Оригинал материала
"Запинывали на глазах у брата". Срочников превращают в "добровольцев"
17-летних и 18-летних срочников в России заставляют подписывать контракты с Минобороны силой, рассказывают их родственники. По их словам, солдат избивают, спешно перевозят из региона в регион, чтобы родители не успели приехать в часть, а отказавшихся подписывать документы все равно отправляют в Ростовскую область – поближе к войне.
"Нас купили на Дальний Восток"
17-летнего Стаса Самова призвали в армию в декабре 2025 года из забайкальского города Шилка. Еще до отправки в сборный пункт под Читой в военном комиссариате он подписал объяснительную, почему не собирается подписывать контракт с Минобороны РФ.
– Представляете, они в часть не успели приехать и присягу принять – у них сразу про контракт спросили. Но тогда только спросили, поэтому мы сильно не переживали, хотя слышали, конечно, про ужасные случаи принуждения срочников и обмана, – говорит родственница Самова Светлана (имена наших собеседников изменены по соображениям безопасности). – Думали, что тем ребятам просто не повезло с командирами, частью. Сейчас понимаем, что от этого не убережешься.
5 декабря в сборный пункт под Читой в бывшем военном поселке Антипиха приехали офицеры из 50-й железнодорожной бригады города Свободный Амурской области.
– Командование называет их "покупателями" – такие командированные частью офицеры выбирают на сборных пунктах срочников, типа "покупают" их. Это условное обозначение, денег они не платят, конечно. Но действуют как торговцы рабами – чуть ли не в зубы смотрят. За то их так и прозвали. Если раньше офицерам могли отказать в выборе определенных солдат в группу, то сейчас они без разговоров с командованием пункта ведут отбор – по результатам тестов и по биографии хватают и едут в часть, – говорит правозащитник, специализирующийся на кейсах призывников Роман. – Если раньше бывали случаи, что призывников командирам не отдавали, они через прокуратуру выбивали свои командировочные, потраченные на поездку впустую. Сейчас "пустых" поездок нет, "мясо" всегда привозят. На контракт пытаются "посадить" еще в поезде.
По прибытии в бригаду Самова и еще два десятка забайкальских срочников определили в войсковую часть 98566 "для прохождения курса молодого бойца".
– Даня в декабре отзвонился: "Нас купили на Дальний Восток". 18 января курс этот у них закончился, ребята приняли присягу. И в этот же день их внезапно переводят в войсковую часть № 75246 в батальон механизации. Там они в основном занимались ремонтом техники, убирали парки, ремонтировали в парках ограждения, скамейки и так далее. Родители выдохнули, – говорит Светлана. – Но в марте им предстояла командировка в ремонтный взвод в Уссурийск. Тогда и начались прессования.
12 марта 2026 года перед командировкой Самову и еще двоим срочникам Вадиму Раскину и Данилу Буднину приказали перенести палатку.
– Пока таскали, прибежал посыльный и позвал Стаса, якобы вызывал старший прапорщик Гончарук к себе в роту. Он бросил все дела, заходит в роту, в канцелярию, а там – старший прапорщик Гончарук, лейтенант Белов и несколько писарей. Гончарук ему сразу же вопрос: "Расписывался ли ты в ведомости о технике безопасности, перед убытием в командировку?" – "Никак нет" – "Ну вот надо расписаться", – рассказывает подруга Станислава Ольга.
По словам друзей, Стасу предложили должность сварщика в ремонтно-патрульном взводе Гончарука.
– Стас еще раз уточнил: "Это точно без контракта?" Он задавал этот вопрос всегда, когда речь заходила о подписании какого-либо документа. Тот сказал, что да, не контракт, – говорит Ольга. – Он еще поспрашивал Стаса по сварке: какие марки электродов знаешь, какие сварочные аппараты. Стас в итоге захотел посоветоваться с командиром роты. Ему показалась странной такая настойчивость. И на вопрос о контракте он ответил так, что было подозрение – врет. В итоге на полпути до командира этот лейтенант Белов перехватывает его, хватает за ремень: "Пошли подписывать, уже зае..л". Он буквально его поднял и понес со второго этажа по первый, до строевой. Он такой кабан, а Стас, ну домашний мальчик, тяжелее компьютерной мышки ничего дома не поднимал. И вот так на весу он еще раз ему: "Товарищ лейтенант, разрешите посоветоваться с командиром роты" – "На**й тебе это надо". И потащил дальше.
