Оригинал материала
В Нижегородской области проводят радикальный эксперимент: в некоторых районах полностью выключен мобильный интернет. А в некоторых городах — мобильная связь
«Медуза» рассказывает, как там теперь устроена жизнь (многим пригодится этот опыт)
Весной 2025 года в российских регионах начали отключать мобильный интернет. Власти утверждают, что таким образом защищают жителей и стратегически важные объекты от атак украинских дронов. Шатдауны всегда локальные и непродолжительные. Они длятся от нескольких часов до нескольких дней. Но не в Нижегородской области. В этом регионе в некоторых районах мобильного интернета нет уже больше двух месяцев. А к августу кое-где пропала и мобильная связь. «Медуза» рассказывает об этом радикальном эксперименте — и о том, как к нему адаптировались местные жители (вероятно, многим пригодится этот опыт).
Имена собеседников изменены из соображений безопасности.
Аудиоверсию текста слушайте на «Радио Медуза»
«По привычке поглядываешь в телефон, а не грузится ничего»
К тому, что в некоторых районах Нижегородской области полностью отключат мобильный интернет, ее жителей готовили несколько месяцев.
Одним из первых с ограничениями столкнулся Дзержинск, промышленный город в 40 километрах от Нижнего Новгорода. По словам местной жительницы Светланы, проблемы с мобильным интернетом там начались еще весной: после десяти вечера сеть во всем городе пропадала, но к восьми утра сигнал восстанавливался. Люди «особенно не роптали», рассказывает Светлана «Медузе»: во-первых, интернет отключали не каждую ночь, а во-вторых, в это время многие попросту не замечали блокировки.
«Глушилки работают, это ради нашей безопасности», — описывает Светлана реакцию своих знакомых на проблемы с интернетом.
В Нижегородской области расположены многие военные предприятия, которые могли бы быть целями украинских беспилотников. Только в Дзержинске работают, например, завод имени Свердлова, производящий боеприпасы, и химический завод «Корунд». С 2024 года украинские беспилотники атаковали населенные пункты Нижегородской области раз в несколько месяцев, весной 2025-го сообщения о налетах дронов стали появляться намного чаще.
В ночь на 9 июня 2025 года беспилотники в который раз атаковали Нижегородскую область. Основные удары пришлись по району, где находится военная авиабаза Саваслейка. Утром Генштаб ВСУ отчитался, что вывел из строя два российских истребителя (Минобороны РФ эту атаку не комментировало). Тогда же в населенных пунктах в радиусе нескольких десятков километров от Саваслейки перестал работать мобильный интернет.
В отличие от Дзержинска, где интернет к тому времени отключали только по ночам, в городах Выкса, Кулебаки, Навашино и других близких к аэродрому поселениях блокировка оказалась постоянной.
«По привычке периодически поглядываешь в телефон, чтобы почитать новости, а не грузится ничего, — вспоминает первые дни ограничений жительница Выксы Анна. — Вдруг раз — новые уведомления от телеграма появляются, и мы с коллегами радостно: о, смотрите-ка, что-то загрузилось!» После 9 июня мобильный интернет у жителей Выксы практически не работал — включался всего на несколько секунд. Спустя еще несколько дней он отключился полностью: сквозь блокировку перестали пробиваться даже те единичные уведомления о новых сообщениях в мессенджерах, которые радовали Анну и ее коллег. «Вначале народ возмущался, мол, как так? Но постепенно немного подстихло», — рассказывает Анна. За два месяца отсутствия мобильного интернета жители Выксы «более или менее адаптировались».
Всего, по данным Всероссийской переписи населения 2021 года, в Выксе, Навашине, Кулебаках и прилегающих к ним поселках живут около ста тысяч человек. Местные чиновники, правительство и губернатор Нижегородской области не комментировали блокировку мобильного интернета в населенных пунктах рядом с Саваслейкой. Крупные региональные СМИ и телеграм-каналы об ограничениях тоже ничего не писали.
