Майор Коломеец оставил службу из-за смертельной болезни. Выжил. А теперь его с семьей выгоняют на улицу. «Новая» будет добиваться сохранения жилья за майором

Майор Коломеец оставил службу из-за смертельной болезни. Выжил. А теперь его с семьей выгоняют на улицу. «Новая» будет добиваться сохранения жилья за майором

Экс-участковый Константин Коломеец, отдавший 11 лет жизни службе в МВД, уже четыре года судится с государством, которое он защищал. Коломейца, его жену и сына хотят лишить квартиры. Виной тому раковая опухоль, которую у Константина обнаружили 4 года назад. Из-за болезни ему пришлось уйти со службы, а следом департамент жилищной политики и жилищного фонда столицы потребовал выселиться из занимаемой служебной квартиры. МВД предложило городу выкупить жилплощадь для своего бывшего сотрудника или заключить с ним договор социального найма, но даже это ходатайство на позицию комиссии, рассматривавшей вопрос о выселении, не повлияло.

— На службу в милицию я пришел из погранвойск, — вспоминает Константин. — Шел 1997 год, тяжелое время: военным по полгода не платили зарплату, вопрос с квартирой также не был решен. я жил у жены в студенческом общежитии. Лена училась на школьного педагога, хотела преподавать математику. Учеба заканчивалась, и из общаги нужно было куда-то переселяться. А куда? Перспектив нет… Друзья, работавшие в милиции, сказали, что у них и зарплата достойная, и жилье дают. Я решился.

11 лет с перерывами на сон

В мае 1997 года Константин стал участковым в столичном районе Кунцево — взял на себя ответственность за три с лишним тысячи человек.

— Поначалу жилья не было, — рассказывает он. — Снимали комнату в очередном общежитии. Потом родился Егор, и я подал рапорт на получение служебки. Квартиру нам дали в 2003 году, сыну было два года.

«Двушка» в хрущевской пятиэтажке и сегодня обставлена скромно, в ней застыли 90-е: кинескопный телевизор, выпущенный в 1996 году, шкаф и диван, купленные в 1998-м. На кухне (4 кв. м) не развернуться — только плита и стол.

— Работа участкового — это в основном семейно-бытовые дела, — говорит Константин. — Соседи поругались, кто-то ударил кого-то — это все ко мне. Случались, конечно, и серьезные дела. Например, один раз я расследовал убийство… ну как сказать, расследовал — нашел виновных. Три человека, молодые «гопники», убили женщину и сбросили ее труп в реку. Я начал опрашивать всех соседей убитой, ее родственников, друзей. В итоге выяснилось, с кем у нее были конфликты. Так и вышли на подозреваемых. В итоге все сели на длительный срок — от 10 лет.

Работать приходилось и ночью. Ночные дежурства в основном были связаны с профилактикой правонарушений. Был период, когда массово угоняли автомобили, — приходилось совершать обход. Нередко вызывали ночью, если на участке что-то произошло: грабеж, избиение — я знал всех людей, мог существенно помочь следователям. Еще было одно важное дело у меня — в конце 90-х удалось прикрыть наркоманское гнездо. Наркотики были тогда в моде. Жила у нас девушка одна на районе, очень ушлая. Я ее за руку как-то взял, говорю: кто поставляет? Она вначале ничего не говорила. Я ее не пытал — не подумайте только, это не мой метод. Просто удалось убедить, что ей это не нужно, — в итоге она сдала всех. Оказалась целая лаборатория. Варили «винт», я не знаю, как это по науке называется.

«Винт» — мощнейший психостимулятор, изготавливаемый из метамфетамина и йода. Действует почти сутки. До сих пор остается весьма популярен среди молодежи. Во-первых, из-за продолжительности эйфории, во-вторых, из-за доступности компонентов: йод можно купить в любой аптеке, а торговцы метамфетамином открыто предлагают свои контакты в интернете. То, что Коломейцу удалось закрыть лабораторию, — большая удача: «винтовые» наркоманы — одни из самых «закрытых», у них нет крупных каналов, на которые правоохранителям несложно выйти.

