Гретые кирпичи в кровати, купленные в складчину генераторы, свечи вместо ламп: как Киев выживает без света и тепла

Жители Киева во время отключения электроэнергии, 13 января 2026 года / Andrew Kravchenko / AFP

В ночь на субботу Россия нанесла очередной массированный удар по энергетической системе Киева. 6000 домов остались без отопления, 800 тысяч человек без света. Из-за постоянных атак по Киевской области тысячи жителей региона уже почти месяц постоянно живут без базовых удобств — электричества, воды и тепла. И пока энергетики делают все возможное, чтобы восстановить поврежденную инфраструктуру, а на улице то спадают, то усиливаются морозы, жители Киева учатся выживать в сложившихся обстоятельствах. The Insider рассказывает, как проходят самые массовые отключения электроэнергии в Киеве, почему жители не собираются уезжать из города и как обустраивают быт в домах — засыпая в палатках на кровати и греясь во дворах у костра.

Содержание

• Киев в холоде и темноте

• Как город научился греться

• Когда город выходит на улицу

Available in English

Аудиоверсия Apple Podcasts / Spotify / Сastbox

Киев в холоде и темноте

Уже почти месяц в Киеве нет стабильной подачи электроэнергии, а без отопления и воды остались тысячи многоквартирных домов. На фоне сильных морозов и снегопада Россия усилила удары по объектам критической инфраструктуры, и город оказался в режиме аварийных отключений, к которым невозможно подготовиться заранее.

Первая в новом году массированная атака по киевской энергетике произошла 9 января. Тогда без тепла и света оказалась почти половина жилых многоэтажек, а на красной линии метро ограничили движение поездов. В ДТЭК сообщили, что «энергосети значительно повреждены, а работе ремонтных бригад мешают порывистый ветер и мороз». Во многих районах города были оборваны провода электропередач.

«Я уже тогда поняла, что мы без света останемся надолго, — рассказывает журналист Татьяна Попова из Киева. — Накануне шел дождь — на ветвях образовалась ледяная корка. Деревья не выдерживали и падали, обрывая высоковольтные линии. Как мне объяснили, если бы не последствия обстрелов, все это можно было бы починить гораздо быстрее».

Жительница Киева в квартире зажигает свечу

Andriy Dubchak

После следующего налета, в ночь на 13 января, ситуация ухудшилась. Мэр Киева Виталий Кличко заявил, что из-за новой атаки возник «еще больший дефицит электроэнергии» — ее стало не хватать даже для обеспечения работы критической инфраструктуры. Если 9 января сильнее пострадал Левый берег, то после 13-го были «добиты» подстанции и на Правом.

До января 2026 года отключения света в Киеве происходили по графикам и жители могли под них подстраиваться. Теперь же подача электроэнергии остается полностью непредсказуемой.

«У меня оптоволокно — всегда есть связь, и вечерами я могу смотреть фильмы. Но, честно говоря, это вгоняет в депрессию. Ты сидишь: у тебя холодно, ты в трех свитерах, в шапке-ушанке. С каждым часом, когда нет электричества, батареи греют все слабее, и смотреть кино уже не хочется. Но у меня хотя бы есть Youtube», — рассказывает Михаил Шейтельман, блогер и политтехнолог, который ведет стримы из Киева. «Раньше, зная об отключениях заранее, ты мог планировать свою жизнь. В хорошие дни света могло не быть четыре часа, в плохие — семь, а сейчас ты не знаешь ничего».

Без электричества перестает работать и центральное отопление. Из-за едва теплых батарей температура во многих домах Киева не поднимается выше 8–10 °C. По словам Шейтельмана, это приводит сразу к нескольким проблемам:

«Во-первых, когда у тебя в доме всего несколько градусов, то как бы тепло ты ни оделся, это не спасает до конца. Во-вторых, из-за холода замерзают трубы, а у некоторых — вода в унитазе, и соответственно, не работает канализация».

Дополнительные сложности возникают и с водоснабжением. Электрические насосы, которые используются в многоэтажках, не качают воду: «Даже если поставить генератор [на дом], то он все равно будет не такой мощный, как сеть. И, соответственно, если сеть качает воду на 25-й этаж, то генератор поднимает ее максимум, например, до пятого. И, чтобы набрать воду, приходится спускаться и подниматься обратно — уже с ведрами», — объясняет Шейтельман.

