Путин меняет фаворита? Зачем Силуанову расширенные полномочия

Государственная Дума в пожарном порядке сразу в трех чтениях приняла внесенные правительством поправки к Бюджетному кодексу. Они дают министерству финансов право без всякого согласования наращивать расходы федерального бюджета и занимать для этого на внутреннем рынке любые суммы, без оглядки на заложенный в бюджете лимит госдолга. Помимо прочего, это может означать смену неформального лидера финансово-экономического блока, которому Путин доверяет определять экономический курс.

В среду 10 июня Государственная дума быстро и без лишнего шума в российской прессе сразу в трех чтениях приняла поправки в Бюджетный кодекс, внесенные правительством за два дня до голосования. Они принципиально меняют весь бюджетный процесс. Нововведений много, но главных два. Во-первых, правительство (а фактически министерство финансов) получило право без согласования и внесения поправок в закон о бюджете тратить больше, чем этим законом предусмотрено. А во-вторых, Минфин может теперь занимать на внутреннем рынке столько, сколько сочтет нужным, не обращая внимания на такие "глупости", как установленный законом верхний предел государственного внутреннего долга.

Evening Newsletter - Subscription widget compact

Российский федеральный бюджет давно уже перестал быть законом, обязательным к исполнению: только в прошлом году его дважды переписывали, всякий раз собирая депутатов для утверждения радикальных правок, в результате которых заложенный в бюджет дефицит вырос в 5 раз. Однако нынешние поправки окончательно превращают закон о бюджете в "филькину грамоту", которая если кому-то и нужна, то исключительно в качестве "декларации о намерениях", не имеющей к суровой действительности никакого отношения. Депутаты, которые за бюджет голосуют, уже даже по формальным признакам перестают играть сколько-нибудь значимую роль и влиять хоть на какие-то экономические процессы в стране.

Депутаты, которые за бюджет голосуют, перестают влиять хоть на какие-то экономические процессы в стране

Им, конечно, не привыкать. Но одно дело устоявшаяся практика, которая может и измениться, а другое – собственными руками голосовать за законодательное закрепление собственной никчемности. Впрочем, не исключено, что многие народные избранники так и не поняли, как меняют их статус принятые ими поправки. Времени осмыслить и обсудить их депутатам никто не дал: от внесения в Думу до принятия в третьем, окончательном чтении прошло около двух суток.

Министр финансов Антон Силуанов Думу, фактически дающую ему карт-бланш, своим присутствием не почтил. В этот момент он сидел на совещании у Владимира Путина и слушал про российские достижения на ниве организации детского отдыха. Отвечать на вопросы депутатов отправилась заместительница Силуанова Ирина Окладникова. Она успокоила их тем, что никакого бюджетного кризиса нет, а поправки нужны ровно для того, чтобы он и не случился. Депутаты послушно поверили.

Если смотреть на всю эту историю как на продолжение других событий, начиная с болезни главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, которая помешала ей принять участие в Петербургском международном экономическом форуме, и заканчивая путинским совещанием по экономическим вопросам, где не присутствовал никто от Центрального банка, можно предположить, что расклад сил в финансово-экономическом блоке меняется. С самого начала своего правления Путин в экономических вопросах выделяет одного из чиновников, которого наделяет более широкими полномочиями и который фактически определяет экономическую политику, пользуясь относительной независимостью. Этакий задающий направление движения "коренной рысак" в русской тройке. Остальные играют роль "пристяжных", помогающих в меру сил тянуть сани.

Особенность Силуанова – четкое понимание, на чем (и на ком) можно экономить, а на чем нельзя ни при каких обстоятельствах

Должность при этом роли не играет. Изначально таким "коренным" был "суперминистр" экономики и торговли Герман Греф, потом министр финансов Алексей Кудрин. В последние годы – глава Банка России Эльвира Набиуллина. Вот только в ее представления о прекрасном, исходя из которых она принимает решения, похоже, окончательно перестали укладываться последствия войны для российской экономики. Зато есть безотказный Силуанов, сохраняющий прекрасное расположение духа при любом состоянии федерального бюджета. Собственно, и его назначение состоялось после громкой отставки Кудрина, который на тот момент был непосредственным начальником Силуанова. Отставки сопровождалась публичной перепалкой между Алексеем Кудриным и Дмитрием Медведевым из-за программы перевооружения российской армии стоимостью 20 триллионов рублей. И сейчас сумма немаленькая, а осенью 2011 года она и вовсе выглядела безумием. Кудрин заявил, что таких денег у государства нет, и отказался перекраивать сверстанный уже бюджет на следующие три года. Зато его заместитель Антон Силуанов необходимые деньги пообещал найти. И в конечном итоге нашел, хотя для российской экономики это вылилось в "потерянное десятилетие": после бурного роста "нулевых" 2010-е запомнятся стагнацией и застоем (в интерпретации Путина – "стабильностью"). Утверждать, что тогдашнее решение в конечном итоге привело к нынешней войне, было бы преувеличением. Однако свою роль в том, где Россия оказалась сейчас, дорогостоящая программа перевооружения армии, безусловно, сыграла.

Получив министерский пост Кудрина, Силуанов не унаследовал ни его авторитета, ни статуса "суперминистра". Тем не менее с 2011 года он – бессменный министр финансов и постоянный игрок финансово-экономической команды. Его отличительная особенность – "правильная" (с точки зрения Путина) расстановка приоритетов и четкое понимание, на чем (и на ком) можно экономить, а на чем нельзя ни при каких обстоятельствах. Так, в 2014 году Силуанов фактически похоронил начатую в "нулевых" пенсионную реформу, сначала потратив замороженные индивидуальные накопления на "интеграцию" аннексированного Крыма, а потом заявив, что никакой компенсации будущие пенсионеры не получат, поскольку денег на это в бюджете нет. Характерно, что в данном случае речь шла о сумме, которая на два порядка меньше стоимости программы перевооружения.

Подобного рода "понятливость" и способности проявлять чудеса изворотливости для решения сиюминутных задач для долгосрочного развития экономики не слишком полезны. Однако долгосрочное развитие Путина (в силу возраста и иных обстоятельств) уже не слишком волнует. Так что у Силуанова есть все шансы стать наконец "суперминистром".

Читайте Свободу в Телеграме