Спустя пару недель после событий в Саваслейке, утром 27 июня мобильный интернет пропал в Дзержинске (где прежде сеть отключали только по ночам) и в самом Нижнем Новгороде. Правда, в региональной столице он перестал работать только на левом берегу Оки — в той части города, которая называется Нижней (или Заречной).
Никаких комментариев от властей по поводу того, что происходит с интернетом, опять не последовало. Жители региона, с которыми поговорила «Медуза», предполагали, что отключение может быть связано с массовыми событиями: в конце июня в области отмечали День молодежи и проводили школьные выпускные, а еще там проходил XII Форум регионов Беларуси и России, в котором участвовала председательница Совета Федерации Валентина Матвиенко.
На четвертый день после того, как в Нижнем Новгороде отключили мобильный интернет, правительство области наконец витиевато сообщило, что «в рамках безопасности населения периодически уменьшается уровень сигнала вышек сотовой связи, на которые потенциально могут ориентироваться БПЛА противника».
Первое публичное заявление губернатора Глеба Никитина о ситуации с мобильным интернетом появилось на его странице «ВКонтакте» только 4 июля (к тому времени мобильный шатдаун в Выксе длился уже почти месяц, а в Нижнем и Дзержинске интернет неделю работал кое-как):
С перебоями в работе мобильной связи и интернета я сталкиваюсь лично. Да, это непросто и сильно усложняет работу.
Жители области скептически отнеслись к словам губернатора, о чем тут же сообщили в комментариях. Дело в том, что Нижегородский Кремль, где работают Никитин и правительство, находится в Верхней части города — той, что расположена на правом берегу Оки, и там мобильный интернет как раз не отключали.
«Люди не могли вызвать скорую, не могли позвонить в коммунальные службы»
Под этим июльским постом губернатора Никитина за месяц жители Нижегородской области оставили больше 3,6 тысячи комментариев, хотя все предыдущие записи главы региона обычно набирали не более полусотни.
Комментаторы в основном критиковали Никитина за то, что власти оставили людей без мобильного интернета. В ответ на это сторонники губернатора писали, что ради безопасности «можно потерпеть неудобства», а для комфортной жизни вполне достаточно сотовой связи, которая по-прежнему работает.
Однако далеко не везде в Нижегородской области это действительно так.
Самые впечатляющие отключения сотовой связи коснулись жителей Дзержинска и соседних населенных пунктов. Собеседница «Медузы» Светлана рассказывает, что в конце июня и начале июля, когда мобильные шатдауны только начались, сотовые телефоны в ее микрорайоне тоже перестали работать: «Люди не могли вызвать скорую, не могли позвонить в коммунальные службы. У моей соседки прорвало трубу — протекло на несколько этажей, а она не могла вызвать аварийку».
Спустя несколько дней связь в Дзержинске восстановилась, но не полностью: и сейчас бывает, что звонок не проходит с первого раза — или, например, соединение устанавливается, но собеседники не слышат друг друга. Светлана считает, что это может быть просто опасно: «Пошел человек в лес за грибами, плохо ему стало или заблудился — раньше можно было позвонить, отправить эсэмэску, а сейчас мы этого лишены».
«У меня критических ситуаций пока не случалось, но полагаю, что они будут», — говорит другой житель Дзержинска Виталий. Проблемы со связью непосредственно влияют на его жизнь: он занимается ремонтом помещений и должен постоянно быть в контакте с заказчиками. Недавно Виталий приехал на объект и не мог попасть в здание, а дозвониться до клиентов не смог: «Предвещая сложности, теперь пытаюсь заранее узнать обо всех возможных альтернативных способах связи. Например, узнаю́ не только где мне предстоит работать и в какое время заказчики там бывают, но и где они живут и когда бывают дома, чтобы в случае, если мы не увидимся на объекте, я мог попытаться найти их где-то еще».
Почти никакие вопросы больше нельзя решить оперативно, подытоживает Виталий: «С членами семьи порой не можем весь день связаться — и все откладывается до вечера, пока мы не встретимся офлайн».