С лифтами ситуация еще опаснее. В условиях аварийных отключений лифт может остановиться в любой момент, и неизвестно, когда человека смогут оттуда вытащить:

«Ты можешь провести в лифте сутки, а при таком холоде можно и умереть. Моя подруга поднимается на 25-й этаж по несколько раз в день — у нее это занимает восемь минут. Но она молодая, а люди постарше вообще почти не выходят из дома, потому что они физически не способны подниматься и спускаться столько раз».

Ситуацию усугубляют и перебои со связью. Из-за отключений электричества в городе часто не работают и базовые станции. В таких условиях пожилые люди и те, кто живет один, не могут дозвониться волонтерам, чтобы попросить о доставке продуктов, медикаментов или вызвать скорую помощь. «Я думаю, что сейчас есть много людей, умерших в своих квартирах, но еще не найденных, — скорее всего, потому, что их просто некому найти», — говорит Шейтельман.

Пожилые люди и те, кто живет один, не могут дозвониться волонтерам, чтобы попросить о доставке медикаментов или вызвать скорую помощь

Об этом же пишут и пользователи соцсетей. Так, киевлянка Инна описывает ситуацию в Facebook:

«Наша украинская реальность такова: в квартире 9 °C, света нет 18 часов в сутки, воды примерно так же. И это еще не худший вариант, иногда свет и тепло отсутствуют несколько суток подряд. Сегодня Россия планомерно уничтожает энергетическую инфраструктуру в Украине в пик морозов — это осознанное лишение миллионов людей тепла, света и воды. Энергосистема практически разрушена. Мирные переговоры зашли в тупик.

Власть из теплых кабинетов говорит нам, что мы потужные и должны держаться. Для политиков люди — просто статистика. Но для нас это:

— старики на высоких этажах, которые не могут сходить за продуктами и не дождутся скорой — кто считал, сколько их погибает ежедневно, не выдерживая жутких условий?

— мамы с грудными детьми без воды и тепла;

— дети, которые засыпают от холода в промерзших комнатах и просыпаются от взрывов. Так выглядит современная война — планомерное уничтожение мирного населения».

Похожие записи появляются и в других соцсетях. Пользователь TikTok под ником Aramia1512 опубликовала видео с пожилой женщиной, укрытой несколькими одеялами. На записи она говорит: «Реалии наших дней: вот так лежат бедные старики-пенсионеры».

Скриншот видео

О том, что предпринять и как справляться с происходящим, в тот или иной момент начинает задумываться каждый.

«12 января за все сутки у нас был свет три часа. Это с 15 до 18 вечера. 13 января света не было. У нас есть генератор — благодаря ему работает лифт. И он же обеспечивает подачу воды. Но становится тяжело с отоплением — батареи начинают остывать. И это все на фоне разговоров, что лучше спустить воду из труб, чтобы их не разорвало, то есть сейчас мы не можем понять, как лучше действовать в этой ситуации», — рассказывает Марина из Шевченковского района Киева.

В разговоре с The Insider она уточняет, что даже после первого обстрела, 9 января, энергоснабжение в ее доме еще сохранялось, а уже 12 января — полностью исчезло.

Еще более тяжелой ситуация стала после 20 января, когда российские войска вновь ударили по украинской столице. В результате этой атаки без теплоэнергии остались более пяти с половиной тысяч многоквартирных домов, а на Левом берегу начались серьезные проблемы с водоснабжением.

Житель Киева с ведром снега в своей квартире, 10 января 2026 года

Thomas Peter / Reuters

В условиях холода и отсутствия электричества жители города вынуждены искать самые неожиданные способы согреться. В TikTok, например, активно расходится видео с мужчиной, который обустроился в палатке вместе со своим котом.

«То, что света нет, — это ни для кого не новость. Но нам с котом надо как-то греться. Я замутил себе в спальне прямо на кровати палаточку, и мы с котом сейчас сядем — свет кемпинговый есть — и будем греться», —рассказывает он.

