЦБ сообщил, что цифровой рубль придет в нашу жизнь уже в следующем году. Переводы и платежи цифровыми рублями будут внедряться поэтапно, объяснил финансовый регулятор.

Что это такое, как это будет работать, зачем нужно правительству и нужно ли гражданам — разбираемся.

Банки и магазины

Крупнейшие банки должны будут предоставить своим клиентам возможность совершать операции с цифровой национальной валютой с 1 сентября 2026 года. С этой же даты торговым компаниям предстоит открыть свою инфраструктуру для цифровых рублей и обеспечить возможность оплаты товаров и услуг цифровой формой национальной валюты — те, которые являются клиентами крупнейших банков и у которых выручка за предшествующий год превышает 120 миллионов рублей.

Другие банки с универсальной лицензией, а также торговые компании (их клиенты с годовой выручкой свыше 30 миллионов рублей) смогут настраивать свои системы дольше — до 1 сентября 2027 года.

Остальные банки и продавцы с выручкой менее 30 миллионов рублей в год — с 1 сентября 2028 года. Такая обязанность не будет распространяться на торговые точки, у которых выручка за год составляет менее пяти миллионов рублей.

Новые сроки были определены после обсуждения деталей с участниками рынка и заинтересованными министерствами и ведомствами. Они учитывают время, необходимое банкам и торговым компаниям для настройки своих систем, говорится в релизе ЦБ РФ.

СПРАВКА «НОВОЙ»

Как будет работать цифровой рубль — объясняет Банк России

• Как можно будет открыть цифровой кошелек?

Открыть цифровой кошелек и в дальнейшем пользоваться им можно будет через любое мобильное приложение банка, клиентом которого вы являетесь. Сам кошелек будет находиться на платформе Банка России и не будет привязан к какому-то конкретному финансовому учреждению.

• Как можно будет положить деньги на цифровой кошелек и снять их?

Если у вас есть безналичные рубли на счете в банке, их можно будет обменять на цифровые рубли в соотношении один к одному. Через привычное мобильное приложение банка, в котором вы обслуживаетесь, можно зайти в цифровой кошелек и провести нужную операцию через функцию «Пополнить». Без комиссии.

Если у вас наличные, то вам сначала нужно будет положить их на ваш счет в банке (через банкомат или кассу банка), а потом обменять на цифровые, пополнив цифровой кошелек с банковского счета через привычное мобильное приложение.

Если вам нужно снять деньги с цифрового кошелька, сначала их следует перевести на ваш счет в банке. Это также можно сделать через привычное мобильное приложение, а затем снять наличные в банкомате или кассе банка.

• Что нужно будет сделать, чтобы перевести кому-то цифровые рубли?

Войти в свой цифровой кошелек через привычное мобильное приложение своего банка, выбрать опцию перевода, нужного человека из списка контактов или ввести номер мобильного телефона, затем ввести сумму и подтвердить перевод. Деньги мгновенно окажутся в цифровом кошельке получателя.

• Что нужно будет сделать, чтобы оплатить покупку цифровыми рублями?

Считать QR-код, выбрать в качестве средства платежа цифровой рубль и подтвердить платеж.

В перспективе цифровыми рублями также можно будет расплачиваться с помощью бесконтактной технологии NFC.

• Будет ли начисляться кешбэк?

Нет, кешбэк на операции с цифровыми рублями начисляться не будет.

• Будут ли начисляться проценты?

Цифровой рубль создается как средство для проведения платежей и переводов, а не как средство сбережения или кредитования. В связи с этим проценты начисляться не будут.

• Можно ли будет получить кредит в цифровых рублях?

Нет. Цифровой рубль создается как средство для проведения платежей и переводов, а не как средство сбережения или кредитования. Кредит по-прежнему можно будет получить в банке наличными или безналично.

• Нужна ли будет дополнительная техника или новое приложение на телефон, чтобы пользоваться цифровыми рублями?

Нет. Операции с цифровыми рублями можно будет совершать через привычные мобильные приложения своих банков.

• Можно ли обменять цифровой рубль на наличные и наоборот?

Это можно будет сделать через безналичные средства. То есть цифровые рубли нужно будет перевести из цифрового кошелька на счет в банке или карту, а потом снять наличные в кассе или банкомате.

