Насекомые пугали меньше, чем люди. Как умирал «Последний герой», лучшее шоу на ТВ

«Последний герой» — легендарное реалити-шоу 2000-х, покорившее миллионы зрителей. В чем секрет его успеха и каким был главный посыл проекта — разбирается Павел Каныгин

Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента «Продолжение следует»

Вы читаете текстовую версию Разбора

Николай Дроздов и Децл, Максим Покровский и Жанна Фриске, Сергей Бодров и Ксения Собчак, Би-2 и Татьяна Овсиенко… А также: сок «J7» и таблетки «Кагоцел», ящерицы и черепахи, личинки и змеи, и даже немножко… Никиты Джигурды. Всё это могло объединиться, существовать и даже, как ни странно, выживать только в каком-нибудь безумном телешоу, придуманном каким-нибудь отчаянным психом.

«Последний герой» – с большим перерывом выходил с 2001 года и дожил в сильно измененном виде до наших дней. Последний на сегодняшний день сезон «героя», вышедший в 2024, назывался «русским» и прошел на Алтае, шоу вела признанная специалистка по реалити – Ксения Бородина. Но в этом выпуске разборов мне хотелось бы поговорить о том времени, когда программа была еще далека от формата «Дома-2», побрюзжать в стиле «а раньше было лучше» и светло поностальгировать по старому российскому телеку в целом. Предположим, сегодня субботний вечер (даже если нет), мама уже приготовила ужин и на «Первом канале» совсем скоро закончится скучный выпуск новостей c Екатериной Андреевой, после которого вы услышите дикий крик, а в конце запрещенная сегодня группа Би-2 затянет: «ни свой, ни чужооооой, последний герооооой».

---

Рай за стеклом

Наверняка, практически у каждого из вас дома была такая книжка, оставшаяся еще от бабушки с дедушкой. Безумно популярный был роман – «Робинзон Крузо» Даниэля Дефо. Особенно в советской стране. История невольного отшельника, попавшего на необитаемый остров – про одиночество и переоценку ценностей с мощным колониальным и протестантским посылом – волшебным образом превратилась в советской адаптации в манифест труда. Упорная работа не только облагораживает, но и является единственным способом выживания в экстремальной ситуации. Идеально вписывается в социалистическую идеологию. Но я увлекся, а хотел лишь сказать, что каждый, кто вырос в границах бывшего СССР даже если и не читал книгу, то завязку сюжета уж точно знает: обычный англичанин оказывается единственным выжившим после кораблекрушения и проводит 28 лет в изоляции на необитаемом острове. Ну и, кстати, в 2000, то есть за год до выхода первого сезона «Последнего героя», еще и вышел популярный фильм с Томом Хэнксом – «Изгой» – классический пример жанра «робинзонада».

Сегодня «баунти» и другие шоколадки детства исчезают из российских супермаркетов, а в 90-х и начале 2000-х были другие времена, и по телевизору круглосуточно крутили «райское наслаждение». Странно даже, что кокосовой конфеты не было в числе спонсоров проекта. Ну и в целом, любое место, где были пальмы и море (кроме Сочи, пожалуй) вызывало у людей эпохи конца 90-х острое желание туда попасть и попробовать манго с маракуйей, эти неизведанные райские фрукты. В музыкальных клипах того времени тоже нередко мелькал антураж бананов-кокосов. Все эти медиавлияния сформировали романтический стереотип: остров как идеальное место перезагрузки, место, где человек возвращается к истокам и может проверить себя вдали от цивилизации.

И вот эта детская фантазия – выжить в дикой природе – в сочетании со взрослой фантазией зависнуть где-нибудь на Багамах идеально попала во время и в сердца. Когда в реальной жизни людям предложили все это вместе, да еще и в рамках соревнования, да еще и за большие деньги – идея мгновенно увлекла вообще всех без исключения. Были и другие, не менее важные факторы, но о них – позже.

Начало 2000-х в России – это расцвет реалити-шоу, которые приходили на смену легендарному телевидению 90-х. Российское ТВ открыло этот жанр для зрителей программой «За стеклом» – был такой неофициальный аналог американского «Big Brother». Но покупкой прав канал ТВ-6, на котором выходило шоу, не озаботился. В нашем варианте никакие оруэлловские мотивы – а «Большой Брат» – это прямая цитата из романа 1984 – не прослеживались. Разве что в гости к участникам однажды неожиданно пришел писатель Сорокин. «Остальные» могли получать удовольствие во все оставшееся эфирное время программы: участники, круглосуточно находившиеся под камерами, ругались, дрались, строили любовь, а однажды даже занимались ею на камеру еще до того, как это стало мейнстримом. Кому не интересно подсмотреть в глазок за соседом, да ещё и вполне легально?