В сентябре 2007 года карьера успешного участкового Коломейца неожиданно оборвалась. Врачи констатировали у него раковую опухоль на лимфоузлах. Последняя, четвертая степень.

Исцеление и унижение

— Уже никто не брался лечить, ни в одной больнице. Говорили: «Чтобы статистику не портить», — вспоминает Константин. — Я боролся сам, поддерживал себя на лекарствах. Умирать было никак нельзя — у меня ведь растет сын.

В ноябре за болезнь Коломейца медики все-таки взялись. Врачи Боткинской больницы оценили его шансы на выздоровление как «50 на 50». И «50» выпали счастливые: с помощью продолжительных курсов химио- и лучевой терапии четвертую степень рака удалось побороть.

Но болезнь повлекла за собой новые проблемы: по состоянию здоровья Константину пришлось уволиться из правоохранительных органов, а это означало необходимость покинуть служебную квартиру. Письмо из департамента жилищной политики с соответствующим требованием пришло незамедлительно.

— Куда же я пойду? — спрашивает он и по сей день. — У меня пенсия с надбавками — 11 000 рублей, жена тоже копейки получает. Сын растет… Втроем и так живем на 30 тысяч.

Константин со своей проблемой обратился к руководству УВД по ЗАО, а полицейские, в свою очередь, сделали благородный шаг: направили в префектуру Западного административного округа предложение о выкупе жилья для Коломейца по льготной цене.

18 марта 2009 года вопрос о выселении рассматривался на заседании общественной жилищной комиссии при префекте Западного округа. Ходатайство МВД членам комиссии было предоставлено. И его учли: «В просьбе УВД по ЗАО, с учетом того, что Коломеец не состоит в очереди на улучшение жилищных условий, отказать». Господа Сущенко С.В., Клименко В.В., Рылатко Е.В. и другие 14 членов комиссии подписали документ, по которому три человека должны были лишиться жилья. После этого департамент жилищной политики, по сути, и не мог принять иного решения, кроме как выселить семью Коломеец. В этот же день начальник отдела учета жилой площади департамента жилищной политики Нина Петрова выслала письмо в окружное управление департамента с просьбой подготовить соответствующий иск.

20 августа 2009 года Кунцевский районный суд признал исковые требования ведомства законными.

«Новая газета» обратилась в префектуру Западного округа — мы хотели поговорить с кем-нибудь из членов жилищной комиссии, узнать, почему в случае, когда можно было проявить гуманизм и по закону оставить квартиру семье с ребенком, эти люди его не проявили. Но оказалось, что общественную комиссию при префектуре расформировали в 2011 году и все, кто в ней состоял, были уволены.

Следом за Кунцевским Коломейцем был проигран и Московский городской суд. Обещания членов Совета Федерации и депутатов Государственной думы помочь ни к чему не привели. Все это время от выселения бывшего участкового и его семью спасало только то, что они не сидели сложа руки, писали и стучались во все инстанции, подавали иск за иском в надежде отстоять свои права. В связи с этим для судебных приставов всегда находилось основание отложить исполнение решения суда. Но вот сейчас, накануне холодного периода, дом, согласно программе сноса ветхого жилья, начали расселять. Счастливые соседи покидают свои старые квартиры, переезжая в новые. И только семья Коломеец с тоской смотрит на отъезжающие машины. От Коломейца требуют покинуть жилье, а он уже просто заперся в своей квартире и не знает, куда обратиться за помощью.

11-летний Егор ходит в пятый класс школы, в свободное время — рисует и занимается в секции тхэквондо и не знает, что вскоре с мамой и папой может оказаться на улице… Притом по закону.

