Война забрала воду

Российская армия разрушила уникальный советский канал в Донбассе: восстановить водоснабжение невозможно. Оккупационные власти могут объявить эвакуацию, считает наш корреспондент

Колонны цистерн с водой «от Путина», что двигаются сейчас из Ростова-на-Дону к Донецку и обратно, только подчеркивают безумие ситуации с водоснабжением Донбасса. Море не наполнить ложками и черпаками, сколько их ни добавляй.

Донбасс — это степь с малым количеством воды и огромными подземными пространствами, подработанными шахтами, которые уничтожили природные пресные водяные линзы (слой водопроницаемого грунта, в котором накапливается подземная вода). При этом чтобы еще оставшиеся в регионе металлургические заводы и коксохимические производства продолжали работать, требуется много технической воды. Поэтому весь информационный шум, несущийся сейчас из Донецка, предназначен скорее для далеких от местной реальности москвичей.

Глава оккупационной администрации «ДНР» Денис Пушилин показательно отключает от поставок воды местные автомойки. Но спокойно продолжают работать Енакиевский металлургический завод и коксохимические производства рядом, при том что в самом Енакиево водные графики жестче и на сутки длиннее донецких. Здесь воду обещают давать в краны через четыре дня на пятый.

Именно «обещают», потому что графики подачи воды на территориях Донбасса, оккупированных еще в 2014 году, не выполняются, это вам скажет любой местный житель.

Что произошло?

Ничего нового. Канал Северский Донец–Донбасс, который питал весь регион вне зависимости от того, кто контролировал конкретные города восемь лет с 2014-го по 2022-й, был уничтожен в самом начале полномасштабного вторжения России. Подачи воды из канала в оккупированную часть и дальше нет давно, графики подачи воды раз в три дня на три часа появились тут с 2022 года, лето в оккупации без воды уже четвертое…

И надеяться на изменение ситуации не приходится.

Начало канала — Старооскольское водохранилище в Харьковской области — помогало маневрировать, наполнять Северский Донец в засушливые годы. Дамбу Старооскольского водохранилища российская армия разбомбила в момент штурма Харьковской области в апреле 2022 года, тогда был сброс воды, в водохранилище обнажились большие участки дна, теперь там вырос ивовый лес.

До войны газета «МК-Донбасс», в которой я работал, еженедельно писала про то, как устроен канал, питающий Донецк водой. Считалось, что чем больше люди будут понимать всю сложность этого гидротехнического сооружения, тем лучше они будут платить за воду: с нами руководство компании «Вода Донбасса» заключило договор о информационном обслуживании, в поисках тем для еженедельных статей мы облазили все почти 140 километров искусственной водной артерии Донбасса.

***

Здешние люди привыкли ко всякому, и с 2022 года уже выстроили свои схемы водного выживания. Самые изощренные они у новых хозяев жизни — владельцев частных домовладений. Бывшие донецкие «мажоры» из новых бетонных высоток — в огромном проигрыше. В частном доме можно выкопать яму и построить над ней деревянную будку туалета с удобным утепленным «троном» на всю семью, есть где разместить и замаскировать емкости для воды и выстроить с их помощью свою автономную от внешнего мира систему работы унитаза и кранов в доме.

— У меня, сам знаешь, две бочки по пятьсот литров в доме и одна на кубометр (тысячу литров. — Прим. авт.) в огороде, — рассказывает мне мой знакомый Иван, который живет с семьей из пяти человек в частном секторе Макеевки. — Я на этот график подачи никогда не смотрел! Первым делом, если вода начинала течь, она заполняла бочки в доме, потом емкость, вкопанную во дворе. Дальше я с них и унитаз смывал и цветы поливать оставалось. Сейчас графика нет, вода, может, и течет раз в три дня, но это струйка: за три часа, пока ее открывают, мне накапало в последний раз сто литров, и этим летом ни разу не было больше 200! Это не подача воды, этого не хватает ни на что. Пьем-то мы воду с магазина все эти годы — она была по 3,5 рубля за литр разливная и по 50 рублей пластиковая пятилитровка, сейчас разливная стала по пять, пятилитровка — по 70–80. Такая арифметика!

Европейская норма расхода воды — 100 литров на человека в сутки. Запас в две тонны на фоне этих норм для семьи Ивана — отнюдь не огромный, но совершенно шикарный для оккупированной части Донецкой области, где все сейчас говорят про воду.

— У соседей скважина, у них просим воду, дочь живет сама и тоже ходит на скважину к соседям, — говорит мне Татьяна из той же Макеевки. — Какая вода в скважине? Колодезная! На выходных с мужем на машине едем к ставку местному («ставок» — пруд. — Прим. ред.) и набираем для хозяйства воды, сколько можем вывезти.

Про графики подачи Татьяна даже не упомянула, ее поселок стоит над выработками старой закрытой шахты, и вода из самодельных скважин над ней не вызывает доверия.

Люди из многоэтажек выстраиваются в очереди в ожидании водовозок, подобных видео множество в интернете.

***

Один из руководителей компании «Вода Донбасса» мрачно говорит мне по телефону, что только водохранилище у реки Старый Оскол, если восстановить дамбу, будет наполняться минимум три года. Про остальное даже говорить глупо.

Русло канала было на протяжении 28 километров закрыто в бетонную трубу, сейчас в остатки трубы прячутся перед штурмами группы российских солдат: она — ориентир, линия обороны под Часовым Яром, за который идет сражение больше двух лет. Нет там больше русла канала, и дальше — ближе к Бахмуту и Горловке — его тоже нет. Насосные станции тоже разбиты (в структуре канала было девять подъемов, где насосные станции гнали воду вверх, на возвышенности Донецкого кряжа к Донецку). Самая модернизированная (с нее начиналась реконструкция) Донецкая фильтровальная станция для очистки воды для потребителей северной части Донецка, Ясиноватой и Авдеевки стояла в поле между Авдеевкой и Ясиноватой, через нее годами шел штурм Авдеевки, и этой фильтровальной станции больше тоже нет.