Причем «подсмотреть в глазок» надо тут воспринимать буквально. Стеклянную квартиру построили прямо напротив Кремля (вы себе такое представляете?) и любой желающий мог, проходя мимо, остановиться и посмотреть, как участники, например, обедают или спят. Критики в газетах и на лавочках у подъездов страшно ругались и клеймили проект за несоответствие ценностям, но смотрели, как завороженные. Рейтинги нового шоу били все рекорды – за жизнью участников наблюдали до 40% телезрителей. Там участвовала даже моя бывшая коллега и приятельница Юля Санкович. Юля, знай, что я болел за тебя.

И вот спустя пару недель после начала трансляции «За стеклом» на главном канале страны стартовал совсем другой проект в жанре реалити.

Выживальщики

Ну и уже по одной только личности ведущего можно было понять, что «Герой» – это нечто бо́льшее, ну или как минимум совсем другое по своей интонации. Сергей Бодров к 2001 году уже сам по себе ассоциируется со словом «герой». За полтора года до выхода шоу прошла премьера второго «Брата», Бодров вместе с одним из авторов российской версии «Героя» Александром Любимовым вел на «ОРТ» (так назывался «Первый канал» в то время) народную передачу «Взгляд». Короче, тон был задан сразу серьезный.

Как-то Бодров сказал: «Ведущим проекта “Последний герой” меня выбирали “всем миром”, как “героя нового времени” – Даниле Багрову спасибо…»

Идея воплотить шоу на российском ТВ принадлежала трем Сергеям – собственно, Бодрову, Кушнереву и Супоневу. Сергей Кушнерев – главный редактор той самой программы «Взгляд», и главный же редактор той самой телекомпании «ВИД», чья заставка до сих пор остается непроработанной детской травмой для многих, кто хоть раз в жизни ее видел. Сергей Супонев – вообще легендарный человек. Автор всех главных проектов моего детства. Один из них – «Зов Джунглей» вообще можно считать предтечей «Последнего героя». Главное, конечно, мне дожить до конца этого выпуска, не разрыдавшись.

Жена Сергея Бодрова Светлана рассказывала, что Кушнерев где-то достал видеокассеты с записью американского «Survivor» – «выживальщик», если совсем дословно. Американский вариант вышел еще в 2000, то есть всего за год до нашей версии. И вот, по словам Светланы, они не отрываясь посмотрели тогда все серии, и тут же принялись воплощать проект у нас. Это для сытого американца тире европейца большой стресс – выживание на острове. Наших людей, закаленных коммуналками и 90-ми, вряд ли таким напугаешь. Проект показали начальнику «ОРТ» Константину Эрнсту, и он дал добро, выделив бюджет. Программа стала самой дорогой в истории российского ТВ на тот момент.

Заявку на участие в проекте, где разыгрывалось 3 млн рублей (около 100 тысяч долларов, кстати, по тому курсу), заполнили тогда около 5000 человек. В одной из газет, где она публиковалась, была приписка – «все очень серьезно». Первичный отбор прошли только 350 человек, их отправили в Москву на собеседование с психологами. В числе этих 350, кстати, была еще одна моя коллега, корреспондентка «Новой» Вика Чуткова. Из ее репортажа выходило, что все действительно очень серьезно:

«Вы вспыльчивы? Боитесь ли публичных выступлений? Могли бы убить человека? Тест категоричен. Ответы «иногда», «возможно», «не знаю» не принимаются. Психолог диктует быстро. Думать и врать некогда. После обработки ответов будет определен психологический тип человека. Это не плохо и не хорошо. Это констатация»

Этот отбор Вика не прошла, а отобранные 58 человек отправились на полигон МЧС, где уже проходили физические испытания. Из пятидесяти восьми выбрали 16. Было много участников и из Украины. Мало того: премьера «Героя» 17 ноября 2001 года состоялась одновременно и на «ОРТ» Эрнста и на украинском «1+1» Александра Роднянского. Как война раскидала тогдашних героев – это, конечно, тема для отдельного разбора. Представить себе сегодня совместный кастинг на телепроект или вообще что-то совместное, увы, невозможно.