P.S. *В исковом заявлении о выселении семьи Коломеец из занимаемой ими квартиры представитель департамента жилищной политики и жилищного фонда по доверенности Р.А. Кузнецов сообщил суду: «Ответчик с семьей из 3 человек прибыл на арендную площадь в 2005 году из отдельной 3-комнатной квартиры в с. Шереметьево Сергиево-Посадского района, где остался проживать один человек — мать жены». Как наличие квартиры в селе, в которой семья Константина Коломейца не зарегистрирована, должно было повлиять на решение суда — понятно. Но что это меняет в судьбе этой семьи? Ведь квартира матери — это не их квартира…*

Евгений БУНИМОВИЧ, уполномоченный по правам ребенка в г. Москве:

— Я разобрался в этой ситуации. К сожалению, шансов оставить жилье за Коломейцем и его семьей — мало: они не имеют необходимого срока регистрации в Москве (10 лет). Однако понятно, что в семье растет ребенок и выселять его в никуда — нехорошо. Я поговорю с руководителем департамента жилищной политики лично — может быть, возможно сделать какое-то исключение…

Официальный ответ заместителя руководителя Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы Татьяны МАКАРЕНКО:

Департаментом жилищной политики и жилищного фонда города Москвы рассмотрено обращение АНО «Редакционно-издательский дом «Новая газета» по жилищному вопросу Коломейца К.Ю.

Коломеец К. Ю. в составе семьи из трех человек (он, жена, сын, 2001 г.р.) проживает по договору субаренды от 03.12.2003 № 57 в отдельной двухкомнатной квартире площадью жилого помещения 46,0 кв.м, по адресу: г.Москва, ул.Молодогвардейская, д.36, корп.3, кв.76. Зарегистрирован по месту жительства в указанной квартире с 2005 года, в городе Москве – с 2005 года.

Распоряжением префекта Западного административного округа города Москвы от 03.12.2003 № 5026-РПЖ указанная квартира была передана Управлению внутренних дел по Западному административному округу на условиях заключения договора аренды сроком на 5 лет (с 03.12.2003 по 02.12.2008) для временного проживания по договору субаренды семьи Коломейца К.Ю. из трех человек (он, жена, сын).

На указанную площадь семья Коломейца К.Ю. прибыла в 2005 году из отдельной трехкомнатной квартиры № 30 общей площадью 59,0 кв.м, расположенной по адресу: Московская область, Сергиево-Посадский район, с.Шеметево, Центральная усадьба, д.23б, где в настоящее время проживает мать жены, которая после выбытия семьи в декабре 2005 года приватизировала данную жилую площадь.

Коломеец К.Ю. работал в органах внутренних дел с 1997 года по 2008 год, уволен из органов внутренних дел 28.10.2008 по ограниченному состоянию здоровья, является инвалидом 2-ой группы, заболевание получено в период прохождения службы.

В связи с окончанием срока договора аренды руководство и жилищно-бытовая комиссия УВД по ЗАО обратились в 2009 году в Департамент жилищной политики и жилищного фонда города Москвы с ходатайством о предоставлении Коломейцу К.Ю. права выкупа двухкомнатной квартиры по адресу: г.Москва, ул.Молодогвардейская, д.36, корп.3, кв.76, по льготной стоимости.

На основании нормативно-правовых актов города Москвы, действовавших на тот момент, общественная жилищная комиссия при префекте Западного административного округа города Москвы рекомендовала отказать Коломейцу К.Ю. в выкупе вышеуказанной квартиры.

20.08.2009 Кунцевским районным судом г.Москвы принято решение о выселении Коломейца К.Ю. с членами семьи из занимаемой квартиры и снятии с регистрационного учета.

До настоящего времени семья Коломейца К.Ю. с регистрационного учета не снята, квартира не освобождена.

Вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, должностных лиц и граждан и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ст.57 Жилищного кодекса Российской Федерации и Закону города Москвы от 14.06.2006 №29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» предоставление жилой площади в пользование по договорам социального найма осуществляется очередникам города Москвы в порядке очередности по дате постановки на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Семья Коломейца К.Ю. на жилищном учете или учете нуждающихся в содействии города Москвы в приобретении жилых помещений в рамках городских жилищных программ не состоит.

В связи с вышеизложенным, оснований для заключения договора социального найма на занимаемое жилое помещение или предоставления иного жилого помещения по договору социального найма из жилищного фонда города Москвы, к сожалению, не имеется.