Что осталось? Кусок сухого русла канала, захваченный в 2014 году, и четыре больших водохранилища, созданных в конце 1950-х, на случай краткосрочных аварий. За три с половиной года текущей глобальной «аварии» все водоемы себя исчерпали, уровень воды упал. Когда к концу 2022 года стало ясно, что Райгородок и Славянск, где начинался канал, российской армии не взять — она только что как раз потеряла Харьковскую область с местом, где было Староскольское водохранилище, — тогда заместитель председателя правительства РФ Марат Хуснуллин торжественно пообещал буквально к марту 2023 году запустить на помощь Донецку какой-то водовод из Дона.

Сразу было понятно, что это халтура: настоящий канал при Хрущёве строили четыре года, привлекая по комсомольским путевкам 20 тысяч рабочих со всей страны.

Водовод от Дона до сухого участка канала в виде двух пластиковых труб российские военные строители проложили к июню 2023-го. Уже тогда местные руководители типа Пушилина аккуратно говорили, что вода из Дона, конечно, не решит проблемы, но позволит сделать графики более предсказуемыми: каждый третий день на три часа Донецк гарантированно будет получать воду.

Сейчас Путин в общении с Пушилиным под камеры вдруг обронил фразу о том, что тот самый водовод еще «не вышел на проектную мощность». Его проектная мощность была примерно в одиннадцать раз ниже самой минимальной подачи воды через канал Северский Донец–Донбасс — в последние предвоенные годы мощность реконструированного в 1979 году большого канала для реального Донбасса была избыточной, качали примерно 2,4 миллионов кубометров в сутки. Водовод из Дона, как обещали власти «ДНР», должен был на «проектной мощности» давать 288 тысяч кубометров в сутки.

В Донецке ходят слухи, что положенные на скорую руку пластиковые неутепленные трубы в условиях зимних перепадов температуры как-то себя не очень проектно повели, есть порывы и протечки.

Но главное — как повела себя изношенная коммунальная система Донецка и городов вокруг в условиях экстремальной, практически реанимационной эксплуатации в течении трех лет. Все жители многоквартирных домов примерно знают: ближе к осени обязательно появляются объявления о том, что сеть отопления будет проверена запуском воды, и этот неожиданный гидроудар может привести к порывам батарей и прочим неприятностям, — жильцам нужно быть в оговоренное время дома.

Система коммунальных труб оккупированных территорий, и так изношенная, в последние годы работала в условиях, когда внезапные гидроудары случались каждую неделю по три раза. Канализация как может работать без воды? Как-то работала в режиме подачи воды трижды в неделю по три часа в день, сейчас тоже начинает отказывать.

При катастрофическом отсутствии воды оккупационные власти принимали на месте нестандартные решения: например, заполнять батареи отопления водой, выкачиваемой из шахт. В Донецке больших шахт, где сохраняется водоотлив, три: имени Горького, имени Скочинского и имени Засядько. Но шахтная вода химически активна, превращает железо в его серные окислы, содержит остатки нефтехимии и гниющих деревянных крепежных стоек. О том что ее нельзя использовать для водоснабжения, говорили даже пропагандистские ресурсы в Донецке , но это было в 2022 году — со временем ситуация ухудшалась и на «неординарные решения» пришлось идти.

Сейчас сошлось всё: жаркое лето, умирающая коммунальная система, падение уровня водоемов, которое дошло до того, что на грани остановки из-за отсутствия технической воды оказалась Зуевская ТЭС, так что к дефициту воды добавился дефицит электроэнергии. Ну и все прежние проблемы с разрушением российским полномасштабным вторжением всей системы поставки воды в регион. Воду для Донбасса негде взять взять даже теоретически.

***

От пропагандистского штампа о «водной блокаде» со стороны Украины, несущемся из Москвы, отдает Геббельсом. Не может быть никакой «блокады», потому что больше не существует никакого рубильника или выключателя воды. И даже если предположить, что Россия оккупирует всю территорию Донецкой области, то наладить подачу воды уже не получится. Разрушенный вторжением канал нужно строить заново, но таких циклопических советских сооружений больше никто почему-то не создает.

Поэтому больше всего беспокойства сейчас вызывает российская информационная шумиха вокруг воды. Целого Путина посадили перед бывшим десятником сети МММ Денисом Пушилиным, в Донецке и Макеевке на работу над информационными видео с «обращением к Путину» привлекли детей, сюжеты о недостатке воды по единой отмашке пошли по центральным телеканалам.

Решения водной проблемы Донбасса без Украины нет. Автомобильными цистернами, идущими по маршруту Ростов-на-Дону–Донецк, можно наполнить только сюжеты телевидения.

Что можно? Можно убрать лишних потребителей. Уже сейчас видны первые вбросы о возможных эпидемиях, в Донецке начали поговаривать о информационной подготовке принудительной эвакуации «лишнего» населения. Одну такую эвакуацию Донецк уже пережил в 2022-м, когда на фоне полной тишины на совсем близкой линии соприкосновения, оккупационные власти вдруг объявили о «наступлении Украины» и срочной эвакуации населения, а на следующий день началась принудительная мобилизация всех мужчин — и только потом большая война.

Время показало, что с оставшимися 11 лет под оккупацией людьми могут делать всё что угодно. Так что следите за водными новостями.