Косяк и 10 червяков

Как и обещал Эрнст, на необитаемых островах в архипелаге Бокас-дель-Торо (Карибское побережье, на границе Панамы и Коста-Рики) собрали максимально разных людей. Был там, например, огромный качок Сергей – самый сильный человек России по какой-то из версий. Был 63-летний пенсионер Борис из Омска. Была красавица-модель Инна Гомес. Грубоватый таможенник, ветеран войны в Чечне Сергей, который в конце стал победителем проекта, а потом – вообще депутатом заксобрания Курска. Девушка-органистка, студент, бизнесмен… Короче, любой типаж из окружающей действительности, который возможно было себе представить. Каждый мог выбрать героя и соотнести его с самим собой.

В общем, как я и говорил, тут все сложилось просто идеально: промозглая осень, когда еще больше, чем обычно, хочется на райские острова, робинзонада, культовый ведущий, новый формат шоу и новизна реалити в принципе, харизматичные герои из народа… Идеальный продукт! Премьерный выпуск «Героя» побил рекорд «За стеклом», собрав у телевизора чуть меньше половины всех зрителей страны – 44%!

Ну а что главные герои? Отбор они, допустим, прошли, прививки от экзотических болезней сделали, с родными попрощались навеки… Остается самый главный вопрос: перед тем, как вас бросят в воду и вы поплывете на остров, где проведете 40 дней. Надо решить, какую вещь, помимо стандартного набора одежды, взять с собой? Всего одну. Ножи, зажигалки, спички – под запретом. Кирилл Толмацкий «Децл», например, взял с собой брикет марихуаны. Представляете, и ничьи нравы не попрал. А я бы взял ручку и бумагу… Хотя они бы наверное промокли. А вы бы что взяли? В общем, жду ваши ответы в комментариях.

Итак, группу участников делят на два племени – в первом сезоне это были «Черепахи» и «Ящерицы». Каждые три дня команды соревнуются за тотем, который дает племени неприкосновенность. А проигравшее племя голосует за изгнание одного из соплеменников на «тайном совете». Подобную систему иммунитетов применяли позже и в том же «Доме-2», который вообще многое перенял у «Последнего героя». Кроме смысла, разве что.

Ну и параллельно соревнованию за тотем, каждые два дня устраивались испытания за еду, снаряжение, послание или звонок из дома. Когда количество участников сократилось до восьми, их объединили в одно племя. В финале, куда проходят двое, голосовали все ранее выбывшие участники. Так и определялся победитель.

И да, с первого же сезона героев заставляли есть всякую гадость. А всего за первые 6 сезонов участники съели: 3 кг личинок кокосового жука, полкило опарышей, 12 кузнечиков, 10 дождевых червей, одну летучую мышь, одну игуану и одного осьминога. Простите, список не полный. Добавил только тех, кого было особенно жалко.

Доля аудитории финальной серии первого сезона составила почти 64%.

Скандалы, интриги, разборки

Через 7 с половиной месяцев после того, как последнюю серию реалити показали по ТВ, в сентябре 2002 Сергей Бодров погиб вместе с остальными членами своей съемочной группы в результате схода лавины в Кармадонском ущелье в Северной Осетии. В любом случае, Бодров не собирался вести второй сезон – когда его съемки начались, он уже был занят работой над тем самым фильмом. И я не люблю все эти мистические, пугающие страшилки – они обесценивают реальную человеческую трагедию. Но символизма в его гибели не заметить невозможно. И не только для телепроекта, конечно, а для всей страны. Символично и то, что тело Сергея Бодрова до сих пор не найдено. И я даже не стану расшифровывать эту мысль. Думаю, и так всем понятно, что героя мы тогда потеряли, а нового до сих пор не обрели.

Меньше, чем за год до трагедии в Кармадонском ущелье, погиб друг Бодрова и еще один создатель программы Сергей Супонев. Он разбился, катаясь на снегоходе. Но все эти события, конечно же, не могли, да и не должны были повлиять на дальнейшую судьбу самого успешного на тот момент телепроекта в истории страны. Тем более, что съемки второго сезона, как я уже говорил, начались еще до гибели Бодрова.

