Original Material
Душитесь, мужики!
300 лет назад придумали одеколон
Чем должен пахнуть мужчина? Кожей, хорошим табаком и выдержанным коньяком — это классика. Именно такой букет в разных сочетаниях пытаются воспроизвести в мужских парфюмах. А первые ароматы для настоящих мужчин появились 300 лет назад. Кто и зачем придумал одеколон — узнавал The New Times
Н.В. Гоголь. «Мертвые души»
Император Наполеон еще не выходил из своей спальни и оканчивал свой туалет. Он, пофыркивая и покряхтывая, поворачивался то толстой спиной, то обросшей жирной грудью под щетку, которою камердинер растирал его тело. Другой камердинер, придерживая пальцем склянку, брызгал одеколоном на выхоленное тело императора с таким выражением, которое говорило, что он один мог знать, сколько и куда надо брызнуть одеколону. Короткие волосы Наполеона были мокры и спутаны на лоб. Но лицо его, хоть опухшее и желтое, выражало физическое удовольствие. Allez ferme, allez toujours... — приговаривал он, пожимаясь и покряхтывая, растиравшему камердинеру.
Л.Н. Толстой. «Война и мир»* История того, что ныне во всем мире называется «одеколон», началась в 1709 году. К этому времени выходец из Италии Джованни Мария Фарина, владелец парфюмерной лавки на площади Юлихсплац в Кельне, составил рецепт самого первого и самого популярного одеколона. Фарина создал из масел сладкого и кислого лимонов, апельсина, бергамота, мандарина, кедра, грейпфрута, а также трав душистую воду, которую назвал в честь своего любимого города — Eau de Cologne, «кельнская вода». Впрочем, это был скорее рекламный ход со стороны относительно нового жителя Кельна, призванный привлечь потенциальных покупателей. Ведь сам Фарина, еще работая над рецептурой в 1708 году, признавался в письме к брату: «Мой аромат напоминает весеннее утро в Италии после дождя… Цветы и травы моей родины». В самом деле — откуда в сумрачном Кельне взяться цитрусовым, кедру и бергамоту?
Вклад в цивилизацию Существует, однако, версия, что Джованни был вовсе не таким уж талантливым парфюмером, а всего лишь усовершенствовал чужой рецепт. Чей? Да своего дяди, Джованни Паоло Феминиса, приехавшего в Кельн в конце XVII века! Дядюшка передал племяннику привезенный из Италии рецепт «удивительной воды» (Aqua Admirabilis), куда входили бергамот, лаванда, розмарин, а также виноградный спирт. Как бы то ни было, именно Джованни Фарина наладил промышленное производство. И Eau de Cologne начал свое победное шествие…
Взаимопроникновение культур всегда способствовало прогрессу. Дядя и племянник, эти два «трудовых мигранта», оказавшиеся не у дел в родной Италии, в свободном имперском городе пришлись ко двору. Но нельзя не отметить и то, что рецептура одеколона включала спирт, а дистилляция была открыта арабами, которые (в частности, Ибн Сина) использовали спиртосодержащие жидкости как лекарства, из-за чего у того же великого Авиценны были серьезные неприятности с мусульманским духовенством.
…Развитию науки и ремесел, нравится нам это или нет, содействуют и войны. Локальные, иногда сводимые к малозначимым конфликтам, а также крупномасштабные, грозящие перерасти в мировые. Войны становятся результатом тяжелейших экономических и социальных кризисов, несут боль и разрушения, но и двигают цивилизацию. При этом развивается не только «наука убивать», но и бытовая культура. Возвращаясь из дальних походов, армия приносит с собой не только представление о другом укладе жизни, но и разные диковинки. Во всяком случае, если бы не Семилетняя война, одеколон долго оставался бы чисто местным, кельнским артефактом.
На Париж! Семилетняя война (1756–1763) стала самым крупным военным конфликтом Нового времени. Она охватила не только европейские державы, но и Северную Америку, страны Карибского бассейна, Индию, Филиппины, разрушила прежнюю систему европейских отношений, осью которой являлось франко-австрийское соперничество в борьбе за гегемонию на континенте. Не зря Уинстон Черчилль назвал Семилетнюю войну «первой мировой».
Мировая или нет, но в ходе Семилетней войны произошел и глобальный обмен модой, ценностями, культурой. Как говорится, война войной, а обед — по расписанию, и когда в 1756 году в Кельн вошли доблестные французские солдаты под командованием Луи де Бурбон-Конде, графа Клермона, то они, само собой, не могли пройти мимо лавки Джованни Фарины. Так одеколон попал в Париж, где сразу же завоевал популярность.
Французские аристократы выливали на себя одеколон целыми флаконами. Причина была не только в прекрасном аромате, но и в том, что правила личной гигиены того времени не считали обязательными водные процедуры: ванны были большой редкостью. Какая гигиена, если в великолепном Версале не было клозетов, а слуги сновали с горшками своих господ! Одеколон помогал справляться с запахами немытого тела.
Кельнская вода была очень дорогой, да и достать ее было непросто. Доступен одеколон был только сильным мира сего. Страстной поклонницей новинки из Кельна стала любовница Людовика XV мадам Дюбарри, а Вольтер и вовсе утверждал, что изобретение Фарины «способствует вдохновению».