Точно так же будет работать и обратный обмен. Сначала нужно положить наличные на свой счет в банке, а потом эти безналичные деньги перевести на свой цифровой кошелек.

Последнее обновление информации по этим вопросам Банк России сделал 18 марта 2023 года.

30 июня Банк России сообщил промежуточные результаты тестирования операций с цифровым рублем: платформа показала работоспособность и устойчивость — об этом говорится в отчете «Цифровой рубль: текущий статус проекта», опубликованном финансовым регулятором.

В этом документе сообщается, что ЦБ РФ начал тестирование платформы цифрового рубля на реальных деньгах в августе 2023 года, в нем принимают участие 13 банков. Сначала в пилоте участвовали около 600 физических лиц и 30 торгово-сервисных предприятий из 11 городов России (АЗС, участники страхового рынка, благотворительные организации, операторы связи и другие), в 2024 году число пользователей выросло до 9000 граждан и 1200 компаний из более чем 150 населенных пунктов. ЦБ сообщил в понедельник, что за время тестирования пользователи открыли на платформе цифрового рубля около 2500 кошельков и провели около 100 000 операций.

СПРАВКА «НОВОЙ»
В самом кратком изложении содержание Отчета и выводы из него выглядят так:

• Цифровой рубль (ЦР) — это новая форма национальной валюты, выпускаемая Банком России в цифровом виде. Он позиционируется как следующий этап эволюции денег, сочетающий в себе черты наличных (независимость от банковских счетов) и безналичных (электронный формат) денег.

Основные цели внедрения:

• Снижение транзакционных издержек для граждан, бизнеса и государства.

• Повышение финансовой доступности.

• Развитие конкуренции на платежном рынке.

• Создание новых механизмов для трансграничных расчетов.

Модель: Розничная двухуровневая система, где Банк России выступает оператором платформы, а банки — посредниками для пользователей (физических и юридических лиц).

2. Ключевые преимущества

2.1. Инновации в финансовых технологиях

• Смарт-контракты — автоматизированные платежи при выполнении заданных условий (например, выплата зарплаты, страховых возмещений, арендных платежей).

• Прозрачность и безопасность — исключение риска неисполнения обязательств.

2.2. Государственное управление финансами

• Контроль целевого использования бюджетных средств (например, субсидий или госзаказов).

• Скорость выплат — прямые переводы без посредников.

• Интеграция с госсистемами (например, ФНС, Минфин).

2.3. Финансовая доступность

• Нулевые комиссии для граждан.

• Доступ через мобильные приложения банков.

2.4. Трансграничные расчеты

• Потенциальное снижение зависимости от SWIFT и зарубежных платежных систем.

• Ускорение международных переводов (с дней до минут).

3. Проблемы

3.1. Технологические и инфраструктурные вызовы

• Масштабирование платформы — необходимость обработки миллионов транзакций ежедневно.

• Кибербезопасность — риски взломов, мошенничества, утечки данных.

• Зависимость от отечественного ПО и оборудования — возможные ограничения из-за санкций.

3.2. Экономические риски

• Переток ликвидности из банковской системы — если граждане массово переведут средства в ЦР, банки могут столкнуться с дефицитом ресурсов для кредитования.

• Отсутствие процентов по ЦР — снижение привлекательности для сбережений.

• Черный рынок обмена — возможен из-за ограничений на конвертацию в наличные или валюту.

3.3. Правовые и регуляторные сложности

• Недоработанность законодательства — например, вопросы налогообложения, валютного контроля, защиты прав потребителей.

• Конфликт с существующими платежными системами (СБП, «Мир») — дублирование функций.

3.4. Социальное восприятие

• Недостаток доверия — граждане могут опасаться тотального контроля за расходами.

• Ограничения на использование — например, лимиты на пополнение.

Проект цифрового рубля — это стратегическая инициатива, успех которой зависит от сбалансированности между инновациями, безопасностью и доверием общества, заключают авторы Отчета.

Главный вопрос

А вот теперь самое интересное. В отчете есть много красивых слов, но нет слова «налог». Ничего не сказано о том, будут ли цифровые рубли приниматься в уплату налогов. Больше того, ни слова об этом нет и в Концепции цифрового рубля, опубликованной аж 8 апреля 2021 года. Слово «налог» упоминается там единственный раз — в такой фразе: «В сфере публичных правоотношений планируется определенная коррекция налогового и бюджетного законодательства, изменение режимов обращения взыскания на имущество, определение особенностей распоряжения цифровым кошельком в рамках отношений, связанных с банкротством». И все.