После в строевой части (отдел кадров в в/ч) лейтенант, по словам родных Самова, подсунул ему уже подготовленные документы на подпись: рапорт о переводе в ремонтный взвод и ведомость техники безопасности на листах А4.
– Стас внимательно стал читать ведомость техники безопасности. Но там даже слова о контракте не было. Рапорт о переводе прочитал – там было всего три строчки, но о контракте ничего не было написано. И кем заверено – тоже не было написано, – говорит родственница Светлана. – Тогда его стали торопить – мол, не подпишешь, поедешь не в командировку в Уссурийск, а кинем в Ростовскую область или еще куда к границе – там помрешь с большей вероятностью. В итоге все трое подписали.
Родные Вадима и Данила подтвердили, что те подписывали документ о переводе в ремонтную бригаду, в котором не было никакого упоминания контрактной службы.
– В обоих документах не было ни слова про контракт. Срочная служба, ремонтная бригада, должность старшего водителя, – говорит родственница Данила Елена из Иркутской области. – 12 марта они со спокойной душой убыли в эту командировку. Созвониться с нами и посоветоваться они даже не могли, у них забрали телефоны. Выдали только 25 марта (через две недели)!
В Уссурийске срочники разбирали технику, которая туда приходила. О якобы заключенном ими контракте они узнали только 25 марта.
– В тот же день, когда им выдали телефоны, писарь один им проговорился – мол, по штатной ведомости вы числитесь уже как контрактники. Они в шоке. Первым же делом кидаются к телефону и в свои банки звонят. А на балансе карты у Дани 195 тысяч! – говорит Елена. – У остальных – пока еще по нулям.
Срочники тут же позвонили родным и объяснили ситуацию. Те сразу же начали подавать заявления в прокуратуру и следственный комитет.
– К началу апреля матери и отцы Вадима, Данила, Стаса и еще двух братьев-близнецов из Новосибирска, Сергея и Саши, которые с ними в роте были – все подали жалобы в военную прокуратуру, Минобороны, Следственный комитет, – говорит Елена. – Дани мама, Юлия, даже в администрацию края обращалась. Везде молчание, тогда родители стали собираться в Приморский край, в часть в Уссурийске.
"Все равно повезли в мясорубку"
Пока родители покупали билеты в Приморье, срочники подали по совету юриста рапорт командиру взвода.
– Их тут же собрали и повезли обратно в город Свободный. Родителям пришлось переигрывать и их догонять, – говорит Светлана. – Пока ехали в Свободный, их опять стали готовить в Уссурийск. Причем пока везли, заявили, что из Уссурийска они уедут "в командировку на 3 месяца для прохождения обучения на операторов дронов БПЛА". В Уссурийске их доставили в часть 305-й артиллерийской бригады, где уже начали жестко прессовать: либо вы отказываетесь от всех прежних рапортов о подлоге и подписываете документ, что согласны участвовать в специальной военной операции. Либо вы пишите рапорты, что не согласны участвовать в специальной военной операции – в этом случае сразу же выезжаете в город Свободный, обратно в часть. "Но в пятницу вы оттуда поедете уже в Борзю в 29-ю армию, а в родном Забайкалье вас никто спрашивать уже не будет, кинут на мясной штурм".
Телефоны у срочников опять отобрали, но они нашли откуда позвонить.
– Адвокат сказал категорически – ни в кое случае не подписывать рапорт. И все, ребята написали только отказ [от участия в СВО"]. Стояли несколько часов потом на плацу, пока им не сказали: "Все, везем обратно в Свободный. А оттуда уже с концами – через Борзю поедете на фронт", – вспоминает родственница Самова Светлана. – Они держатся. Потом пропадают на несколько дней. И мы узнаем, что их жестко бьют. Прямо пинают по почкам, по голове – профессионально. А родители еще не доехали. Они из-за этих мотаний детей – из Приморья в Приамурье – не знали, куда кидаться. И вот родных запутали, а детей бьют смертным боем. Одного из близнецов ногами смертным боем запинывали на глазах брата – "Если не подпишешь, мы его кончим тут". Они подписали. Наши держались, они ничего не подписали, хотя все сине-черные уже. Их увезли в Ростовскую область 20 апреля! Сказали, что "в зону военной операции". Они ничего не подписали, ничего. А их все равно увезли.