Россия также не отставала от моды. Екатерина II, получившая одеколон в подарок от прусского короля Фридриха II, недавнего противника в разрушительной Семилетней войне, не осталась равнодушной к этому аромату. Позже заказывал одеколон и внук Екатерины, царь Александр I.
Рецепт императора Однако даже популярность у аристократов не определила бы столь блестящее будущее одеколона, если бы сей аромат не оценил Наполеон Бонапарт.
Французский император считал одеколон весьма полезным изобретением. Он полагал, что одеколон улучшает работу мозга, причем великий корсиканец применял воду из Кельна не только по прямому назначению: он капал его на сахар, полоскал им горло, непременно добавлял одеколон в воду, принимая ванны. За один день Наполеон переводил до двенадцати флаконов «кельнской воды». Будучи в ссылке на острове Святой Елены, когда у него закончился одеколон, Наполеон придумал собственный рецепт, добавляя масло бергамота в девяностопроцентный спирт, и назвал полученное «туалетной водой». Некоторые историки утверждают, что император был первым человеком, который начал принимать одеколон внутрь. Для него даже изготовили специальный флакон в форме валика, чтобы он мог носить его в сапоге. Словом, император никогда не расставался с полюбившейся ему ароматической жидкостью.
В середине XIX века одеколон Фарины стали поставлять ко двору королевы Англии Виктории, которой он также пришелся по вкусу. Хотя в Англии одеколон появился, конечно, значительно раньше. И так сложилось, что Джордж Браммел — «Красавчик Браммел», законодатель моды в эпоху регентства, друг будущего короля Георга IV, первый денди (Байрон выделял среди своих современников всего трех великих людей: Наполеона, Браммела и себя) — оказался противником одеколона. Точнее, насмешником над теми, кто предпочитал глушить запах пота одеколоном и выливать его на себя флаконами. Браммел, по примеру Наполеона, ввел в моду принимать ванны, менять рубашки по три раза на день. Но и он не отказывал себе в удовольствии капнуть на белоснежный манжет немного Eau de Cologne…
Поэзия «Шипра» В России и СССР производилось немало видов одеколона: «Цветочный», зеленый «Шипр», «Русский лес», знаменитый «Тройной»… «Шипр» появился в год Октябрьской революции, в результате поисков знаменитого парфюмера Франсуа Коти. В отличие от классической ароматизированной воды, в состав которой входит 70% спирта и от 2% до 5% ароматических веществ, «Шипр» обладает более «тяжелым» ароматом, ведь в его состав обязательно входят экстракт дубового или елового мха. «Злобно содрогаюсь в спазме эстетизма//И иду к корзинке складывать багаж://Белая жилетка, Бальмонт, Шипр и клизма,// Желтые ботинки, Брюсов и бандаж», — писал Саша Черный в стихотворении «Отъезд петербуржца». Быстро завоевавший популярность, «Шипр» в последующие годы стал своеобразным символом советского времени. «Шипром» заправляли автоматы, из которых, если опустить 15-копеечную монетку, на клиента выстреливала ароматная струя.
А в эпоху борьбы за трезвый образ жизни некоторое время был популярен забористый «коктейль» «Александр Третий», составленный пополам из одеколонов «Саша» и «Тройной». Особо эстетически продвинутые знатоки добавляли еще и содовую и советовали пить через кусочек сахара-рафинада. Именно тогда, видимо, и появился печальный анекдот: «Доктор! Что-то печень побаливает... — Одеколон пьете? — Пью. Не помогает...»
Одеколон был и долгое время — пока на рынок не вышла мужская парфюмерия во всем ее нынешнем многообразии — оставался свидетельством мужественности, зрелости. Ведь пока в 60-х годах XX века не начался настоящий бум ароматов для мужчин, одеколоны были практически единственными «ароматизаторами» для сильного пола. Вспомним, как герой Валентина Гафта в фильме «Анкор, еще анкор!» умащивает себя одеколоном перед тем как застрелиться. А с каким изяществом освежали свежевыбритые щеки клиентов брадобреи прошлых лет! Теперь уже в парикмахерских запрещено бритье, а вместо одеколона после бритья используются лосьоны и бальзамы. Да и понятие офицерской чести претерпело значительные изменения.
В XVIII веке благодаря одеколону Кельн стал известным во всем мире городом парфюмеров. Центр «парфюмерной тяжести» давно переместился с берегов Рейна, но прародительница всех туалетных вод — «кельнская вода» — отмечает свое 300-летие. И если дешевые «массовые» одеколоны вышли из моды и теперь используются разве что в гигиенических целях, то классический одеколон — продукция торговой марки Eau de Cologne, принадлежащей потомкам Фарины, недешев и по-прежнему является визитной карточкой людей состоятельных.
Полученный путем перегонки спирт стали использовать в парфюмерии всего лишь за сто один год до появления Eau de Cologne: в 1608 году среди того, что выпускала первая в мире парфюмерная фабрика во Флоренции, появилась жидкость, состоящая из виноградного спирта и растворенных в нем ароматических масел, прообраз нынешних духов, туалетной воды и одеколона.
Одеколон оказывает освежающее, охлаждающее, дезинфицирующее действие. В XX веке это было распространенное домашнее средство первой помощи при порезах, ссадинах и кожных высыпаниях. Гигиеническое значение заключается в способности одеколона удалять с поверхности кожи следы пота и жира. Цитрусовые масла, содержащиеся в одеколоне, придают ему освежающие свойства.