«Деньги вроде бы есть, но купить ты ничего не можешь»
Жительница Дзержинска Светлана сравнивает блокировку мобильного интернета и сотовой связи с отключением электричества, газа и воды: «Ты привыкаешь к тому, что этот ресурс стабилен, а когда вдруг его лишаешься, начинается паника и истерика».
У Светланы нет физической банковской карты, все покупки она оплачивает наличными или с помощью смартфона, по QR-коду. «Я оказалась в безвыходной ситуации: деньги вроде бы есть, но купить ты ничего не можешь», — говорит Светлана. Теперь она делает онлайн-заказы (на домашнем интернете) или переводит деньги знакомым в обмен на наличные.
Во многих магазинах Нижегородской области есть оптоволоконный интернет, поэтому мобильные шатдауны теоретически не влияют на торговлю. Однако в несетевых супермаркетах и небольших торговых точках интернет раздают с модемов или роутеров на сим-карте. Без мобильного интернета кассиры не могут отсканировать маркировку «Честный знак», а без этого продать сигареты, алкоголь, напитки и молочные продукты не получится.
Жительница Нижнего Новгорода Варвара рассказала «Медузе», что недавно заметила объявление в пункте выдачи заказов Ozon, который расположен в жилом доме: сотрудники просили жильцов дать доступ к домашнему вайфаю за вознаграждение. На витринах других магазинов, по ее словам, иногда встречаются и другие записки — там прямо говорится, что в торговой точке как раз можно оплатить покупки и картой, и с помощью QR-кода.
Варвара зарегистрирована на маркетплейсе как продавец, она часто отправляет посылки заказчикам. Летом 2025 года, по ее словам, процесс заметно усложнился: даже если в приложении со списком пунктов выдачи заказов указано, что отделение работает, на месте может оказаться, что ни забрать, ни отправить посылку нельзя. «Будь у меня мобильный интернет, я на ходу бы переоформила заказ и пошла в другой ПВЗ [пункт выдачи заказа]. А так мне надо вернуться домой, все переоформить и снова идти куда-то наудачу», — жалуется она.
Карта российских регионов, затронутых шатдаунами
Некоторые жители Нижегородской области до отключений мобильного интернета не проводили в квартиры домашний: в нем просто не было необходимости. Когда стало ясно, что блокировка затянулась, они принялись звонить провайдерам с просьбой все-таки подключить их к стационарному интернету. Вскоре выяснилось, что обработать все эти заявки провайдеры не могут, рассказывают «Медузе» жители Нижегородской области: поскольку специалистов не хватает, компании не готовы назвать даже примерную дату приезда сотрудника.
На сайтах по поиску работы и в соцсетях действительно много актуальных вакансий в компаниях-провайдерах. «Моему [знакомому] сказали: „Скорого [подключения] не ждите, как-нибудь обходитесь пока сами“», — говорит жительница Выксы Анна. Как выяснила «Медуза», провайдеры домашнего интернета в Выксе, ссылаясь на нехватку сотрудников, предлагают оставить заявку на подключение и ждать звонка «не раньше чем в конце сентября».
В Нижнем Новгороде таких сложностей, похоже, нет: на горячей линии одного из крупнейших региональных провайдеров корреспонденту «Медузы» рассказали, что на проведение домашнего интернета понадобится максимум неделя.
Некоторые жители Нижегородской области, тем не менее, даже не надеются на то, чтобы получить домашний интернет: если населенные пункты или здания, в которых они живут, не обслуживает ни один провайдер, технической возможности для подключения нет.
В середине июля власти Нижегородской области опубликовали карту публичных точек доступа к интернету. На нее нанесли, например, парки, торговые центры, банки, офисы «Моих документов» и госучреждения. В Нижнем и Дзержинске подключиться к вайфаю предлагается в том числе на «умных» остановках общественного транспорта. В реальности публичный интернет работает далеко не везде.
Варвара из Нижнего Новгорода считает, что ей повезло: на остановке рядом с ее домом есть рабочий вайфай. Об этом она узнала, обнаружив возле остановки толпу людей, уткнувшихся в телефоны. «Это конечная, там обычно максимум пара человек, по которым видно, что они [автобус] ждут. А сейчас там постоянно подростки сидят, — рассказывает она „Медузе“. — Видимо, это все бедолаги, у которых дома нет проводного интернета».
