Черные дыры Европы. Как ЕС легализует офшорные лагеря и бесправие для мигрантов

Новое законодательство было построено вокруг одной, звучащей удручающе цифры: только около 20% мигрантов, получивших в ЕС приказ о депортации, фактически высылаются с его территории. Эти данные неоднократно использовались в выступлениях, пресс-релизах и в пояснительной записке к самому регламенту как доказательство того, что система не работает и что срочно необходимы новые радикальные инструменты.

Проблема в том, что, по мнению экспертов, эта цифра не отражает реальность и ни о чем не говорит. Центр европейских политических исследований (CEPS) отмечает, что мигранты регулярно учитываются по несколько раз в разных государствах-членах (например, при въезде и на месте постоянного жительства, при неформальных переездах или из-за разного статуса в разных странах), что в несколько раз завышает знаменатель.

Что еще важнее, многие приказы о возвращении официально издаются в случаях, когда депортация изначально была попросту невозможна или нелегальна. Низкий уровень соблюдения законодательства, как заключил анализ CEPS, «в значительной степени отражает правовые ограничения, которые никакая реформа не может преодолеть».

Эксперты, занимающиеся миграционной политикой, выдвигают подобный аргумент уже много лет. Исследование, проведенное в рамках проекта FAiR Роттердамского университета Эразма, финансируемого ЕС и посвященного изучению управления репатриационной миграцией, показало, что «политические меры, такие как соглашения ЕС или ускоренные решения по видам на жительство, оказывают относительно небольшое влияние на результаты депортации».

Факторы, определяющие, покинет ли убежище лицо, которому было отказано, гораздо чаще носят личный и контекстуальный характер: например, возраст, безопасность в стране происхождения, экономические условия. «Даже в самых благоприятных сценариях, — говорит исследователь Арьен Лееркес, — большинство лиц, которым было отказано в убежище, либо остаются в Нидерландах, либо мигрируют дальше».

Профессор Хайн де Хаас из Амстердамского университета возглавлял проект DEMIG — пятилетнюю инициативу, финансируемую Европейским исследовательским советом. В ее рамках были созданы одни из крупнейших в мире баз данных по миграции. Хаас посвятил свою карьеру документированию того, что он называет «независимым от фактов» характером миграционной политики.

«Миграция — это крайне политизированная тема», — пишет он. Поскольку миграционная политика часто связана с успехом (или поражением) на выборах, законодатели и партии не ставят в приоритет разработку политики, основанной на фактах, — они хотят просто показаться решительными.

Его исследование показало, что ограничительная политика часто имеет непреднамеренный эффект: хотя она действительно может снизить новые потоки иммиграции, она также уменьшает эмиграцию — за счет так называемого эффекта замещения обратных потоков.

Пограничные ограничения могут нарушать циркуляцию населения: например, получение права на пребывание в одной стране может быть достаточно долгим и сложным процессом, чтобы рисковать всем этим заново и покидать страну, даже когда существуют экономические стимулы.

Тот же принцип препятствует возвращению мигрантов и подталкивает их к постоянному проживанию — риск потерять возможность вернуться и застрять в родной стране может быть слишком велик. Другими словами, визы и прочие ограничения могут производить эффект, прямо противоположный заявленному.

Существует также более структурный аспект проблемы, который полностью игнорируется новой регуляцией. Проект I-CLAIM, финансируемый ЕС, описывает, как нелегальная миграция во многих случаях становится результатом не столько «слабых границ», сколько последствием нормального и ожидаемого функционирования правил, регулирующих европейский рынок труда. Например, разрешение, привязанное к одному работодателю, утрачивает силу, когда заканчивается работа. Или мигрант теряет легальный статус, когда после трудного года не может преодолеть необходимый порог дохода. Или распадается семья и кто-то из ее членов лишается законного основания для проживания (по воссоединению семьи) и так далее.

В различных секторах рынка труда разрешения, привязанные к работодателю, превращают контроль за миграцией в форму трудовой дисциплины: работники, которые рискуют потерять свой статус, меняя работу, не могут отстаивать свои права, отказываться от небезопасных условий труда или действовать организованно.

Постоянная угроза депортации, отмечается в анализе CEPS, является своего рода намеренным инструментом контроля над рабочими. Проще говоря, он вынуждает их мириться с плохими условиями труда, нарушением прав рабочих, лишь бы не рисковать своим местом.