«Реальных конкурентов у врио президента Южной Осетии Камболова нет, его инаугурация фактически предрешена», — политолог

Исполняющий обязанности президента самопровозглашенной республики Южная Осетия Марат Камболов, занявший этот пост всего несколько дней назад, после того как его предшественник Алан Гаглоев перешел на работу в администрацию президента РФ в качестве советника Владимира Путина, начал свою работу с нескольких публичных выступлений. В частности, он посетил с проверкой пропускной пункт Нижний Зарамаг на границе с Северной Осетией (официально входящей в состав России), раскритиковал работу таможенников и потребовал ускорить процесс прохождения границы. На следующий день он встретился в здании правительства республики с рабочими-дорожниками, которым уже девять месяцев не выплачивают зарплату.

«Дал поручение ответственным ведомствам незамедлительно разобраться в ситуации, установить причины возникновения задолженности и представить конкретные решения по ее погашению. Ситуацию беру под личный контроль», — написал Камболов в своем Telegram-канале.

Камболов стал первым уроженцем России, возглавившим непризнанную республику, — он родился в Северной Осетии, учился в Академии народного хозяйства РФ, работал в Федеральном агентстве по науке и инновациям. В 2010 году стал заместителем министра образования России Дмитрия Ливанова, однако в 2016 году оставил должность и перешел на работу в Курчатовский институт, где сначала занимал пост заместителя директора, а затем — директора. В начале июня этого года был назначен на пост главы правительства Южной Осетии. Фактически возглавлять республику ему предстоит как минимум до досрочных президентских выборов.

Сотрудник Каспийского политического центра в Вашингтоне Николас Кастильо в разговоре с The Insider рассказал, что назначение бывшего российского чиновника на пост главы республики — логичное продолжение российской политики в отношении Южной Осетии:

«В данный момент в Южной Осетии нет кого-то, кто мог бы (или захотел бы) бросить вызов Камболову. Если только туда не направят другого россиянина, именно он станет ключевой фигурой на местном уровне. Для России формализация контроля над Южной Осетией хорошо вписывается в общий экспансионистский вектор российской внешней политики, значительно усилившийся после 2022 года. В последние годы Кремль предпринимает целенаправленные усилия по установлению более жесткого экономического и политического контроля над Абхазией и Южной Осетией, так что это, безусловно, устойчивая тенденция».

Глава регионального офиса фонда Фридриха Эберта на Южном Кавказе Марсель Ретиг рассказал The Insider, что назначение Камболова на пост врио главы республики в условиях отсутствия конкуренции — признак недоверия Кремля местным элитам.

«Прямой контроль Москвы над институтом президентства в Цхинвале через назначение российского чиновника Марата Камболова — беспрецедентный шаг. Он указывает на то, что Кремль готовит фундаментальные решения, которые он просто не готов доверить местным элитам. Недавний „договор об углублении союзничества“ юридически открыл путь российским чиновникам во власть региона, фактически ликвидировав ценз оседлости. Поскольку в Цхинвале сейчас нет политических фигур, способных или готовых противостоять назначенцу из Кремля, его инаугурация — вопрос времени.

В условиях затяжной войны против Украины и жестких международных санкций роль Южной Осетии для Кремля радикально изменилась. Во-первых, Москва больше не может и не хочет позволять себе неэффективное расходование бюджетов. А во-вторых, в ситуации, когда Россия теряет влияние на Южном Кавказе (в Армении и Азербайджане), удержание Грузии в орбите своего влияния становится для Путина особенно важным. А Южная Абхазия — удобная разменная монета для „политического покера“ с Тбилиси».

Ретиг напомнил, что отставке Гаглоева предшествовал крупный скандал, связанный с растратой льготных кредитов от российских банков. В частности, лидер партии «Единство народа», экс-депутат парламента Владимир Келехсаев обвинил Гаглоева в том, что республика под его руководством получила от России очередной транш в размере 4 млрд рублей, «но нынешняя власть во главе с Гаглоевым возвела на эти средства всего три объекта: консервный завод, камнеобрабатывающий цех и лесокомбинат».

Как писало в прошлом году «Радио Свобода», во время действия предыдущего этапа инвестиционной программы (2022–2025 гг.) правила получения льготных кредитов на развитие своего дела были сформулированы таким образом, что местные предприниматели получить к ним доступ фактически не могли: все досталось руководителям республики и их подставным компаниям. В результате за три года в республике упал уровень жизни, выросли цены, увеличились безработица и отток населения.

Федеральный закон о ратификации договора об укреплении союзнического взаимодействия между Россией и Южной Осетией был подписан в мае 2026 года. Помимо права граждан каждой из сторон договора работать в органах власти другой страны и взаимозачета необходимых для этого сроков постоянного проживания, он подразумевает:

• установление единых требований к предпринимателям,
• унификацию трудового, налогового и социального законодательства,
• создание единого экономического пространства,
• объединение энергетической и транспортной системы и др.