Двое из ларца

Уже несколько раз я узнавал об этом из разных СМИ, и вот опять...

Утром 8 сентября, не в добрый час заглянув в интернет, я прочел на новостной ленте сообщение о том, что братья Якеменко, взыскующие правосудия, снова не дождались меня в зале Перовского суда.

Прочтя сие, я задумался — и глянул в окно. За окном бился в скалы адриатический прибой и ветер раскачивал, не побоюсь этого слова, пальмы. Почему в это утро кто-то ждал меня в Перовском суде, боюсь даже предположить.

Ждать меня можно в разных местах. В Перовском суде, на северном склоне горы Килиманджаро, в центре ГУМа у фонтана… Но дождаться меня можно только там, куда я приду.

А прийти я могу (если посчитаю нужным) туда, куда меня как минимум позовут. В случае с судом — повесткой, за которую я распишусь. Или, на худой неформальный конец — звонком из суда. Но повестки я не получал, из суда мне не звонили, а об иске со стороны Якеменок (как и о своей регулярной неявке на заседания) я третий месяц узнаю из прессы.

Там же я читаю и о своем закоренелом неуважении к суду.

«Ты меня уважаешь?» — «Я тобой горжусь!».

Что тут сказать? Люди, многократно пытающиеся дождаться меня там, куда меня не приглашали, не кажутся мне вполне адекватными, даже если один из них федеральный министр, а другой — член Общественной палаты при президенте РФ.

Я бы даже сказал: тем более в этом случае.

То, что промеж собой они родные братья, только укрепляет мою версию.

Если с формальной стороной вопроса понятно, перейдем к сути дела.

«Новая газета» перепутала братьев Якеменко, Василия и Бориса. На причастности к уголовно наказуемой провокации против Дмитрия Орешкина попался Борис, а газета написала, что это был — Василий.

Именно Василия (со ссылкой на публикацию в «Новой») я и упомянул в прямом эфире на «Эхе Москвы».

В следующем номере газета уточнила правильное имя попавшегося негодяя, а перед его непойманным братом — извинилась. Вслед за газетой, в одном из следующих эфиров, имя негодяя уточнил я.

Оба брата объявили себя оскорбленными и побежали к старушке Фемиде.

Оба, понимаете?

То есть Василий оскорбился, что его спутали с Борисом, а Борис обиделся, что его приняли за Василия. И каждый теперь требует кучу бабла с журналистов, газет и радиостанций за это ужасное оскорбление!

Хотя никто не сторож брату своему, быть братом негодяя, действительно, неприятно. Лично я давно полагал, что основание стыдиться такого родства есть у обоих Якеменок, но даже мечтать не мог, что дождусь семейной явки с повинной.

В общем, цирк с конями.

Хотя в нашем случае, скорее, с медведями.

В общем, я жду своего законного билета в партер Перовского суда. Может, даже и приду. Вы, главное, позовите, как положено.