А что, это имеет какое-то значение? Решающее.

По закону налоги платятся со всей прибыли, как с обычной, так и с цифровой. Но в реальности механизмов приема налоговых платежей цифровыми рублями нет, и когда они будут созданы, неизвестно. То есть цифровыми рублями можно принимать оплату, но нельзя платить налоги. Во всяком случае правительство об этом еще ничего не сказало.

Кроме того, на цифровой рубль нельзя получать проценты, и кредитоваться в цифровых рублях тоже нельзя.

Так цифровой рубль — деньги или не деньги?

Для ответа на этот вопрос надо заглянуть в глубокое прошлое — когда люди обратили внимание, что формально одни и те же деньги могут нести в себе совершенно разное содержание.

Еще в V веке до н. э. в комедии «Лягушки» Аристофан писал:

«Часто кажется, что город граждан и сынов своих,

И достойных, и негодных, ценит совершенно так,

Как старинную монету и сегодняшний чекан.

Настоящими деньгами, неподдельными ничуть,

Лучшими из самых лучших, знаменитыми везде

Среди эллинов и даже в дальней варварской стране,

С крепким правильным чеканом, с пробой верной, золотой

Мы не пользуемся вовсе. Деньги медные в ходу,

Дурно выбитые, наспех, дрянь и порча, без цены».

Преданья старины глубокой

В России первый большой эксперимент введения в оборот «как бы денег», которыми можно рассчитываться за товары и услуги, но которыми нельзя платить в казну, был осуществлен в середине XVII века. В то время «рубль», состоявший из 100 «копеек» или 200 «денег», был исключительно «счетной единицей», реальной монеты «рубль» не существовало, а в обращении ходили серебряные копейки и полукопейки («деньги»). Чеканились эти монетки из серебра, привозимого из Европы, а ценность их действительно соответствовала стоимости содержащегося в них драгоценного металла.

Эта ситуация очень не нравилась правительству государя Алексея Михайловича, потому что привозного серебра вечно не хватало, а тут еще и с 1654 года велась война с Польшей, требовавшая колоссальных расходов… В общем, тратить дефицитный импортный ресурс на поддержание хозяйственного оборота и потребления простолюдинов власти категорически не хотели.

И тут царский окольничий Федор Ртищев придумал гениальный план — давайте будем чеканить копейки не из серебра, а из меди и прикажем подданным принимать их вместо серебряных по курсу один к одному!

Правда, медь тоже была привозной, но все равно была намного дешевле: цена меди, необходимой для чеканки 10 тысяч медных копеек, составляла всего 160 копеек серебром. Таким образом, «гарантией» ценности медных денег служил исключительно царский указ.

Но главная идея Ртищева была еще хитрее: власти выплачивали жалованье и оплачивали «государственные закупки» медными копейками, а вот в уплату податей и таможенных пошлин принимали исключительно серебро.

Кроме того,

медные копейки имели хождение исключительно в Европейской России — в Сибири в обороте осталось серебро, на серебряные деньги велась и торговля с Европой.

В принципе, правительство царя Алексея попыталось создать два контура экономики — внешний и внутренний — и предложить для него «расчетные единицы» с различной стоимостью и с различной степенью рисков их использования.

Поначалу население схватилось за медные деньги. Но вскоре люди поняли, что если власть сама не хочет принимать начеканенные ею же монеты, то с этими монетами что-то не так. Если в 1659 году за 100 серебряных копеек давали 104 медных, то уже к 1660 году за 100 серебряных копеек давали 200 медных. Соответственно, выросли и цены.

В 1662 году терпение москвичей лопнуло, и люди массово пошли к царской резиденции в селе Коломенском, неся челобитную с требованием снижения цен и налогов… Дальше, по свидетельству современника, из обратившихся к царю «повесили со 150 человек, а остальным всем был указ, пытали и жгли» …Оставшихся в живых после «сыска» били кнутом, клеймили как «бунтовщиков» и отправляли в вечную ссылку «в дальние города», а иных топили в Москве-реке. В общей сложности за «неучтивое челобитье» в ходе «медного бунта» казнено было порядка 1000 человек.

