Оригинал материала
Очередной год без хороших новостей? Не совсем!
«Вёрстка» попросила самых разных людей — от политолога Екатерины Шульман до блогера Приколены — сформулировать хотя бы одну добрую новость уходящего года
У «Вёрстки» есть новогодняя традиция — уже третий декабрь подряд мы просим писателей, врачей, активистов, учёных, музыкантов и других людей, за кем следит и кого любит наша аудитория, поделиться хотя бы одной хорошей новостью или добрым воспоминанием за год. И традиционно собираем отказы: «хорошие новости — это не ко мне!», «по долгу службы я на другой стороне медали фокусируюсь», «новость пока секретная», «увы, нет».
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
Тем не менее мы получили 13 жизнеутверждающих (или почти) ответов — о справедливости, силе человеческих отношений, смелости, подростках, музыке и об одном спасённом котике. Вот они:
«У живых всегда есть опции. Только у мёртвых никаких вариантов»: освобождение политзаключённых
Екатерина Шульман
политолог
Snares eluded, broken traps,
The prison opening, the chain that snaps
Хорошие новости 2025 — это новости об освобождении от оков. Больше ста беларусских политзаключённых вышли из тюрем в результате сложной и малопубличной торговли между американской и беларусской администрациями. Певица Наоко и её жених-гитарист проскочили между зубами репрессивной машины, спаслись из РФ и вот уже поют на концерте в Вильнюсе. У живых всегда есть опции, только у мёртвых никаких вариантов. Подозреваю, это и есть главный итог первой половины двадцатых.
Саша Филипенко
писатель
К сожалению, многие и многие по-прежнему остаются за решёткой, и вместе с тем я был счастлив, что многие смелые и чудесные беларусы наконец оказались на свободе. Когда узнал об этой новости, подумал: «Бля, как охуенно!»
Олег Орлов
правозащитник, один из учредителей общества «Мемориал», был освобождён из российской колонии в рамках крупного обмена политзаключёнными в августе 2024 года
В этом году все главные хорошие события для меня были связаны с очень плохими событиями. Идёт страшная война. Казалось бы, какие уж тут могут быть хорошие новости? Но для меня и моих коллег было важно внести собственный, пусть и небольшой, вклад в противостояние агрессору. Хорошо, что мы выпустили по итогам нашей работы в Украине (и не только там) большой доклад, где подробно описываем созданную на оккупированных территориях систему незаконных, секретных и полусекретных тюрем.
В декабре вышли на свободу мои друзья — правозащитники из организации «Вясна» Алесь Беляцкий и Владимир Лабкович. Давным-давно они приезжали в Москву на суд, когда меня судили за то, что я назвал Рамзана Кадырова виновным в убийстве [правозащитницы и журналистки] Наташи Эстемировой. Потом, в 2011 году, я ездил в Минск, когда судили Алеся. После своего освобождения уже Алесь приезжал в Чечню на суд, когда по сфабрикованному обвинению арестовали и судили «мемориальца» Оюба Титиева. Ну, а в 2021 году мне удалось посетить одно судебное заседание в Минске на процессе над «вясновцами» Алесем Беляцким, Владимиром Лабковичем и Валентином Стефановичем. Затем режим Лукашенко запретил мне въезд на территорию Беларуси, и я не смог бывать на процессе…
Счастье, что Алесь и Владимир на свободе, но за решёткой остаются правозащитинки из «Вясны» Валентин Стефанович, Марфа Рабкова и много-много других политзаключённых.
И так со всеми хорошими событиями — удовлетворение от сделанной работы, радость и счастье за людей, оказавшихся или оставшихся на свободе, но…
«Старое должно уже отвалиться и уйти в небытие, дав дорогу новому»: про юных и смелых
Лена Малахова, или Приколена
Автор скетчей и пародий на российскую оппозицию и российских независимых журналистов в изгнании
Меня очень порадовало одно личное открытие этого года: СНГ-молодёжь плюс-минус моего возраста и пузыря — это лучшие люди. Мы не слишком закомплексованы, гораздо меньше доверяем навязанным иерархиям, сильно быстрее осознали ценность личности и психического здоровья, чем все предыдущие поколения. Всё это дало нам огромный буст на заре нашего взросления. Правда, мир вокруг нам сильно насолил, так что это всё не особо помогает, но без этого было бы ещё сложнее:-)
И при этом, в отличие от западной молодёжи, по моим личным наблюдениям, мы с гораздо большей иронией и заведомым недоверием относимся к любым идеологиям. В целом мы как будто психологически старше. И хоть у нас нет тех привилегий, которые есть у обладателей паспортов стран первого мира, за счёт своего отстранения и внутреннего прикола мы способны пройти порой через большее, чем они.