Другой пользователь соцсети, Андрей Мартыненко, делится историей переоборудования туалета в единственное пригодное для жизни помещение в квартире:

«То чувство, когда ты живешь в Киеве в квартире 105 квадратных метров, но из-за холода ты живешь в туалете размером пять квадратных метров. Там у нас целый лаунж: туалет, биде, кухня, газ. Здесь диван, умыться-побриться. Ковер — можно спать, а остальные три комнаты в жутком холоде».

Еще после первой атаки, 9 января, мэр Киева Виталий Кличко призвал горожан временно выезжать в другие населенные пункты. Однако жители Киева и области говорят, что такой совет далеко не всегда применим на практике — особенно если альтернативное жилье не оборудовано генератором или другими источниками автономного отопления.

Мэр Киева Виталий Кличко

Фото: B. Gerdžiūno/LRT

«Я живу в пригороде Киева больше десяти лет и не могу сказать, что здесь с коммунальными сервисами гораздо лучше. Если у вас нет аккумуляторов, генератора, печи или камина, вы просто замерзнете при отключении электричества. До ближайшего „пункта несокрушимости“, например, от нашего дома — шесть километров. В минус двадцать, ночью, вы туда пешком не дойдете», — рассказывает Анна, жительница поселка Лесники Киевской области.

По ее словам, в самом Киеве у людей хотя бы есть относительная доступность мест, где можно согреться, выпить горячий чай и подзарядить гаджеты:

«В городе такое место может быть в нескольких сотнях метров от дома. Возможно, мэр имел в виду выезд за границу или на запад Украины, где нет таких отключений. Но у большинства киевлян там нет свободного жилья. Поэтому мне непонятно это заявление. Если мэр не может справиться со своими обязанностями в военное время — а ремонт инфраструктуры и обеспечение коммунальных услуг входят в зону ответственности городских властей, — возможно, ему стоит уйти».

Палатка для обогрева в Киеве — «Пункт несокрушимости», 10 января 2026 года

Andriy Dubchak

За пределами столицы ситуация и правда не легче. Так, тоже Анна, но уже из Обуховского района Киевской области, рассказывает, что у нее электричество отключилось еще 8 января — за несколько часов до обстрелов. «Раньше все восстанавливали максимум за 12 часов, — говорит женщина. — Но в этот раз все было иначе».

Анну спасло то, что еще до начала войны они с мужем купили два генератора и три аккумулятора. С их помощью удалось поддерживать отопление в доме, свет в детской, столовой и минимальное тепло в небольшой оранжерее, где Анна выращивает тропические и субтропические растения.

Фото погибших растений в оранжерее Анны. Киевская область, Обуховский район

Фото: Татьяна Попова

«Утром после первой ночи без света в доме было +13 °C, а в оранжерее — +0,3 °C. Большую часть растений я успела занести внутрь, но не все», — рассказывает она. Когда морозы усилились, старые генераторы перестали заводиться, и семье пришлось срочно покупать новые, но часть растений так и не пережила перепады температуры. «Энергетики потом сказали: если бы не обстрелы, свет восстановили бы за сутки», — говорит Анна.

Сейчас электричество в их поселке снова отключают, но уже по примерным графикам — на 6–10 часов в день.

Как город научился греться

Есть ли у человека генератор, аккумуляторы и даже то, в каком доме он живет, — напрямую определяет, сколько у него будет тепла и света. За четыре года полномасштабной войны киевляне научились адаптироваться: многие обзавелись EcoFlow, генераторами и газовыми горелками. Но зимой 2022-го все было иначе.

«Я никогда не выезжал из Киева. И помню: выходишь на улицу, а вокруг — темнота. Ни светофоров, ни огоньков в окнах. По улице страшно идти. Первое, что я купил тогда, — светоотражающие велосипедные мигалки, чтобы хоть как-то быть заметным», — рассказывает Михаил Шейтельман. Тогда не работало ни одно кафе — пустота была повсюду. Сейчас же у многих есть генераторы, город гудит от их работы, а на бензоколонках — очереди с канистрами.