Правда, казни и пытки не помогли укрепиться «медным деньгам». В 1663 году за 1 серебряную копейку давали уже 12 медных, несмотря на угрозы властей, и крестьяне, и «торговые люди» категорически отказывались продавать хлеб за медяки. И в 1663 году правительство свернуло «денежную реформу». В июле 1663 года были восстановлены чеканка серебряных денег и, главное, выплата ими жалованья. Медные же копейки власть согласилась обменять на серебро, но по курсу… 1 серебряная копейка за 20 медных, а потом и 1 серебряная копейка за 100 медных (!!!). Дальше медные копейки были запрещены к использованию, монетные дворы, где их чеканили, были закрыты, а тем, кто вздумал бы ими пользоваться, «Судебное уложение» указывало «заливать теми воровскими деньгами горло». Тем первый опыт введения в России денежных суррогатов и закончился.

В первой трети ХХ века властям в России опять пришлось прибегнуть к практике создания «как бы денег». Рост экономики СССР за счет эмиссии денег и краткосрочных финансовых обязательств (векселей) имел место в годы нэпа, когда рост производства происходил за счет созданных в прошлом запасов капитала и труда. Но к 1928 году резервы мощностей и рабочей силы были исчерпаны, потребовалось принудительное перераспределение ресурсов, вместе с которым встал вопрос о создании принципиально иного денежного механизма.

Этот механизм и был разработан в начале 1930-х гг. Собственно, денежной системы в привычном смысле этого понятия не было. Деньги как всеобщее покупательное и платежное средство практически полностью отсутствовали в сфере средств производства. Распределение средств производства по фондам делало безналичные деньги лишь расчетным знаком, обусловленным хозрасчетом производственных и сбытовых предприятий. В сфере потребительских товаров роль денег ограничивалась прежде всего карточной системой, которая существовала на протяжении большей части сталинского периода; также деньги не определяли и работу торговых организаций по фондам.

Дальше все пошло почти так, как у царя Алексея, объясняют экономические историки Гирш Ханин и Дмитрий Фомин в статье «Чему учит история сталинской экономики?» // Мир России. Т. 31. № 3. С. 155–179 .

«Если оценивать сталинскую денежную систему по общепринятому показателю качества в виде стабильности цен, то ее эффективность в 1930–1940-е гг. была крайне низкой. В эти годы наблюдалась огромная инфляция: …в сфере производственных товаров в 1939 г. оптовые цены выросли в 2,5–2,75 раза, в 1949 г. — 6–6,5 раза по отношению к 1926/1927 г. …более значимым оказался рост розничных потребительских цен: в 1937 г. они выросли примерно в 5 раз, а в 1948 г. — в 15 раз по отношению к 1928 г. Объемы и наличного, и безналичного денежного обращения в соответствии с этим ростом цен увеличивались с огромной скоростью».

Ничего не напоминает?

«Цифра» вместо «бумаги»

Какое отношение все эти исторические экзерсисы имеют к «цифровому рублю»?

Ответ мы найдем у гениального польского астронома (а также экономиста и математика) Николая Коперника. В трактате 1526 года Monetae cudendae ratio («О чеканке монет») Коперник сформулировал принцип, гласящий, что «если одновременно существуют два вида денег, юридически эквивалентные по стоимости, но один из них воспринимается как лучший (например, с большим содержанием драгоценного металла), то эти «лучшие» деньги будут накапливаться (складироваться ), а в обращении останутся в основном «худшие». Проще говоря: «худшие» деньги вытесняют «лучшие» из повседневного обращения.

«Цифровой рубль», на который не начисляются ни проценты, ни кэшбек и использование которого может быть ограничено (в отличие от «бумажных денег», которые не только обязательны к приему, но имеют дополнительную ценность как средство сокрытия доходов), объективно может выглядеть «худшими деньгами». Но зачем правительству «худшие деньги».

Затем же, зачем они были нужны королевским казначеям прошлого.

У финансового начальства всех времен и народов не раз возникало желание порешать финансовые проблемы, попортив монету, — выпустить серебряные деньги, велев их принимать по цене золотых (или медь вместо серебра, или бумажки вместо меди — идея ясна). Но в казну платить следовало всегда только старой полновесной монетой. В итоге хорошие деньги исчезали в казне, а граждане прятали их по домам в кубышках на черный день.

