Оригинал материала
От фольклористов до анархо-коммунистов
Что представляет собой московская молодежная культура в 2025 году? Репортаж Анастасии Анисиной
Культура чутко реагирует на милитаристский сдвиг и усиление репрессивного аппарата в России. Но, как дерево сквозь бетон, неформальные объединения находят где прорасти. Рассказываем, что происходит с молодежной культурой в Москве на четвертый год военных действий в Украине и сильнейшего идеологического давления внутри страны.
«Дурь»
— О, здорóво! Пять лет не виделись.
— Мы месяц назад виделись, чувак.
— Жесть, тут все те же люди, что вчера.
Промзона у станции «Семёновская» в Москве начинается с линии товарной железной дороги; рельсы разрезают улицу и уходят в заросли зелени. Чтобы попасть на концерт, нужно пройти вдоль железной дороги через КПП и вглубь, сквозь лабиринты корпусов складских, производственных и офисных помещений.
В продолговатое помещение на втором этаже поднимаются по пожарной лестнице. Здесь проходят мероприятия анархистских молодежных объединений на тему горизонтальности в команде, коммунитаризма и нейроотличности. Пространство создали энтузиасты для своих. Этой ночью здесь будет вечеринка объединения с говорящим названием «Дурь», что удивляет даже самих организаторов со стороны площадки: пространство привыкло к более спокойным и интеллектуальным мероприятиям.
— А если я знаю N* [имена удалены в целях безопасности], сделаете скидку?
— Тут все его знают. И мы, к сожалению, — отвечают организаторы на входе.
Пришлось заплатить тысячу рублей. «Чпок» — печать на руку, и вперед, мимо бара, по узким коридорам, навстречу шуму аудиосистемы.
Сцена у вечеринки одна, и по ней бродят от силы пять самых закаленных тусовщиков, тех, кто способен выдержать звуки навязчивого индастриал-нойза. Остальные гости события традиционно ютятся в курилке на балконе — других досуговых зон мероприятие не предполагает.
Пара ребят громко и долго обсуждают положение квир-людей в современной России, пригожинский бунт и отцовский бизнес, потягивая ашкьюди.
— Мне теперь страшно там появляться [где конкретно, неизвестно. — Прим. авт.].
— Ну, ты не говори, что ты лесбиянка, и все нормально будет.
— Все равно страшно.
Из курилки они выходить не собираются, да и некуда, разве что вниз, где собралась самая большая компания — безбилетники.
— О! Сотку налутал [«настрелял». — Прим. ред.], надо еще сотку, — вскрикивает парень в темной мешковатой одежде.
— А я на одной тусе тыщу налутал, за 20 минут набухался и домой поехал, — солидаризируется с ним фейсконтрольщик.
Ребята у входа одеты в дрейн-стиле [«дрейн» — это отсылка к культуре эмо и готов, стиль вдохновлен группой шведских клауд-рэперов Drain Gang. Характерные черты: черный цвет, многослойность, цепи, нарочитая неаккуратность. — Прим. ред.]. Большинство уже порядком опьяневшие. Хотя, возможно, они просто для крутости имитируют нетрезвый вид; многие из них выглядят несовершеннолетними.
Тусовки объединения «Дурь» проходят с 2022 года, и первая случилась за две недели до начала полномасштабной войны в Украине. Спустя полгода молчания вечеринки возобновились, но уже с промоушеном в духе времени. Текст одного из рекламных роликов звучит так: «А мы танцуем буги-вуги в фашистской диктатуре! Танцуй, пока дают». За три года существования «Дури» на вечеринках объединения играли в основном низовые и малоизвестные артисты, но на пике популярности на одной из вечеринок промогруппы даже выступил легендарный Пахом.
