Алексею Венедиктову - 50!

Его зовут Веником. Главным образом, разумеется, для того, чтобы ненароком не обидеть юбиляра случайным сравнением с однофамильцем, русским поэтом девятнадцатого века, не имеющим ровным счетом никаких заслуг перед отечественной радиожурналистикой.

Версия о том, что это прозвище имеет отношение к особенностям прически юбиляра, не нашла подтверждения у исследователей, зато почти все они склоняются к тому, что волосы встали дыбом не сами по себе, а от общения с мажоритарными акционерами.

Не будем, однако, отвлекаться на гипотезы, даже самые правдоподобные - поговорим о вещах, известных достоверно. Итак…

Веник – абсолютный тиран. В процессе организации работы самой демократической радиостанции страны он, по части деспотии, дает сто очков вперед любому Хаммурапи; при этом рядом с его личным рейтингом внутри радиостанции отдыхает Владимир Владимирович, и этот парадокс еще ждет своих исследователей.

В гневе Веник совершенно непереносим. То, что некоторые переносят ЭТО полтора десятка лет кряду, говорит только о размерах их иррациональной любви к объекту или демократической журналистике в целом.

Веник – чудовищный собственник. Это знает всякий, кто пытался ухаживать за девушками-референтками «Эха» в присутствии главного редактора - или же хотел перейти ему дорогу в охоте за лучшими журналистами страны.

Веник ужасно жаден. Это говорю вам я, получавший у Веника рубль в месяц до тех пор, пока ему не удалось перевести меня в режим субботника окончательно.

Об ареале обитания Веника и его повадках биологи сообщают следующее:

Веник обитает в своем закутке у компьютера, в ожидании новостей, и если новостей долгое время нет, он звонит паре-тройке знакомых в администрации, и новости появляются, и он сам же их потом слушает в своем закутке на волне 91,2 FM, пока не проголодается. Пока Веник едет к месту ужина (а на ужин Венику, как правило, подают какое-нибудь значительное лицо), он продолжает слушать «Эхо Москвы», из чего можно сделать правильный вывод, что Веник – маньяк.

Попытка явочным порядком, с заднего сиденья, переключить приемник в машине на какую-нибудь нормальную радиостанцию без двух сеансов Плющева в час заканчивается дракой.

Все попытки лечить Веника у него же в прямом эфире заканчиваются тем, что радиослушатель идет в аптеку за углом, из чего можно сделать поспешный вывод о том, что Веник разбирается еще и в медицине.

Он живет в таком режиме с тех пор, как оставил в покое школьников, которых хотел научить истории. Историк он был, по всей видимости, никакой, - потому что уже пятнадцать лет кряду пытается создать на волне 91,2 FM нечто совершенное и прекрасное, что говорит о нем как о закоренелом идеалисте и совершенно неисправимом человеке.

А это значит, что нам судьба еще много лет слушать «Эхо Москвы» - радиостанцию, которую следовало бы назвать лучшей, если бы она уже не была единственной, - и еще много лет самим говорить на волне 91,2 FM, по очереди с теми, кого мы не можем видеть без отвращения, как и они нас.

Здоровья тебе и удачи, Леша