Оригинал материала
Еще может укусить? Прав ли Трамп, называя Иран "беззубым"
Дональд Трамп часто повторяет, что США практически полностью уничтожили военный потенциал Ирана, и называет его "беззубым противником". Но упорство, с которым иранские руководители отказываются уступать давлению со стороны Вашингтона в ключевых вопросах, и продолжающаяся блокада Ормузского пролива могут свидетельствовать об обратном. Иранские вооруженные силы, очевидно, сохраняют достаточную мощь – и еще способны больно "укусить" и американских военных, и своих соседей.
Пентагон утверждает, что количество воздушных и морских атак, совершенных Ираном в конце марта-начале апреля, до вступления в силу нынешнего перемирия, сократилось на 90 процентов по сравнению с первыми днями войны. Израильские военные одновременно заявляют, что вывели из строя не менее 70 процентов иранских ракетных установок.
Однако есть много данных, говорящих о том, что Иран сохраняет значительный военный потенциал и возможности для ведения асимметричной и гибридной войны. То есть – и крупные и вполне еще боеспособные сухопутные войска, и морские "москитные силы" и, главное, достаточно ракет и беспилотников, чтобы по-прежнему дестабилизировать Ближний Восток и продолжать блокировать стратегически важный для мировой экономики Ормузский пролив. Будучи вновь прижатым США и Израилем к стенке, Иран будет готов опять наносить весьма болезненные удары по своим противникам и их союзникам, о чем пишет, например, американский Институт изучения войны (ISW).
Способности Тегерана к вооруженному ответу во время нынешней войны говорят о быстром восстановлении его вооруженных сил после предыдущего 12-дневного вооруженного конфликта с Израилем и США в июне прошлого года. Как отмечают некоторые аналитики, в Вашингтоне, скорее всего, недооценили и скорость, с которой Иран начал воссоздавать свой потенциал, и то, что все последние месяцы он использовал для подготовки к следующему конфликту.
Согласно многочисленным данным, имеющимся в открытом доступе, и источникам в разведслужбах, на которые ссылаются западные СМИ, на конец апреля сухопутные силы Ирана остаются одними из крупнейших на Ближнем Востоке, насчитывая около 610 тысяч человек активного состава. Сухопутный компонент ВС Ирана разделен между двумя параллельными структурами:
Регулярная армия ("Артеш"):
Примерно 350 тысяч человек, основная задача — классическая территориальная оборона.
Корпус стражей исламской революции (КСИР):
От 125 до 190 тысяч человек. Это элитные силы, имеющие собственные ВВС, ВМС и так далее и отвечающие за наступательные операции, управление прокси-формированиями и современные системы вооружения. Также КСИР подчиняются резервисты "Басидж", мобилизационный ресурс которых оценивается в 350 тысяч подготовленных добровольцев. При этом общее число этих резервистов может достигать полутора миллионов.
Парк вооружений сухопутных сил Ирана представляет собой смесь западной и советской техники с современными местными разработками. Все эти машины значительно устарели и не идут ни в какое сравнение с американской военной техникой – однако количество их все же очень велико:
- Танки: около 1500–2000 единиц. Основу составляют Т-72 и иранские "Зульфикар" количеством около 250 штук. Самая современная модель – собственный иранский танк "Каррар", которых выпущено около 100 единиц. Визуально и по характеристикам он сильно напоминает российский танк Т-90МС.
- Артиллерия: Иран обладает мощным артиллерийским кулаком, включающим до 7 тысяч систем, в том числе многочисленные РСЗО и буксируемые орудия.
- Бронетехника: более 65 тысяч бронемашин различного класса (БМП, БТР и так далее).
Как отмечает военный эксперт Эмиль Хокаем из Международного института стратегических исследований (IISS), после действительно сокрушительных американских и израильских воздушных ударов Иран, безусловно, ограничен в возможностях проводить быстрые наступательные операции за пределами своих границ – из-за устаревания техники и полного господства противника в небе. Но его сухопутные силы остаются опасными. Иранская армия может показать значительную эффективность в затяжной войне на истощение на собственной территории. Рельеф страны и опыт ведения партизанских действий делают полномасштабное наземное вторжение в Иран, даже для столь превосходящего соперника, как США, крайне рискованным.
В условиях превосходства противника в воздухе иранские военные, судя по имеющимся данным, делают ставку на мобильные ракетные установки, которых у него может оставаться свыше 1550 единиц, и массированное применение дронов. Аналитики подчеркивают, что сухопутные силы Ирана сохранили доступ к туннелям, ведущим к его подземным "ракетным городам" и складам хранения беспилотников. К тому же у иранцев явно есть секретные ракетные базы, которым пока удается избегать обнаружения со стороны разведывательных служб США и Израиля.
Возможно, это начали осознавать и в Белом доме и Пентагоне – недавно Дональд Трамп поручил помощникам подготовиться к длительной морской блокаде Ирана. По информации издания The Wall Street Journal, ссылающегося на американских чиновников, на недавних встречах Трамп решил продолжить оказывать нарастающее давление на экономику Ирана и экспорт его нефти, блокируя иранские порты. По словам людей из окружения американского президента, Трамп оценил вариант возобновления воздушных ударов и, тем более, какое-либо масштабное сухопутное вторжение в Иран как в разы более рискованные мероприятия.
