Оригинал материала
"Осознали, что переборщили с репрессиями". Осужденному по "Баймакскому делу" Фануру Хажину заменили колонию на принудительные работы
В марте ещё одному осужденному по "Баймакскому делу" — 47-летнему уроженцу Баймакского района Башкортостана Фануру Хажину — суд заменил наказание в виде лишения свободы на принудительные работы. Это уже четвертый известный случай. В апреле суды, по данным "Idel.Реалии", должны рассмотреть ещё несколько таких ходатайств. По мнению башкортостанских общественников, "в Москве осознали, что переборщили с репрессиями в республике".
"Криминальную субкультуру осужденных не поддерживает"
В начале марта на сайте Мотовилихинского районного суда Перми было опубликовано постановление судьи Юлии Долгих об удовлетворении ходатайства Фанура Хажина о замене ему наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.
В документе сказано, что Хажин за время пребывания в колонии не уклонялся "от выполнения неоплачиваемых работ по благоустройству помещений отряда и прилегающих к ним территорий", принимал участие "в общественной жизни отряда и колонии", состоял "в кружке "Шах и Мат", посещал библиотеку и молельную комнату, а также имел "одно поощрение за добросовестное отношение к труду".
"С представителями администрации [колонии] вежлив, корректен, криминальную субкультуру осужденных не поддерживает", — говорилось в постановлении суда.
Представители прокуратуры и администрации исправительной колонии №29 в Перми, где отбывал наказание Хажин, против удовлетворения ходатайства осужденного не возражали.
Суд постановил заменить Хажину неотбытую часть заключения в колонии принудительными работами "сроком на 1 год 5 месяцев 27 дней с удержанием 10% из заработной платы в доход государства".
Принудительные работы Хажин должен отбывать в одном из исправительных центров УФСИН по Башкортостану; в каком именно — установить не удалось.
Семнадцатого января 2024 года судья Баймакского районного суда Башкортостана Элина Тагирова признала башкирского активиста Фаиля Алсынова виновным по ч. 1 ст. 282 УК РФ ("Возбуждение ненависти либо вражды") и приговорила его к четырем годам лишения свободы в колонии общего режима. Гособвинение запрашивало для активиста те же четыре года, но в колонии-поселении.
На оглашение приговора приехало несколько тысяч сторонников Алсынова, которые встретили решение суда с возмущением. На площади перед зданием суда произошли столкновения с силовиками, которые забрасывали протестующих гранатами со слезоточивым газом и избивали их дубинками. Протестующие в ответ закидывали полицию снегом. В итоге силовикам удалось вывезти Алсынова из здания суда только после того, как к ним прибыло значительное подкрепление.
После протестов в Баймаке Следственный комитет возбудил уголовные дела по двум статьям: организация и участие в массовых беспорядках (ч. 1 и 2 ст. 212 УК РФ), а также применение насилия в отношении представителя власти (ч. 1 ст. 318 УК РФ). Фигурантами этих дел стали около 80 человек.
"Он на самом деле простой трудяга"
В открытом доступе о Фануре Хажине очень мало сведений. Известно, что он родился 26 марта 1978 года в селе Нигаматово Баймакского района Башкортостана, а до ареста проживал в деревне Нижнеяикбаево в том же районе и работал в сельскохозяйственном кооперативе.
В заявке на сайте по поиску работы "Карьерист.ру" Хажин указывал, что в 1993 году он закончил среднюю школу в селе Нигаматово.
Один из башкортостанских активистов на условиях анонимности уточнил "Idel.Реалии", что Фанур Хажин "подрабатывал трактористом-машинистом в одном из фермерских хозяйств".
— Он на самом деле простой трудяга, — сказал собеседник. — У него простая семья — жена, дети. Он очень спокойный; можно сказать, безобидный.
Другой активист сообщил, что Хажин "работал электриком". По его словам, у мужчины двое детей — "взрослый сын и дочь-школьница".
"Арестовали по административной статье, а затем резко — за один час — поменяли на уголовку"
Силовики задержали Фанура Хажина вечером 10 февраля 2024 года в его доме в деревне Нижнеяикбаево, рассказывала его сестра. По ее словам, у мужчины больное сердце — "он ни дня не может без лекарств".