В начале пути «Дурь» собирала толпы неформальных молодых людей, задействуя большие площадки и приглашая разножанровых исполнителей. Но закрытие локальных клубов и другие факторы существенно сжали масштабы вечеринок: «Никакой Cure сюда не приедет еще лет 50, и это пиздец, что нет обмена никакого на самом деле, — рассказывает один из организаторов вечеринки. — Конформизм москвичей, которые не хотят идти от метро дольше пяти минут, отсутствие культуры поддержки групп и тус, нет громких привозов, места закрываются… одно на другое — и получается в анамнезе хуевая картинка. Обычным чувакам прикольно в бар зайти в центре, диджей играет, не играет — по хую, на самом деле они побухать пришли».
«Я знаю, что встречу тут всех своих»
Еще одна площадка знакома каждому столичному активисту. Здесь проходят вечера чтения писем политзаключенным, лекции правозащитников, встречи левых сообществ и группы психологической поддержки. Помимо мероприятий активистского толка, тут бывают кружки рукоделия и кинопросмотры.
Сегодня здесь благотворительная ярмарка в поддержку проекта. Все вырученные средства от продажи книг, одежды и рукодельных товаров пойдут на оплату аренды и поддержание работы.
В подвале проходит политический квиз. Вопросы непростые: нужно помнить всех путинских двойников, уметь определять выдуманные и реальные посты Дмитрия Медведева. На столах — стопки литературы. Нашлось место и для архивных выпусков «Новой газеты» 2021 года, теперь уже раритетных.
У входа вышли подышать два студента в одинаковых камуфляжных куртках, усыпанных значками и патчами с флагами государств и логотипами рок-групп:
— А что у тебя за патч на правом плече?
— Это флаг Республики Фиуме. Ее конституцию составляли вместе коммунисты, анархисты и фашисты. Там было прикольно, что…
— …кокаин раздавали, — подхватывает камуфляжный напарник.
— Да, и бесплатные бордели были. Они воздушным пиратством занимались: по праздникам разбрасывали из самолета пакетики с порошком.
«Я знаю, что приду сюда и встречу всех своих: ребят из активистской тусовки, коллег из „Мемориала“, знакомых со школы, — рассказывает Алексей, мужчина интеллигентного вида в очках с квадратными линзами и скромной спортивной одежде. — Таких мест в Москве больше нет, разве что памятник Окуджаве девятого мая, в день рождения Булата Шалвовича. Уже 40 лет подряд в этот день люди собираются у мемориала, поют и читают стихи. Ценно, когда есть такая возможность — собраться в кругу единомышленников».
Парень в черной кожанке со значками партии «Яблоко» и панк-группы «Порнофильмы» в очереди за веганскими вафлями умело показывает фокус: «Вытаскиваете валета пик — донатите 100 рублей, даму червей — 50 рублей мне». Пришлось перевести сотню, но для площадки не жалко было отправить и больше.
«Негатива и так слишком много в мире»
«Корпорации — это Вавилон, SAGA — это некоммерческое предприятие, за эту независимость дайте шуму, друзья!»
Вокруг импровизированной сцены с пультом прямо на крыше пикапа на Болотной площади собираются толпы молодых людей. Вход на тусовку свободный, но большинство случайных прохожих предпочитает наблюдать происходящее с безопасного расстояния — Патриаршего моста, соединяющего остров и храм Христа Спасителя. В воскресный день гости вечеринки закономерно предпочитают физическим активностям потягивание пива на коврах сбоку от сцены. Танцуют только самые энергичные. В основном играет задорный хип-хоп, но есть и джаз саксофониста из Техаса, и сет в стиле джангл диджейки из Бразилии. Аудитория вечеринки — модные миллениалы с ориентиром на американский стиль одежды: худи с принтами, кеды и кепки.
Ровно год назад в арт-кластере на месте фабрики «Красный Октябрь», до отказа забитом вычурными дорогими заведениями, внезапно стали появляться музыканты. Они выставляли диджейку прямо на улице, напротив кофейни SAGA — проекта электронного музыканта Андрея Ли («Директор всего»). Вокруг собирались толпы молодежи. «Я вернулся из жаркой страны и решил поставить вертушку прямо здесь — и получился пожар. Я не могу подобрать слов», — говорит со сцены сооснователь проекта SAGA, диджей и музыкант Паша Вонда. Сегодня команда с размахом отмечает годовщину проекта, целый день на опен-эйре выступают друзья владельцев.
