Владимир Зеленский надеется, что при новом составе конгресса Вашингтон усилит поддержку Киева. «У нас есть двухпартийная поддержка, поддержка со стороны обеих партий. Я также благодарен республиканцам, но демократы очень четко заявляют о поддержке Украины и оказании ей помощи», — заявил президент Украины в интервью немецкому телеканалу ZDF. Он также выразил надежду, что усиление поддержки со стороны США приблизит достижение мира. В этом случае «Путин задумается, имеет ли смысл продолжать борьбу», предположил Зеленский.
В Кремле рассчитывают на продолжение диалога с Трампом о мире. «Президент Трамп продолжает свои полномочия, мы искренне рассчитываем на то, что он продолжит и свои миротворческие усилия», — заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков. Изменения в составе конгресса он назвал «внутренним делом Америки». В МИД России подчеркнули, что внешнеполитический курс Москвы не зависит от «колебаний политического барометра в других странах».
Внешнюю политику США определяет президент, однако у демократов появится способ повлиять на его решения через бюджет. Демократическое большинство в конгрессе сможет добиваться увеличения помощи Украине и получения других уступок в обмен на принятие инициатив Трампа, пишет The Guardian.
На победу демократов в Европе смотрят с оптимизмом. Вице-президент Европарламента Кристель Шальдемосе написала, что усиление Демократической партии может позитивно сказаться на поддержке Украины, зеленом переходе и отношениях США с остальным миром. В разговоре с Euronews один из европейских дипломатов заявил, что ожидает более стабильных поставок военной помощи Украине с приходом демократов.
С другой стороны внешняя политика Трампа может стать более непредсказуемой, опасаются в Европе. После потери контроля над конгрессом президент США может сосредоточиться на международной повестке. «Он будет скорее „бешеным псом“, чем „хромой уткой“», — цитирует Euronews еще одного европейского чиновника.
В ночь на 3 ноября украинские беспилотники атаковали оккупированный Россией Донецк. Под удар попало здание оператора мобильной связи «Феникс», который использует оборудование украинской компании «Киевстар». После взрывов в городе возникли перебои с мобильной связью.





Читатели «Медузы» живут в разных странах и по-разному относятся к войне. Мы публикуем ваши письма, чтобы увидеть это событие вашими глазами. Наши редакторы стараются представить все точки зрения, даже если они не совпадают с позицией редакции. В соответствии с кодексом «Медузы» мы не публикуем сообщения, в которых содержится «язык ненависти», оправдывается убийство мирных людей, выражается прямая поддержка агрессивной войны.
Мы проверяем, не написаны ли письма искусственным интеллектом, но, к сожалению, даже самая тщательная проверка не способна в полной мере защитить от манипуляций. Пожалуйста, имейте это в виду, когда читаете этот материал.
Михаил. Когда начались полномасштабные боевые действия, мне было 16 лет, и я не думал, что окажусь к ним причастным. Но вот прошло уже почти полгода, как я вернулся со «срочки» из одного приграничного региона.
В нашей части был учебный центр для контрактников: за пару недель они проходили подготовку, после чего отправлялись на фронт. Мне удалось пообщаться со многими из них. У всех разные причины идти на войну: долги, потеря работы, желание улучшить материальное положение или просто «от скуки». Были и «идейные», но их очень мало, в основном поколение 50+, да и не было в них агрессии, скорее говорили о том, что вот, мол, родина в опасности, значит, нужно защищать. У большинства новобранцев был виден энтузиазм, уверенность в легкой и скорой победе и возвращении домой.
Однажды мы с товарищем копали яму и к нам подошел контрактник. Говорит: «Отдохните, ребята, еще накопаетесь». Он оказался разжалованным офицером, воюющим на Донбассе с 2014-го года. Спросил, агитируют ли нас подписывать контракт и добавил с тоской: «Не нужно вам это, пацаны. Живите, детей рожайте. Там на войне ничего хорошего, столько людей положили… конца-края этому не видно».
Все эти люди разные: одни только готовятся идти на войну и настроены оптимистично, другие уже прошли через нее, увидев весь ужас и потеряв всякий интерес к жизни. Я часто стоял в наряде у комнаты хранения оружия, и каждый день туда приходили те самые контрактники, отправляющиеся «за ленту». Каждый день я видел новых людей и понимал, что вижу их в последний раз. Все они были совершенно обыкновенными, живыми людьми: здоровались, спрашивали, как дела, шутили.
Армия всегда воспринималась мной (как и многими сослуживцами) как пустая и бесполезная трата времени, однако такая текучка людей, создавшаяся в этот исторический период, добавила еще одно чувство — отчаяния и обреченности, ощущения, что все летит в пропасть. Солдаты в наше время стали не просто винтиками в системе, а расходным материалом. Об этом часто говорят, но я увидел это воочию, лично оказавшись у этого конвейера смерти, который никак не мог остановить […].