Как Киселев жарил картошку для Порошенко

Апрельские тезисы от пропагандистов старой выделки

Телеведущий — вид исчезающий. Те, кто сегодня правит эфиром, начинали еще в последней четверти прошлого века. Пропагандисты со столь мощным стажем — не приживалки режима, а его певцы. Десятилетиями они со страстью библейских пророков пасут народы, но вдруг программа дает сбой. Апрельские откровения от акынов ТВ свидетельствуют о профессиональном выгорании, перерастающем едва ли не в личностную деформацию.

Дмитрий Киселев — категория не обсуждаемая. Его высшие государственные посты в иерархии изобретателей правильных смыслов, титулы, награды, рейтинги давно обеспечили ему позицию первого пропагандиста державы. И тут случилось непредвиденное. Недавно Дмитрия Константиновича пригласили в скромную гастрономическую программу, вследствие чего Остапа понесло. Его рассказ — венец творенья.

Уже во время учебы в Ленинградском университете склонный к гедонизму паренек закатывал пиры. (Ему претила жизнь в общежитии, поэтому он снимал отдельное жилье.) Особых разносолов в семидесятых не было, но ДК нашел выход из положения. Изобретенным лично им способом он умерщвлял уличных голубей, ощипывал их и запекал в духовке с морковью и специями. Кулинарные предпочтения Киселева колебались вместе с эпохой. В годы плодотворной работы в Киеве он основал клуб «Сковорода». Главным гостем здесь был его друг Петр Порошенко, ДК жарил ему чудесную картошку, рецепт прилагается.

Даже не знаю, что меня больше поразило, — мертвые голуби или вполне живой Порошенко, которого ублажает Киселев. Впрочем, знаю: запредельный градус самолюбования и степень эмоциональной глухоты. Гендиректор медиагруппы «Россия сегодня» с высоты своего положения знает все — и как за Родину сражаться, и как (а главное, кому) правильно столы сервировать. Он только забыл про нюансы: убийство птиц карается законом, а Порошенко — бывший президент вражеской Украины, с которой ДК так храбро сражается в телестудии.

Дмитрий Дибров, тоже пропагандист старой выделки, пошел еще дальше. Он поведал программе «Секрет на миллион» (НТВ) детали скандального развода. Год назад от него ушла жена Полина к миллионеру Роману Товстику, соседу по даче на Рублевке и бывшему другу семьи.

Копошиться в помойке из «любовных утех» (термин ДД) пришлось долго, без малого три часа. Герой с застывшим взглядом был безразличен, кажется, ко всему на свете, включая коварного Товстика, изменщицу-жену и даже троих детей.

От прежнего Диброва осталась только страсть к фанфаронству. Его глаз загорелся один раз на сакраментальной фразе: «Да у меня молодых тел было больше, чем блох на собаке».

Пытаюсь понять, что происходит с внутренним «я» тех, кто позволяет себе подобные публичные откровения? Ведь речь идет о персонажах умных, образованных, отлично знающих правила игры. Рискну предположить, что глобальная перемена участи ни для кого не проходит бесследно. Любой нормальный человек в течение жизни меняет свои убеждения. Но иногда этот процесс бывает настолько острым, что оставляет отпечаток в душе навсегда. Наши герои — люди с «отпечатками».

Некогда Киселев был яростным либералом. В его козырном проекте «Национальный интерес» даже пламенная Евгения Альбац* выглядела ретроградкой на фоне ведущего. Но прошло буквально несколько лет, и Киселев стал еще более яростным охранителем с последующим стремительным продвижением по государственной службе. Теперь он так же укоренен в системе, как Останкинская башня. Может позволить себе любой отскок от протокола.

С Дибровым случилась другая история. Он произвел много телевизионного мусора, но копил силы для главного дела жизни — «Антропологии». Тут он мастер: виртуозный интервьюер из тех, кто ажурность речи и дар импровизации подкрепляют основательной подготовкой. Все лучшее, что было в культуре — от Вознесенского с Аксеновым до Гребенщикова* с Земфирой*, — запечатлено «Антропологией». А потом начался спуск с горы. Проектов было много, он еще пыжился, пытался создать нечто величественное — «синкретическое телевизионное варево», глаголил об эйдосе и ноосфере, а за кулисами хвастается уникальной гитарой за 5 тысяч долларов.

Хлестаков победил в нем культурного оракула. Молодая жена и буйные рублевские будни довершили процесс превращения ДД в самопародию.

Для того кто преодолеет рвотный рефлекс и досмотрит «Секрет на миллион» до конца, откроются дивные дали. Дибров долго бродит то по пафосному дому, то по поселку, то у дворца Товстика, где ныне и проживает роковая Полина. Сопровождает его на этом крестном пути телеведущая Лера Кудрявцева — вся в сочувствии и в соболях. Так, под телекамеры, ДД прощается с милым домом, который он намеревается продать за 500 миллионов рублей или что-то вроде этого.

Сказать, что внезапные мемуары Киселева и Диброва перпендикулярны контексту времени, значит, не сказать ничего. От их соседства в одном информационном пространстве с донбасскими хрониками ум немеет.

Да, не забыть бы важное. Жена Товстика Елена на нервной почве запела и вступила в партию ЛДПР.

* Внесены властями РФ в реестр «иноагентов».