Мир продолжает быть чудом, хоть ты тресни
Когда зазвучали первые аккорды песни «Орел, телец и лев», женщина лет шестидесяти достала маленькую бутылочку «Арарата»
8 декабря. Концерт на Северном проспекте. Фото: скриншот с видео Антона Сенько
18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГРЕБЕНЩИКОВЫМ БОРИСОМ БОРИСОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГРЕБЕНЩИКОВА БОРИСА БОРИСОВИЧА.
Девятого декабря в ереванском Театре имени Габриэла Сундукяна состоялся концерт БГ+ — проекта, сформированного Борисом Гребенщиковым* после начала военных действий; собственно, это Борис Гребенщиков и его музыканты. В этом составе Гребенщиков приезжает в Армению уже второй раз; первый был в апреле 2023-го (тогда группа выступала в концертном зале Platform), и, несмотря на то, что концерт прошел с успехом, слушатели были недовольны качеством звука. В этот же раз все прошло отлично.
С Арменией Гребенщикова связывают как минимум две вещи: любовь к армянской культуре и дружба с легендарным музыкантом, мастером дудука Дживаном Гаспаряном. В своей радиопередаче «Аэростат» в 2011 году БГ говорил: «Однажды в незапамятные времена у меня в руках оказалась тройная пластинка фирмы «Мелодия» — «3-я Международная трибуна стран Азии и Африки». Собственно, я разыскал ее из-за одной утренней раги (а индийские раги тогда найти было крайне сложно); но, вволю наслушавшись индийского пения, решил полюбопытствовать по поводу всего остального содержимого этого альбома и поставил армянскую народную мелодию; а играл ее дудук. С первых же нот стало ясно, что такого я еще в жизни не слышал, — музыка была наполнена одновременно покоем и печалью — примерно как если бы горы когда-то сами были людьми, а теперь стали горами и смотрят на человеческую жизнь, и — зная, что все идет так, как оно идет — не скорбеть все равно не могут. И музыка эта была такого нечеловеческого масштаба и такой вселенской печали, что я не знал, смогу ли я дослушать ее до конца».
Помимо этого, в ноябре 2020-го он вместе с другими российскими деятелями культуры призвал ЮНЕСКО включить памятники христианского культурного, художественного и архитектурного наследия Нагорного Карабаха в список всемирного наследия.
…Накануне концерта, намеченного на 9 декабря, БГ сообщил, что за день до него будет проведен дополнительный акустический концерт. Тогда же группа устроила незапланированное уличное выступление на Северном проспекте Еревана.
Борис Гребенщиков и его коллеги уже много лет выступают на улицах городов, куда приезжают с концертами, но, поскольку уличные выступления нигде не анонсируются, они всегда неожиданны.
Вокруг музыкантов сразу собралась толпа прохожих, которые приветствовали их бурными аплодисментами. Седобородый джентльмен в ярко-красных замшевых туфлях с улыбкой отыграл двадцатиминутный сет, закончив его песней «Стаканы», после чего пригласил всех столпившихся вокруг на полноценные концерты.
Девятого декабря в Ереване почти весь день не прекращался дождь. В Английском парке, где находится театр им. Габриэла Сундукяна, постепенно собирались самые разные люди: семейные пары с детьми, двадцатилетние неформалы, тридцатилетние, русские и армяне. Все они пришли на Гребенщикова.
Когда двери театра открылись, музыканты долгое время не выходили на сцену, хотя поочередно выглядывали из-за кулис, — начало концерта задерживалось. Когда на секунду мелькнул сам БГ и тут же скрылся за занавесом, с задних рядов кто-то крикнул: «Эй! Куда пошел?!» Видимо, не понимая, как реагировать на такое проявление, часть зрителей засмеялась. Наконец свет в зале потух, и заиграл «Имперский марш» Джона Уильямса — главная музыкальная тема Дарта Вейдера из космической саги «Звездные войны». Как только тема доиграла, на сцену вышла группа. Гребенщиков, поздоровавшись с залом, извинился за паузу, объяснив ее тем, что рейс барабанщика Лиама Брэдли был задержан, «а начинать без него мы не хотели», и тут же продолжил: «Поговорим о мертвых…»
Пространство уплотнилось, стало тревожно и тихо. Надо отметить, что, несмотря на то что впервые эта песня была представлена слушателям чуть меньше года назад, в зале было отчётливо слышно, что многие знают текст наизусть.