Поэтому, несмотря ни на что, я рада родиться в Самаре в 2001 году.
Татьяна Лазарева
общественный деятель
В 2025 году меня очень впечатлила смелость Дианы Логиновой, Наоко, которая вопреки всем душным запретам, выходила на улицу и пела, а также окружающие её молодые ребята, которые пели вместе с ней, чей дух не задавить.
Я всё время говорю, что старое должно уже отвалиться и уйти в небытие, дав дорогу новому.
Воплощением этой мысли стал проект «Где я?», который мы с командой запустили в этом году, — он о подростках, которые вынужденно покинули свои дома из-за развязанной Путиным войны. Этим проектом я пытаюсь дать им опору, поддержать их чувства, отодвинуть в сторону страхи. Мы сняли восемь фильмов о подростках-эмигрантах в разных странах Европы, и я признаюсь, что меня их истории невероятно вдохновляют. Глядя на наших героев, я верю, что на смену старых неработающих механизмов и ржавых систем придут они — юные, сильные, бесстрашные, открытые этому миру.
Сам проект за этот год вырос и теперь хочет жить своей жизнью. Уже есть закрытое онлайн-сообщество — такая микро-вселенная без взрослых, но с правилами безопасности. И телеграм-канал «Где я хочу работать?» про вакансии и волонтёрские возможности. Готовим мы и зимний творческий лагерь с лекциями и занятиями на интересные темы, и подкаст…
Так что 2025 год получился для меня про юных и смелых. И я счастлива, что у нас есть такое будущее, осталось только немного помочь им или просто побыть рядом в это сложное время вызовов и испытаний. Дать немного безопасного пространства, чтобы оглядеться и расправить крылья.
«Ужасно интересно и восхитительно»: про музыку и музыкантов
Андрей Аксёнов
автор подкаста «Закат империи»
Этот год для меня лично был супер-насыщенным: с одной стороны — меня назначили иноагентом, а с другой — я дал интервью Юре Дудю. Кажется, личные итоги года смешанные и поразительные.
Но я бы хотел рассказать не о себе, а о музыке: в 2022‑м году у меня, как и у многих других, было ощущение, что русская музыкальная культура превратилась в пустыню. Многие, начиная от Tequilajazzz и заканчивая Lucidvox, разъехались в эмиграцию по разным странам и, по сути, перестали существовать. Степан Казарьян больше не делает фестиваль «Боль», а возит артистов в Белград и развивает музыкальную культуру там. Ну и так далее.
Но теперь, в 2025‑м году, видно, что музыка в России жива и процветает, лично для меня вышло несколько релизов, которые я заслушал до дыр. Я даже ничего не буду говорить про «Бонд с кнопкой», которых снобски покритиковали в журнале «Афиша» и в твиттере (в такой ситуации хочется больше иронизировать на твиттером и «Афишей», а не над «Бондом с кнопкой»).
У Рушаны вышел отличный альбом «Вот-вот», «ищу человека» выложили «Весны объятья», группа «Лампабикт» опубликовала «Пни».
«Спасибо» — пример группы, которая сумела выжить в эмиграции, записал пронзительный Dom в Белграде. «Внимание, брусника» из Екатеринбурга выпустили «Неоднозначное». Правда, как я обнаружил только что, это было ещё накануне 2025-го, но оставим бонусом.
Всё это ужасно интересно и восхитительно.
Монеточка
певица, музыкант, автор песен
Самым важным событием в этом году для меня были выступления уличных музыкантов. По всей России зазвучали песни о свободе, любви и мире. Среди прочих там были и мои песни. Знать, что их поют на улицах Петербурга или моего родного Екатеринбурга — чувство настолько вдохновляющее, глубокое и трепетное, что словами не передать.
Я очень переживала за всех ребят, и особенно за участников группы «Стоптайм», прошедших через аресты. Желаю им безопасности, как и всем моим слушателям. И мечтаю о том, чтобы музыка снова стала свободной.
«Мы получили в 14 раз больше заявок, чем мест в группе сербского»: о неравнодушии волонтёров
Анастасия Буракова
юрист, основатель проекта «Ковчег», который помогает российским эмигрантам в разных странах
В силу специфики работы мы часто рассказываем, как что-то стало хуже. Но в «Ковчеге» много маленьких личных историй успеха — и даже сложно выбрать. Расскажу о занятиях сербского языка.
