Петя и волки

Российский фигурист после короткой программы занимает 12-е место, но сохраняет шансы на бронзу

Многие, уверен, не согласятся с утверждением, что самым захватывающим и непредсказуемым видом программы на Играх является именно фигурное катание. Однако никто не будет оспаривать тот факт, что для СССР и России коньковое ледовое искусство — больше чем спорт. Это и визитная карточка, и любовь всей страны. Кстати, дебютный чемпионат мира среди мужчин прошел ровно 130 лет назад, 9 февраля 1896 года, в Юсуповском саду Санкт-Петербурга. Титул в итоге достался немцу Гильберту Фуксу. Но всем запомнился элегантно вычертивший «лиру», «цветы», «змейку» и «крест с полумесяцем» Георгий Сандерс. Тот самый Сандерс, впоследствии помогавший легендарному Николаю Панину-Коломенкину готовиться к Играм-1908, на которых уроженец села Никольское стал первым олимпийским чемпионом в истории России. А с 1964 года, когда в Австрии Людмила Белоусова и Олег Протопопов завоевали золото олимпиады в Инсбруке, и началась славная русская эра на льду. В парном катании никто не смог сбросить с пьедестала последователей Ирины Родниной и Александра Зайцева вплоть до Ванкувера-2010. В танцах, которые включили в программу Игр в 1976-м благодаря неповторимым Людмиле Пахомовой и Александру Горшкову, мы первенствовали в общей сложности семь раз. И только на одной Олимпиаде (в Пхёнчхане-2018) «непрыгучие» россияне не попали на подиум.

Правда, в СССР мужчинам на льду долго не удавалось захватить лидерство. В Саппоро-1972 Алексей Четверухин уступил Ондрею Непеле, а в Инсбруке-1976 Владимир Ковалев не совладал с Джоном Карри. В Калгари-1988 Виктор Петренко пропустил вперед и Брайана Бойтано, и Брайана Орсера. Но зато в 1992-м одессит Виктор Васильевич и принес Объединенной команде СНГ золото Альбервиля. А затем еще четыре раза подряд новые россияне превзошли всех. В Лиллехаммере-1994 Алексей Урманов одолел канадца Элвиса Стойко и француза Филиппа Канделоро. В Нагано-1998 тех же самых соперников превзошел Илья Кулик. В 2002-м, в Солт-Лейк-Сити, — легендарная битва Алексея Ягудина и Евгения Плющенко. В Турине-2006 сверхмотивированный ученик Алексея Мишина заставил поднять руки швейцарца Стефана Ламбьеля и американца Джеффри Баттла. В Канаде, на своих третьих Играх, Плющенко не сдюжит с Эваном Лайсачеком и возьмет серебро. И после этого «провала» три Олимпиады русские парни вообще не участвовали в реальной борьбе за медали. И был риск, что в Милане-2026 не поучаствуют вовсе.

И даже когда в прошлом году Международный союз конькобежцев официально дал зеленый свет для одного одиночника и одной одиночницы в нейтральном статусе, не было уверенности в том, что выигравших отборочный турнир и получивших билет в Италию Петра Гуменника и Аделию Петросян в последний момент под каким-либо предлогом не отстранят от участия в Играх.

Не отстранили. Но проблемы у нейтрального Петра Гуменника случились уже на миланской земле. Буквально перед вылетом на Апеннины,

за три дня до соревнований, выяснилось, что катать свою короткую программу под саундтрек из фильма «Парфюмер. История одного убийцы» Гуменник не имеет права: правообладатели «неожиданно» отозвали разрешение на использование музыки.

Кто-то разглядел в подобном шаге козни Запада, но штука в том, что во время олимпийских турниров никакой неуставной самодеятельности проскакивать не должно. Кстати, по ходу уже этого сезона из-за точно таких же казусов с правами меняли свои программы полдюжины фигуристов. И ответственность тут лежит исключительно на артисте, а точнее, на его юридическом штабе, который обязан следить за соблюдением авторских прав. Кто-то возразит: с этим «Парфюмером» Гуменник прошел олимпийский отбор в Китае, так почему тогда никто ничего не запретил? Потому что отборы никому не интересны, а Игры смотрит весь мир, и всё должно быть лицензировано и согласовано. Примечательно, что автор музыки к «Парфюмеру» Джонни Клаймек признался, что вообще не при делах, так как все его права принадлежат продюсерской компании Constantine. Мама фигуриста — Елена Гуменник — подчеркнула, что данный правообладатель ударил исключительно по Петру. Маму прекрасно понимаем, но когда же мы сами поборем наше фирменное разгильдяйство?

Выплывать из положения пришлось в авральном порядке. Хореограф Даниил Глейхенгауз и тренер Петра Вероника Дайнеко экстренно нашли замену — произведение Эдгара Акопяна «Вальс 1805», которое легло на технический ряд «Парфюмера» так плавно, что целиком менять образ, то есть костюм (убрали лишь знаменитый платок), и полностью перекраивать набор прыжков не понадобилось. Но это в теории. А на олимпийском льду и при зрителях?

Гуменник, которого на разминке диктор, забыв, видимо, про закон о «нейтральности», представил как чемпиона России, ответил достойно. Из-за отсутствия рейтинга ему выпало еще и открывать соревнования фигуристов, что всегда добавляет нервов. К тому же судьи даже при идеальном прокате всегда придерживают баллы забойщикам. Идеальный прокат элегантному Петру, поймавшему кураж во второй части программы, не удался. Но, несмотря на порванный шнурок, все воздушные элементы, за исключением каскада четверной флип — тройной тулуп, получились классными. А дорожка шагов и все вращения и вовсе оказались четвертого, наивысшего, уровня. Публика поддержала его овацией. После короткой программы Петр отметил, что «не ожидал такой поддержки и очень боялся из-за огромного давления ошибиться при выполнении прыжков».

А еще пояснил, что после форс-мажора с «Парфюмером» сначала хотел катать свою старую программу «Дюна», затем попытался связаться с лидером группы Rammstein Тиллем Линдеманном (у Петра есть программа под их металлическую композицию), но получить экстренно права на их музыку не успел. Зато 23-летний петербуржец успел подружиться со своими коллегами, о чем сам с удовольствием и поделился:

«Все ребята приветливые и веселые. Я читал, что многим сборникам запретили разговаривать с русскими. Но на деле никто никого не послушал. Все меняются значками, научили меня играть в Counter-strike. Подарков получил целую сумку».

На льду, впрочем, конкуренты из двух сильнейших групп особых «презентов» не предоставили. Помарки допускали, но не падали. Впрочем, абсолютно недосягаемы сегодня, по сути, лишь двое — американец Илья Малинин и японец Юма Кагияма. Со всеми остальными бороться можно и нужно. От третьего места (от француза Адама Сяо Хим Фа) Петра Гуменника отделяют 16 баллов. Это много, но в современном фигурном катании такие отрывы отыгрывались. Шансы на медаль с учетом различных (и не только, увы, спортивных) факторов весьма призрачные. Но терять-то россиянину по прозвищу Стратег, опережающему, кстати, двух чемпионов Европы, нечего. К тому же его контент в произвольной и, замечу, привычной для него программе заслуживает уважения (там пять четверных прыжков). И при отличном прокате вкупе с вероятными проколами соперников (а почему нет?) нейтральный россиянин способен влететь в историю.

Всё решится в пятницу, 13-го.