Наверное, важной вехой в восприятии Гребенщикова на сцене сейчас является состояние его здоровья. Как известно, в прошлом году на гастролях, во время перелета из Барселоны в Ниццу, у Бориса Борисовича случился инфаркт. Его экстренно доставили в больницу, где вывели из комы и оказали медицинскую помощь. После периода реабилитации он продолжил работать в студии и выступать на сцене, правда, отмечал, что первые несколько месяцев вообще не мог писать новые песни.
Осознавая это, наблюдать за тем, с какой бодростью он держится на сцене, как он свободно двигается, «вырубая» аккорды, которые разлетаются подобно искрам, пока гитарист Лео Абрахамс играет соло, вдвойне волнительно. Дело не в том, что «остался еще порох…», а в том, что драйву, с каким проходит его выступление, могут позавидовать и многие куда более молодые артисты.
В конце первого отделения БГ, улыбаясь из-под темных очков, сказал: «Сейчас мы отпустим вас на перерыв, но перед этим сыграем новую песню, чтобы вам было о чем поболтать» — и сыграл «В саду камней». Впервые она была опубликована в социальных сетях БГ как одно из «Подношений интересному времени» — цикла видеороликов и песен, которые Гребенщиков начал записывать и публиковать во время пандемии COVID-19 и самоизоляции в 2020-м, чтобы поддерживать связь с аудиторией и дарить музыку, поскольку концерты были отменены.
Может быть, нас просто нет,
Может быть, мы — это сон,
Заговор слов и нот
В чьей-нибудь песне.
Но сквозь нас пробивается свет —
Мы — это он,
И мир продолжает быть чудом,
Хоть ты тресни.
Едва песня стихла, зал взорвался аплодисментами. Вдруг кто-то выкрикнул: «С днем рождения!», и зрители дружно подхватили поздравления. Гребенщиков лишь успел ответить: «Спасибо, милые», после чего сразу ушел за кулисы.
Второе отделение началось неожиданно с «Плоскости». Наибольшую известность эта песня получила благодаря фильму Сергея Соловьева «Асса», где звучит в одном из самых выразительных эпизодов. После нее часть музыкантов удалилась, и на сцене остались лишь сам БГ, скрипач Андрей Суротдинов и клавишник Константин Туманов. Когда в тишине концертного зала зазвучали первые аккорды песни «Орел, телец и лев», армянская женщина лет шестидесяти, сидящая справа от меня, достала из сумки маленькую бутылочку «Арарата» и отпила большой глоток.
Было ощущение едва уловимого волшебства: все эти совершенно разные люди сидят в одном помещении, и, как один, затаив дыхание, слушают Гребенщикова, шёпотом вторят словам его песен, и для каждого человека в зале эти песни важны, для каждого значат что-то своё.
На песне «Стаканы» все повскакивали: кто-то побежал поближе к сцене, кто-то остался у своих мест, но весь зал стал танцевать. Флейта Брайана Финнегана и быстрый ритм барабанов заставляли танцевать всех вокруг так, что стены зала буквально дрожали. Феерический праздник жизни происходил вокруг, было очень весело. Затем музыканты забежали за кулисы и, вернувшись, отыграли еще пять песен на бис. И справа, и слева от меня было слышно, как мои соседи шепчут вместе со всем залом: «Бог есть свет, и в нем никакой тьмы».
В какой-то момент концерта БГ объявил со сцены, что в зале сегодня вечером присутствуют двое бывших участников «Аквариума» — виолончелист Всеволод Гаккель и звукоинженер группы Армен «Марат» Айрапетян. Концерт кончился, и когда я выходил из зала, увидел двух маленьких девочек, которые дёргали свою маму за длинное платье. «Мама, мама, ты представляешь? У дедушки взяли автограф!» — кричали они, и в их голосе отчётливо слышались восторг, удивление и даже немного смущения.
Я двинулся в сторону дома под моросящим дождём. И всю дорогу думал о том, как нам всем повезло жить в одно время с Борисом Гребенщиковым. И мир, несмотря ни на что, продолжает быть чудом.
Хоть ты тресни.
Даниил Липатов