Уже три года «Ковчег» организует бесплатные языковые курсы для антивоенных россиян: как эмигрантов, так и тех, кто не может уехать, но хочет сохранять и развивать международные контакты. Наши преподаватели в основном волонтёры, и затраты на это направление небольшие.
За последние полтора года очень много россиян вынуждены переезжать повторно, и точкой притяжения для диаспоры стала Сербия. Мы стали получать просьбы открыть курсы сербского. С большим трудом мы нашли волонтёра, который был готов преподавать сербский. А когда открыли набор, получили в 14 раз больше заявок, чем мест в группе!
Мы забили тревогу в канале и чатах «Ковчега», и к команде присоединились ещё несколько человек, которые оказались готовы помогать с изучением сербского. Так, благодаря неравнодушным людям, мы смогли дать бОльшему количеству людей возможность изучать новый язык.
«Заехали просто выпить какао, и это такая круть!»: о новой школе и детях, которые готовятся к Рождеству, Новому году и Хануке
Дима Зицер
педагог
Единственное, за что мы можем ухватиться (или одно из немногого) — это за своих близких, за своих детей. И единственная наша возможность влиять на мир и влиять каким-то образом на будущее — сконцентрироваться на том, чтобы нашим близким было хорошо. Это просто такая уверенность, которая с каждым днем крепнет всё больше и больше.
Эта философская идея вот как претворяется в практику, например: мы школу открыли в Эстонии с 1 сентября. Она очень-очень важна и для меня, и для моих коллег. У нас дети из разных стран, ну, в первую очередь из Эстонии, но из других стран тоже. Считаю, что у нас блестящие учителя и потрясающие дети.
Я только что вернулся оттуда, несмотря на то, что сегодня выходной. В школе заработал парламент, и вот они приняли решение, что сегодня они придут и будут готовить классы к Рождеству, к Новому году, к Хануке.
Ну, и мы заехали просто с ними выпить какао. И это такая круть! Когда ты видишь, как люди вместе с тобой могут реализовываться. Это просто огромное счастье. Одна из немногих точек, когда понимаешь, зачем ты небо коптишь.
«Сердце моё подпрыгнуло»: о случайно увиденном граффити
Надежда Скочиленко
занимается помощью политзаключённым, мама Саши Скочиленко — бывшей политзаключённой, освобождённой во время крупного обмена летом 2024 года
В мире политзеков почти не бывает хороших новостей, но и среди беспросвета происходит то, от чего ты всё же улыбаешься. Бывает, человек спросит, не опасно ли писать письма [политзаключённым], а через полгода он уже рассказывает, кому отправил посылки в колонии. Да, это не сенсация для кого-то, но для меня это отличные новости. Прекрасно, когда закрываются бесконечные сборы на нужды политзеков, для меня это невероятное из раздела чудес!
И самое классное, когда в Берлине я увидела граффити, посвящённое Богдану Зизе. Одному из первых выступивших против вторжения в Украину. Он приговорён к 15 годам строгого режима (!) за то, что облил фасад администрации города Евпатория голубой и жёлтой краской из вёдер, а после бросил два приготовленных «коктейля Молотова».
Я знала об этом граффити, но увидела случайно, и сердце моё подпрыгнуло. Я об этом написала Богдану — не знаю, дошло ли это сообщение к нему. Пишите письма и помогайте политзекам —и будет больше хороших новостей.
Саша Скочиленко
художница, бывшая политзаключенная
О Богдане Зизе я узнала, когда готовила с моим куратором из Artists Against the Kremlin готовили две выставки. Он готовил большую выставку, посвященную политзаключенным, и там были папки с рисунками, которые нам передала организация «ОВД-Инфо». В одной из них не было ничего, кроме одной фотографии — здание администрации, залитое жёлтой и синей краской. Это выглядело как в фильме: мы открываем папку, и оттуда на нас смотрит такое.
Так впервые я узнала, кто такой Богдан Зиза, и насколько мощную вещь он вообще сделал. Эта художественная акция, с одной стороны антивоенная, а с другой — против аннексии Крыма, потому что Богдан родился, когда территория Крыма была украинской. Это жест, который дорогого стоит. Это не втихую ценники в магазине поменять — это выйти и вот так размахнуться ведрами, «Вяжи меня народ». У человека не дрогнула рука, он со всей силы взял и размахнулся в такой страшный момент.
Я знаю, что Богдан сейчас подвергается пыткам. Его положение, как человека, который отказался на захваченных территориях получать российский паспорт, хуже худшего. Он сидит в ужасной колонии, страдает очень сильными хроническими болями, медицинской помощи туда не поступает — к гражданам Украины относятся намного жёстче в российских тюрьмах, чем к гражданам России.