Домашние аккумуляторные станции стали почти стандартом, но их возможностей часто не хватает. «Вы можете включить холодильник, компьютер или телевизор, — говорит Шейтельман. — А обогреватель — нет. Он выжмет батарею за полчаса. Только генератор способен вытянуть обогрев — и то нужен мощный».

Журналистка Татьяна Попова подтверждает: одного или двух аккумуляторов в условиях сильных морозов не хватает. «Мои соседи купили большие батареи, но они быстро разряжаются. У одной — продержалась сутки, у другой — двое. Пришлось брать генераторы в аренду. Иначе не выжить», — рассказывает она.

У самой Татьяны дома три аккумулятора: один на 220 ампер-часов и два по 100. В сумме — около 4,5 киловатт, которых хватает на интернет, гаджеты и обогрев. «Если генератор выключен, а батареи разрядились, через два-три часа уже чувствуешь, что что-то не так. Батареи становятся комнатной температуры, и в комнатах сразу зябко и неуютно», — отмечает она.

Тип дома также решает многое. Старая застройка, новострой — все они по-разному держат тепло. Больше всего повезло тем, кто живет в домах с объединением совладельцев, где жильцы сами управляют инфраструктурой и заранее покупают генераторы.

Так, в доме инженера-электрика Тараса из района Осокорки на юго-востоке Киева жильцы еще полтора года назад вскладчину купили генератор и провели собрание, чтобы заранее подготовиться к отопительному сезону.

Жильцы дома на юго-востоке Киева еще полтора года назад в складчину купили генератор и провели собрание, чтобы заранее подготовиться к отопительному сезону

«Мы даже подключили два интернет-провайдера, чьих аккумуляторов не хватало на продолжительные отключения, и сделали бесплатный Wi-Fi для бомбоубежища, чтобы люди могли оставаться на связи. А еще мы сделали маленький „пункт несокрушимости“ для наших жителей — света в квартирах нет, а у людей разряжаются пауэрбанки и другие девайсы. EcoFlow тоже разряжаются, а теперь можно прийти и зарядить все, что нужно. Также есть точка, где можно вскипятить воду: когда нет света 10–12 часов, это возможность что-то приготовить», — рассказывает он.

Дом на Ососкорках, с помощью ОСМД (Объединение совладельцев многоквартирного дома), обеспечивший себе резервное электроснабжение

Фото: Татьяна Попова

Генератор изначально планировали использовать для работы насосов, перекачивающих воду, и лифтов, однако, как это часто бывает, нагрузку рассчитали не совсем точно. «Генератор 38 кВт, а оборудование дома потребляет в среднем 9–11 кВт, лифты еще 10–12 кВт. Получилось, что он недогружен, но при этом расходы выше, чем нужно», — объясняет Тарас. Чтобы эффективно распределять энергию, жильцы подключили к генератору детский сад, швейную мастерскую и часть офисов.

По словам Тараса, каждый дом — это маленькая модель общества.

«Там, где люди организованы, они давно приняли схемы по энергетике и справляются. А где жильцы разобщены — там всегда будут проблемы».

Инженер Тарас показывает, как контролируется нагрузка

Фото: Татьяна Попова

Но даже в относительно новых жилых комплексах – с автономной инфраструктурой, где доступ к теплу и электричеству кажется более контролируемым, такой контроль остается весьма условным. Так, блогер Роман Цимбалюк живет в закрытом ЖК Святошинского района, где есть собственная котельная.

После январских обстрелов электричество в его доме пропало примерно на полдня, однако домашний аккумулятор, по его словам, полностью разрядиться не успел.

«Самое неприятное — это вот это ощущение, когда ты видишь, как садится пауэрбанк, каким бы большим он ни был, — говорит Цимбалюк. — Ты понимаешь, что, если он выключится, качество жизни резко изменится».

При этом, отмечает он, продолжительность отключений в его ЖК зависит не от «привилегированности» района, где он живет, а от технических возможностей энергосистемы.

«Если появляется возможность подать электричество — его подают. Графиков нет, и мы исходим из того, что свет могут вырубить в любой момент», — объясняет Цимбалюк.

Отопление в его доме пока держится только за счет отдельной котельной.