11 февраля судья Баймакского районного суда Александр Зайдуллин признал Фанура Хажина виновным по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ ("Неповиновение законному требованию сотрудника полиции") и арестовал его на восемь суток. В постановлении отмечалось, что Хажин "свою вину признал, раскаялся в содеянном и пояснил, что <…> требования сотрудников полиции разойтись и прекратить противоправные действия не слышал, снегом в сотрудников полиции не кидался".
"Его арестовали по административной статье, а затем резко — за один час — поменяли на уголовку, — приводили слова сестры Хажина башкортостанские активисты. — После задержания он дал показания без адвоката и сам себе навредил".
Активисты — также со ссылкой на мнение сестры — писали, что "после задержания [Хажина] полицейские вызывали ему скорую, но не передавали лекарства, поэтому он дал показания".
Сестра 10 февраля писала в Telegram-канале, что Хажин "уже уехал с большим давлением". На следующий день она добавила, что брата "уже свозили в больницу за помощью медицинской".
Через несколько дней после задержания (точную дату установить не удалось) судья Кировского районного суда Уфы Рафис Набиев удовлетворил ходатайство следствия и отправил Хажина в СИЗО. 22 февраля Верховный суд Башкортостана оставил это решение без изменений.
Родные Фанура Хажина прекратили вести Telegram-канал в его поддержку 12 февраля 2024 года.
"Бросил кусок льда и попал потерпевшему в шлем"
Судебный процесс над группой обвиняемых по "Баймакскому делу", в числе которых был и Фанур Хажин, стартовал в Устиновском районном суде Ижевска в сентябре 2024 года. Ни родственники, ни адвокаты обвиняемых не комментировали заседания, которые проходили в закрытом режиме.
24 декабря 2024 года суд признал Фанура Хажина виновным в "участии в массовых беспорядках" (ч. 2 ст. 212 УК РФ) и "применении насилия в отношении представителя власти, не опасного для жизни и здоровья" (ч. 1 ст. 318 УК РФ) и приговорил его к шести годам лишения свободы в колонии общего режима.
В мае прошлого года Верховный суд Удмуртии сократил срок лишения свободы Хажину — до четырех лет и двух месяцев. Наблюдатели оценили этот случай как беспрецедентный, отметив, что "решение суда первой инстанции было явно неадекватным по назначенным срокам".
Детали конкретного обвинения Фанура Хажина стали известны лишь из опубликованного определения Шестого кассационного суда в Самаре. Кроме того, некоторыми подробностями поделился источник "Idel.Реалии", знакомый с ходом судебных процессов.
В кассационном определении сказано, что вина Хажина подтверждается показаниями потерпевшего силовика. В документе он обозначен как "ФИО5", однако, по данным источника "Idel.Реалии", речь идет о сотруднике 29-го отряда спецназа Управления Росгвардии по РБ под псевдонимом "Байгоз". Он сообщил, что по видеозаписи "опознал Хажина Ф.Ш., который бросил кусок льда и попал потерпевшему в шлем, чем причинил ему физическую боль".
Прокуратура в кассационном представлении заявила, что "суд апелляционной инстанции необоснованно снизил назначенное судом первой инстанции наказание", и просила направить дело на новое апелляционное рассмотрение.
Фанур Хажин в своей жалобе заявил, что считает приговор "незаконным и необоснованным", а назначенное ему наказание — "чрезмерно суровым".
"[Хажин] указывает, что его косвенное или незначительное участие 17.01.2024 года в массовых беспорядках заключалось лишь в том, что он как в детстве играл в снежки", — говорилось в документе.
Там же отмечалось, что осужденный, указав на свое "полное признание в совершенном деянии и раскаяние", просил кассационный суд "снизить назначенное наказание".
Источник "Idel.Реалии" рассказал, что Фанур Хажин имеет на иждивении несовершеннолетнюю дочь, а у его взрослого сына — заболевание, требующее операции. Сам Хажин, по словам собеседника, также имеет хроническое заболевание.
Кассационная инстанция оставила приговор в апелляции без изменений.
"Скорее всего, в Москве осознали, что переборщили с репрессиями в республике"
Фанур Хажин стал не первым осужденным по "Баймакскому делу", которому суд заменил лишение свободы более мягким видом наказания.