Но «испорченные деньги» были не причиной экономических проблем, а их следствием. Эта идея может быть немного сложна для восприятия, но дело здесь вот в чем. Современные деньги — это долговые обязательства тех, кто берет их в долг у банков. Да, каждый рубль, взятый в кредит условно бедным Ивановым, превращается в рубль на депозите условного богатого Петрова, которому Иванов заплатит за какие-то товары и услуги, после чего Петров как законопослушный налогоплательщик отнесет часть денег налоговому инспектору Сидорову (допустим, 10 копеек).

Но что произойдет, если Иванов не захочет брать кредит или ему кредит не дадут (неважно по какой причине)? Тогда для Петрова все будет плохо — он не получит рубль за свои товары.

Но еще хуже будет правительственному чиновнику Сидорову: если Иванов и Петров в крайнем случае могут как-то договориться о взаимном обмене товарами и услугами, то Сидоров живет только на те деньги, которые Петров приносит правительству в виде налогов. Но если нет кредитов, то нет и налогов, и тогда… чтобы рассчитаться со своим слугой Сидоровым, правительство может либо само взять денег в долг (в банке или у богатого Петрова), но придется платить проценты, да и Петров может не захотеть делиться с властью своими кровными.

А вот если сделать какой-то инструмент, который позволит правительству как-то рассчитаться с Сидоровым, не одалживаясь у Петрова и не дожидаясь от него налогов?

При государе Алексее правительство чеканило медные копейки, при императрице Екатерине печатало бумажные ассигнации, при товарище Сталине была создана система «фондов», и правительство решало — кто, сколько и чего может купить на бумажки, называемые «деньгами».

Царям и генеральным секретарям приходилось делать это не от хорошей жизни — если вы в условиях нехватки капитала принудительно накачиваете ресурсами какую-то отрасль непотребительской экономики (закупаете пушки), то у вас начнется дефицит ресурсов в других отраслях (например, дефицит масла). В рыночной экономике этот дефицит будет компенсирован ростом цен, а в плановой экономике, где правительство устанавливает цены принудительно, вам придется как-то нормировать потребление, чтобы состыковать предложение со спросом.

Товарищ Сталин в свое время по-всякому делал: вводил карточки на товары, устанавливал систему распределителей, где цены были такие же, как в обычной торговле, только в обычном магазине товаров не было, а в распределителе они были. Повышал нормы выработки, чтобы прижать рост реальных зарплат и затормозить потребление. Было время, когда существовали две параллельные системы торговли: «по карточкам» — одна цена, «без карточек» — другая. Но распределители работали до самого финала СССР, а на рубеже 1990-х вернулись и карточки. Изменить ситуацию смог только отказ правительства РФ от управления ценами на потребительские товары — и сразу «появилось всё» (хотя не все могли «это всё» купить).

Нынешняя власть регулирует потребление через «выплаты» — изобилие на прилавках обеспечивается за счет рыночного ценообразования (всё есть, но недешево), а важным для власти социальным категориям правительство «доплачивает дополнительно».

Но сейчас, видимо, эта схема начинает давать сбои, и правительство предложит получать выплаты цифровыми рублями, т.е. расчетными знаками, в которые будет встроен какой-то механизм ограничения их использования.

Цифровой рубль — это идеальный инструмент для правительственных выплат: сколько положено получил, сколько положено потратил. И пошел снова работать. В старое время аналоги таких цифровых рублей назывались «расчетные знаки». В XIX веке ими фабрики выплачивали зарплаты для покупки товаров в своих же лавках (ассортимент и цены понятные), в ХХ веке они были в ходу на великих стройках Дальнего Севера.

Но — отдадим должное финансовому регулятору — он не лукавит, когда говорит, что никаких ограничений на «цифровой рубль» не будет. Он это не знает и сам. Все будет зависеть от того, как пойдут дела в экономике. Если власти будет трудно поддерживать потребительскую витрину в ее существующем состоянии, то цифровая валюта себя покажет.

Совсем необязательно вводить ограничения на цифровой рубль — можно, например, ограничить обращение наличных или вообще запретить покупать какие-то товары за наличные, а только «по цифре». Но, подчеркну, масштабы использования цифрового рубля будут определяться общим положением в экономике и способностью правительства продолжать свою политику — расширять производство в определенных отраслях, сохраняя уровень потребления тех, кто ему нужен.