Новым ведущим стал… А вот сначала зрителям, как и участникам, было вообще неизвестно, кто им стал. Первые дни с людьми на острове общался таинственный голос и пейджер, на который участникам приходили задания. Прием, опробованный на отечественном телевидении задолго до «Героя». В выпуске про «Что? Где? Когда?» мы подробно рассказывали, как его ведущий Владимир Ворошилов долгое время вынужденно не появлялся в кадре – а позже это стало фишкой программы. Правда с таинственностью в случае «Героя» долго тянуть не стали, и на шестой день перед участниками предстал… Дмитрий Певцов.

Это сегодня вы знаете Дмитрия Певцова как депутата от актеров и несгибаемого поборника самых ценных ценностей нашего общества. А тогда Дмитрий Анатольевич, как и его полный тезка, кстати, был совсем другим человеком. Воплощение мужественности и спокойствия, но при этом без жлобского маскулинного напора. Конечно, у Певцова не было этого неуловимого «второго слоя», какой был у Бодрова, и конечно, он не воспринимался как герой поколения. Но в качестве «хранителя игры» про выживание – просто отличный кандидат, на мой взгляд. В прессе того времени, кстати, писали, что среди тех, кого рассматривали на роль ведущего, были Дмитрий Нагиев, Марат Башаров и даже Земфира.

На фоне успеха первого сезона добровольцев, желающих испытаний и все тех же 3 миллионов рублей, стало уже не 5 тысяч, а 55. И это все еще были не звезды, а простые смертные. Второй сезон запомнился в первую очередь введением новых механизмов в игру. Одним из главных стали банковские карточки. У каждого участника теперь был персональный счет на острове. На заработанные в конкурсах деньги можно было купить себе все, что пожелаешь, даже тотем с иммунитетом. Но не спешите обвинять проект в цинизме и коммерциализации. Как ни парадоксально, такая система была введена как раз для того, чтобы сбавить влияние заговоров и подковерных интриг на результаты игры.

Стал ли победителем первого сезона самый достойный? Или лучших утопили еще до финала? Вопросы к «моральному облику» программы, конечно, были. В одной из критических статей я встретил такой комментарий: «было в “Последнем герое” что-то удивительно советское – есть нечего, уехать нельзя, уезжающий же считается изгоем, и все время гоняют на собрания с проработкой». Довольно остроумно, но все же я не совсем согласен.

Интриги, может быть, и не совсем чистый прием, но в этом-то вся и суть. Вроде бы во втором сезоне, по крайней мере по ощущениям, заговоров стало меньше. С ними вообще всячески боролись, например, однажды перетасовав команды. Но вместе с этим шоу и многое потеряло. Понятно, что можно выявлять «героя» и в честной игре, исключительно по принципу «быстрее, выше, сильнее». Но тогда, уверен, программа бы превратилась в сплошную беготню, во что-то по типу «Форта Боярда». Тоже, конечно, очень интересно, но все же… Без драматизма, без предательства, без интриг – нет цепляющей истории. Обратитесь к лучшим. К Шекспиру, например. Об этом же постоянно говорил Бодров – самая суть проекта – наблюдать за тем, как люди проявятся в тяжелых условиях, и пускай даже не самым лучшим образом.

Постановочное шоу?

В третьем сезоне от карточек отказались, и шоу вернулось к первоначальному формату. С той лишь разницей, что теперь на остров забросили известных людей, тем самым открыв «ящик Пандоры» на российском ТВ. С тех пор звезды стали драться на ринге, кататься на коньках, танцевать и так далее. То ли из-за состава участников, то ли из-за того, что такое в то время было в новинку, но после второго сезона (не то чтобы провального) третий реально смотрелся как ренессанс. Его ведущим стал мегапопулярный и вездесущий Николай Фоменко. Фоменко был прекрасен. Любой проект, который он вел, а их было очень много, становился лучше благодаря одному лишь его присутствию. Но если в замене Бодрова на Певцова была хоть какая-то попытка придать шоу дополнительные пласты смыслов, то на этот раз от «сверхидеи», как это называется в театре, явно отказались. И тем не менее, третий сезон, а вместе с ним и четвертый (его вел актер Александр Домогаров) – были сверх-душевными.

