Новый любимец США Бенсон Бун выпустил альбом «American Heart»
Звучит как заявка на политическое высказывание, но артиста волнует только он сам
23-летний Бенсон Бун — новая звезда американской поп-музыки. В июне артист выпустил альбом «American Heart»: несмотря на название и обложку со звездно-полосатым флагом, там нет ни одной песни о США образца 2025 года. Музыкальный обозреватель Александр Шакиров рассказывает, почему Бун — пусть и безобидный, но очень показательный пример того, как поп-культура приучает свои миллионные аудитории игнорировать любые контексты.
Концертный ретрокомбинезон в стиле Фредди Меркьюри, такие же узнаваемые усы и бесконечные сальто во время выступлений: за все это над Бенсоном Буном подшучивают, но это же и сделало 23-летнего певца одним из самых колоритных персонажей новой американской поп-сцены. В 2021-м он записывал каверы в тиктоке, а спустя три года Буна, подопечного лейбла-гиганта Warner, номинировали на «Грэмми» как «Лучшего нового исполнителя» — во многом благодаря поп-рок-треку «Beautiful Things». На его новом альбоме «American Heart», вышедшем в конце июня, вопреки названию, нет ни намека на актуальные американские проблемы. Зато есть два вирусных трека — «Sorry Iʼm Here For Someone Else» и «Mystical Magical».
Вообще, если в 2025 году вы называете альбом «Американское что угодно», слушатель вправе ожидать комментарий к политике Трампа. Так работает любое упоминание государства, этноса или точки на карте: произведение волей-неволей будут связывать с актуальным контекстом — политическим, национальным или локальным.
Связь эта может быть двух видов. Либо авторы занимаются повесткой — как Green Day, которые в 2004 году выпустили пластинку «American Idiot» о США времен вторжения в Ирак и одиночестве среди шагающих строем сограждан: настоящую рок-оперу, где музыкантам удалось найти баланс между политическим и художественным. Либо занимаются вневременным характером культуры, как это делал, например, Борис Гребенщиков на своем «Русском альбоме» (1992): он размышлял о природе любви и зла через фолк и религиозные образы. «Прыг, ласточка, прыг — а дело к войне /…/ Сокол летит, а баба родит / Значит, все как всегда, все по местам» — «Русский альбом» спустя 33 года после выхода цепляет еще сильнее.
Но есть и третий вариант — его предпочел Бенсон Бун. Свой второй студийный альбом «American Heart» он записал и выпустил в разгар внутриполитического кризиса в США, который так или иначе влияет примерно на весь мир. Однако Бун и его соавторы полностью игнорируют политику. Более того: за пару недель до релиза артист пришел на шоу Джимми Фэллона и предупредил о своей аполитичности: «Это [альбом] не что-то патриотическое, не „Посмотрите, за кого я голосовал“».
Если бы не громкое название «American Heart» и обложка альбома — на ней Бенсон Бун позирует без рубашки, в ссадинах и с американским флагом, — вряд ли кто-то ожидал бы от этого артиста политических высказываний или остросоциальных текстов. Как и подобает поп-герою, от песни к песне он живет любовной драмой.
Карьера Буна тоже развивалась вполне стандартно для новичка поп-индустрии 2020-х. В 2021 году, когда у его тиктока с каверами набралось пять миллионов подписчиков, 18-летнего артиста позвали на шоу American Idol. Там он прошел отбор, покорив сидевшую в жюри Кэти Перри, но в итоге добровольно покинул проект перед прямыми эфирами: не хотел, чтобы его карьеру мерили успехом на телешоу. Инди-исполнителем он, однако, не стал, а принял предложение фронтмена Imagine Dragons Дэна Рейнольдса — и подписал контракт с его лейблом Night Street Records, который входит в империю Warner.
В следующие два года Бун поддался мировому тренду на переосмысление ретро: отпустил усы, стал носить прическу маллет и обтягивающий комбинезон, похожий на концертные костюмы Принса, Дэвида Боуи и прежде всего, конечно, Фредди Меркьюри. Впрочем, кого-то могло и разозлить его исполнение «Bohemian Rhapsody», да еще и под аккомпанемент Брайана Мэя, другого участника Queen.