Я была бы рада, если бы о Богдане говорили вообще больше. Судя по тому, что он сотворил, это художник огромной величины и огромной смелости. Хотелось бы, чтобы памятников Богдану было больше, и чтобы проводилось больше акций в его поддержку.
«Люди, связанные ценностями не насилия, заботятся друг о друге»: о справедливом решении суда и самой первой доверительнице
Мари Давтян
адвокат, эксперт по делам о насилии в отношении женщин
Как-то сразу даже не придумать и не вспомнить хороших новостей. Но перебираю по месяцам. Одно из самых ярких и очень важных событий для нас — признание судом виновным Михаила Хачатуряна в сексуализированном, физическом и психическом насилии в отношении сестёр Хачатурян. Мы к этому шли с 2018 года, и вот в апреле суд всё-таки признал их отца виновным, пусть и посмертно. Для нас и для девочек это очень знаковое событие, это вопрос справедливости и их моральной компенсации.
Из личных событий: меня в этом году с днём рождения поздравляла моя самая-самая первая доверительница по делу о домашнем насилии. Она обратилась ко мне за помощью ещё в 2009 году, и мы с ней отсудились много лет, даже дошли до комитета ООН по ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.
Мы с ней общаемся периодически уже давно. И в этот раз, когда она меня поздравила с днём рождения, я подумала вот о чём. Как радостно видеть человека, который жил в очень тяжёлой ситуации насилия больше десяти лет, но заново построил свою жизнь — и достаточно успешную. У неё выросли дети, у неё всё хорошо. Для меня это морально поддерживающий элемент: всё не зря.
Ещё в этом году нам удавалось встречаться с адвокатами из разных регионов, которые тоже ведут такие дела. Собираться в неформальной обстановке очень приятно, мы за последние несколько лет сильно объединились не только профессионально, но по-человечески. Люди, связанные ценностями не насилия, стараются заботиться друг о друге — это очень хороший процесс.
«Реализовать что-то, что никогда раньше не делала»: исследование о заморозке активов
Жанна Немцова
журналистка, дочь Бориса Немцова и соосновательница фонда его имени
Каждый год я ставлю перед собой задачу реализовать что-что, что никогда раньше не делала, и в последние несколько лет мне это удаётся.
Из того, о чём могу говорить публично, своим достижением считаю адвокационную кампанию вокруг замороженных в ЕС активов частных, неподсанкционных лиц.
Среди тех, кто подпал под эту меру, — сотни тысяч уехавших россиян, а также граждан других стран, пользовавшихся российской финансовой системой. Многие из них — представители среднего класса и ниже.
Доклад был опубликован фондом Немцова в конце октября, и я теперь по праву могу назвать себя экспертом в этой сфере.
Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех, кто мне в этом помогал и продолжает помогать. Здесь есть два аспекта, которые я отношу к хорошим новостям: я поняла, что люди мне доверяют; и я приняла непосредственное участие в исследовании этой проблемы.
«Не ради войны, выдуманной пожилыми дедами»: о горизонтальных связях
Андрей Захаров
журналист-расследователь
Вроде бы чисто петербургская история: в августе сотрудники музея Бродского, проезжая на катере по реке Фонтанке, заметили в дырке в гранитной набережной кота. Как он там оказался — непонятно: по одной из версий, он упал в воду во время драки с другими котами, а потом из воды залез в расщелину. Волонтёры организации «Кошкоспас» пытались вызволить кота семь дней, местная жительница, которая ранее подкармливала животное, даже залезла в воду в платье. Пленник долго не хотел выходить, но в итоге спасатели изготовили трап с клеткой на другом конце, и бедолага выбрался по нему на волю.
Но эта история, на мой взгляд, шире: она о том, насколько быстро и самоотверженно наши сограждане могут строить горизонтальные связи ради общего дела. Не ради войны, выдуманной пожилыми дедами, — сами же сторонники этой войны жалуются, что никому до неё нет дела. А ради чего-то доброго и светлого.
У меня нет сомнений, что как только в России появится возможность заниматься политикой без страха сесть в тюрьму, эти же люди — как и во время протестов 2011—2012 годов — пойдут на протесты, наблюдателями на избирательные участки и волонтёрами в штабы новых Навальных. В этом смысле эта новость не просто про спасение кота (его, к слову, назвали Орфеем) — она и про наше будущее, когда бы оно ни наступило.
Обложка: Дмитрий Осинников
Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас
Как нам помочь