Что тогда, что сейчас люди спорят, а действительно ли на шоу было все честно? Особенно тяжело поверить, что певиц, актеров и прочих утонченных натур действительно заставляли выживать. Известно, что по правилам участникам выдавали 2 литра воды и по 200 грамм риса в сутки, но этого, как вы понимаете, хватает разве чтобы не упасть в голодный обморок, не больше. Поэтому и ели герои всякую дрянь типа тех же личинок и кузнечиков. Умереть там, конечно же, никому бы не дали. Врачи и спасатели всегда были рядом. Это все-таки телевизионная передача… Каких-то достоверных свидетельств того, что героев подкармливают, или того, что на ночь они уезжают в отель, или того, что авторы заранее готовят сценарий и диалоги, а победителя определяют еще на стадии кастинга – нет. За столько лет существования проекта, в котором приняли участие тысячи людей – авторы, съемочная группа, администраторы – кто-то бы уже проговорился. Да и в любом случае, фальшь мы бы все разглядели, как несложно было ее разглядеть в других реалити.

Однажды только Никита Джигурда заявил, что его как-то там обманули с контрактом и пытались заставить играть роль дикого варвара, который будет таскать женщин за волосы. Действительно, с чего бы это такая роль? Все, конечно, может быть – это было в шестом сезоне, когда к «Последнему герою» уже вплотную подобрался «Дом-2» в лице их общей на тот момент ведущей Ксении Собчак. Но что-то мне подсказывает, что Джигурда таким образом просто пытался оправдать свою нежную натуру. Вместе с писателем Виктором Ерофеевым они отказались участвовать в первом же испытании.

А вот свидетельств того, что на острове всё было по-настоящему, действительно очень много, причем не только словесных. Певец Владимир Пресняков сбросил более 15 кг, ведущий Иван Демидов – 13. Ну и так далее. Я, как и многие, кто следил за программой, хорошо помню один эпизод: это было в четвертом сезоне, и Николай Николаевич Дроздов – тот самый голос из «В мире животных» – тогда сильно сдружился с 20-летним Децлом, что само по себе было безумно трогательно. Короче, лучше бы Николай Николаевич тогда упустил своих жаб. Суп из них позже ели всем племенем, ничего не опасаясь. Ну потому что кто, если не Дроздов, разбирается в том, что можно есть, а что нет? В общем отравились все, а певца Влада Сташевского вообще тогда еле откачали.

Не менее трогательная дружба в том же сезоне случилась и между покойной Жанной Фриске и запрещенным сегодня Максом Покровским. И даже разница в жанрах, в которых эти двое выступали, не послужила преградой. Кстати, отчасти благодаря «герою» Жанна Фриске сумела выпрыгнуть из амплуа рядовой поп-певицы из очередной группы «поющие трусы». А Покровский написал песню, в которой много раз в припеве признавался, что он, кто угодно, но только «не последний герой».

И самое интересное, как по мне, происходило, вне конкурсов и вне голосований. Как построить лагерь, что есть, и самое главное, как ужиться вместе с таким разным людям, каждый из которых личность, и при том, что у каждого есть серьезных стимул сожрать остальных? Были совершенно мерзкие истории, как например драка ведущей Даны Борисовой с актрисой Татьяной Догилевой в третьем сезоне, а были безумно трогательные. Помню, как однажды актриса Елена Проклова выиграла конкурс, и ей позволили сделать звонок домой, но только пятиминутный, не больше. Проклова не стала занимать все время, а оставшееся позволила использовать остальным, чтобы они тоже могли поговорить с родными.

А еще я хорошо помню красивую лав-стори из первого сезона между Сергеем Сакиным и Анной Модестовой. Участники познакомились еще на кастинге и сразу начали встречаться. Отбор прошли оба, но попали в разные племена. И вот однажды он смастерил из каких-то палок ее имя и поджег, так чтобы ей было видно с другого острова. Поженились они прямо там же, на острове. И нет, это не было постановкой. Пара долгое время была вместе, и за кадром же у них родился ребенок.

Прощай, последний герой

Пятый сезон шоу вел режиссер культовых «Любовь и голуби» и «Москва слезам не верит» Владимир Меньшов. Это было неожиданно и явно воспринималось как попытка сделать шоу более домашним и уютным, «свойским». От героизма и драматизма ушли уже так далеко, что невозможно было поверить в то, что первый и пятый сезоны – части одной и той же программы. А шестой, вышедший в 2008 году, как я уже говорил, вела Ксения Собчак. И в этот раз убили и душевность. Вспоминается разве тот скандал с Джигурдой. Не спасли сезон ни другие звезды, ни сама Ксения в образе Лары Крофт из культовой компьютерной игры.