График роста числа шатдаунов в России
Губернатор Никитин обещает, что общественных точек вайфая постепенно станет больше. Светлана из Дзержинска убеждена, что «это не выход»: «Покрытие [одной точки доступа] — 10–20 метров, и, когда на одной точке сидят по 20 человек, ни о какой скорости речи не идет».
К местам с точками доступа в интернет постоянно подъезжают таксисты — по-другому взять заказ они не могут. На второй месяц блокировок в мобильное приложение «Яндекс Про» для водителей «Яндекс.Такси» добавили карту Нижнего Новгорода с обозначением мест, где можно бесплатно подключиться к вайфаю. Из-за проблем с интернетом на линию выходят меньше водителей, поэтому цены на поездки в Нижнем и Дзержинске, по словам собеседников «Медузы», выросли в два-три раза.
В Выксе тарифы не изменились, но только потому, что таксисты работают в основном не через агрегаторы, которые придерживаются динамического ценообразования, а, как говорят сами горожане, «в серой зоне» — через телеграм-чаты, где указаны фиксированные цены. В таких чатах пассажиры описывают свой маршрут, водители откликаются на заказы и списываются с клиентами в личных сообщениях.
После того как в городе пропал мобильный интернет, в телеграм-чатах таксистов регулярно появляются сообщения о том, что водитель и пассажир договорились о поездке, но уже на улице не смогли найти друг друга. Заказать такси по телефону в Выксе практически невозможно. По словам собеседницы «Медузы» Анны, ждать машину в городе с населением 45 тысяч человек иногда приходится целый час.
Мобильные шатдауны влияют и на пассажиров общественного транспорта. Жители Дзержинска жалуются, что им стало труднее планировать поездки. «Раньше можно было отслеживать автобусы по интерактивной карте, а без интернета не знаешь, где какой автобус, — говорит Светлана. — Приходится по 30–40 минут стоять на остановке как в старые добрые времена». Местные жители рассказывают в соцсетях, что общественный транспорт в Нижегородской области в целом работает нестабильно. Сразу несколько пользователей рассказывают в комментариях, что оказались в ситуации, когда последний вечерний рейс не пришел, а заказать такси из-за неработающего мобильного интернета не получилось (пришлось идти домой пешком).
Родители школьников, у которых скоро начнется учебный год, тоже нервничают. Многих волнует, не возникнет ли проблем с доступом к электронному дневнику и как теперь общаться с учителем в родительском чате, следует из комментариев в местных сообществах.
«Все уже привыкли к другой жизни, зачем возвращаться в каменный век?» — недоумевает жительница Выксы Анна, с которой поговорила «Медуза».
Еще сильнее родителей волнует вопрос безопасности детей. Раньше они могли следить за их перемещениями с помощью специальных приложений и звонить по видеосвязи — теперь все это недоступно.
«Я воспринимаю это отключение как бессрочное»
Светлана из Дзержинска пользуется услугами оператора T2. Когда Светлана поняла, что мобильный шатдаун затягивается, она обратилась в службу поддержки и попросила не списывать абонентскую плату, когда сеть не работает. Представители компании отказали Светлане, поскольку у нее нет интернета по независящим от оператора причинам.
В качестве компенсации за неудобства ей подарили 10 гигабайтов мобильного интернета. Это разозлило Светлану еще сильнее: «Зачем нужны такие подарки, если ты не можешь ими воспользоваться?» Спустя несколько дней переписки ей удалось добиться от оператора скидки в 20% на услуги связи. Это была максимальная уступка, на которую согласилась пойти компания.
Варвара из Нижнего Новгорода тоже пользуется T2. После блокировки мобильного интернета она перестала оплачивать услуги оператора: «Мой телефон сейчас — это мертвый кирпич, с которого можно только звонить. А мне это не нужно, я пользовалась [услугами мобильного оператора] только ради интернета».