За год микрокофейня с двумя посадочными местами собрала вокруг себя объединение артистов, организующих бесплатные вечеринки под открытым небом, а этажом выше открылся одноименный аудиобар с виниловыми пластинками (аудиобары, или listening bars с английского, — заведения, в которых акцент делается на прослушивании качественной музыки, а звук выступает одним из главных элементов интерьера). «SAGA — это комьюнити. Главные ценности для нас — свобода и позитив, — рассказывает Лала, соосновательница проекта. — Мы недавно вернулись из Южной Африки, привезли много классной музыки. Жизнь слишком коротка, чтобы ставить себе рамки, а негатива и так слишком много в мире».
«Сейчас очень много техно. Ночные тусы мне не очень нравятся, сейчас вижу себя в другом, и поэтому стиль музыки, который играет на „Саге“, он просто суперский, — рассказывает Ларан, хореограф и танцор уличных стилей. Ларану на вид около двадцати семи, он одет в свободную одежду с интересными деталями, например с вязаной панамой. — Под него можно и танцевать, и классно проводить время. Все люди классные, интересные, за ними интересно даже просто наблюдать со стороны. Это дает классное ощущение от нахождения в пространстве. Так как у ребят классный плейс [с англ. «место». — Прим. ред.] мне, например, сразу в голову приходит сделать тут какой-нибудь танцевальный ивент».
К закату вечеринка разрастается, принимая фестивальный вид. На очереди хедлайнеры «Кассета», MC Сенечка и «Директор всего». Толпа разразилась криком под любимые треки артистов, а парни из компании уличных танцоров, весь день прятавшие от публики свой профессионализм, наконец знатно напились и пошли разрывать сцену нижним брейком.
— Уникальность нашего проекта — в первую очередь в людях и той любви, которую мы вкладываем в это дело, — рассказывает Андрей Ли («Директор всего»), один из основателей «Саги».
— Почему люди приходят?
— Потому что здесь они чувствуют себя как дома. Им интересно видеть таких же, как они. Что-то в душе откликается, понимаешь?
— Почему вам важно оставаться независимыми от корпораций?
— Когда вкладываешь частицу себя, это очень ценно в проекте. И конечно, нам на самом деле хотелось бы посотрудничать с какими-нибудь корпорациями. Но та искренность, которую мы транслируем, она исключительно наша. И не так просто найти партнеров, которые эти ценности разделяют. Все строится чисто на нашем энтузиазме и любви к этому делу.
— Почему вечеринки бесплатные?
— Мне кажется, для Москвы такой формат сейчас актуален как никогда, во-первых, а во-вторых, у нас стопроцентная летняя площадка. И мы как-то даже не задумывались, что надо типа делать платный вход. Мы в целом за максимальную открытость, чтобы люди, которые гуляют по мосту, по «Красному Октябрю», могли просто увидеть, услышать что-то, их что-то цепанет, и они могли бы без проблем зайти и погрузиться в наш вайб, в нашу «Сагу».
«Плыл по городу запах сирени, До чего ж ты была красива»
Во дворике православной школы на Малом Златоустинском необычно оживленно. Здесь вечер пятницы празднует компания из 50–60 молодых людей на «последнем концерте» группы «Ива» и «Горный чай». Как расскажет потом участник групп Лёша Николаев, концерты еще, конечно, будут, а это такой затянувшийся прикол: называть каждый концерт группы «Ива» последним.
Лёша родился в семье священника, у него семь братьев и сестер, и музыкой он начал заниматься с самого детства. Молодые люди объединились на свадьбе друзей, чтобы сыграть каверы на популярные народные и эстрадные песни, а потом затянуло, и появилась «Ива».
«Плыл по городу запах сирени, до чего ж ты была красива… — поет солист группы „Ива“ Иван Сахаров песню Валерия Залкина. Народ подпевает хором, и появляется ощущение, будто на несколько секунд все вокруг становятся друг другу какими-то родными. — Я твои целовал колени и судьбе говорил спасибо».