«Пока ее не разбомбили. Вот если разбомбят — тогда, конечно, будет плохо», — добавляет он.

Блогер Роман Цимбалюк с домашней аккумуляторной станцией, Святошинский район

Татьяна Попова

Хуже всего переживают морозы жители старой застройки: в таких домах критически важно, чтобы отопление запустили как можно быстрее, иначе стены и перекрытия успеют «остыть». «Чтобы спастись от холода, люди едут ночевать к знакомым — в дома с дизельным генераторами, — рассказывает Шейтельман. — Там собирается человек тридцать и ночует. Главное, что дизель на заправках есть, поэтому выживаем».

Те, кто остается дома, укутываются в несколько слоев одежды, кладут в кровать бутылки с горячей водой или греют кирпичи на газовых горелках, а потом заворачивают их в одеяла. Некоторые переходят на спальные мешки. «Если в квартире десять градусов и ниже, они реально спасают, — говорит Попова. — Иначе просто невозможно согреться».

Дополнительные сложности у многих создает отсутствие газа. «Если в квартире есть газовая колонка, то всегда будет горячая вода. Если есть газовая плита — то горячая еда. А если нет, то вам придется искать, где можно помыться и как приготовить еду», — говорит Шейтельман.

Как правило, в таких случаях люди закупаются кемпинговым оборудованием: покупают маленький одноразовый газовый баллон с горелкой или мини-плиту, на которой можно приготовить суп или разогреть еду. Так, например, пользователь TikTok Наталья Зюзюн, рассказывает, как она готовит, находясь 18 часов без света: «Батареи у нас холодные, а труба подачи — немножко теплая. У нас есть газовая плитка, на которой мы варим еду: макароны. Одного баллончика [газа] хватает на пару раз, чтобы сварить макароны. И еще у нас есть такие вот светлячки, что нам светят <...>».

Тем не менее, несмотря на то, что киевляне постепенно приспосабливаются и придумывают разные варианты того, как можно организовать быт в сложившихся обстоятельствах, уровень тревоги и усталости все равно растет. Попова вспоминает, что в первые дни сильных морозов и обстрелов практически не спала.

«Я вставала каждый час — нужно было вручную переключать аккумуляторы. Они не соединены между собой, и когда один разряжался, приходилось включать другой. Это был реальный стресс. И сейчас сон все равно остается плохим».

О депрессивности из-за холода и темноты рассказывает и Шейтельман:

«У меня есть подруга. Она только этой зимой приехала жить в Киев и жалуется на депрессию. Я ей написал, что она просто неопытна: надо повесить елочные гирлянды по всей квартире — на батарейках. И у тебя будет вечный Новый год. Они сияют везде, и тебе как бы всегда хорошо — дискотека. У многих так: ты идешь, а вдоль домов в окнах висят гирлянды».

Есть и еще один лайфхак от плохого настроения: поставить в доме лампочки с датчиком движения. «Ты идешь по квартире, и каждый раз включается свет в нужном месте. Во-первых, это просто красиво, а во-вторых, — стимулирует ходить, а не сидеть в кресле», — говорит Шейтельман.

Свечи тоже стали обязательной частью быта. «У меня дома их десятки, — говорит Попова. — На случай если сядут аккумуляторы и не будет совсем никакого света».

Жилые дома в Киеве, 10 января 2026 года

Yan Dobronosov / Reuters

Когда город выходит на улицу

Когда отключения света затягиваются, а домашние аккумуляторы садятся один за другим, киевляне выходят на улицу за самым необходимым — связью.

С 10 января в Киеве начали разворачивать мобильные «Пункты несокрушимости» — большие отапливаемые палатки с генераторами, где можно согреться и зарядить технику. Руководитель пресс-центра столичного управления ДСНС Павел Петров говорит, что их появление в большей степени связано с обстрелами, нежели с морозами. «Если бы не обстрелы врага, то даже при такой температуре, как сейчас, эта зима была бы гораздо более приятной для людей», — отмечает он.