Житель Дзержинска Виталий — абонент Yota. Он тоже недоволен политикой компании: в начале июня, еще до отключения мобильного интернета, оператор в одностороннем порядке повысил абонентскую плату, а когда начались блокировки, никак на это не отреагировал. «Естественно, дальше платить за отсутствующий интернет я не стал: просто убрал его из тарифа, и стало на 40% дешевле», — рассказывает Виталий. Он считает, что это не только способ сэкономить, но еще и жест. «Возможности давить на власть напрямую у людей нет, остается давить на сотовых операторов — может, [бизнес] сможет повлиять, — объясняет Виталий. — Посмотрим, как они будут выживать».
Собеседники «Медузы» убеждены: они мирились бы с ограничением мобильной связи и интернета, если бы были уверены, что блокировки действительно защищают их дома от беспилотников. «Можно перейти жить и в пещеру — вопрос, ради чего, — говорит Анна из Выксы. — Пока есть подозрение, что отключение интернета — больше показуха, имитация бурной деятельности со стороны губернатора».
Виталий из Дзержинска рассуждает примерно так же: «Над моим домом два-три раза в неделю летают дроны, все в сторону промзоны. [Но] с момента, как отключили интернет, атаки были. Получается, [блокировка] не приносит много пользы».
Светлана, которая тоже живет в Дзержинске, рассказывает, что, хотя в городе вообще нет мобильного интернета, рядом с военными предприятиями связь работает. При этом в своем официальном заявлении о «снижении уровня сигнала вышек сотовой связи» губернатор Глеб Никитин заявлял, что главная задача ограничений — защита «промышленных предприятий, стратегических объектов, которые „интересны“ врагу». Жилые микрорайоны, уверял Никитин, отсутствие связи затронуло лишь потому, что они находятся рядом с промзонами.
Жители Нижегородской области также обращают внимание на то, что в регионе не глушат GPS, — следовательно, украинские военные все еще могут наводить беспилотники, ориентируясь на этот вид сигнала. Это вызывает у собеседников «Медузы» сомнения в том, что истинная цель властей — защита населения от дронов. Виталий из Дзержинска считает, что мобильные шатдауны — это попытка цензуры: «Отключили интернет, меньше информации из оппозиционных каналов в уши населению, больше телевизора. Население тупеет — ну и хорошо».
Документов, в которых бы говорилось о том, кто несет ответственность за отключение мобильного интернета, как технически происходит блокировка и сколько времени продлятся ограничения, в открытом доступе нет, и это еще один повод для недовольства жителей. «От кого исходит инициатива: губернатор, какие-то военные представители, ФСБ? — рассуждает Светлана. — Может, губернатор точно такой же подневольный, которому спустили указивку сверху? А точно ли стоят глушилки — может, [мобильные] операторы сами все отключают?»
Губернатор Никитин заявил, что ограничения будут действовать, «пока сохраняется угроза». «Не сомневаюсь, что дроны летать уже не будут, а людей будут еще не один месяц, а то и год держать без интернета», — считает Виталий из Дзержинска. Светлана допускает, что «свободного мобильного интернета вообще больше не будет», а нынешние ограничения, предполагающие, что люди начнут массово пользоваться публичным вайфаем, — это подготовка к тому, что «вход в мобильный интернет в принципе сделают только по дополнительной аутентификации, например через Госуслуги». Жительница Нижнего Новгорода Варвара уже перестала надеяться на то, что мобильный интернет однажды снова заработает: «Я воспринимаю это отключение как бессрочное. Буду молиться на оптоволоконный вайфай».
Пресс-службы правительства Нижегородской области, компаний «Яндекс» и Yota не ответили на запросы «Медузы»; связаться с пресс-службой T2 не удалось.
К середине августа 2025 года в Дзержинске, Выксе, Навашине и Кулебаках по-прежнему нет мобильного интернета. В Нижнем Новгороде мобильный интернет работает только в Верхней части города.
Если вы в России и вам нужен VPN — попробуйте Media VPN и AmneziaVPN. Их делают наши друзья, а часть средств с продаж отправляют в помощь независимым медиа.
«Медуза»