Держитесь, Бастрыкин!

Трагические происшествия имеют обыкновение происходить у нас сериями. Теракты, техногенные катастрофы, природные катаклизмы обрушиваются друг за другом, проверяя на прочность хлипкую нашу систему. Ликвидировать последствия, благодаря МЧС под руководством самого лучшего министра в российской истории Серея Шойгу, мы научились. Научиться бы еще катастрофы предотвращать…

Вслед за взрывом в Тольятти, сгорел дом престарелых в Туле. По числу пострадавших – это один из самых страшных пожаров последнего времени. Первым делом, конечно, сообщили о ветхости здания, благодаря которой огонь распространялся слишком быстро. Ну и попутно заметили, что спасать стариков, безусловно, труднее, чем молодых и здоровых.

Это очевидно. Но стариков всегда будет трудно спасать – это не может служить оправданием. Как и ветхость здания. Дома престарелых, интернаты, больницы, школы – все это было построено преимущественно в советские годы и находится далеко не в лучшем состоянии. Но именно в силу безразмерности проблемы, решить ее быстро в любом случае невозможно. Зато ею очень удобно прикрываться – что же вы, мол, хотите, дом старый, старики еще старше.

Потери непременно будут, будут пожары, обвалы, прорывы, и нам еще не раз придется объявлять траур, но всего этого даже в нынешних условиях может быть гораздо меньше. Например, вы наверняка заметили, как много аварий происходит именно в выходные и праздники. Постоянная дилемма – плакать или смеяться? Вот вроде бы надо отдаться бескрайнему веселью в честь 395-летия победы над поляками и пройтись «Русским маршем» по необъятным просторам, но с другой стороны наши же соотечественники сгорели заживо, старики, которые своим каторжным трудом создавали нынешние богатства страны. Совпадения праздников и катастроф неслучайны. Ни врачей, ни пожарных, ни слесарей, ни электриков – никого не найти в эти дни или, по крайней мере, не найти в трезвом виде. А природе ведь без разницы, выходной день или будний. В выходные горит и рвется не хуже, чем в обычные.

В марте под Краснодаром случился еще более страшный пожар в доме престарелых, когда погибло 63 человека. Вроде и не тайга сибирская глухая, а один из самых передовых и развивающихся, один из самых модных регионов страны, Олимпиаду вон доверили ему. А пожарных в радиусе 50 километров не было. Свою же пожарную команду в станице Камышеватская за ненадобностью ликвидировали. И тут уже не важно – старики или молодые, новое здание или старое – пока пожарные из-за тридевять земель прибудут, сгорит дотла в любом случае. Но в Туле пожарные машины оказались на месте через пять минут! А погибло все равно тьма народу. Быстрее приехать почти невозможно – и тем не менее. И лишь потому, что по 01 позвонили только через полчаса, уже когда все вокруг горело! То есть тушить начали не через пять, а через тридцать пять минут. Сколько людей можно было спасти за это время! И ветхость строения здесь не причем – персонал просто даром терял время.

Так же меня поразили данные о погибших. Вот число спасенных практически не менялось. Говорили про 293 эвакуированных, среди которых 17 сотрудников персонала. Про погибших сперва сказали – трое, потом, ближе к вечеру вроде бы стало пятеро. К тому моменту прошло почти полдня, пожар был потушен, то есть картина должна была уже проясниться. И я, услышав эти цифры, воспринял это как печальное, но привычное происшествие, не выбивающееся из обычного катастрофического ряда. И вдруг с утра оказывается, что погибло 23 человека, а потом говорят, что 31! Так бывает, когда разбирают завалы после землетрясения, после взрыва бытового газа – тогда неясно, сколько человек было в доме, и до последнего момента определить число пострадавших очень трудно. Здесь же, в силу специфики учреждения, количество проживающих было известно с самого начала, обитатели этого заведения никуда отлучиться не могли. А выходит так, что спасенных сосчитали, а сколько там осталось под завалами – никакого понятия. Никаких списков ни у кого не было, что ли? Это такое же разгильдяйство, как и не вызванные вовремя пожарные или гуляющие в праздник сотрудники экстренных служб – и это никак не зависит от ветхости или крепости здания.

И, конечно, невозможно объяснить отсутствие пожарной сигнализации. Только не говорите мне, что это невероятно дорогая система. Ведь сейчас нашлись деньги и на похороны трех десятков человек, и на помощь раненым, и на размещение оставшихся без крова погорельцев. В таком учреждении не может не быть пожарной сигнализации. И если ее нет, оно должно быть закрыто. Так вот в этом доме престарелых с декабря прошлого года было три проверки. Три! И всякий раз пожарная инспекция делала предупреждения. И даже обращалась в суд. Но суд всякий же раз запрещал закрывать дом презрения! Мол, куда же стариков девать? Вот теперь их есть куда девать – в могилу! В чем вообще тогда смысл пожарной инспекции? В том, чтобы наезжать на неугодных кому-то бизнесменов? В таких случаях суд не колеблется, и последствия предупреждений наступают мгновенно!

Сейчас одним из главных героев экрана стал руководитель Следственного комитета Бастрыкин. Как ни странно, говорят, что он приличный человек и вроде бы хочет во многих вещах разбираться по-настоящему. Не успел он оттрубить в Тольятти, как без пересадки прибыл в Тулу. Боюсь, при нашем всероссийском раздолбайстве и нулевой цене человеческой жизни, дома Бастрыкин будет нечастым гостем – родные увидят его только по телевизору. Держитесь, Александр Иванович.