«Пункт несокрушимости» в Киеве

Фото: Татьяна Попова

В отличие от стационарных пунктов, которые работают при пожарно-спасательных частях с 2022 года, мобильные палатки устанавливают прямо во дворах многоэтажек — там, где людям проще всего до них добраться. По словам Петрова, сначала в городе работали более сорока таких пунктов, сейчас — около тридцати.

Посещаемость мобильных пунктов помощи сильно зависит от времени суток: в выходные людей больше, в будни — меньше. Наплыв людей заметно увеличивается под конец дня. «Основной поток начинается после пяти-шести вечера», — говорит Петров. Чаще всего в палатки приходят пожилые, но не за интернетом, а за горячей водой. «Бабушка пришла набрать воды, говорит: „У меня дома горячей нет, а у вас есть. Пойду — чай себе сделаю”».

Жительница Киева в «Пункте несокрушимости»

Фото: ДСНС Киева

Такие пункты работают круглосуточно — независимо от комендантского часа. Здесь заряжают все: от телефонов и фонариков до планшетов и аккумуляторных станций, рассказывает Петров. Для многих это единственная возможность остаться на связи.

Мобильные «Пункты Несокрушимости» для многих единственная возможность остаться на связи

При этом сами работники так же подвержены опасности, как и все остальные. Так, 9 января, во время удара, были ранены пять сотрудников ДСНС. Вместе с ними работала команда медиков, один из них — 56-летний Сергей Смоляк — погиб на месте.

«Наши мобильные „Пункты несокрушимости“ будут работать столько, сколько нужно. До тех пор, пока ситуация в городе не стабилизируется и у людей не исчезнет потребность выходить на улицу, чтобы зарядиться или согреться», — отметил Петров.

Так, Татьяна из многоквартирного дома 80-х годов на Харьковском шоссе рассказывает, что единственное, что ее спасло после отключения света и тепла, это «Пункты несокрушимости»:

«У нас с 10 января 48 часов не было света. Мы рассказали об этом спасателям из ДСНС, и к вечеру воскресенья они к нам приехали. Палатки тут поставили. Сначала одну. Но людей было так много, что зайти было невозможно. А на следующий день — вторую. И чай, тепло реально помогли пережить все это».

Помимо «Пунктов несокрушимости», люди собираются и просто во дворах — у импровизированных костров, с горячим чаем и музыкой (1, 2).

Кроме того, в городе продолжают работать кафе и театры. «И это — большой контраст с первой зимой 2022 года. Я помню, как тогда ходил в оперу — это было первое, что открыли. Мы вышли со спектакля и хотели пойти в ресторан, но оказалось, что в городе нет ни одного открытого ресторана — тогда ни у кого не было генератора», — рассказывает Михаил Шейтельман.

Своими походами на культурные мероприятия делятся и пользователи соцсетей:

«Сегодня на улице было −13°C. Деревья превратились в ледяные скульптуры. С пятницы свет и отопление было всего пару часов. Горячей воды нет. Холодная вода иногда есть, иногда нет».

«Была с папой на концерте в костеле, там тоже не было электричества, но мужчина на входе бодро предложил сдать пальто. Некоторые послушались, и пожалели. Папа дал мне свою ушанку, чтобы руки в ней греть во время концерта».

«В одном из ресторанов (там генератор) в туалете был гигиенический душ с горячей водой. Я прикинула, что если что, приду к ним мыться. Но так я пока моюсь в спортзале, куда хожу каждый день. Оказалось, у меня еще есть способность просыпаться ровно тогда, когда дают электричество (обычно глубокой ночью). Я заряжаю аккумуляторы, съедаю завтрак и ложусь спать. А потом встаю и опять завтракаю».

«Сегодня подстриглась у самого крутого стилиста Киева (у них тоже генераторы). Жалко было надевать шапку на новую укладку, но мне ж не пять лет, надела и шапку, и капюшон (и две пары свитеров и колгот)».

Киев приспосабливается к холоду и темноте так же, как уже приспособился к воздушным тревогам и обстрелам, — через маленькие, практичные решения. И пока подача электроэнергии остается непредсказуемой, город продолжает выходить на улицу — за теплом, связью, поддержкой и ощущением, что жизнь все еще продолжается.

При участии Татьяны Поповой

Подпишитесь на нашу рассылку