Еще одна фишка Буна — его сальто (спасибо многолетним тренировкам по прыжкам в воду). Не обошлось без прыжков и на церемонии «Грэмми», где с Бенсона в рамках шоу сорвали смокинг.
Да, самоирония — еще одно качество артиста. Бенсон Бун может чувственно или пронзительно спеть любую ерунду — например, выдумать фразу «Moonbeam Ice Cream» и вставить ее в текст трека «Mystical Magical», вдохновленного песней из 1980-х «Physical». Или высмеивать хейтеров, как в клипе на «Mr Electric Blue». По сюжету продюсер требует от Бенсона отдать долг в 10 миллионов долларов, вложенных в «Moonbeam Ice Cream» и «сальто назад», и предлагает ему освоить другой трюк — писать хорошие песни. Бун признает, что у него не получится, и отправляется искать подработки.
Софт-роковый «Mystical Magical» и альт-поп-трек «Mr Electric Blue» вошли в новый альбом Бенсона Буна «American Heart». Об Америке там ничего — зато много о сердце, причем исключительно о сердце самого Буна. Сначала — в переносном смысле. В «Sorry Iʼm Here For Someone Else» и в «Man In Me», ностальгирующих миксах софт-рока и синти-попа, певец жалуется на разбитое сердце. В «Momma Song» признается в любви к маме — правда, не обходится без штампов и ненужных гипербол: «Мама, я скучаю по дому / В Калифорнии становится все холоднее и холоднее / Я скучаю по тебе, и, мам, я старею / Значит ли это, что ты становишься старше?» В заключительном, десятом треке «Young American Heart» речь уже буквально про сердце артиста. Он вспоминает, как в шестнадцать лет на пару с лучшим другом угнал отцовскую тачку, попал в аварию и — здесь сложно сохранять какую-то интригу — молодое американское сердце Буна чуть было не остановилось. На этом в альбоме поставлена точка, и слушатель остается в недоумении: что, все?
С другой стороны, а где Бенсон Бун нас обманул? Он действительно молод и действительно американец — родился в городе Монро, штат Вашингтон, в семье мормонов; в свои восемнадцать бросил основанный мормонами Университет Бригама Янга, где, по тиражируемой легенде, впервые спел на университетском концерте, подменив основного вокалиста.
Другое дело, что его «American Heart» — безобидный, но очень яркий пример того, как поп-артисты по всему миру приучают свои миллионные аудитории полностью избегать любых контекстов и в конечном счете сложности мира. Безусловно, популярная культура потому и популярна, что способна стать временным убежищем от этой сложности. Но «музыка вне политики» — ложный тезис.
Вот недавний пример: 21 июня в Алматы прошел концерт 30 Second to Mars. Россияне исполняли в толпе военно-строевую «Катюшу», песни провоенной «Любэ», скандировали «Россия!». Потом комментаторы в интернете удивлялись негативной реакции казахстанцев, не учитывая, что Россия имеет в анамнезе фактическую колонизацию современных территорий Казахстана с репрессиями и советизацией — и в контексте вторжения в Украину это воспринимается особенно болезненно.
Возвращаясь к Бенсону Буну: в чем его точно можно уличить, так это в излишней коммерциализации истории с аварией. Конечно, музыканты регулярно осмысляют личные потрясения в своем творчестве, но тому же Джо Талботу из постпанк-группы Idles, чей великолепный альбом «Crawler» (2021) был инспирирован как раз ДТП, почему-то не пришло в голову акцентировать внимание на британскости своего сердца. Даже если авария перевернула мироощущение Бенсона Буна, «American Heart» — совсем не о крушении чего-то прежнего и начале нового, и потому акцент на аварии звучит притянуто, будто продюсеры хоть как-то пытались оправдать эффектную обложку и название альбома.
Александр Шакиров