Аудитория концерта — молодые люди в свободной одежде из натуральных тканей, местами с этническими мотивами. Большинство ребят причисляет себя к фолк-комьюнити, изучает фольклорные песни и народные танцы и ходит на вечерки — традиционные вечерние собрания молодежи. Так или иначе, все друг с другом знакомы.
«Фолк-сообщество — это не какая-то там партия, куда нужно оформить документ, чтобы вступить. Это просто комьюнити, причем это могут быть совершенно разные люди. Однажды познакомишься с фольклором, немного туда углубишься, и ты в это комьюнити попадаешь сразу. А дальше — как повезет, с какими компаниями будешь слушать и разбирать материалы, песни учить», — рассказывает Лёша Николаев.
Скрипка, аккордеон и контрабас сливаются в благозвучии, а народ пьет травяной чай в импровизированном корнере или потягивает вино из горла. За «Ивой» сразу выступает «Горный чай», Лёша «перепрыгивает» с контрабаса на гитару и микрофон. Жанр объединения определить непросто. «Фолк, разве что негритянский. Ближайший стиль, наверное, все-таки блюз», — рассказывает Лёша. В «Горном чае» он фронтмен группы.
«Я не хочу работать. Мне абсолютно западло работать» — звучат строки хулиганской песни, а разогретая аудитория постепенно уходит вразнос.
«Мне очень повезло, потому что вместе с родителями я оказался на фестивале „Семейный круг“ [ежегодный фестиваль традиционной культуры. Организаторы фестиваля — фольклорный союз Ярославской области. — Прим. ред.], когда мне было девять лет, что ли. С тех пор я стараюсь гонять туда каждый год. У нас собралась компания молодежи, которая тоже на этом фестивале тусила, и все они стали моими лучшими друзьями», — рассказывает Лёша.
В 2020-х годах фолк-комьюнити стало активно расти. «История с войной и отменой русских на Западе или отмены нерусского в России очень многих людей всколыхнула и заставила искать свое. Кто-то к этому пришел через очень патриотичные настроения, а кто-то — через попытку разобраться, что мы вообще такое», — рассказывает Нина Вагайцева, фолк-музыкантка, собирательница фольклора и блогерка из Санкт-Петербурга. Нина рассказывает о фольклоре в своем блоге в инстаграме (Meta признана в РФ запрещенной организацией).
В Москве масштабные вечерки проводятся два раза в год — на День города (7 сентября) и на 9 Мая на Патриаршем мосту. Организация происходит стихийно, люди просто знают, что это произойдет, и собираются ближе к вечеру на песни и пляски. Несмотря на то что мероприятие никто не согласует, тусовку не разгоняли еще ни разу. «Последнее время все уже, видимо, поняли, что все собираются в одном месте. И приходят полицейские, рядом обходят, смотрят, что происходит, видят, что все нормально, и уходят», — рассказывает Настя Власова, участница фолк-сообщества «Товарищество „Вечерняя Москва“». Настя с друзьями-фольклористами организует вечерки по всей России и создает фолк-лагерь для молодежи.
«Для большинства важно именно чувство объединения, потому что сейчас люди очень мало поют вместе. А фольклор дает возможность сотворчества, чувство, что вот мы вместе. Вы можете спеть песню с человеком, с которым полгода не виделись, и пусть ты убежишь дальше, но этот контакт состоится и получится очень качественным», — рассказывает Нина Вагайцева.
«Фолк-клуб для меня — в первую очередь это общение с людьми. Это прямо меня очень радует, потому что чувство, когда ты в хорошей компании поешь песню… ну, это так тяжело передать, сформулировать…» — говорит Лёша Николаев.
Москва расчеловечивается на каждом шагу: общественные территории редеют, независимые пространства закрываются, а люди уезжают. Но пока необходимость искать себя, комьюнити и творческую реализацию есть, молодые москвичи продолжат искать способы самоорганизовываться, творить и отрываться вместе. Пока дают.