Иностранные реагенты. Российский ВПК критически зависит от импорта химической продукции, в том числе и западной, выяснил The Insider

На 90% от импорта зависит каталитическое производство водорода.

Цеолиты — основа самых разнообразных катализаторов. Из них в России, как сообщает Академия наук, производят только цеолиты типа Y и ZSM-5, а другие типы, которых нужны сотни тонн, импортируются.

«Проблема заключается также в том, что нефтехимия требует гораздо большего разнообразия катализаторов (их номенклатура насчитывает более ста наименований). В то же время потребность в каждом отдельном катализаторе гораздо меньше, чем в нефтепереработке: около 50–100 тонн в целом по стране. Налаживать производство для такого малого тоннажа предприятиям невыгодно, — объяснял в начале войны заместитель директора Института катализа им. Г. К. Борескова Александр Носков. — Это пытались сделать в СССР, когда промышленность была настроена на самообеспечение, но после перехода на рыночную экономику бóльшую часть катализаторов для нефтехимии стали закупать за рубежом».

До 2022 года основными импортируемыми марками катализаторов в России были Axens, UPO и Criterion. Специалисты из РАН отмечают, что Россия полностью зависима в части катализаторов для гидроочистки нефтепродуктов (применяются для удаления серосодержащих примесей) и в части катализаторов, которые нужны для получения арктических сортов дизельного топлива.

По словам Носкова, «другое уязвимое направление в области нефтепереработки — это катализаторы получения зимних и арктических топлив (объем потребления — 200–250 тонн в год). Эти технологии базируются на импортных катализаторах, и быстрая замена здесь вряд ли возможна».

Зависимость от импорта сохраняется по таким технологическим процессам нефтепереработки, как олигомеризация алкенов, гидродеароматизация и гидродепарафинизация, а также по получению сырья для большинства полимеров (кроме каучука и поливинилхлорида).

Западное оборудование для газохимии

В газохимическом производстве ситуация не лучше: заводы по производству метанола из метана до самого последнего времени предпочитали оснащать датскими катализаторами Haldor Topsoe.

В 2021 году линию для производства аммиака (а значит, и карбамида, и азотной кислоты) для «Тольяттиазота» должна была построить швейцарская фирма Casale. Эта линия была запущена в 2023 году. Мощности по производству аммиака совместно с «Куйбышевазотом» строила MET Development, дочерняя фирма итальянской компании Maire Tecnimont, а лицензировала Stamicarbon. Аммиак и его производные используются всюду, но для военных нужд критично производство азотной кислоты, которая нужна практически для всех взрывчатых веществ.

Производство катализаторов: объемом не вышли

Специалисты отмечают, что «самая узкая проблема российской нефтеперерабатывающей промышленности в области импортозамещения — катализаторы гидроочистки и гидрокрекинга». Первая в России линия по производству катализаторов для гидрокрекинга была запущена Роснефтью в 2022 году — в Стерлитамаке с помпой рапортовали о запуске завода. Задача линии — частично заместить ввоз катализаторов для гидрокрекинга.

С 2019 года в Омске строится катализаторный завод «Газпромнефть — Каталитические системы». Предусмотренная мощность — 21 тысяча тонн катализаторов в год (4 тысячи тонн катализаторов гидроочистки, 2 тысячи тонн катализаторов и 15 тысяч тонн катализаторов каталитического крекинга).

Однако этих объемов недостаточно. Как отмечал Носков, катализаторов гидроочистки и гидрокрекинга Россия потребляет соответственно 3,5–4 тысячи и 1–1,5 тысячи тонн в год.

Как Иран помогает с катализаторами

Поэтому Россия вынуждена обращаться к дружественным странам, таким как, например, Иран. Так, с 21 марта 2023 года по 20 марта 2024 года Тегеран, согласно заявлению генерального директора иранской National Petrochemical Company Мортезы Шахмирзаи, экспортировал 500 тонн материалов для катализаторов для нефтехимии. По словам Шахмирзаи, взаимодействие с Россией в области катализа началось еще в марте–апреле 2022 года.

The Insider, проанализировав российские таможенные данные, выяснил, что изготовителем и экспортером таких катализаторов в Россию указана эмиратская компания Prolab Industries F.Z.C. А в качестве поставщиков фигурировали фирмы-посредники Odyssey Shipping Services (ОАЭ), «Саплайлинк» (Кыргызстан) и турецкая компания Bms Sondaj Makinalari Sanayi Ve Dis Ticaret Ltd. Sti. При этом эмиратская Prolab Industries F.Z.C. не обладает собственной производственной базой, что может указывать на реэкспорт компонентов из Ирана.

По подсчетам The Insider, в 1402 персидском году (начался в марте 2023 года) Prolab Industries поставила 420 тонн веществ для изготовления катализаторов для нефтепереработки в адрес ООО «Авангард Транс Групп» и ООО «Химтех». При этом в таможенных документах ошибочно указаны килограммы вместо тонн. Однако правильный вес легко узнать по цене партии (рыночная цена оксида лантана — от $3 тысяч за тонну, стоимость ввезенных партий — $600–800 тысяч). «Авангард Транс Групп» заявляет о себе как о компании, которая обеспечивает нефтедобывающие и газотранспортные предприятия «Газпрома» запчастями и комплектующими.

Химикат был поставлен под торговым названием Activator PIXO-QE5 (содержит лантаноиды). Поставки продолжались и в 1403–1404 годах по персидскому календарю (то есть с конца марта 2024 года по настоящее время).

Соединения редкоземельных металлов лантана и церия, как отмечает иранский специалист по нефтехимии Сасан Талебнежад, широко используются для каталитического крекинга.

The Insider направил запросы в Авангард Транс Групп и Prolab Industries F.Z.C.

Полимеры: провал с катализаторами для полипропилена и полиэтилена

Катализаторы нужны не только для гидроочистки нефти, получения из нефти более ценного топлива и сырья для химической промышленности (например, ароматических углеводородов), но и для получения полимеров с заданными свойствами.

«Уровень развития нефтехимии в РФ катастрофически низок: на долю России приходится всего 1,3% перерабатываемого углеводородного сырья для производства полиолефинов. На каждую потребляемую в России тонну нефти и газа производится всего 3 кг полиолефинов, в то время как в США — 15 кг, в Западной Европе — 21 кг, в Китае — 29 кг, в Бразилии — 32 кг», — писал журнал «Пластикс» в 2007 году.

С тех пор ситуация мало улучшилась. Так, «Лукойл» для производства карбамида, полиэтилена и полипропилена закупал катализаторы у техасской Lummus Technology.

«Самые узкие места — производство полиэтилена и полипропилена. В России оно сейчас составляет примерно 4–5 млн тонн в год. В этих процессах катализатор одноразовый, он в миллионных долях присутствует в составе самой продукции. На эти 4–5 млн тонн нужно примерно 100–120 тонн катализатора. Если прекратятся поставки нужного катализатора, производство будет остановлено в течение месяца. С нехваткой катализаторов могут столкнуться также шинная и лакокрасочная промышленности», — разъясняет Носков.