В январе этого года "Idel.Реалии" писали, что Фатиху Ахметшину (был приговорен к четырем с половиной годам лишения свободы) суд заменил лишение свободы на "более мягкий вид наказания": вероятно, на принудительные работы. Мужчина содержался в ИК-13 в Нижнем Тагиле. По данным башкортостанских активистов, он должен отбывать принудительные работы в исправительном центре в Салавате.
В марте стало известно, что на свободу вышел ещё один осужденный — 59-летний Закий Ильясов (был приговорен к трем годам и четырем месяцам лишения свободы), отбывавший наказание в ИК-29 в Перми. В опубликованном постановлении Мотовилихинского районного суда говорилось, что ему заменили неотбытый срок заключения более мягким видом наказания — ограничением свободы "сроком на один год 10 месяцев 24 дня".
В том же месяце Тагилстроевский районный суд Нижнего Тагила заменил лишение свободы на более мягкий вид наказания осужденным Азату Мирзину (был приговорен к четырем с половиной годам лишения свободы) и Раилю Галину (был приговорен к пяти годам лишения свободы).
Башкортостанские активисты на условиях анонимности сообщали "Idel.Реалии", что Азат Мирзин освободился из колонии в феврале и был направлен на принудительные работы в исправительный центр в Стерлитамак. По некоторым данным, там же находится и Раиль Галин.
По данным "Idel.Реалии", в апреле суды в разных регионах должны рассмотреть ещё несколько ходатайств о замене осужденным по "Баймакскому делу" вида наказания.
В правозащитном проекте "ОВД-Инфо" "Idel.Реалии" заявили, что у них "нет возможности понять логику силовиков".
— Скорее, это выглядит как рутинный стандартный процесс, — отметили в "ОВД-Инфо". — В этих делах, несомненно, были основания (например, отсутствие взысканий) заменить лишение свободы в колонии более мягкими видами наказания, и суды приняли логичное решение.
Один из башкортостанских общественников (редакция не может назвать его имя из-за закона о "нежелательных" организациях в России) заявил "Idel.Реалии", что "скорее всего, в Москве осознали, что переборщили с репрессиями в республике".
— Видимо, до федерального центра, наконец, дошло, что люди действительно вышли не против власти, а против хищнической эксплуатации природы, — сказал общественник. — И кому-то в управлении внутренней политики в администрации президента РФ, думаю, попало за то, что в свое время дали команду следствию и судам принимать жесткие меры, тем самым озлобив народ.
Собеседник отметил, что среди обвиняемых и осужденных по "Баймакскому делу" "таких простых людей, как Фанур Хажин, очень много".
— Там же многие были из самого Баймака или из близлежащих сел. Они и вышли на этот сход все вместе — как на колхозное собрание. При этом опять-таки очень многие — на мой взгляд, не менее трети — раньше вообще не выходили ни на какие публичные мероприятия, которые до этого проводили. Неудивительно, что суды сейчас пересматривают и будут ещё пересматривать для них вид наказания, — резюмировал собеседник.
- По данным "Idel.Реалии", в течение 2024-2025 годов суды первой инстанции осудили 68 участников протестов в Баймаке. 66 из них приговорили к срокам от 3 лет и 3 месяцев до 7,5 лет лишения свободы (с учетом рассмотрения их жалоб в апелляционных инстанциях).
- Одной осужденной — Минзие Адигамовой — суд отсрочил исполнение наказания (четыре года лишения свободы) до достижения её детьми 14-летнего возраста. Ещё одну участницу баймакских событий (её имя не называется) суд приговорил к принудительному амбулаторному лечению у психиатра, признав её виновной в "призывах к массовым беспорядкам" (ч. 3 ст. 212 УК РФ).
- Правозащитный проект "Поддержка политзеков. Мемориал" по состоянию на январь 2026 года признал политическими заключенными 64 осужденных по "Баймакскому делу".
- Все материалы "Idel.Реалии", посвященные "Баймакскому делу", опубликованы в специальном разделе на нашем сайте.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram.
"Осознали, что переборщили с репрессиями". Осужденному по "Баймакскому делу" Фануру Хажину заменили колонию на принудительные работы
Поделиться
Поделиться
-
Idel.Реалии
Мы не разглашаем имя автора этой публикации из-за угрозы уголовного преследования по закону о нежелательных организациях в России.
This item is part of