Сам президент 28 апреля заявил, что Тегеран якобы просит, чтобы Вашингтон как можно скорее разблокировал Ормузский пролив. "Иран только что сообщил нам, что находится в состоянии "краха". Они хотят, чтобы мы как можно скорее "открыли Ормузский пролив", пока они пытаются разобраться с ситуацией со своим руководством (и я верю, что им это удастся!)", – написал Трамп в соцсети Truth Social.
Последние переговоры между США и Ираном состоялись 11 апреля в столице Пакистана. По их итогам вице-президент Соединенных Штатов Джей Ди Вэнс сообщил, что они были "содержательными". Однако, по словам Вэнса, Тегеран при этом не согласился удовлетворить ни одно из ключевых требований Вашингтона – ни относительно своей ядерной программы, ни по поводу перспектив открытия Ормузского пролива, который продолжают блокировать ВМС КСИР. Планировавшийся второй раунд переговоров до сих пор не состоялся, и пока между США и Ираном продолжает действовать перемирие, продленное Трампом без указания конкретного срока его завершения.
Воздушная война США и Израиля против Ирана, начавшаяся 28 февраля, оказалась во многих аспектах очень эффективной – многие члены высшего иранского руководства погибли, сотни военных объектов были уничтожены, а иранские военно-воздушные силы практически перестали существовать, как и все его крупные надводные корабли. Однако говорить о "беззубости" Ирана в военном плане пока крайне преждевременно, считают независимые западные аналитики. Так полагает, например, Фарзин Надими, эксперт по вопросам безопасности из Вашингтонского института ближневосточной политики, специализирующийся на Иране и Персидском заливе:
"С точки зрения имиджа этой войны для США, потопленные корабли и полностью уничтоженные военно-воздушные силы Ирана – конечно, красивый показатель одержанных побед. Но мы все понимаем, что главным показателем успеха для самого Тегерана остается его возможность продолжать запускать баллистические ракеты и беспилотники по Израилю, американским базам и странам Персидского залива. И мы знаем, что иранцы по-прежнему способны это делать".
Фабиан Хинц, эксперт института IISS, специализирующийся на спутниковых снимках и OSINT-анализе ракетных программ, в своих последних публикациях оценивает состояние иранского арсенала после ударов США и Израиля. По его мнению, у Ирана сохранилось около 60 процентов пусковых установок и 70 процентов запаса ракет. Особое внимание эксперт уделяет тому, что Иран явно использует нынешний режим прекращения огня для восстановления своих сил, извлекая пусковые установки из глубоких подземных укрытий.
Фабиан Хинц и Фарзин Надими вдвоем называют иранский ракетный арсенал все еще крупнейшим на Ближнем Востоке: у Тегерана могло, по их словам, остаться более 3 тысяч баллистических ракет. К тому же иранцы значительно повысили выживаемость своих ракетных сил, создав сеть из десятков укрепленных подземных баз, тех самых "ракетных городов". По мнению обоих аналитиков, Тегеран в ближайшее время продолжит наращивать возможности своих ракет средней дальности, способных достичь Израиля и Южной Европы. Цель – обеспечить жизнеспособность своей стратегии сдерживания.
Также Иран, по всей вероятности, по-прежнему располагает многими тысячами беспилотников типа "Шахед". Однако точно подсчитать это невозможно, поскольку разведывательные данные США и Израиля об иранских возможностях ограничены.
Как отмечает газета The New York Times, осторожный скепсис начинает звучать даже в словах американских генералов, непосредственно отвечающих за проведение операции "Эпическая ярость" против Ирана. Они все тщательнее выбирают выражения, оценивая оставшийся военный потенциал Тегерана в публичных выступлениях. Например, адмирал Чарльз Брэдфорд Купер, глава Центрального командования США (CENTCOM), отвечающего за управление американскими войсками на Ближнем Востоке, в Восточной Африке, Южной и Центральной Азии, заявил в середине апреля, что благодаря ударам США и Израиля "количество запусков иранских беспилотников и ракет сократилось на 90 процентов". Однако это не то же самое, что сказать, что эти удары "уничтожили 90 процентов иранских беспилотников и ракет", подчеркивает NYT.
Келли Гриеко, старший научный сотрудник Центра Стимсона, исследовательского института по международным отношениям в Вашингтоне, говорит в интервью NYT, что количество ударов может быть не столь важным, как эффективность использования Ираном своего арсенала. Гриеко проанализировала данные из открытых источников об иранских ракетных пусках, и (хотя сама она предупреждает о возможной неточности этих цифр) обнаружила, что частота попаданий иранских ракет по целям постоянно росла по мере развития боевых действий, более чем удвоившись с 10 марта. "Иран умело адаптируется к ситуации. Есть признаки того, что у нас нет никакого побежденного и "беззубого" противника – а есть такой, который постоянно учится и может причинить достаточно ущерба, чтобы реализовать свои стратегические планы" – отмечает Келли Гриеко.
Возможно, аналитики Пентагона в апреле ошибочно приняли снижение военной активности Ирана за снижение его потенциала, считают аналитики. По их мнению, Иран мог, к примеру, в какие-то дни запускать меньше ракет и беспилотников не потому, что они были уничтожены, а потому что иранские военные их просто передислоцировали. Иранцы могли лишь замедлить темп своих атак, поскольку изучали новые разведывательные данные при принятии решений о выборе целей.
Еще может укусить? Прав ли Трамп, называя Иран "беззубым"
Поделиться
Поделиться
Этот контент также в категориях