Под ноль

Заключенных в женской колонии насильно обрили наголо якобы из-за вшей. Тех, кто не хотел «стричься», унижали и били. Администрация колонии все отрицает

В женской исправительной колонии № 10 в поселке Горное в Приморье около полусотни зэчек насильно обрили наголо из-за эпидемии вшей — даже тех, у кого вшей не было. Женщин оскорбляли, запугивали и даже били. Об этом сообщили члены общественной наблюдательной комиссии края Евгений Суханов, Инна Салова и Юлия Иванова. Они провели проверку по жалобам матерей осужденных и лично, без присутствия сотрудников учреждения, побеседовали с каждой из женщин, сообщивших об издевательствах. Родители боятся, что дочерей могут довести до самоубийства.

Как сообщили в ОНК, заключенных брили в течение двух суток, 15 и 16 сентября, якобы в присутствии начальника колонии полковника внутренней службы Оксаны Грицковой. Причиной обозначили «пресечение эпидемии педикулеза».

Разумеется, в колонии факт насильственного бритья и всего остального отрицают. Однако сообщается, что в учреждении выявлены семь заключенных с педикулезом и им «предложили» пройти гигиеническое процедуры. Стригла с их согласия осужденная, официально трудоустроенная по специальности «парикмахер».

Оксана Главцкая, мать осужденной Натальи Главцкой:

«Дочь позвонила в слезах, что ее пинают и швыряют по помещению отряда другие осужденные и угрожают ее пырнуть ножницами, если она не позволит брить себя. У дочки очень красивые длинные волосы, и начальник колонии прилюдно приказала ее брить (несмотря на то, что не было доказано, что у нее вши), иначе побреют всю колонию, угрожала избиением. Прошу разобраться и принять меры по насильственным действиям по отношению к моей дочери и унижению ее чести и достоинства. Девушке ломают судьбу, так как по традициям цыган, если девушка обрита, она не сможет вернуться к близким домой — это позор».

Людмила Белова тоже рассказала правозащитникам, что дочка звонила в слезах. Ее дочь Анжелу брили, хотя наличие вшей не подтвердилось. Волосы ниже талии остригли без всяких сожалений.

Эти и другие девушки сообщили правозащитницам, что к ним применяли угрозы и оскорбления, в том числе матерные и по национальному признаку, запугивали. «Одна из девушек пыталась спастись бегством, но была поймана, избита и пострижена! Следы физического насилия на ее теле нами зафиксированы, — пишут члены ОНК. — Другие девушки, по их словам, плакали и умоляли начальницу не обстригать их, но она была неумолима. В итоге с применением физической силы других заключенных девушки были насильно обриты. К слову, у всех трех девушек до этого были красивые длинные волосы, которые они содержали в чистоте и порядке.

По словам девушек, за два дня 15 и 16 сентября в колонии было таким образом забрито под ноль порядка 50 заключенных».

В свою очередь полковник Грицкова сообщила членам ОНК, что все было в пределах нормы, девушки согласились побриться добровольно, а рассказы об унижениях и избиениях — это «фантазии заключенных и их родственников». При этом эпидемии педикулеза в колонии и правда не было, только единичные случаи — и процедуру провели, чтобы вся колония не завшивела. Однако сама же начальница колонии признала, что никаких нормативных актов или положений, которые указывали бы на необходимость поголовного бритья девушек в таких случаях, у нее нет. «…Грицкова О.В. ответила, что никаких регламентирующих документов для таких случаев не существует! — возмущены члены ОНК. — Есть ПВР (правила внутреннего распорядка. — Ред.), это ее личная настольная книга. Ею она руководствуется. И предложила нам ознакомиться со ст. 158, где сказано, что в экстренных случаях допустимо прибегать к обстриганию заключенным волос по медицинским показаниям».

При этом дать доступ к медицинским книжкам девушек, в которых фельдшер зафиксировал факт обнаружения педикулеза, Грицкова отказалась без отдельного запроса от ОНК.

И даже от предложения тут же взять согласие у девушек на предоставление персональных данных (чтобы все же посмотреть медкнижки) полковник отказалась под предлогом того, что фельдшера нет на месте, а у сотрудников заканчивается рабочий день. По ее словам, в исправительной колонии работала комиссия из краевого ГУФСИН, которая составила заключение (его тоже не предоставили членам ОНК). А волосы — сожгли.

20 сентября члены ОНК Суханов, Салова и Иванова вновь приехали в Горное, чтобы продолжить выяснение деталей и обстоятельств случившегося. Но в колонии подсуетились, и в отряде, где находились все побритые заключенные, объявили карантин — постановлением от 19 сентября за подписью и.о. главного санитарного врача филиала ЦГСН МСЧ 25 ФСИН России майора внутренней службы Жаркова И.И. Так что правозащитников в колонию не пустили (и медкнижки не дали — якобы увезли на проверку в медсанчасть), однако пустили прокуроров.

Побои и телесные повреждения, которые увидели своими глазами члены ОНК, никто больше не зафиксировал.

Но на этом члены ОНК Суханов, Салова и Иванова не успокоились и 21 сентября вновь приехали в колонию, чтобы встретиться с осужденными и ознакомиться с документами.

Члены Общественной наблюдательной комиссии:

«В кабинете начальника ИК-10 полковника внутренней службы Грицковой О.В. присутствовали полковник внутренней службы Кощавцева О.А., помощник по правам человека УИС и главный санврач филиала ЦГСН МСЧ 25ФСИН России майор внутренней службы Жарков И.И. На все официальные запросы членов ОНК по приказам об эпидемии и фамилиям лиц, участвовавших в оформлении данных приказов и принятии мер по ним, ответы были даны с формулировкой: «А почему мы должны вам эту информацию давать?» Мы считаем, что ответы не даны с целью сокрытия следов противоправных действий и преступлений в отношении осужденных, допущенных администрацией колонии ИК-10, в том числе следов физических повреждений у осужденных. А также с целью затянуть время для исчезновения следов насилия на телах девушек».

22 сентября одна из побритых осужденных Диана Кондратюк по связи «Зона Телеком» сообщила матери (отец сейчас на СВО), что начальница колонии с другими сотрудниками под угрозой отправки в ШИЗО заставили ее подписать документ, что она склонна к самоубийству, и поставили на соответствующий профучет.

«Девушка в беседе с членами ОНК говорила, что боится за свою жизнь, и, главное, боится, что ей могут подбросить запрещенные вещества для усугубления ее положения»,

— сообщили в ОНК.

Мать Дианы Любовь Абашкина рассказала, что у ее дочки были длинные богатые волосы, за которыми она много лет бережно ухаживала. Девушка плакала, готова была встать на колени, умоляла ее не стричь, подождать день, чтобы назавтра ей передали средства от педикулеза, который даже никто не обнаружил. В ответ — только унижения и ругательства.

Любовь Абашкина, мать осужденной Дианы Кондратюк:

«Одна из заключенных (…) схватила дочь за плечо до синяка, оцарапала. Это произошло потому, что начальница угрожала побрить всю колонию, если не постригут Диану. У меня опасения: опасения, что дочь могут довести до самоубийства. Или что будет продолжаться ее травля другими, более старшими осужденными».

В комиссии добавили, что весь 7-й отряд, который находится на карантине, несколько дней обрабатывали токсичным препаратом «Креолин». Помещение, по сообщениям девушек, не проветривали. 75 человек буквально задыхаются. Факт дезинфекции в колонии не отрицают.

Приморье