Шоу себя изжило. Это было понятно и зрителям, и создателям. Вернулось оно в сильно измененном виде только в 2019 году. Его создатели – известные кинопродюсеры Федорович и Никишов – зашли сразу с козырей. Выживать спустя 10 лет отправили экстрасенсов и актеров. Забавно, как сильно поменялась сумма выигрыша. Если в конце нулевых это были 3 млн рублей, то в конце 2010-х уже только 2 млн – это 30 тысяч долларов. Напомню, что в 2001 приз за победу был равен сотне тысяч американских баксов. Что сказать? Инфляция.

Ну, видимо, сумма до того была смешна для экстрасенсов, что рассказать вам об этом сезоне, впрочем как и о последующих – нечего. Разве только, что ведущей одного из них была запрещенная сегодня в России актриса Яна Троянова. После начала большой войны она уехала из России, и на ее место, как я и говорил, встала Ксения Бородина. Самый последний на сегодня сезон, стал самым первым, проведенным в России. Алтай, конечно, совершенно прекрасен и я уверен, что у создателей было 1000 вариантов, где провести очередной островной сезон. Но чувствуется в этом некоторая неловкость, игра в поддавки: первый «русский сезон» происходит именно в тот момент, когда страна фактически закрылась от всего мира.

Тут по сценарию у нас должны быть долгие и тягостные размышления на тему того, как менялся герой нашего времени. От Сергея Бодрова до Ксении Бородиной. От Владимира Преснякова до последнего безымянного ясновидящего, от «Остаться в живых» до «Остаться семьей».

Бодров, как я и говорил, сам по себе привносил в шоу серьезность, даже если бы ничего не говорил. Но чуть ли ни при каждом своем появлении, он так или иначе пытался донести философию проекта. Таким образом создатели всячески подчеркивали, что это реалити – нечто большее, чем просто развлекалово. Я уверен, что даже если до кого-то так и не дошла центральная идея проекта – в любых условиях надо оставаться человеком – успех шоу, реальный успех, его культовость, которую не измерить рейтингами, пришел именно потому, что в нем было заложено это «нечто большее».

Шоу позиционировали и как социальный эксперимент и как нечто образовательное. Оно было и мелодрамой и комедией, и вызывало спортивный интерес. Были, как я уже говорил, и дрязги, и сговоры, но обусловленные реально тяжелыми условиями, соревнованием, непростыми характерами. В этом смысле шоу «За стеклом» или любые другие аналоги проигрывали «Герою», вымучивая скандалы на ровном месте. Все что происходило в первых «Последних героях» было естественным проявлением человека в экстремальной ситуации. Понятно – то, что видели зрители – было профессионально смонтировано и самое скучное ими было вырезано, а самое интересное – драматически подчеркнуто. Но опять же, потерянные килограммы, как и человеческие эмоции, смонтировать невозможно.

Глядя на людей старше меня, наблюдая, как они вздыхают о прошлом, не будучи даже еще глубокими стариками, больше всего я боялся когда-нибудь впасть в это состояние ума, когда ты не отдаешь себе отчет, что вздыхаешь не по старому телеку и не по большим деревьям, а по себе и по тому, каким ты был в то время.

В начале нулевых тоже были серьезные люди, которые ругали «Последнего героя» за попсовость, говоря что-то в стиле «вот «Что? Где? Когда?» это – да, а это все… «А ну марш в постель!». Ну и так далее. А теперь я вроде и сам такой. «Время героев прошло», «Суп из жаб никто не варит», «Фриске тогда надо было голосовать против Началовой»… Не хватает только заорать «мы потеряли страну» и отшвырнуть таблетки.

Но пока я еще совсем нестарый и вроде осознаю, что телевизор может и был лучше (точно был), но дело ведь не в нем как таковом. Скучаю я не по «Последнему герою», а по себе 14-летнему, который мог часами сидеть у экрана, не чувствуя пустоту, представляя, как из палок построю себе шалаш и наловлю жаб на ужин. А позже – представляя, что на острове у меня случится роман.

А еще позже – думая про то, что главное там не оказаться полным мудаком.

Ну а потом пришлось оторваться от телевизора и пойти работать. И вот уже надо брать ипотеку, а семью одними жабами не прокормишь, да и если бы можно, то где их ловить-то? Ну и естественно, сами по себе в голове возникают фразы по типу «время героев прошло». Уверен, что нет на самом деле. Просто мы их пока не разглядели как следует. Ну или они прячутся, чтобы эффектно появиться в последний момент.

Не сомневайтесь, продолжение следует.