По словам родных, в Уссурийске срочников приписали к 10-й отдельной мотострелковой бригаде, дислоцированной в Ростове.
– Они пропали со связи, с тех пор не звонили даже с левых номеров, – говорит родственница Данила Елена. – Но перед отъездом они успели дозвониться, сказали, что под Ростовом их должны определить на полигон для прохождения учений военных. Матери едут туда, отцы остались здесь, ждать ответов. Все рыдают, потому что хоть башку разбей, а ничего не выходит сделать. Уже видно, что вытащить Даню ну почти невозможно. Они дважды(!) писали отказы воевать, последний раз – под угрозой, что их забьют там до смерти. А их все равно увезли. Родители, конечно, в шоке, что их решение не покупать "справку из психушки", чтобы отмазать сыновей, обернется тем, что их там насильно в мясорубку кинут. Срочников! Я знаю несколько одноклассников Данила – они купили такие справки и успешно сбежали от армии, даже не в универе.
Президент РФ Владимир Путин не раз заявлял, что военнослужащие срочной службы якобы не участвуют в боевых действиях. Однако, согласно данным правозащитников антивоенного проекта "Идите лесом", количество обращений к ним по поводу силового принуждения к контрактам от срочников выросло до 44%.
– В марте "Идите лесом" проконсультировал 3372 человека – это больше 100 человек каждый день, – сообщает статистику создатель проекта Григорий Свердлин. – Чаще всего люди обращались из-за срочной службы: таких консультаций было 1895. Еще 1079 консультаций были связаны с мобилизацией. Она по-прежнему продолжается. 91 человеку мы помогли дезертировать и оказаться в безопасности. Всего обращений с просьбой помочь дезертировать было 253 за предыдущий месяц. И 40% из них – от срочников, которых принудили к контракту!
По словам правозащитников, добиться возвращения срочника через суд практически невозможно.
– Это очень сложно. Приведу в пример кейс срочника Данила Аксенова. Парень служил срочку в части №98563 Хабаровска, но под угрозами и давлением подписал контракт. 20 апреля должен был состояться суд о расторжении его контракта, но 17 апреля, буквально накануне суда, его вывезли в другую часть и в день суда уже отправили на войну в Украину, – говорит правозащитник Роман.
Контракт Данила Аксенова заставили подписать 9 февраля, когда он вернулся с суточного наряда.
– Старший лейтенант увел его в каптерку, где были еще трое других военных. Там его заставили без опоры простоять на ногах до утра. Командир роты лейтенант Терентьев при этом нашел в его телефоне переписку с матерью, где срочник писал, что не будет ни за что подписывать контракт. "За эти слова тебе пришьют срок за шпионаж, но если подпишешь контракт, "все забудем", заявил ему лейтенант, – рассказывает правозащитник. – Парень не спал двое суток, в итоге сломался и подписал рапорт на заключение контракта. 16 февраля в штабе на него оформили еще четыре рапорта: зачисление в личный состав части, назначение на должность, зачисление на котловое довольствие, выплата за 2026 год. Данил отказался их подписывать и написал объяснение, где прямо указал: контракт подписан под принуждением. Есть свидетели, они были готовы свидетельствовать суду, но их не выпустили из части на заседание.
Когда Аксенов подал рапорт о расторжении контракта на имя командира части подполковника Албакова, его не приняли, а самого Данила отправили в наряд.
– Его мама заявила в военную прокуратуру, после чего у парня изъяли все личные вещи. За использование телефона в наряде ему назначили 10 суток гауптвахты – без права апелляции. 17 апреля выпустили, тогда же вручили уведомление о том, что 20 апреля состоится суд по иску о расторжении контракта. Но в тот же день его увезли в другую часть в поселок Князе-Волконское, а 19 апреля – бортом увезли в Ростов. 26 апреля он дозвонился с чужого телефона, будучи уже под оккупированным Мариуполем.
Между тем темпы набора контрактников в начале 2026 года снизились на 20%, подсчитал научный сотрудник Германского института проблем международной безопасности Янис Клюге на основе данных российского Минфина. В общей сложности в 2026 году Минобороны набрало 70,5 тысячи контрактников, свидетельствуют данные бюджетов из 40 регионов России.
"Запинывали на глазах у брата". Спецоперация Минобороны по превращению срочников в "добровольцев"
Поделиться
Поделиться
Этот контент также в категориях